Doomed to love

      Что значит море для русалок? К сожалению, но на этот вопрос нет однозначного ответа. Если задать его обитателям морского мира, то можно сразу лицезреть смятение на их лицах, так как для всех них море имеет разное значение, не похожее на остальные. Но если задать этот вопрос обыкновенным смертным, то они сразу на него ответят: «Море для морских чудовищ — это жизнь».       А что значит море для пиратов? Так же, как и русалки, пираты не могут сразу ответить на этот вопрос, ведь для каждого море это что-то своё, что-то такое одновременно родное и таинственное, что-то пугающее, но притягивающее. Но люди, которые никогда не пытались и даже не хотели ощутить полную свободу, почувствовать свежий морской бриз, стоя на палубе, абсолютно всегда говорили одно и то же: «Море для пиратов — это выгода, ведь все они поступают подло, в то время как военные флоты всегда сражаются по правилам и знают дело чести. Ненавижу пиратов.»       Маринетт, хоть и росла в любящей семье, да и воспитана как полагается девушке, всегда хотела быть пиратом, и всегда знала в неправильности рассуждений людей о море, так как все они были похожи как одно, и поэтому сразу же, как слышала их, говорила, как люди ошибаются, и что из-за такого, казалось бы, пустяка девушка не будет даже здороваться с ними. «Видите ли, это всего лишь дело чести, » — последнее, что слышали от Маринетт.       Сама же девушка всегда утверждала, что море для пиратов — это не какая-то там выгода, а такой желанный глоток свободы. Снятие оков, что ограничивают в действиях и словах. И, в конце концов, приключения, что ожидают буквально на каждом шагу. А море для русалок — это не просто жизнь, а это то же самое чувство свободы, ощущение лёгкости, но и так же скованности, потому что так же, как и у всех существ, у них есть правила, что ограничивают морских обитателей в тех же действиях. В конечном итоге, русалки — это не морские чудовища, для которых море это всё, русалки — это такой же народ, как и люди, но только более долговечный. Люди могут прожить не больше века, поэтому и появляются пираты, а русалки могут жить тысячелетиями, но так и не насладиться своей жизнью по полной, ведь всё равно проживёшь кучу лет, многое «повидаешь», но так называемые правила осмелится нарушить не сможешь и будешь веками жить на морском дне, общаться со своими сородичами и охотиться на акул.       Был, конечно, один русал, что нарушил правило — полюбил человека и очень часто оказывался на поверхности. За это он поплатился изгнанием из моря, без которого, к сожалению, русалки жить не могут, так как на суше хвост высыхает, а потом и кончина близко. Да и человек того русала бросил, потому что она была всего лишь простой служанкой у какого-то важного лица.       Эту историю всегда рассказывали ещё неопытным русалкам, чтобы вбить в их головушку, как поступать нельзя, и что их потом за нарушение правил ожидает.       К сожалению или счастью, но Адриана, так называемого сына главы одного из поселений русалок, не обошла эта участь. Он никогда не любил учиться и придерживаться правил. Это возникло ещё в детстве, когда Адриан впервые оказался на поверхности и увидел первый закат в своей жизни, но потом получил нагоняй от своего отца и наказание, в виде ареста.       И вот, даже в свои сто восемьдесят лет (по человеческим примерно пятнадцать), Адриан вынужден снова сидеть в своей комнате, смотря своим глубоким взглядом изумрудных глаз в одну точку, проклиная свою никчемную жизнь.       «Лучше бы родился человеком, » — всё время повторял про себя парень, завидуя людям в их «свободе» выбора.       Ох, как же ему хотелось избавиться от своего синего хвоста, с изумрудным отливом. Или просто познакомиться с живым человеком, который бы принял его и забрал к себе. Но этому не бывать, от чего на душе становилось так тоскливо и одиноко, что хотелось вырвать из своей груди сердце и просто растоптать его. Ах да, ног то нет, топтать нечем.

***

      Это был один из тех дней, когда море на поверхности бушевало и пыталось утащить какое-нибудь судно на дно, ну или хотя бы одного из членов экипажа.       И морю, похоже, улыбнулась удача, так как в шторм попал королевский флот, который плохо справлялся с управлением, из-за чего всем значимым людям сказали ни при каких условиях не выходить на палубу.       Но всё же есть одна особа, которой на вид было лет пятнадцать, что стояла на носу корабля. Её чёрные волосы с синими бликами, что были распущены, доходили до лопаток и слегка завиты, развивались от сильного потока ветра и иногда лезли в глаза и рот, от чего девушке всё время приходилось заправлять непослушные пряди за ухо своей хрупкой маленькой рукой, хотя это не помогало. На ней было надето пышное, слегка мокрое от брызг моря, платье сероватого цвета, что доходило до щиколоток. Корсет был слишком туго затянут, от чего было тяжело дышать, да и перед глазами уже начинало темнеть, но девушка не жаловалась и все так же продолжала смотреть в горизонт, пытаясь удержать равновесие, чтобы не упасть за борт. Так же юная особа была босиком, ведь туфли ужасно натирали, а чулки были излишними.       — Мисс Дюпен-Чен, прошу, покиньте палубу и направляйтесь в свою каюту, здесь сейчас не безопасно, — откуда-то сзади послышался взволнованный голос генерала морского флота, что отправлялся с семьёй герцога в Англию, на какое-то предстоящее торжество, на которое они были приглашены.       — Говорят, что в этих морях обитают русалки, — даже не одарив генерала взглядом своих васильковых глаз, сказала Дюпен. — Как думаете, это правда? — резко повернувшись, сказала девушка, но в этот же момент очередная волна вновь ударила по кораблю, от чего тот с новой силой пошатнулся, и из-за этого мисс Дюпен повалилась назад, выпав за борт.       — Нет! — генерал бросился к тому месту, где раньше стояла девушка и посмотрел за борт, но на поверхности моря не было больше ничего видно, кроме разъярённых волн.       В миг, когда Дюпен-Чен оказалась под водой, она начала пытаться избавиться от мешающего куска тряпки и ненавистного корсета, так как всё равно с ними далеко не уплывет, а шанс ещё выжить с этими вещами очень мал, тем более девушка могла в любой момент потерять сознание.       «Будь проклят тот, кто создал платья и корсеты, » — подумала Маринетт, отбросив мешающие вещи в сторону и оставшись лишь в одной сорочке, что слишком сильно облегала тело и всё так же мешала плыть, но уже не так сильно.       Маринетт никогда не была паникершей и в экстренных ситуациях всегда старалась здраво мыслить, но сейчас, когда её жизнь буквально на волоске от смерти, да ещё и перед глазами всё плывет и не видно точных каких-либо очертаний хотя бы чего-нибудь, она всё никак не могла придумать: как же спасти себя. Вот-вот и она уже потеряет сознание от нехватки кислорода, чего совсем не хотелось.       Ещё раз оглядевшись по сторонам, Маринетт начала плыть на верх, но, так как сейчас прямо над ней проплывал корабль, а море так и не угомонилось, от чего девушке было практически невозможно плыть, перед глазами начало темнеть, а потом и вовсе Дюпен провалилась в темноту, на последок увидев перед собой какое-то движение и чью-то золотистую макушку.

***

      Под водой, даже во время шторма, всегда было спокойно, но чем ближе находишься к поверхности в ужасную погоду, тем тяжелее становится плыть.       Адриан никогда не отличался послушностью, поэтому он снова сбежал из дома, наплевав что ему же потом будет хуже.       Плывя к поверхности, чтобы поближе посмотреть на корабль и людей, парень то и дело осматривался по сторонам, и, как оказалось, не зря. Под самым кораблем Адриан заметил движение, причем это не было похоже на акулу или того же дельфина.       Любопытство взяло верх, и поэтому, подплыв к незнакомому субъекту, русал никак не ожидал увидеть тонущего человека, который какое-то время барахтался, а после, прикрыв глаза, стал медленно погружаться на дно, вместе с надоедливым платьем, которое прицепилось к его ноге.       Адриан, конечно же, не сразу понял, что это девушка, да и, тем более, примерно его лет, если переводить русалочьи года в людские. И он не сразу понял, что одежда, в которой она сейчас находилась, очень хорошо просвечивала, от чего русал сглотнул, как-никак, но верхняя часть туловища слишком сильно походила на русалочью, отличие только в том, что у русалок грудь закрывает чешуя, которая гармонично сливается с хвостом. Да и у этого человека было настолько странное тело, что почему-то у русала сердце ускорило темп.       Собрав все силы и волю, Адриан аккуратно и даже немного боязливо схватился за талию девушки и поплыв на поверхность, вспоминая, где находится ближайший остров, но, как назло, до него надо было плыть пять морских миль*, а такое расстояние в такую погоду преодолеть было крайне трудно, но все же русал осмелился это сделать, хоть и спасает человеческую жизнь. Любой другой сородич на его месте просто-напросто добил бы эту девушку, да ещё и не отказался бы вкусить её плоть.       Плыть было неимоверно тяжело, особенно, когда волны откидывали на несколько футов назад, от чего приходилось заново проплывать это же расстояние с тяжёлой ношей на руках, что практически не подавала признаков жизни, из-за чего русал стал сильно волноваться, сам того не понимая.       Проплыв так ещё одну милю и оказавшись в более-менее спокойной зоне, Адриан приостановился, чтобы перевести дыхание. Даже, уплывая от акулы, он так не уставал. Глубоко дыша, русал посмотрел на лицо девушки, что было бледнее поганки и имело нездоровую желтизну, неизвестно откуда взявшуюся.       Немного пораскинув мозгами, Адриан вспомнил, что поцелуй русалки может дать временное подводное дыхание или же помочь организму человека свыкнуться с водой и стать с ней почти одним целым. Конечно, Адриан не знал, что такое поцелуй, но почему-то, будто рефлекторно, он мимолетно коснулся своими губами губ девушки, немного приоткрыв их и при этом попытавшись передать ей немного кислорода. Чувства от этого мгновения были настолько странными и непонятными, что русал просто не знал, что ему делать, поэтому быстро отстранившись, стал думать: а правильно ли он вообще поступает? Но в тот же миг, этот вопрос будто бы испарился, не дождавшись ответа, так как девушка начала кашлять, от чего вода стала уходить из лёгких.       Адриан немного с испугом смотрел на девушку, но, переборов все свои страхи, сильнее прижал её к себе за талию и начал быстрее плыть к берегу, в то время как девушка не осознавала, что происходит вокруг, и поэтому даже не сопротивлялась.       Через какое-то время показался берег, на который тут же девушка решила доплыть сама, поэтому начала вырваться из холодных рук довольно привлекательного спасителя, не забыв сказать: «Благодарю за спасение».       Адриан только улыбнулся и сразу же, как девушка вырвалась из его хватки и поплыла сама, нырнул под воду, оставив юную особу одну на безлюдном островке. * — 9,26 километров