Truth or Dare

Драко невинно захлопал ресницами: — Что, слабо, Поттер? — Ты идиот, — показав средний палец расхохотавшемуся на всю Британию Малфою, Гарри скрипя зубами от злости, поднялся с травы. Он чувствовал, что ещё чуть-чуть и зубы посыплются крошкой изо рта — насколько силён был их скрежет, настолько сильна была злость на Драко. — Идиот, — повторил он, вынимая из сумки волшебную палочку. — Не понимаю, почему ты так злишься, — вставая, пожал плечами Драко и сладко зевнув, поравнялся с Гарри. — Ты идешь со мной? — игнорируя замечание, встрепенулся тот. — Не могу же я пропустить твоё фиаско, брат. Толкнув Малфоя плечом, Гарри свирепо взмахнул палочкой, извлекая из воздуха обыкновенную, чёрную шляпу. — Никакой я тебе не брат, Малфой. — Это да, — изображая притворную грусть на лице, печально вздохнул Драко, — не каждый может зваться братом самого Майкла Джексона. Подавив в себе дикое желание накинуться на Драко и расцарапать тому всю его нахальную рожу, Гарри надел шляпу и не обращая внимания на слизеринца, зашагал прочь с опушки леса, вверх по крутой тропинке к дубовым дверям Хогвартса, заведомо зная, как на него будут таращиться весь последующий день. Солнце уже давно вышло из-за горизонта и уютно зависло меж двумя кудрявыми, розовыми облачками, когда Гарри и Рон задумали поиграть в известную, старую, как мир игру — «правда или действие». Простая игра с простыми правилами была любима обоими мальчишками, к тому же, она неплохо помогала им скоротать время до следующего урока. На удивление Гарри, спустя какое-то время, своё желание сыграть изъявил Малфой — Гарри и Рон не обдумывая разрешили слизеринцу присоединиться к ним: кто б знал, чем обернётся для них эта невинная игра. Им просто захотелось поймать Драко на горяченьком или загадать нечто, от чего у Драко встанут волосы дыбом и всё. Но и у Драко, разумеется, были свои планы. — Куда ты так бежишь, Майкл? Ой, Гарри… Или всё-таки, Майкл? Я вас путаю, вы так похожи! — Гарри готов был засунуть в уши по десять шляп Джексона, лишь бы не слышать противные разглагольствования Малфоя. — Отвали, Драко, — Гарри пронзил слизеринца испепеляющим взором, и, толкнув дверь ногой (за что получил от спутника парочку фраз подобно этой: «король поп музыки не может себя так вести! Ай-яй-яй, Майкл!»), прошел в Большой Зал. — Боже, если ты это сделаешь, — Драко буквально сотрясался от беззвучного смеха, — то докажешь, что не все омеги сыкло. — Ты следующий, не забывай, — зашипел ему в ответ Гарри. — Интересно, как там Уизли? Что-то давненько от него нет вестей. Может профессор Снейп его наказал, как думаешь? — Драко почесал подбородок. — Не думаю, что профессору Снейпу понравится предложение отведать сосисок Уизли. А ты что думаешь, Майкл? Гарри закатил глаза. — А вот и Уизли! — Драко хлопнул в ладоши. — М-да, — протянул он, — его реально наказали. Гарри посмотрел на друга. Под взглядами присутствующих в Большом зале учеников, Рон то бледнел, то зеленел, то покрывался каплями пота — Снейп же, взмыленный и красный, как помидор, крепко вцепившись в оттопыренное ухо провинившегося гриффиндорца, вёл того к подмосткам с преподавательским столом, напрямик к огромному трону директора. Дамблдор хоть и выглядел невозмутимо-дружелюбным, но серебристые брови старца всё равно удивленно вскидывались и хмурились. — Попал, — Драко присвистнул и скрестил руки на груди, — давай, выполняй действие Поттер. Храбрые — именно таким словом нарекают всех гриффиндорцев. Бесстрашные, отважные и неустрашимые, существует море синонимов к слову храбрые: Гарри сглотнул — куда подевалась вся смелость? В конце то концов он не на бой с Волан-де-Мортом идёт. — Я тебе помогу, — Драко расплылся в нехорошей ухмылке, — минуточку внимания! — громко окликнул Малфой зал. К сожалению, его услышали все: весь Слизерин, Гриффиндор, Когтевран и даже Пуффендуй. Снейп и Рон развернулись к Драко — одинаково злые: Гарри не слышал, что им сказал директор, но явно для обоих что-то неприятное. К слову, и Дамблдор кинул на Драко заинтересованный лучистый взгляд. — И, как тебе это удалось, — буркнул Гарри, искренне не понимая, как голос Драко мог перекрыть многомиллионное перешептывание. — Удачи, — скривив губы, Драко ушёл ко своему столу. — Пошёл в жопу, — вздрогнув, Гарри поднял высоко над головой шляпу — как бы приветствуя Большой зал. Что было дальше, Гарри помнил смутно. Он импровизировал, как умел: спел самую известную песню Джексона — «Smooth Criminal», станцевал и даже попробовал изобразить «лунную походку». Но та получилась, мягко говоря, не очень. После маленького шоу, зал взорвался аплодисментами и смехом: слизеринцы, схватившись за животы хохотали — а Крэбб с Гойлом так и вовсе повалились на пол, содрогая тот ударами своих мясистых кулаков, гриффиндорцы, в их числе были и Фред с Джорджем, требовали спеть на «бис». Дамблдор лично поблагодарил Гарри за приподнятое настроение и даже пожал ему руку, а Снейп, в своей манере — отнял пять баллов за учиненный беспорядок. Конечно, эти пять баллов ничего не изменили — Дамблдор прибавил тридцать, в который раз доказывая школе, что он очень любит Гарри и готов прибавлять ему очки за просто так. — М-да, — Драко расстроено обошел толпу поклонников настоящего Майкла Джексона и встал между Роном и Гарри, — дурдом, а не школа. Я-то надеялся, что тебя исключат. — Это за что? — поднял бровь Гарри. — Хотя бы за пение, — насупился Малфой, — поёшь ты, капец, ужасно. В ноты не попадаешь, да и вообще… — Я понял, — перебил его Гарри, — заткнись, пожалуйста. — Вот мы, Малфой, отмучались, теперь твоя очередь, — Рон довольно потёр ладони, — правда или действие, Драко? — Правда, — потратив на раздумывание не больше секунды, Малфой сощурил белёсые глазки, — вы, что, оба будете загадывать? — Так договорились же, в самом начале, — Рон покосился на Гарри и тот, кивнув, добавил: — Ты два хода сделал, и мы сделаем два. Логично. — Хорошо. Валяйте. — Только имей в виду, если соврешь, то на тебя выльется помойное ведро, — предупредил Драко Рон, — так что не юли. — Очень страшно, — съязвил Малфой, — давай уже свою правду. — Это сложно. Гарри, можно тебя на минуточку? Они отошли от Драко в более-менее тихое место: Драко проводил их взглядом победителя. — У меня океан вопросов к Малфою, — начал торжествовать Рон, — можно спросить какое нижнее бельё он носит… — Слишком личное, — хмыкнул Гарри, — и известное. Драко на прошлой неделе всем рассказывал, что не носит бельё. — Тогда, так, — Рон от напряжения затрясся, — в кого он влюблён? — В себя, — пасмурно сказал Гарри, — надо вопрос с подвохом. — С кем бы он из нас переспал? — Он скажет, что ни с кем. — Значит, соврёт, — засмеялся Рон, — нет, правда, Гарри, что нам у него спросить? — Если честно, — Гарри понизил голос, так как не сомневался, что любопытный Драко их сейчас подслушивает, чтобы заранее подготовить ответ, — я полагал, что Драко выберет действие. Тогда бы мы по-настоящему повеселились. — Ну же, черепашки, я такими темпами скоро состарюсь, — раздалось позади ребят очередное ёрничество Малфоя. — Да подожди ты пять секунд, — сердито попросил его Гарри. — Ей-Богу, — фыркнул альфа, — вы словно на экзамене. Рожайте быстрее. — Вот сученыш, — Рон надул губы, — ладно, давай ещё раз подумаем? Какой вопрос может вывести Малфоя из себя? — Не знаю, — покачал головой Гарри, — никакой? Он сама терпимость. — Давай про бельё, — поник Рон, — у меня нет идей. — Драко! — Гарри подошел к Малфою, который, кажется, устав ждать от ребят вопроса, переключился на какого-то паренька с младших курсов и теперь, раскрывая весь свой потенциал обольщения невинных омежек, соблазнял бедняжку. Последнему, нравилось внимание красивого блондина и он, выкручиваясь наизнанку, нетерпеливо прижимался к Малфою, намекая на продолжение слов. — Родил? — Кстати, о родах, — Гарри усмехнулся: и как он раньше об этом не подумал? — ты меня бросишь, если узнаешь, что я залетел?! — Чего? — выпучив глаза, хором переспросили у него омежка и Малфой. — Что ты такое несешь? — прорычал Драко. — Это мой вопрос. Бросишь? — Ты с ним встречаешься? — Нет. — Почему я тебе не верю? — развернувшись на каблуках, омежка улетел в неизвестном направлении, оставляя ошеломленного Драко с довольным Гарри наедине. — Ты больной? — Драко поджал губы, осторожно поглядывая на потолок — вдруг, выльются помои? — Мог бы подождать минуту? Я вас ждал. — Отвечай на вопрос, — невозмутимо сказал Гарри. — Придурок, — Малфой высокомерно отвернулся к окну, — вообще-то, для того чтобы «залететь», нужно как минимум раздеться. Немного анатомии, Поттер. Если я не ошибаюсь, то ты ещё девственник? И, если, я опять-таки не ошибаюсь — в десятом поколении. — Отвечай на вопрос, — Гарри широко улыбнулся. Пусть Драко ёрничает, уклоняется и переводит темы — Драко вопрос задел. И интересно, почему? — Допустим, нет Драко круто развернулся к Поттеру и прежде чем тот вообще что-либо понял — подошёл, беря его руку в свою. — Я бы тебя не бросил, тварь, — нежно сказал он, — никогда-никогда. Знаешь ли ты, что я бы сделал на месте того дурака-Драко, который забыл о средствах предохранения? Нет, не знаешь? Я бы встал на колени, да-да, на оба колена, потому что по-другому с таким как ты, нельзя… Вместе со мной, на колени встал бы весь мир. А потом, я бы предложил тебе своё сердце, руку и мозг… Почему мозг? Потому что тебе тоже надо было думать, прежде чем прыгать ко мне в кровать. — Идиот, — отпрянув от Драко, Гарри залился румянцем, — я тебя ненавижу. — Взаимно, — Драко подмигнул Гарри, — где Уизли? — Рон… Гарри смутился. Своеобразные слова Драко произвели на него впечатление и под ним, Гарри совершено позабыл о друге. Он, вообще, обо всём забыл. — Тут я, — Рон вырос перед Драко, недовольной фигурой, в руках которой блестела сахарной пудрой булка, — пока вы тут признавались друг другу в чувствах, я быстренько сгонял на кухню. — Мило, — Драко поморщился, — давайте действие, а то вопросы у вас тупые. — О, — Рон откусил от булки, — наконец-то. — Поцелуй меня. Драко и Рон одновременно повернулись к Гарри, а тот, потупив глаза, тихо чертыхнулся. «Поцелуй меня»? И о чём он только думал? Гарри ненавидит Драко, а тот — ненавидит его. — Гарри, моя очередь! — Рон обиженно посмотрел на друга. — Я понимаю, ты придумал самое жестокое для Драко наказание… Но у меня были на примете черви Хагрида! Он мог бы поцеловаться с ними или, в конце концов, с Хагридом! Мы ему все одинаково противны… Драко долго смотрел на Гарри. Внимательно, пристально. Наверное, прикидывает, с кем ему будет приятнее целоваться — мелькнуло в голове Гарри — с червяками или с ним? Молча, Драко положил одну руку на шею Гарри, а второй, приподнял за подбородок, заглядывая в два клокочущих изумрудным океаном глаза. — Спасибо, — едва шевеля губами, мягко поблагодарил он Гарри. — За что? — так же шепотом, спросил тот. И снова безмолвно, Драко склонился над лицом Гарри, осторожно касаясь затянувшимся поцелуем сначала кончика носа, затем губ.