Узумаки Наруко, солнце Конохи

       Яркое солнце светило в небе, освещая деревню Листа. Пока что всё ещё генины, после тяжелого прохождения на третий этап, отдыхали. Те, кто получил серьёзные ранения, были в больнице Конохи. А кто отделался парочками переломов, уже отдыхали у себя дома. Учиха лежал у себя на кровати, отрешённым взглядом глядя в потолок. Казалось бы, его мысли были явно где-то в другой вселенной. В последнее время вся его жизнь перевернулась вверх дном. И кто бы мог подумать, что ещё недавно его не волновало ничего кроме мести. Саске вспоминал прошедшие два месяца. С того самого дня, после разговора с Наруко на берегу реки, его мир полностью изменился, а сердце стало биться сильнее. Глупо было бы и дальше отрицать, что ему нравится эта шумная девчонка. Да, он бы мог продолжить врать себе, но это лишь замедляло неизбежное. Да и зачем, ведь это чувство манило своим теплом. Только сейчас парень понял, что каждому человеку нужен человек, который будет дарить ему своё доверие и заботу. «Чёрт!» — выругался Саске и выпрыгнул через окно на улицу. Улицы были наполнены зноем. Большинство народа обмахивались веерами. Посетители экзамена из других стран неторопливо прогуливались, просматривая простоту в деталях разноцветных домиков. Черноволосый никогда не приглядывался к деревне так, как сейчас, но то ли погода, то ли настроение позволяли ему задуматься. То там, то здесь виднелись знакомые лица: вот продавец товаров для шиноби, где то мелькали лица соперников и союзников на испытаниях. Саске нёсся, не обращая внимания на приветствия. Он знал, куда ему нужно, и уверенно двигался к цели. «Если мысли не могут прийти в порядок, то лучше всего начать тренировки», — именно такие мысли крутились в голове у Учихи. — Ты рано, тренировки должны были начаться завтра, а сейчас у меня законный выходной, — недовольно протянул Какаши, глядя на неугомонного ученика. Конечно, кто будет рад, если его прервут от маленького, но важного дела? — Всего месяц до третьего этапа, лучше будет приступить сразу, — тихо сказал Саске. — Ну, хорошо, идём, — взъерошив волосы от безысходности, сказал мужчина. В конце концов, если ученик настаивает на тренировке, как его сенсей может отлынивать.

***

      Поздний вечер в Конохе. Кромешную тишину нарушали слышные звуки ударов. Саске и Какаши уже целый день тренировались. Учиха тяжело дышал, стоя напротив сенсея, по его лбу ручьями тёк пот. Несмотря на это, его сенсей был в куда лучшем состоянии. Целый день тренировок и спарринга с учеником хоть напрягали, но не сильно утомляли его. Не сказать, что паренёк был слабым, но и невыносимо сильным его язык пока не поворачивался назвать. Но обладатель маски был уверен, что у Саске великое будущее. Знать бы только, хорошее ли…. Сейчас Учиха был похож своей упорностью на Наруко. Нет, он, конечно, был и раньше усерден в тренировках, но сегодня его усердие было невероятным. В каких-то мелочах Хатаке понимал, что как Узумаки влияет на Саске, так и Саске влияет на Наруко. Это было хорошо для них двоих. Задумавшись, джоунин чуть было не пропустил серию ударов. — Саске, на сегодня хватит, даже я уже устал, — сказал вымученно Какаши. Нельзя же перетруждаться в свой же выходной! — Давайте ещё чуть-чуть, сенсей, — всё ещё тяжело дыша и пошатываясь, сказал Учиха. Несмотря на его слова, нельзя было сказать, что он может сделать хоть шаг. Какаши вздохнул и, подойдя к ученику, уселся рядом. Саске посмотрел на него, но не сказал ни слова. Он ждал. — Тебя ведь что-то беспокоит, да? — вдруг спросил Хатаке. Учиха вздрогнул, но затем, также выпустив тяжёлый вздох, придвинулся поближе. Всё-таки от своего учителя и наставника в одном лице трудно скрыть что-то даже чистокровному Учихе. Он и правда сильно запутался в своей жизни. Желание отомстить брату, предложение Орочимару о том, что он может ему помочь, его странные чувства к Наруко… — Я просто немного запутался, — ответил Саске, ничего не скрывая. Всё равно догадается. — В этом нет ничего страшного, ты изменился, и, по моему мнению, в лучшую сторону, — сказал Какаши. Перед ним замелькали лучшие и худшие воспоминания жизни. Но нужно признать, что каждое из них меняло его. — Знаешь, когда-то я был таким же отстранённым, как и ты недавно, отказывался и не принимал друзей. Но ты должен понять, что по-настоящему сильным ты станешь тогда, когда захочешь защищать близких тебе людей.  — Узумаки, — согласно вздохнул Учиха, ведь желание защищать эту неугомонную девчонку в последнее время росло с геометрической прогрессией. — Спасибо, Какаши-сенсей, мне стало гораздо легче, увидимся завтра на тренировке, — кивнул Саске, прежде чем встать и уйти. Хатаке посмотрел на удаляющуюся спину ученика. Эх. этот пацан слишком сильно напоминал ему самого себя.

***

       Хатаке достал книжку из кармана и с удовольствием лег на траву. — Хех, какой раз ты её перечитываешь, — фыркнул подошедший мужчина. — Джирая-сама, когда вы вернулись? — удивлённо спросил Хатаке, посмотрев на пришедшего человека. А человек и правда он был интересный. Всё в нём было специфично: и одежда, и причёска, и манеры. — Совсем недавно, — улыбнулся он. — Что, новая команда доставляет хлопот? — засмеялся мужчина. — И не говори. Сын Фугаку-сана, шумная безклановая куноичи и дочь Минато-сенсея ещё те цветочки, — вздохнул Копирующий. — Дочь Минато? — с интересом уточнил санин и посмотрел на Хатаке. — Да, именно, — кивнул Какаши, а затем ему внезапно пришла идея: — Джирая-сан, а могу я вас кое о чём попросить? — выжидающе начал Какаши. Он, наконец-то понял, кому сплавить шумную девчонку. — Хмм? — лишь сказал Джирая, думая о том, что его просьба будет явно необычной. — Не могли бы вы заняться тренировками с Наруко, — самым добрым и жалобным голоском из всех своих попросил Какаши. — Ооо? — удивлённо протянул мужчина. Хатаке засмеялся: — Знаете, не смотря на её внешность. характером она вылитая Кушина-сан. Но, всё же, от чего-то мне кажется, что с её тренировками вы можете справиться лишь вы. — Узумаки Наруко, значит…… — протянул санин, — ну, это будет интересно.

***

       «Это ещё что за старик?» — спросила про себя Узумаки, смотря на седовласого мужчину, которого привёл Какаши-сенсей. — Этот старик является санином, а ещё он был учителем твоего отца, — ответил ей лис. — Папин сенсей? — с удивлением спросила про себя Узумаки, уже по-другому смотря на мужчину. — Да, несмотря на то, что он немного странноват, он и в правду сильный мужчина, — ответил Курама. — Знакомься, Наруто, это Джирая-сама. Он был учителем Четвёртого Хокаге, а теперь он займётся твоими тренировками. Ты должна понять, что это большая честь, — сказал Какаши. — Джирая-сама -один из трёх великих санинов Конохи, ты должна его внимательно слушать. Наруко кивнула. — Ладно, вы знакомьтесь, а я пойду тренировать Саске, — сказал Какаши и испарился. — Ну, что ж, Узумаки, займёмся твоими тренировками, — улыбнулся санин. Наруко посмотрела на старика скептически: — Он выглядит очень странно, — подумала Узумаки про себя.       И так начались усиленные тренировки. Наруко поняла, что её сенсей ещё тот извращенец, который любит подглядывать за женщинами в банях, а ещё он был автором той похабной книжки, которую постоянно читает Какаши-сенсей. Не смотря на это, тренировки шли в усиленном режиме. Джирая был приятно удивлен тому, как Наруко упорно тренировалась, и тому, что она могла легко использовать чакру лиса. Конечно, он и подумать не мог, что тот отдаёт её добровольно. За прошедший месяц они тренировали тайдзюцу, Наруко научилась ходить по воде, а ещё Наруко заключила контракт с жабами. К тому же Джирая посвятил её о том, что может бьякуган. Месяц тренировок прошёл действительно быстро. Тренировка у Учихи тоже шла интенсивно. Какаши рассказали о том, что случилось во время экзамена, и про то, что Наруко подружилась с лисом. Хатаке не успевал удивляться тому, как они находят все больше приключений на одно место. За месяц тренировок их команда сплотилась ещё сильнее. Каждый раз после того, как тренировки заканчивались, они сидели в Ичираку-рамен. Даже Сакура сидела вместе с ними, несмотря на то, что ей тренироваться было необязательно. Саске всё больше и больше привязывался к сокомандникам, а особенно к Наруко. Всё в ней нравилось ему всё больше. Её повадки были уже не надоедливыми, как в далёком прошлом, а милейшими. Глубина её глаз заставляла наследника Учиха Ичизоку засматриваться, что приводило к неловкому замешательству в разговоре. Ну, а если что-то заставляло смеху девушки пролиться, то сердце Саске начинало биться и лететь, а улыбка сама появлялась на бледном лице. Узумаки же решила, что Учиха действительно изменился. Он улыбался и смеялся вместе с ними, и отчего-то Узумаки становилось теплее, когда она видела счастливого Саске. Курама на это заявление лишь вымученно вздохнул, сказав:«Ну почему это должен быть именно Учиха?», но объяснять отказался. С каждым днём тренировок желание победить Неджи росло: она хотела дать ему понять, насколько он был неправ. Это стало для девушки делом чести. Тем, что она страстно желала. За это время Лис также сказал, что Шукаку становится всё более и более нетерпеливее. Наруко понимала, что кроме экзамена должно случиться ещё что-то. Чувство опасности охватывало её каждый день. Когда Наруко предупредила Учиху, он заверил её, что все будет хорошо. Узумаки кивнула, но чувство опасности все же присутствовало. «Курама, мне кажется, что во время экзамена должно что-то произойти», — озабоченно сказала Девятихвостому Наруко. — «Нам остаётся только ждать», — ответил ей лис. Наруко смотрела на тёмно-синее небо. Сейчас последний день тренировок, старик-извращенец сказал, что у неё всё получится… Наруко нетерпеливо сжала кулаки. Чтобы не случилось, она совсем справиться.