Не понимаю!

      Намджун, Намджун, Намджун, Намджун и ещё бесконечное количество раз Намджун. Помешаный Чонгук за этих шесть лет совместной жизни пожужжал мне все уши о том, какой же наш лида* прекрасныкрутойумныйкрутойвосхитительныйкрутокрасивыйкрутоймилыйкрутонезаменимыйкрутой и единственный такой лида на весь район. Нет, я конечно же согласен, что Намджун-хён много сделал для группы, как лидер и вообще он очень талантливый и трудолюбив, но я реально задолбался постоянно видеть Гука со звёздочка в глазах. Хмм... Кажись я теперь понимаю почему в фанартах Гугу рисуют большие галактические глаза. Эти его глаза, когда он смотрит на хёна — космос с триллиардами звёзд, которые сияют ярче солнца. Так, стапэ. Слишком много инфы о мелком. Я же не представился ещё и вообще не объяснил ситюэшн, чё да как. Вообщем я Ким Тэхён, и я не понимаю, почему мой друг так сильно восхищается нашим лидером.       Намджун-хён нерешительный, рукожоп — его второе имя, нервный (хотя справляться с нами, шестью обалдуями, тут таки нервишки нужны крепкие), а ещё он танцует, как рак в сезон спаривания, и до пропости наивный. Что же в нём такого? «Ладно, хватит ломать и так последние рабочие извилины, нужно поспать, завтра важный день» — подумал я и на том уснул. Будильник играет уже, кажется, в 10й раз, потому что я постоянно откладываю подъём. — Мне сегодня совсем не хочется просыпаться, вот фо риал. Хочу ещё чуть-чуть поваляться и понежиться утренней теплотой, кутаясь в одеялко и прячась от холода. Ах, как в Раю. Так приятнооо... Но это длилось не долго. Ведь буквально через несколько минут я услышал разгневанный голос лиды. — Тэхён хватит спать! У нас съёмки буквально на носу! Вставай! — Нуу... Ещё пара минут, Чимин, — тихо из-под одеяла проныл я. «Ещё пара минут, Чимин. … Чимин? Чего? А разве это не был голос лиды? Намджун-хён? Что? Странно, обычно меня Чи будит...» ход моих сонных мыслей прервало резкое слетание одеалка с меня, от чего я скорчил злобную и недовольную мину. — Я же сказал тебе вставать, Тэ. — моё имя он произнёс еле слышно. Только интереса ради я открыл один глаз и стал фокусировать свой взгляд на хёне, который с моим предметом защиты и обнимания застыл обескуражен. — Что такое, хён? — и как только я начал говорить, он развернулся и на выходе сказал: — Поторапливайся и приведи себя в порядок. Я, всё ещё не желая вставать, перевернулся на живот, но почувствовал дискомфорт внизу. «Ох, фак, холи шит. Ну, гуд морнин, утренний стояк.» Понятненько почему хён сказал мне «привести себя в порядок». Но, чёрд, почему его это так удивило, он что впервые сторчёк увидел? Ай, ну и ладно, нужно поднять как-то это тело и донести его до ванной.