Скорбь

Над морем занимался размытый в тумане рассвет. Почти соприкасаясь с водой, мельчайшие капельки, парившие в воздухе, кружились в прекрасном и чарующем танце над и с волнами, а на горизонте розово-оранжевым светом разливались лучи встающего солнца. Изящный корабль, какого никогда не создать даже искуснейшим из смертных, плавно продолжал свой неведомо-долгий путь, не рассекая морскую гладь, но идя будто по самой поверхности – легко паря в единении с волнами, следуя их Музыке. Его движение настолько принадлежало сущности моря, что первые лучи солнца, легко касаясь белоснежных бортов и парусов, придавали ему схожесть с кружевной пеной серебристо-серых гребней. В это утро Элронд находился на палубе один. Эльфийское тело не требовало сна, и теперь уже бывший Владыка Имладрис не первую ночь проводил под звездами, глядя на бегущий белый след, медленно растворявшийся за кормой судна. Ветер мягко развевал темные волосы, играл с подолом плаща, гудел в тугих парусах; тихо шелестели накатывающие на борта волны, серебряными стрелами мелькала под водой стремительная рыба… Но взгляд темно-серых глаз эльфа смотрел в пустоту, ничего не видя и не желая ничего замечать. Шелковистым светом горело кольцо на пальце, притягивая взгляд лучистой чистотой. Вилья… Когда-то оно казалось столь важным и значимым… На губах Элронда появилась горькая улыбка. И Вилья, и Имладрис, ставший ему единственным настоящим домом, и само Среднеземье, которое он так старался уберечь от боли и тьмы – все осталось в прошлом. Впереди – покой и вечность. Но Элронд не мог избавиться от образа хрупкой и юной фигурки, каждый день, каждый миг встававшей перед его глазами и сводя с ума мыслями о бессилии и собственном предательстве. Хватит! – в отчаяньи прикрикнул он на себя. – Она выбрала свой путь, а ты выбрал свой. Уже поздно скорбеть о невозвратимом. «Она выбрала, она выбрала, она выбрала…» - стучало в голове. Да как она могла выбрать? Она столь молода, она всю фэа отдала любви. Да разве она понимала, что делает, когда с пылом заявляла о своем непоколебимом решении… Валар, что же я натворил?.. Оставил, бросил… Ушел. Чтобы никогда не вернуться. Он никогда больше ее не увидит. Как страшно, оказывается, это простое слово – никогда. Никогда, ни в жизни, ни после нее. Арвен осталась со смертными на короткий миг их жизни. Что будет с ней, когда все, кто ей дорог, уйдут туда, откуда не возвращаются? Как она переживет это? - Прости меня… - шепотом сорвалось с губ. Руки сжали тонкий и изящный планшир, - Я не должен был оставлять тебя там, - и на выдохе, свистяще-отчаянно, - Áni apsenë, Arwen! Áni apsenë… Там впереди – Благословенный Край. Аман. Покой и исцеление. Но где найти исцеление отцу, навсегда оставившему дочь? Элронд вспоминал Келебриан, которую он не смог вернуть, вспоминал Элроса, оставившего его, выбрав путь смертных. Вспоминал отца и мать, отобранных у него высшей волей. И думал, что его проклятье тяжелее, чем проклятье рода Феанора. Всегда терять тех, кто дорог. Элронд закрыл глаза и вдохнул свежий соленый воздух, не принесший ему облегчения. Если в судьбах родителей, брата и жены он был не властен, то здесь был виноват только он сам. Но он сделал выбор. И теперь ему дана вечность, чтобы за свой выбор ответить. Я ведь мог остаться, Арвен… Вот она – улыбающаяся девушка, юная и открытая душой, танцует на поляне при свете луны. Взлетает и опадает подол ее платья – будто крылья неведомой птицы, переливчатой музыкой струятся ее движения, и она все кружится, кружится, кружится под чарующие звуки флейты, как серебристая паутина на летнем ветру – легкая, воздушная, беззаботная, не знающая ответственности за выбор, не знающая горя и страданий. Счастливая, бесконечно свободная. Но рушится воспоминанье, не оставляя ничего кроме горького осадка в душе Элронда. Как он сможет жить в Амане, если всю грядущую вечность перед глазами будет вставать образ дочери – такой, какой он видел ее в последний раз. Повзрослевшие глаза, носящие тень пережитых страхов и былых горестных сновидений, тонкая рука, сжимающая хрупкими пальчиками его ладонь. Melinyel, atar. Mára mesta… Против боли бессильно Вилья. Против горя бессилен Священный Аман. - Я никогда не перестану думать о тебе, - тихо произнес Элронд, отдавая слова западному ветру, - Antan vandanya. Может, когда-нибудь это поддержит тебя. Nai Anar caluva tielyanna, meldanya Arwen… __________________________________________________ *Прости меня, Арвен! Прости меня… ** Я люблю тебя, отец. Счастливой дороги. ***Я клянусь. **** Пусть Анор освещает твой путь, моя дорогая Арвен.