Сказание о великом походе царицы Дарины I

      Пушистые облака проплывали по утреннему небу, гонимые холодным ветром. Их не волновали проблемы этого мира, не волновал возможный конец света. Тем временем солнце лениво поднималось из-за горизонта, заставляя небо смущённо зардеться. Первые лучи осветили небольшую деревянную избушку, от которой совсем скоро не останется и следа. — Началось, — послышался как никогда серьёзный голос Экскалибура. Знаменитый меч короля Артура величаво стоял на раме открытого окна и смотрел вдаль, на рассвет. — Что началось? — сонно пробормотала Дарина, протирая глаза; сегодня ей не удалось выспаться.       На соседних кроватях зашуршали одеяла. Ребята хорошо слышали слова меча, хотя тот говорил негромко. Все были наготове, как натянутые струны домры. — Дурачьё! Пора вставать! — уже в своём репертуаре крикнул Экси-кун и, резво размахивая тростью, пробежался по спальне, что больше походила на казарму, стараясь разбудить остальных. Но никто уже не спал. — Ведьма, завтрак, — пренебрежительно крикнул он и вышел на улицу. — У меня так закончатся силы, — простонала Аполлинария.       Она попыталась встать с кровати, но это далось с большим трудом. Ноги подкашивались, и от падения ведьму спас СШО, который выглядел как огурчик. — Как ты тут так быстро оказался? — по привычке нагрубила, но быстро опомнилась. — В смысле, спасибо… — слабый румянец залил лицо ведьмы. А юноша лишь широко улыбнулся. — Нет, мы не можем и дальше эксплуатировать Полю! — сказала Оксана. — давайте лучше вместе что-нибудь сварганим, — девочка улыбнулась, хоть на душе у неё было неспокойно, — Эксплуа… что? — пробормотала Аполлинария, но ответа ей не дали. — Вроде ты вчера наколдовала несколько кустов картошки? — не унималась Окси. — Из последних сил, — кивнула. — Картофель? Ты точно украинка, а не белоруска? — СШО беззлобно рассмеялся своей шутке, хоть и знал, что её всё равно почти никто не поймёт. — Были бы свиньи… и у меня не поднялась бы рука их зарезать, чтобы получить сало, — с полуулыбкой ответила Оксана. Они с юношей понимающе переглянулись. Обмен шутками удался. — Ладно, пойду попробую её выкопать. Эх, навевает воспоминания, как каждый август родители посылали в село на картошку… — задумчиво сказала девушка. — Была бы лопата… — Я пойду с тобой, — подоспела царевна Ксения, которая всё это время расчёсывала свои невероятно длинные волосы. — Доча, разве царское это дело — картошку копать? — удивилась Дарина. — Пусть этим займётся Грей… Подождите, — удивилась девушка. — А где Грей?       Этого никто не знал. Все начали вспоминать, когда видели его последний раз, но так ни к чему и не пришли. Наспех умывшись водой из огромной деревянной бочки и пожевав листья мяты — стандартная утренняя процедура для отряда — все разошлись по своим делам. Экскалибур недовольно сипел, ведь времени оставалось совсем мало, а эти смертные тратят его на гигиену! С другой стороны, меч понимал, что чем ближе подбираешься к опасному месту, тем медленнее идут твои ноги, хочешь ты того или нет. Он не мог винить совсем ещё юных ребят. — Не злись на них, о великий, — проговорила Лира, когда меч в очередной раз недовольно фыркнул, наблюдая за баловством Анастасии, которая совместила водные процедуры с зарядкой, что со стороны выглядело крайне комично. — Понимаю, о достойная, понимаю, — вздохнул Экси-кун. — А тебе не нужно умыться? — Эльфы и без этого идеальны, — подмигнула Лира. Она не врала: её кожа и волосы выглядели прекрасно, будто и не бывало бессонной ночи на жёсткой кровати.

***

— Ладно, я пошла, — едва умывшись крикнула Оксана. Уж очень сильно хотелось есть. — Меня подожди! — Сю, на ходу закидывая мяту в рот, побежала следом.        За домом росло несколько кустов картофеля, заранее наколдованных как раз для таких случаев. Ксения решила долго не церемониться и вспорола брюхо земли одним ударом трезубца. — Эй! А если ты разрезала… — но не успела Оксана договорить, как поняла, что удар был произведён с хирургической точностью. — Л-ладно, — удивлённо вздохнула Окси. — Осталось её собрать.        И, не боясь запачкаться, девушки стали выбирать корнеплоды. Оксана давно восхищалась, с какой ловкостью царевна владеет своим оружием, но узнать об этом побольше не выдалось шанса. Однажды, конечно, Ксения заикнулась о чём-то таком, но СШО предупредил, что жителям этого времени вредно знать подробности из будущего. Но разве украинка не имела права знать? К ней-то никакого отношения это не имело… Но, тем не менее, спросить напрямую Оксана побаивалась: иногда Сю выглядела слишком сурово, особенно на тренировках. Да и кого не испугает вид девушки с огромным, похожим на дьявольский, трезубцем?        Казалось бы, вот он шанс познакомиться поближе, но весь картофель как назло был слишком быстро собран, и девочки понесли еду на кухню; Ксения — в подоле юбки, Оксана — просто собрав как можно больше корнеплодов в охапку. Осталось это всё помыть и испечь, добавив специй, которые, благо, было полно у ведьмы. Остаётся надеяться, что там только безопасные травы…

***

      Полина тем временем чувствовала себя просто отвратительно, ведь за последнее время ей слишком часто приходилось использовать колдовство, чтобы создавать вещи. Созидание всегда забирало слишком много сил. Она не торопилась присоединиться к остальным, и дала себе возможность спокойно посидеть на берегу реки, вглядываясь в ещё тёмную западную часть неба. Девушке даже захотелось вернуться в старые, но не очень-то добрые времена, когда она жила одна в лесу, а все жители близлежащих деревень боялись её сильнее, чем засухи или наводнения. Наивные не знали, что во времена засухи Аполлинария насылала дождь на поля, а чтобы река не вышла из берегов, частенько создавала лишний слой земли, играющий роль естественной дамбы. Поля не ждала благодарности или признания, она просто делала то, что казалось ей правильным. Даже тяжёлое детство не смогло очернить сердце девушки. Несмотря на то, что все считали её злой, несмотря на все небылицы, которые взрослые рассказывали своим детям о «злой ведьме», Аполлинария продолжала по-тихому спасать всех жителей царства от голодной смерти, попутно при возможности создавая себе образ злой-презлой колдуньи.       Ведь иначе к ней в избу начали бы ходить люди, благодарить. Это выматывало бы ведьму, привыкшую к одиночеству. Она жила спокойно, колдовала не так часто, в основном лишь для изучения новых рецептов и заклинаний. А сейчас приходится созидать каждый день, если повезёт — раз в пару дней. Как её вообще угораздило угодить в отряд царицы? И всегда им подавай избушку, чистую воду, еду. Заколдуй коней, расколдуй коней. Ещё и сражаться иногда приходится, откуда же взять столько сил? — Вот, выпей, — от мыслей девушку отвлёк СШО. — В наше время уже достаточно хорошо развиты нано-технологии. Так что из камня можно сделать чай, — юноша увидел непонимание в глазах жительницы средневековья и объяснил всё с тёплой улыбкой. — У вас что же, любой может колдовать, используя эту… штуку? — опешила Аполлинария. — Ну, это не совсем колдовство. Вообще я не могу об этом много рассказывать, чтобы не нарушить баланс. — Так чего ж ты раньше не наколдовал нам хотя бы еды? — грубо спросила девушка. Паренёк нервно рассмеялся. — Это потребляет слишком много энергии, на эту чашку чая я потратил четверть запасов. А вчера я весь день подзаряжался, между прочим! У вас ведь нет тех источников, что у нас… Но не будем об этом, — ловко сменил тему. — Это не просто чай, он по особому рецепту. Скажу лишь, что мы много изучали и ваше время в том числе, и вашу магию, так что создание подобного напитка стало возможным. Короче, этот чай поможет тебе восстановить силы. Не сразу, конечно, но к вечеру будешь как новенькая. Это ведь и в моих интересах, не так ли?        Поля промолчала, ведь нельзя было показывать, что ей обидно. До боли обидно, что забота, с которой СШО предложил девушке чай — не более, чем прагматичный расчёт. Из-за этого она даже не озвучила уточняющие вопросы по поводу этой технологии и странных чудодейственных рецептах. Видимо, в её душе всё ещё жил обиженный ребёнок. Аполлинария поняла, почему ей так легко общаться с Олесем, ведь они так похожи. — Хозяин, ты идиот, — подал голос носок. — Что? Почему? — СШО действительно не понимал, где он свернул не туда.        Так и остались они сидеть вдвоём, точнее втроём, с носком, в полной неловкости. СШО не хотел обидеть девушку, для него вообще не было разделения на «заботу» и «прагматичный расчёт», ведь одно другому никак не мешало. Даже будь этот поступок иррациональным, разве не стоит помочь подруге, которая потратила все силы, чтобы добавить комфорта в их путешествие? Разве это не так же правильно, как математические формулы? Некая благородность была буквально в крови у юноши, и он искренне не понимал, как можно поступать иначе. Поэтому и возникло недопонимание между ним и обиженной девочкой, с которой с самого детства поступали несправедливо.

***

      Анастасия сразу же после зарядки готова была выдвинуться на охоту и застрелить зайца-другого. И вот, когда девушка мысленно жалела, что не поставила вчера силки, её задержала Олеся с расспросами. Сейчас она была девушкой. — Как думаешь, мы все умрём, да? — едва сдерживала слёзы бедняжка. — Ты такая смелая, почему я не могу быть такой? Этот Экскалибур ведь сказал, что время пришло. Время умирать, да? Почему, почему… я так молода. Я ведь даже не целовалась ни разу, за что же мне это… — причитала Олеся. Настя спокойно слушала, не давая гневу коснуться её души. — Всё будет хорошо, дурочка, — весело сказала она, когда Олеся на миг перестала ныть. — Не боись, ты ведь с нами, мы тебя защитим. Я не позволю, чтобы мы умерли, ясно тебе? — и, весело похлопав новоиспечённую подругу по спине, Анастасия собиралась было уйти, но тут во двор вышла Дарина. — Всё же, ты не видела Грея? — на лице царицы не читалось ни высокомерия, ни презрения. Она искренне волновалась о своём слуге. — Нет, Ваше Вашество, я не помню, когда последний раз его видела, — Настя пыталась подавить в себе не самые хорошие чувства, которые у неё вызывали члены царской семьи, да и вообще все власть имущие.        Тут в разговор вмешалась Лира, и Сама-Справедливость воспользовалась шансом улизнуть. Хоть за всё это время девушка и поняла, что и Дарина, и Ксения — очень хорошие люди, но не так-то просто было поменять мнение о властях. Ведь большую часть жизни лучница боролась с несправедливостью. Она выросла, каждый день наблюдая, как богатые имеют преимущество над бедными. И пусть это было в другом царстве и не имело к Дарине прямого отношения, осадок оставался.        Анастасья знала, что нельзя судить обо всех одинаково, поэтому всегда боролась с непроизвольной неприязнью к аристократам. Тем более, последнее время девушка провела в этом царстве, защищая простой люд от разбойников, и за всё это время царская чета ни разу не помешала. А это уже что-то, учитывая, что на Родине Насти было бы разумнее защищать разбойников от правителей, а не наоборот…        В любом случае, времени прохлаждаться не было. Анастасья-Сама-Справедливость взяла лук и колчан со стрелами, привычным движением надела их за спину, и пошла навстречу несчастным зверькам, которым повезёт сегодня стать завтраком для такого важного отряда.

***

— А, это тот человечишка темноволосый? — спросила Лира у Дарины. — Да, я его помню. Но… он же вроде будто под землю провалился, разве нет? — Что ты имеешь в виду? — девушка испуганно вздохнула. — С ним же… всё в порядке, да? — Дурачьё! — Экскалибур был явно не заинтересован в раскисании своей команды. Из самых светлых побуждений он сказал: — У нас есть цель, мы избраны. И твой слуга тоже избран. Если он уже и умер, то всё ради высшей цели, будь покойна.        Но слова любимого не смогли успокоить царицу. Она грустно посмотрела вдаль, на рассвет. — Почему же я тебя так не ценила? — прошептала девушка сама себе, пока плелась обратно на кухню. Погрузившись в раздумья, она машинально бухнулась на стул.        Грей всегда был рядом, всегда помогал, с самого детства Дарины. Когда она была ещё маленькой царевной, мальчик играл с ней, выслушивал всё, что она говорила, помогал пережить особо тяжёлые времена. Он всегда искренне поддерживал её, не из-за выгоды, в этом царица была уверена, а просто так. Даже когда царица захотела отправиться в рискованное путешествие к Экскалибуру, Грей лишь покорно пошёл вместе, не стал отговаривать.        За все эти годы девушка стала воспринимать слугу как должное. Она никогда не обращалась с ним плохо, никогда не считала его своей собственностью — скорее другом. Но даже так… после этой всесжигающей и безумной влюблённости в великий меч короля Артура Дарина совсем изменилась. Она реже обращала внимание на Грея, и все их разговоры сводились к томным вздыханием девушки по возлюбленному. А юноша слушал, понимающе кивал, грустно улыбался, лишь бы скрасить своей царице боль от неразделённой любви. Он был рядом.        «Грей, принеси мне кофе!», «Грей, я хочу найти Экскалибура!», «Уйди, я сейчас не в настроении…».        Царица крепко сжала кулаки, вспоминая, как в последнее время обращалась со слугой, когда они ещё были в замке. А он молча, с доброй улыбкой приносил кофе, который так трудно найти и ещё труднее — приготовить; помогал строить планы по поиску какого-то там меча и без злобы уходил, стоило попросить.       А Дарина даже не заметила, как её верный слуга, нет, друг пропал.        Царица не торопилась выходить к остальным. Все суетились, бегали, а девушка лишь сидела во главе стола (старая привычка) и еле сдерживала слёзы. Даже любимый Экскалибур не мог заставить её перестать чувствовать вину за пропажу Грея.

***

       Через некоторое время, работая сообща, удалось испечь картофель с одним-единственным несчастным зайцем. Многие оказались слабонервными, и им не хватило духу даже посмотреть на то, как убивают зайку, не то что сделать это самостоятельно. Впрочем, хоть какое-то мясо, которое так необходимо при физических нагрузках. Костёр пришлось разжигать древними способами, без колдовства, благо Анастасия была просто мастером выживания на природе. Насытиться не удалось, но выбирать не приходилось. Уж лучше так, чем совсем никак. — Вот он, этот день настал. Солнце почти полностью встало, — Экскалибур снова был серьёзен. — Друзья мои, наш путь закончится сегодня вечером, готовьтесь. — Д-друзья? — с усмешкой переспросила Оксана. — Дурачьё! — Экси-кун лишь ткнул ей в ногу тростью. — Советую вам всем помириться до того, как мы дойдём до места. Выдвигаемся. И дом, созданный магией, исчез, будто его никогда и не было, а кони остались до поры до времени не расколдованы.       Никто не обернулся. Все шли за великим мечом, который вёл отряд на восток.