Тревога, плавно переходящая в спокойствие

Прошло какое-то время и Сал, успокоившись ушёл в свою комнату. Он сидел в тишине и просто смотрел на лунный свет, падающий с открытого окна. Дул холодный ветер, и Фишер иногда вздрагивал, сильнее закутываясь в одеяло. Дверь открылась, на ковёр упал свет и показался силуэт. Голубоглазый кинул взгляд в ту сторону, но сразу отвернулся. -Я зайду?- послышался голос из-за двери. Сал кивнул головой, не поворачиваясь в ту сторону. Джонсон прошёл внутрь, закрывая входную дверь и вздрагивая от холода. Фишер совсем перестал чувствовать мороз, поэтому сидел, практически не двигаясь. -Тебе не холодно?- спросил Ларри, закрывая окно и слушая цоканье друга. Шатен сел рядом с Фишером.- Что с Трэвисом?- немного равнодушно спросил тот, смотря на недовольного Сала. -Как будто тебе есть до него дело?- ответил голубоглазый. -Он мой друг, Сал. Ты прекрасно это знаешь.- немного раздраженно ответил Ларри, отворачиваясь от него. -Ага, конечно. Может когда-то и был, но не сейчас.- сказал Фишер, больше накрываясь, и пытаясь не ловить взгляды Ларри на себе. -Не присваивай его себе. Не так уж всё и плохо?- всё также раздраженно продолжил Джонсон. Терпение Сала закончилось. Он подскочил, скидывая одеяло с себя. -Да? Не так и плохо? Его единственного из нашей компании не забрали домой!- он стал агрессивно смотреть на Ларри, повышая голос и размахивая руками.- Его там избивают если что! Ты ничего не замечаешь даже! Я приезжал к нему сегодня, и знаешь что?- Фишер замолк на секунду.- Всё очень плохо! Когда у голубоглазого закончились слова, он сел на край кровати, взявшись за голову, и закрывая лицо руками. Джонсон сидел с непониманием и удивлением, но потом вышел из комнаты, слегка хлопая дверью...

***

*2 часа после ухода Фишера* -Неужели сегодня?- продолжал говорить себе Трэвис, сидя на том же подоконнике и смотря на луну, облокотившись об руку. В его глазах был страх, но и какая-то надежда. Может, если бы сейчас прибежал Сал и уговорил его не делать этого, он бы не покончил сегодня с собой. Фелпс находился в комнате один. Его соседи находились на вечеринках или в барделях. Удобно, не правда ли? Трэвис встал с подоконника и подошёл к тумбочке. Он глотнул слабо-заваренного кофе с прозрачной кружки и сел на кровать. Блондин достал телефон и яркий свет резко ослепил глаза. Сделав яркость поменьше, он зашёл в галерею и долистал до начала. Самые первые фотографии с этого телефона. Тут Трэвис даже не знаком с Салом. Только Ларри, Филипп и остальные «плохие парни». На лице Фелпса проскользнула улыбка. -Ха! Крутые парни, Ага да...- с сарказмом вслух сказал тот. Пролиставш ещё пару фотографий, он заметил те самые снимки, когда они с Фишером ушли с вечеринки и направились на улицу. Долго пили энергетики, их тошнило, но именно тогда блондин чувствовал себя по-настоящему счастливым. На лице снова незаметная усмешка. Снова нахлынули чувства к Фишеру. Трэвис всегда знал, что это невзаимно. Точнее, Сал очень любил Фелпса, может даже больше, чем Джонсона, но голубоглазый никак не хотел портить их дружбу. Это очень ранило, хотя блондин понимал это. Кулаки невольно сильно сжались, а по щеке пробежалась слеза. Зеленоглазый поджал губы и продолжил просматривать фотографии. Он нашёл даже те, где «новенькие» из этого интерната избили его до полу смерти, да ещё и запечатлели «на память». Долистав до конца, он уже захлёбывался от слёз. Наступал «тот самый момент» близился быстрее, и быстрее. Трэвис сел за стол и написал записку Фишеру. Именно ему. Больше некому. Он посидел в тишине ещё пару минут после написания письма. В голову лезли ужасные мысли. О том, как Сал будет плакать, как он... -Нет, кому я нужен.- вслух сказал Трэвис, наклоняя голову вниз. По щекам снова потекли слёзы. Он даже не всхлипывал. Просто солёная жидкость сама стекала из уголков глаз. Блондин достал из тумбочки лезвие «SPUTNIK». По лицу проскочила мимолётная пугающая улыбка, но сменилась она на небольшой страх. Сильно зажмурив глаза, он закатал рукава и лёг на кровать. Настало это время. Худые пальцы сжали конец лезвия и быстро прошлись по всему запястью: начиная от конца ладони, и заканчивая местом возле локтя. Фелпс слегка приоткрыл глаза. Рука истекала кровью. Снова страх. -Эй, Майкл, а как насчёт этого?- парень ударил Трэвиса по животу. Изо рта блондина хлынула кровь, а трое парней, стоявших возле него продолжали смеяться. -Хватит.- произнёс Фелпс, немного дрожащим голосом. Один из подростков, взял Фелпса за волосы и приподнял к своему: -Мы только начали, хороший мой... Трэвис стал глубоко дышать и дрожать. Немедля, он передал лезвие в другую руку и провёл теперь по другой руке. Невыносимая боль. Глаза по-тихоньку закрываются, и по скулам текут последние в его жизни слёзы...