Ты как бабочка живущая одним днём

И снова. Всё снова и снова повторяется. Ты же ведь не любишь меня! Тогда зачем снова и снова приходишь? Зачем снова заставляешь окунуться в этот сладкий и мучительный омут? Тебе так нравится меня мучить? Нравится доводит до пика запредельных эмоций, а потом как не в чём не бывало уходить?! А я как дурак надеюсь что ты полюбишь меня. Ты же знаешь что я до беспамятства тебя люблю. Ты же знаешь…? *** Секс. Секс заставляющий утонуть в море эмоций. Я лежу под тобой, не в силах двигаться, в глазах мутнеет. В комнате до смерти жарко, хотя окно открыто нараспашку. Вижу твоё красное лицо, волосы прилипшие к нему и пустой взгляд. Я через силу поднимаю руку чтобы убрать волосы. Ты двигаешься в безумном темпе. Ты специально это делаешь? Вся твоя спина в кровавых следах, от моих ногтей, но тебя это видимо только заводит. Ты терзаешь мои шею, грудь и плечи оставляя ярко алые засосы и укусы, опять рвёшь зубами мой чокер. Лоб покрылся испариной. Да и я уже дважды на пике. Ты изливаешься в меня с протяжным стоном и я следом. Перед глазами калейдоскоп. Ты лежишь на мне какое-то время, опустив голову, с жуткой отдышкой, а потом выходишь из меня и откидываешься на спину. И опять. Ты как будто ни в чём не бывало, не спеша одеваешься. —Ты…- я на какое-то время замолкаю, но собравшись с силами продолжаю— Ты ведь ничего ко мне не чувствуешь? — я снова задаю этот вопрос, уже зная на него ответ. —Нет. Ничего не чувствую и не почувствую. Как игрушка ты хорош, даже очень, но твоя личность меня не интересует.- твой ледяной и пустой голос режет воздух, прямо как моё сердце. Я хочу заплакать. — Уходи…- говорю это так тихо, но я уверен, ты слышишь. Ты окончательно одеваешься и убираешься отсюда прочь, наверняка в какой-нибудь бордель. А я через пару минут, окончательно убитый, всё также привычно иду в ванную комнату, включаю свет и набираю ванну. Подхожу к зеркалу. —И это я? Я один из исполнителей Портовой мафии. И что я вижу в зеркале? Потрёпанного мальчишку с рыжими волосами и с осколками, которые раньше назывались «сердцем». Ненавижу! Вся моя белая кожа в ярко алых пятнах, рассыпанных бисером. —Сдохни… Сдохни…- повторяю как мантру…—СДОХНИ ДАЗАЙ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! Почему ты?! Будь проклят тот день, когда я тебя встретил! — срываюсь на крик в надежде что смогу успокоиться. Что-то с грохотом разбилось… Окончательно успокаиваюсь. Залезаю в ванну. Вода горячая, прямо как ты… Тело ломит, всё болит. Ты всегда делаешь всё грубо и резко. Тебя не волнуют мои чувства, тебе плевать… Я лишь игрушка… Наверное опять развлекаешься с какой-то проституткой. Я осматриваю комнату, надеясь отвлечься и… Мне в глаза бросается бритва… Совсем новенькая. Глаза начинает щипать от слёз. Мне больно, но не физически, пока что, боль такая, будто сердце вырвали и оставили дыру. Я тяну руку к металлу, аккуратно вытаскиваю лезвие… Может я всё ещё на что-то надеюсь? Может я надеюсь что ты придёшь и прижимая к себе, будешь шептать извинения? А может… БРЕД! Опять срываюсь на крик, слёзы ручьём текут по красным, горячим щекам. Подношу лезвие к венам на запястье. Одно движение и ничего нет. Я свободен. Я закрываю глаза и опускаюсь под воду. *** На следующий день. «—Одного из исполнительного комитета Портовой Мафии, нашли в ванной с перерезанными венами на запястьях. Парня звали Чуя Накахара. Ярко рыжие волосы, небесного цвета глаза, белая кожа с синяками на шее и ключицах и…» Лёгкая улыбка. Он свободен, больше никто не осквернит его невинность. Клетка сломана вместе с птицей. Но это того стоило. Он чист. Прямо как настоящая птица… Теперь он будет парить в небесах, без этих оков. И больше никогда, судьба не перекрестит его путь с путём чёрной бабочки живущий одним днём, но проживая его слишком долго…