Спор

      — Да иди ты к чертовой бабушке, — вспыхнул Пайнс. — Извращенец!       На такое подписываться слишком рискованно, мало ли взбредет в голову Сайферу с его то закидонами. Все лавочка свернулась. Стоп. Занавес. Дальше идти нельзя, даже и без опознавательных знаков можно было понять, что не хватает только красной таблички с надписью «опасно».       — Ну что ты. Мы же просто поиграем, всего лишь, — Билл облизал пересохшие губы и сглотнул ком в горле, всячески пытаясь скрыть свою одержимость. — Раздевайся, — Сайфер потянул вверх край майки Диппера, цепляя ногтями кожу.       — С дубу рухнул?!       — Не заставляй меня ждать. Я и так на грани.       Проклинать Билла можно вечно за долбанный зеленый фартук, который Диппера заставили надеть на голое тело, за вибратор в заднице и, в конце концов, за руку бесстыдно мнущую ягодицу. Тихий смех за спиной и кинутое невзначай «тебе идет» не только выводило из себя, но и возбуждало.       — Для начала разрежь сдобу пополам, — Пайнс неумело взял в руки нож и принялся неуклюже следовать указаниям, за что сразу получил замечание. — Ты так пальцы себе к чертям отрежешь. Балда, — Билл обошел Диппера со спины, кладя свои руки поверх чужих, подбирая тонкие пальцы и показывая как элементарно правильно резать. — С тобой будет сложнее, чем я думал.       — Посмотрел бы я на тебя с вибратором в заднице.       — Если бы ты знал, какой ты сексуальный.       Этот Сайфер вечно отвечал на свой лад, как вздумается, поступал как хотел и переиначивал все в корне. Фантазий ему не занимать. Диппер такими темпами далеко от Золушки не уйдет, правда та перебирала крупу, а вот Билл в отличие от злобной мачехи заставил возиться с изюмом. Его мало того что перебирать пришлось так еще и замачивать. У Пайнса в голове был лишь один вопрос: кто тот демон, который придумал это?       На форму для выпечки и сливочное масло Диппер смотрел с опасением. На кой хрен ее смазывать-то?       — Куда руками размазываешь?! Только попробуй мне здесь что-нибудь загадить, — пригрозил ему Сайфер, увеличивая режим вибратора. — За каждый свой косяк ты будешь отвечать.       — Ах, ты гребанный садист, — Диппер прикусил губу, давясь стоном.       Готовка — сплошное мучение, но с таким учителем как Билл она превратилась в сущий ад. Нет тебе ни похвалы, ни нежностей. Не такого Диппер ожидал от сегодняшнего вечера. Мало того что возбуждение уже достигло пика и терпеть стало невозможно, так еще и издевательские смешки и вопросы со стороны выводили.       — Малыш, тебе жарко? Ты весь покраснел.       — Так поторопись и охлади меня.       — Плохо просишь.       — Также как ты учишь.       — Смотри, чтобы крем не подгорел, — напомнил Сайфер, якобы давая ценный совет.       Постоянно это варево мешать — так и рука отвалится. Один этап сложнее другого, выкладка сдобы в форму отдыхает. Издевательство в чистом виде.       Диппер удивленно приподнял брови, наблюдая за тем, что Сайфер все же соизволил помочь, сливая воду с изюма. После чего он попробовал крем на вкус и отключил плиту.       — И что теперь?       — Высыпай изюм к сдобе, после кремом залей, — лениво отозвался Сайфер, будто и ребенку понятны столь очевидные вещи.       Проще сказать, чем сделать. Естественно Диппер налажал: рассыпал изюм, крем разлил, проигнорировал разочарованный вздох Сайфера. Оставалось только молиться, что на этом его мучения закончатся.       — Теперь соус.       — Ты уверен?       Терпение и усидчивость — явно не самые сильные из сторон Диппера. Он резко развернулся к Биллу в полной готовности высказать все, что о нем на данный момент думал, безусловно опуская те самые весомые моменты, от которых тело трясло, пересыхало в горле и до трясучки хотелось разрядки.       — А что есть предложения получше?       «Да, мой кулак встретится с твоим лицом», — подумал про себя Диппер. — Давай закончим на этом.       Верить надо в лучшее, а надеяться на худшее, ну, по сути Пайнсу нужно было взять все в свои руки, и сделать так как он счел бы нужным. Здесь даже и выбирать не из чего, разве что вариант подачи мести в холодном или горячем виде.       — Билл, ты чего? — Диппер отпихнул от себя полезшего целоваться Сайфера.       — Ну как, ситуация располагает.       В нем что-то определенно было, некая харизма, от которой сердце до глупого в восторге замирало, глаза сияли восторженным блеском. Он всегда получал то, что хотел даже сейчас, жадно целуя Диппера на кухонном столе, лаская соски под фартуком. Иной раз в силу своей природы Пайнсу и хотелось его обломать и оставить с носом, но такое понятие как самообладание резко стиралось из памяти, когда соблазн столь велик. Слишком просто ему все доставалось без напряжения. Сайфер просто брал свое без раздумий.       — Я хочу быть сверху, — Билл слегка напрягся, услышав эти слова. Видимо, он ожидал это когда-нибудь услышать, но явно не был готов к этому сейчас.       — Хочешь попробовать позу наездника? — проурчал он, целуя тонкую шею горячими губами.       — Нет, я хочу в тебя вставить свой член.       — Милый, мне не положено быть снизу, — он медленно вытянул вибратор из прохода Диппера.       — А ты пробовал?       — Зачем? Я оставлю для тебя эту приятную участь.       — Сволочь.       — Но только твоя, так что мучайся с этим.       Резкий толчок, сопровождаемый тупой болью и тянущим ощущением внизу живота, оставил тупую обиду в сердце. С желаниями считаться он значит не счел нужным. Мистер прямолинейность. Называется сказал как отрезал, даже не подумал. Правильно, прикрыть свой зад — этож святое. Зачем питать ложные надежды, когда можно отсечь на корню все без сожалений.       Билл шире раздвинул ноги Дипперу погружаясь в него глубже, растягивая удовольствие. От дразнящих движений пальцев на головке пульсирующего члена стоны Пайнса отдавались хрипотцой. Жар окутывал, поцелуи от чего-то ставшие такими нежными и чувствительными, будто извиняющимися, заставляли расслабиться. Диппер зарылся пальцами в блондинистые волосы, выгнулся в спине, прижимаясь ближе. Стол предательски скрипнул под ними от учащенных толчков. Хриплое дыхание обожгло ухо. Ток, словно от оголенных проводов пронзил низ живота. Накатила сладкая истома, окутав собой сознание.       — Мой, — собственически прошептал Билл, ставя отметину на плече у Пайнса. — Продолжим? — кивок в сторону плиты воспринялся без должного энтузиазма.       — Сайфер, ты садист.