Моя необычная история

С астрономической башни Хогвартса открывается поистине великолепный вид на окрестности. Лес, озеро, поля, далёкие горы — всё как на ладони. А про то, как отсюда выглядит рассвет, и говорить нечего. Меня печалит лишь то, что в столь раннее утро все ученики ещё спят. Но если б кто-нибудь оказался поблизости в этот момент, то прекрасно смог бы услышать медленно удаляющиеся от лестницы на башню шаги и характерные удары трости об пол. К счастью, сейчас все спят, и заметить меня никто не сможет. Тем лучше. Ведь вопросы, по поводу того, зачем я иду в Тёмный лес, возникнут сразу же. И если сказать правду, что я просто гуляю, они, разумеется, не поверят. Сначала я планировал насладиться видами, заодно обдумывая некоторые планы на будущее. Но внезапно мне в голову ударила идея сходить в лес на разведку. Ну и просто, воздухом подышать. Только вот местные жители были не слишком рады внезапным гостям.

***

— Знаете, кажется, только что мной была раскрыта главная тайна всей вселенной. Как известно, ученикам строжайше запрещается ходить в этот самый лес, ведь там обитает КУЧА страшных и невероятно опасных существ. Только вот я до сих пор никого из них не встретил. А из этого следует…правильно, что всех учеников Хогвартса считают последними лохами, которые не могут постоять за себя. Это забавно. Жаль, что многие ученики очень даже не тупые слабаки, которые МОГУТ постоять за себя. Но я вычислю наиболее слабых. И в случае нужды, устраню их. Можно было бы ещё долго рассуждать вслух таким образом, но меня невероятно нагло и быстро прервал отряд кентавров, коих было где-то штук 20. Ничего другого, кроме как действовать, мне в голову не пришло. — Мда, контент подкрался незаметно. Ну, господа наполовину лошади, а наполовину люди, выбор целиком и полностью за вами. Либо вы просто уходите, либо отправляетесь в мир иной. Видать, они были не в настроении. Такой вывод я сделал, когда все эти существа галопом понеслись на меня. Ещё хуже было то, что выстроились они кругом, и отступать было некуда. Но я никогда не отступаю. Почти. — Ладно, вы сами избрали свою судьбу. Из чего следует лишь один исход. Итак, кто первый? — спросил я, усмехаясь и глядя на то, как через пару секунд меня поглотит эта недружелюбная волна конятины.

***

Вечером Большой Зал был, как обычно, полон разговоров. Говорили каждый о своём, но время от времени всё сводилось к обсуждению инцидента в лесу. И, понятное дело, жарче всего об этом говорили определённые три личности, хорошо нам всем знакомые. — Скажу тебе честно, Рон, после всего того, через что мы прошли во время прошлых годов обучения, меня мало какими событиями, происходящими в этой школе, можно удивить, но произошедшее утром…я даже не знаю, чего дальше ожидать. Все наши приключения кончались мирно, а тут целых 26 мёртвых кентавров. Я в жизни не видел Хагрида таким шокированным. Как будто беглого преступника мало. — Гарри, не надо влезать ещё и в это дело. Профессора со всем разберутся. Или тебе не хватает опасности в жизни? — Не говори глупостей, я бы с радостью избавился от преследующих меня проблем. Но, кажется мне, это невозможно. Может, это моя судьба — влипать в неприятности? — вздохнул парень, переведя взгляд на Гермиону. — А ты что думаешь об этом? — Что? А…об этой ситуации? Я даже не знаю. Слушайте, мне надо кое-куда сходить. Я позже найду вас, — ответила она, и быстрым шагом удалилась.

***

,,О чём он только думает?! Будто бы мне так легко делать вид, что я ничего не знаю! Сейчас январь. Прошло всего 4 месяца с момента его появления в школе, а различные мелкие и не очень происшествия так и мелькают время от времени. То какой-то ученик лежит в лазарете побитый чуть ли не вусмерть, то один из учителей ходит как в воду опущенный! И самое странное — за всё это время мы с ним общались от силы несколько раз. Вот увижу его снова, и неприменно спрошу, зачем ему наше, как он говорит ,,партнёрство?" Хотя нет. Прямо сейчас к нему и направлюсь. Благо, есть лишь несколько мест в замке, где он с наибольшей долей вероятности обычно находится". Добравшись до Выручай-комнаты, Гермиона, пересилив себя, вошла внутрь. У неё было стойкое ощущение, что она никогда не сможет без страха посещать данное место. Ведь каждый раз в нём могло стать на труп, а то и несколько больше. Её страхи не подтвердились…почти. Новых трупов, кроме семейства Фаронов не наблюдалось. Зато был до ужаса напуганный мужчина лет 30. По его внешнему виду можно было сделать вывод, что он из Министерства. Она могла и дальше рассуждать, если бы не внезапные шаги за спиной, мгновенно обхватившие талию руки и столь знакомый и ненавистный голос, как всегда с издёвкой и полушутливым тоном, опаляющий левое ухо с каждым словом, от чего с тела не могли исчезнуть мурашки. — Вот как интересно получается, милая моя. Казалось бы, в твоём случае полагается сводить вероятность встреч со мной к минимуму, но ты, мало того, что не особо и боишься, так ещё и сама пришла сюда. Исходя из соображений такой прекрасной, невероятной и крайне полезной вещи, как логика, я могу предположить только два варианта — либо ты планируешь стать патологоанатомом, либо в тебе живёт частичка некрофилии, о которой ты даже не догадываешься, — произнёс я, так же резко от неё отстранившись, попутно проведя рукой по распущенным каштановым волосам, — Не желаешь подтвердить или опровергнуть их? — Я сюда пришла не для разведения демагогии. Мне интересно, зачем ты записал меня в напарники, если за всё время мы почти не общались? А так же я не могу не спросить. Для чего ты совершил столь ужасный и необдуманный поступок? — на удивление быстро пришла в себя после столь неожиданных для неё действий девушка. — Ах, Гермиона. Моя дорогая Гермиона. С твоим, не побоюсь это признать, гениальным умом можно и догадаться. И это фраза для обоих вопросов. Видишь ли, твои услуги в более…ммм…широком спектре потребуются мне в будущем. На данном году обучения всё происходит и без моего участия. Я должен просто ждать и наблюдать за естественным ходом истории. А что до бедных кентавров…они сами решили напасть. Они могли преспокойно уйти с миром. Но не захотели. А как-то неохота умирать от кучки непарнокопытных. Тем более, у меня нет права умирать. По крайней мере, в ближайшее время. Я ещё не доделал одно дело, — говорил я, медленно обходя её по кругу, время от времени поглядывая на сжавшегося в страхе министерстского работника, — Впрочем, об этом позже. Сейчас надо разобраться с ним. — А что он такого сделал? — Да ничего особенного. Всего-навсего прибыл в Хогвартс с целью понаблюдать за мной и доказать, что это я убил эту семью. Встретил я его несколько часов назад.

***

Удивительно спокойная жизнь преследует меня вот уже несколько месяцев. Да, Кира Йошикаге о таком только мечтать мог. Правда, ничего удивительного в этом нет. Сейчас всё будет происходить относительно нормально. Это потом воскреснет Волан-де-Морт и начнётся настоящая жесть. До этого же момента можно слегка расслабиться и плыть по течению. Но это не отменяет того, что на сокрытие моих деяний и поддержание легенды уходит много сил. Ну ничего, сейчас я дойду до своего кабинета и смогу хоть сколько-нибудь отдохнуть. Надежды мои не оправдались. Прямо в МОЁМ кабинете, за МОИМ столом сидел какой-то тип, который, к тому же, беззаботно ухмылялся. Само собой, терпеть столь вопиющую наглость я не собирался, а значит данную личность требуется немедленно выгнать. — Ну слава Мерлину, вы соизволили явиться. А то я начал переживать, не придётся ли за вами посылать, — крайне непренуждённо говорил незванный гость, — Собственно, позвольте представиться — Майкл Греймс, частный детектив. Прислан Министерством для более детального расследования о деле вашей семьи, а заодно и трагедии, случившейся несколько часов назад. — А чего это вы так лыбитесь, дорогой мой детектив? Неужто уже нашли какие-либо зацепки? — О, можете не сомневаться, парочка идей у меня уже есть, а что до зацепок…думается мне, за ними дело не станет, мистер Фарон, — продолжал он улыбаться, уже стоя прямо напротив меня. ,,Хах, а он мне нравится. Столь ловко и незаметно давить на психику…постоянная расслабленность, ощущение полной правильности своих действий, улыбка наконец. А та интонация, с которой он произнёс последние слова, прямо показывает подозрения в отношении меня. Конечно, детектив и должен таким быть, но в нём больно много этой детективности. Правда, шибко помочь ему это не сможет. Ведь именно излишняя самоуверенность является в большинстве случаев причиной поражния многих великих личностей. Да, всё это печально, а сейчас вернёмся в реальность". — Я так понимаю, вам бы хотелось осмотреть место гибели отряда кентавров? — Да, если вы меня проводите. Заодно расскажу, что мне думается о деле вашей семьи. — С превеликим удовольствием. Кажется мне, это будет интересная прогулка.

***

Путь до места убийства был не то, чтобы долгим. Но выслушать Майкла я успел. — Итак, по поводу ВАШИХ родных, хехе. Больше всего меня поражает не столько отсутствие трупов, сколько именно вы. О вас нет абсолютно никаких сведений. Словно вас никогда не существовало. И всё же, ваших близких убивает неизвестный, не оставляя никаких улик, кроме погрома и следов крови. В тот же день вы, дорогой мой друг, прибываете в Министерство и получаете должность смотрителя. Причём не обычного, а, так сказать, с расширенным пакетом полномочий. Ну, и наконец, слишком молодо вы выглядите, для того, чтобы уже иметь семью и настолько нестандартную должность, - продолжая улыбаться, говорил мой попутчик, - Но об этом позже. Сейчас я хочу заняться более простым и быстровыполняемым делом. Кстати, как я вижу, мы пришли. Перед нами действительно была небольшая покрытая январским снегом полянка, в центре которой находились все убитые кентавры. И что самое удивительное — трупы своим местоположением образовывали некий символ, напоминающий по форме смерч или водоворот, если смотреть сверху. — Очень интересно. Кем бы ни был преступник, он очень силён. Так ещё и странные символы выкладывает из жертв. Но вот что меня поражает больше всего, — рассуждал детектив, медленно водя палочкой над трупами, — Судя по всему, они были убиты практически одновременно и без какой-либо магии. Я ощущаю странную энергию, исходящую от этого места, но она не похожа по своей структуре на ту магию, что веками используют волшебники и волшебницы по всему миру. Эта энергия куда более древняя…и мощная. Знать бы ещё, что это за символ, и что он означает? — Насчёт значения не знаю, а вот сам символ являет собой ни что иное, как отсылку, — сказал я, улыбаясь. — Чего? Какую ещё отсылку? — Что значит какую? Самую обычную. Кому, как не мне — главному герою всей этой заварушки, делать отсылки на разные произведения и сериалы. К моему огромному огорчению, Майкл Греймс уже не слушал. Во-первых, потому что его скудный мозг начал осознавать всю суть происходящего, а во-вторых, потому что спиной он почувствовал целую волну той самой ,,древней и мощной энергии". Невероятно медленно обернувшись, он увидел меня, всё также непренуждённо опирающегося обеими руками на трость. Но не это вызвало на лице детектива смесь страха и удивления. Его поразило существо гуманоидного вида, парящее над землёй прямо за моей спиной. — Что такое, мистер Греймс? Неужели никогда стендов не видели? Хотя откуда вам? В Англии, насколько мне известно, стендюзеры не водятся, хаха. — Так значит я был прав! Это и вправду ты! Я с самого начала заметил, что во всей этой истории уж больно всё чисто да гладко. Теперь всё ясно. И можешь быть уверен, я выполню свою работу и доставлю тебя прямо в руки мракоборцев. — В таком случае и ты будь уверен в одном только моменте. Я слишком много потерял, слишком серьёзно ошибся однажды. И я сделаю всё, чтобы мой план достиг своего завершения. Никто и ничто не встанет у меня на пути, — в меня уже летели самые различные заклинания, часть которых с лёгкостью отбивались моей палочкой, а другая часть просто теряла свой смысл, попадая под эффект стирания времени, — Как бы сильно ты не старался, сколько бы сил не потратил, в итоге все твои деяния потеряют свою суть и останется лишь результат — твоя смерть. Ибо не в твоей власти превзойти величие моего Кинг Кримзон. Наконец, детектив был парализован заклинанием и оглушён. — Я мог бы просто испепелить тебя, но сделаю лучше. Ты послужишь примером для одного человека. Примером того, какой из многочисленных исходов ожидает людей, рискнувших мне помешать. Это великая честь. Не опозорьте меня, мистер Греймс.