Смерть от любви

      В день, когда Осаму не явился в Портовую Мафию, его не особо искали и вряд ли стали бы искать вообще, но Мори нужен был Дазай, чтобы уладить некоторые деловые вопросы, но так как суицидника нигде не было и телефон никто не брал, к нему на квартиру направили его напарника. Не сказать, чтобы Чуя был шибко этому рад, нет, он скорее хотел быстрее найти этого идиота и, если понадобится, пинком вернуть на работу. Оказавшись у нужной двери, Накахара постучал, но ему никто не ответил, что было немного удивительно. Или все же не было. Дернув за ручку, дверь поддалась не сразу, но все же открылась. Зайдя в квартиру, рыжик хмыкнул и мельком оглянулся, но никакого движения или звука он не уловил. — Дазай. Чуя позвал своего напарника, но ответом была лишь тишина, а потому чтобы до конца удостовериться, что Осаму тут нет или что тот не натворил глупостей, парень решил осмотреть комнаты. Однако, зайдя в спальню, рыжий мафиози замер, а зрачки его сузились. На полу лежал он, Дазай, весь в крови, а вокруг было много прекрасных цветков красной камелии. Накахара довольно быстро оказался у тела своего напарника, дабы проверить пульс, но ведь было итак все понятно. Поздно. Слишком поздно, Осаму Дазай, тот, кто вечно гонялся за смертью, мертв. Казалось бы, можно было вздохнуть с облегчением, ведь они так «ненавидели» друг друга, но. Почему тогда к горлу подступил ком, а на глазах рыжика появились небольшие капельки слез? Все очень просто, чтобы не говорил Чуя, мыслил он совсем иначе, конечно эта чертова скумбрия была ему дорога, конечно он волновался, конечно он был глуп, ведь все это понял лишь сейчас. Накахара не был дураком, он понимал от чего умер его напарник, понимал. Но что от этого изменится сейчас? Ничего. Как собственно и ничего не могло исправить того, что настигло рыжего в следующие минуты. Внезапный кашель, не такой сильный, но все же дающий о себе знать, а на маленькой ладошке уже лежит такой маленький и прекрасный лепесток нарцисса. Правда, в следующее мгновение этот лепесток был безжалостно смят и выброшен, а сам Накахара с такой безысходность в глазах смотрел на тело своего нерадивого напарника. — Идиот. Какой же ты идиот. Он не глуп, а именно потому понял из-за кого умер Дазай, и из-за кого стал медленно умирать и сам Чуя. Вот только. Он не будет ждать своей смерти, ведь в этом случае уже точно ничего не исправишь, ведь мертвые не воскресают. Заведенный курок. Выстрел. Тишина. Вот так порой легко рушатся жизни.