Заход солнца

Моей злости не было предела. Хотелось выброситься в окно. Разбить чашку. Проткнуть кого-нибудь острым предметом. Казалось, меня вообще не слушают и даже не пытаются. — …Ты поедешь в Форкс! — Мам, а то, что я уже с подругой договорилась встретиться послезавтра, чтобы после мероприятия пойти погулять, ничего? — Подруге можешь сказать, что всё отменяется. Мама всегда была тверда и строга со мной в моменты ссор. Я привыкла к этому, но свою точку зрения или право что-либо делать я доказывала всегда, даже когда знала, что всё безуспешно. — Ну, ты же знала, что всё так сложится! — мой крик стих, — Можно было хотя бы сказать всё заранее, а не за два дня до первого сентября. — Рэйчел, детка. Из-за хлопот мы с отцом совсем забыли… — мамин голос стал нежен. Я была уже практически спокойна и с уверенностью могла бы пойти к себе в комнату, чтобы собрать вещи, но от безысходности — ведь сил от криков и ругани не осталось — я села на диван. — Рэйчел, мы уже разговаривали на эту тему, но… — мама присела рядом и тяжело вздохнула, — Я должна устроиться на работу, а тебе нужно доучиться. Ты обязательно справишься. К тому же, мы давно подали документы в школу, где тебя уже наверняка распределили в класс. — А бабушка? — я резко сменила тему на более важную. — Будете общаться по видеосвязи, если захочешь. Она, кстати, передала тебе это, — грусть постепенно начала пропадать с маминого лица, когда она достала из старого пакета свитер, огромный такой, ярко-красный, ничуть не колючий! — Стильно, — тихо произнесла я, улыбнувшись, ведь действительно была рада такому подарку. Я была бы в восторге от любого подарка бабули. Она всё детство дарила мне различные самодельные безделушки, многие из которых до сих пор лежат на моей полке. Большая радость знать, что и сейчас моя бабушка что-то мастерит! Но всё не так весело: полгода назад она стала чувствовать себя хуже и обратилась к врачу. Злокачественная опухоль. Осенью должна быть операция, а на это нужны такие деньги… Поэтому мама и устроилась на работу, а чтобы облегчить жизнь хотя бы мне, родители приняли решение отправить меня на целый учебный год в Форкс, где жила моя тётя. — Пора выезжать! — крикнул папа, стоя на пороге дома. Дорога, как говорил он, должна занять не более четырёх часов, если ехать без пробок. Мы с мамой спустились с чемоданами на первый этаж. — Я буду скучать по тебе, милая! — обняла меня мама, — Всё будет хорошо. Обещаю. — Правда обещаешь? — Правда. На глаза подступили слёзы. Но я сдержалась. Не навсегда же прощаемся. Я села в машину и в последний раз помахала маме рукой. За окном, конечно, так себе был вид: красивые частные домики позади, а сейчас виднелись какие-то старые деревенские развалюхи. Форкс, как говорил мне отец по дороге, тоже своего рода деревня. Но я помню, как раньше бывала с семьёй в гостях у тёти. Тогда мне было двенадцать. Дом у неё — ничуть не развалюха, а даже напротив, очень роскошный, правда, одноэтажный, зато очень просторный. И пейзажи там отнюдь не деревенские. Время пролетело незаметно. Я даже успела поспать. Папа разбудил меня шумом вытаскивания вещей из машины. — Мы уже приехали? — сонно проговорила я, открыв дверь машины. В лицо ударил вечерний свежий воздух. — Да. Тётя Аманда уже заждалась. Я предупредил её о том, что вещей у тебя тут на всю жизнь хватит! — папа помог мне вылезти из транспорта. Меня ведь всегда укачивало, и в результате я оказывалась в состоянии варёного овоща. — Рэйчел! — прозвучал нежный женский голос, и тёплые объятья окутали замёрзшую меня. — Я так рада тебя видеть, тётя… — Какая тётя? Когда уже отучишься от этой привычки? — со смехом спросила меня тётушка и продолжила, разглядывая меня, — Девять лет разницы всего-то! Ты ведь уже почти взрослая. Как же всё-таки летит время… — Ещё недавно ты была совсем малышкой, — папа обнял меня одной рукой, — Ладно, не буду я вас задерживать. Мне рано вставать на работу, надо отдохнуть как следует. — Приезжайте с Натали, когда будет время! — попрощалась Аманда с моим отцом. — Пап, звоните мне, как можно чаще. — Хорошо, милая. Мы с тётей вошли в дом. Он ничуть не изменился с нашего последнего визита: та же мебель, тот же мягкий прикроватный ковёр, даже столик на том же месте. Только вот… — Как у вас с Майком? — Разошлись года полтора назад, — в голосе Аманды не было ни капли сожаления. — Почему? — Нашёл себе другую. — Вот козлина! — не выдержала я. — Сначала я его и не такими словами называла. А сейчас поняла, что нужно уметь отпускать людей, как бы тяжело не было… Он ведь полюбил её. А когда два человека любят друг друга, почему им нельзя быть вместе? — Но ведь ты тоже его любила. — Да, — голос тёти стал грустнее, — Но вскоре чувства пропали совсем… Но нужно быть оптимисткой по жизни! К тому же недавно у меня появился очень симпатичный знакомый, с которым мы переписываемся. Договорились встретиться на неделе. — Как его зовут? А сколько ему лет?.. — Ну, началось… Закончив разговоры о душевном, мы принялись разгребать мой хлам. Мои вещи, то есть. — Аманда, расскажи мне, пожалуйста, что и как тут. Меня же предупредили почти в самый последний момент. Уже послезавтра в школу! — До твоей школы примерно километров пятнадцать. У меня есть машина. Буду подвозить тебя, когда нужно. Об остальном позже! — Класс! Теперь у меня есть личный водитель, — сказала я и пошла в комнату, которой любезно пожертвовала Аманда, но, остановившись у дверного проёма, добавила, — устала очень. Пойду отдохну. Спокойной ночи! — Спокойной.