thunderstorm

Они не помнят как познакомились. Совершенно. Не помнят как, когда и где это произошло. Но после той встречи они начали общаться. В какой-то момент их общение стало теснее. Они точно не помнят, когда из друзей превратились в нечто большее. Как первый раз обнимаясь на прощание, поняли, что не хотят друг друга отпускать. Как первый раз взялись за руки. Как первый раз поцеловались и признались друг другу о своих чувствах. Но для них это не важно. Главное то, что есть и происходит сейчас. А сейчас они сидят полуголые на кровати напротив друг друга. Мягкое одеяло приятно обнимает их. За окном погода мягко говоря не очень: сильный дождь тарабанит по оконному стеклу, а ветер качает зелёные кроны деревьев из стороны в сторону. В комнате немного темно из-за неба, затянутого густыми тучами. Но внезапно разразившаяся молния освещает её на секунду. За ней следует очень сильный гром. От испуга Артём вздрагивает, а по телу Глеба пробегают тысячи мурашек. Но они продолжают сидеть молча, просто разглядывая друг друга, наслаждаясь моментом тишины. Глеб рассматривает отметки, оставленные им же на Тёме, и кажется, что на теле того целый сад. Вот сиреневые отметины на шее, прямо на тонких венах. Эта картина напоминает сирень, что цветёт в мае и прекрасно пахнет. Иногда бывает подойдёшь к ней, начинаешь рассматривать, вдруг найдёшь пятилистную и загадаешь желание. И по долгу стоишь и вглядываешься в соцветия. Вот и Глеб сейчас так же вглядывался, словно что-то ища. Но его взгляд перемещается на более яркие метки, почти красные. Они напоминают розы. Эти цветы завораживают своей красотой и изящностью. Они напоминают молодую девушка, такую манящую, но недоступную. У неё есть шипы, которыми она может напугать недотрог, но самые смелые всегда получают то, что хотят. На ключицах оставлено пару очень привлекающих внимания засосов. Они бордового цвета и напоминают ягоды спелой черешни. Такие невероятно сладкие и вкусные. Хочется съесть всё за раз, но ты растягиваешь это удовольствие на как можно дольший срок. Ешь медленно, чтобы прочувствовать весь вкус. Огромные серо-голубые глаза смотрят из-под пушистых русых ресниц. Взгляд Артёма всегда был каким-то грустным, сколько бы Глеб не пытался осчастливить парня. Они напоминают небеса, которые слегка затянуты тучами. И кажется, что вот-вот из них пойдёт солёный дождь. Дождь из слёз. Раздаётся ещё одна молния с громом, но парни уже не пугаются, сконцентрировав всё внимание друг на друге. Глеб в глазах Артёма самое настоящее летнее солнце. Его белокурые волосы напоминают рожь, растущую на полях. Хочется пробежаться и провести руками по её колосьям. Сейчас они совсем не уложены, но при этом всё равно выглядят очень красивыми. Тёма постоянно цепляет свой взгляд на руках Глеба, как он заправляет мешающую прядь волос за ушко, совсем как девчонка. На руках можно заметить выпирающие синие вены, что похожи на реки. Будто это целая карта. Только по этим рекам течёт не ледяная вода, что пробирает до костей, а горячая алая кровь. Его каре-зелёные глаза напоминали дремучий лес. Ты зайдешь в него один раз и не выберешься никогда. И ты каждый день стараешься его обойти, но он снова приковывает твоё мнение. Он полон загадок и тайн, которые хочется раскрыть, но сделать это не так уж и просто. Губы светловолосого, как сладкий зефир. Такие мягкие. Артём любил целовать Глеба, словно выпадая из реальности и не обращая внимание на всё вокруг. Эти губы хочется накрывать раз за разом, переминать их. Жёлтые засосы — как цветы мать и мачехи. Они были оставлены больше недели и назад и потихоньку сходили. Их оставил Тёма, сам и никто другой. Он вообще не готов делить своего мальчика ни с кем, ни с одной блядью, ведь он только его. Только Тёма может дотрагиваться до его молочной кожи и пробегаться подушечками пальцев по выпирающим рёбрам Глеба. Тату с годом рождения на торсе на телах обоих напоминали о разнице в возрасте. Артёму очень нравилась надпись на шее Глеба «Memento Mori». Голубоглазый просил парня, чтобы он почаще делал хвостик, чтобы открывался вид на тату. Глеба же привлекало изображение глаза, из которого вытекает слеза на предплечии. Слёзы составляли надпись, но светловолосый не понимал, какую именно. Но часто залипал и гадал, что именно написано. Дождь вроде сходил на нет, и не так громко бил по стеклу окна. Но сильный ветер всё ещё с гулом напоминал о себе. Ещё одна молния. Глеб следит за тем, как бегают глаза Артёма. За тем, как тот берёт его руку и начинает перебирать пальцы, а затем спрашивает: — О чём ты сейчас думаешь? Светловолосый наклонил голову на бок, обдумывая ответ. — О тебе. А ты? — И я о тебе, — Артём следит за тем, как Глеб сладко зевает и зеркально отображает его действие. — Может поспим? На это светловолосый лишь падает на подушку, утягивая за собой парня. Обвивает его тело руками и утыкается в нежную шею. Томно дышит, пытается как можно больше втянуть запаха Тёмы. От него пахло кофе, мятной жвачкой и сигаретами. Этот запах одновременно пробуждал, будоражил, но при этом убаюкивал, успокаивал. Руки Артёма оглаживали спину светловолосого, пересчитывая позвонки. Полная идиллия. Дождь стучит по окну, словно пытаясь что-то сказать, но они уже не слышат, уснули.