путь

Серёже пять лет. Он - маленький мальчик с большими мечтами и надеждами на будущее. Он слушает маму и папу, играет с братом, получает от жизни сплошное удовольствие. До тех пор, пока отец не уходит из его жизни, возможно, навсегда. Покидает дом и оставляет мать одну растить двоих парней. Серёжа не понимает, почему его отец поступил так. Он ещё много чего в этой жизни не понимает. Например, зачем на его запястье красуется аккуратно выведенная буква D. Мальчик спрашивает у мамы, на что та лишь качает головой, говоря, что он сам узнает, когда придёт время. Серёже пятнадцать лет. Осознание поступка отца понемногу начинает приходить, отчего мальчику становится больно и обидно. Он обещает себе, что никогда так не поступит со своей семьей, всегда будет опорой и защитой для своих детей и любимого человека. Надпись на запястье остаётся неизменной. Мама всё-таки решает рассказать сыну о значении этих букв и имён. Серёжа очень удивляется и даже немного пугается, но не показывает этого матери. Аккуратная буква латинского алфавита привлекает внимание почти всех одноклассников, ведь многие из них уже встретили свою родственную душу. Парень отмахивается, говоря, что ему все равно, когда он встретит человека, с которым его судьба связана. Сереже двадцать пять лет. За десять лет произошло слишком много. Из обычного парня он превратился в настоящего артиста, нашёл своего слушателя и теперь поёт песни для него. Мать гордится им и всем ставит в пример. – Серёжа - наша гордость,– говорит она, сидя на каком-нибудь застолье и смотря в экран телевизора, где её сын снова выступает в очередной передаче. Его брат жутко гордится им, что заставляет Сережу двигаться дальше к своим целям. Для парня мнение его брата самое важное из всех, что он когда-либо получал. Он ещё совсем молод и полон амбиций сделать свою жизнь максимально красочной. Вот только на запястье все ещё одинокая буква не даёт покоя. Ему хочется как можно быстрее узнать, кто же его родственная душа, и почему они так долго не могут встретиться. Вопросов слишком много, но на них нет никаких ответов. Серёже тридцать лет. Он - самый востребованный певец на российской эстраде. Его приглашают на все передачи, концерты, журналисты то и дело берут заветное интервью у него, ведь он — Сергей Лазарев. Он обожаем тысячами девушек и женщин по всей стране. Только никто из них не знает, настолько мужчина одинок. Лазарев думает, что ему бы очень хотелось ребёнка. Только к тридцати годам в нем проснулись отцовские чувства, и ему действительно захотелось быть отцом. Он хотел мальчика. Такого, чтобы был похож на маленького Серёжу. И мужчина точно знал, что он не оставит своего ребёнка. Он — не его отец, он сильнее этого. Сергей все чаще смотрит по сторонам и замирает при любом покалывании на руке, но все не то. Он ищет свою родственную душу уже много лет, но никак не может найти. Все вокруг уже обзавелись парами, а он все ещё один. Угнетение и одиночество - вот, что чувствует самый популярный на эстраде певец. Серёже тридцать три года. В свои года он претерпел множество боли и большое количество потерь. Одна из последних - брат. Любимый брат ушёл из жизни, оставляя мать и Сергея одних. Лазарев долго не мог смириться с этой мыслью, ведь из жизни ушёл один из самых близких и дорогих людей, жил будто в тумане около четырёх месяцев, пока ему не сказали, что он должен представить свою страну на Евровидении. Сергей сначала долго отнекивался, но, когда он услышал песню, с которой он должен будет представить Россию на песенном конкурсе, без раздумий сказал «да». Началась подготовка к конкурсу. Многочасовые репетиции, сложнейшие постановки номера, бессонные ночи - все для наивысшего результата. Лазарев - идеалист, все должно быть четко и гладко. Он привык делать все по максимуму, поэтому Филипп Бедросович предоставил такую честь, как представление России на Евровидении, именно Сергею. Киркоров знал, на что способен Серёжа, поэтому и выбрал его в главные кандидаты. Месяцы до начала конкурса сменялись один за другим. Лазарев даже не успел опомниться, как наступил апрель. Сергей вынужден был ездить на пре-пати в другие страны, встречаться с другими участниками, общаться с ними, но ему это было в удовольствие. В России песню Сергея не напевал, наверное, только ленивый. Лазарева начали любить ещё больше с тех пор, как стало известно, что он - представитель страны на Евровидении. Серёжа отвечал поклонникам взаимной любовью. Наконец, наступил май. Делегация отправилась в солнечный Стокгольм, где проводился конкурс. Первые два дня в Швеции прошли довольно напряжённо. Нужно было выяснить некоторые детали конкурса, у Сергея брали кучу интервью и почти не давали прохода. Благо, что отель был заселён только участниками конкурса. Тихим вечером второго мая Сергей прогуливался по коридорам отеля в поисках автомата с едой. Он заворачивал в каждый поворот, но все было тщетно, и мужчина уже ни на что не надеялся. – Эй, ты что-то ищешь?– раздалось за спиной. Лазарев повернулся на звук и увидел перед собой парня, с которым раньше нигде не встречался. Парень был довольно приятной внешности, но что сразу бросилось в глаза Сереже, - татуировка на шее в виде розы. Мужчина даже несколько опешил от такого, поэтому не сразу смог заговорить с незнакомцем. – Я немного заблудился, если честно,– наконец выдавил из себя Лазарев, ощущая, как его запястье начинает немного щипать. – Могу я помочь?– парень сделал шаг навстречу мужчине и добродушно улыбнулся.– Меня зовут Дауэ, я представляю Нидерланды. Сергей вдруг замер в исходной позе. Его глаза расширились до нереальных размеров, когда он посмотрел на свою руку, где уже появилась вторая буква имени. Теперь на его запястье были две буквы - DO, но кожу все ещё щипало. И то же самое Лазарев мог заметить за своим новым знакомым - парень то и дело держался за руку, пытаясь подавить боль. – Я Сергей, представляю Россию, очень приятно,– Лазарев протянул правую руку вперед, чтобы не вызывать никаких подозрений. Лицо Дауэ в тот момент изменилось: он резко поднял брови и тут же опустил, сверля глазами левую руку Сергея. Кажется, голландец начинал что-то понимать. – Так что ты ищешь?– выпалил он, все ещё смотря на руку Лазарева. – Автомат с едой. Не подскажешь, где он?– Серёжа также пытался рассмотреть что-то на запястье Дауэ, но тот прикрыл его свободной рукой. – Конечно, пойдём,– ответил Боб, и они пошли вдоль по длинному коридору. Первым тишину решил нарушить голландец. Он стал рассказывать какие-то истории из жизни, из-за чего Сергей достаточно громко смеялся, а Дауэ не мог сдержать своей улыбки. Все казалось слишком странным для обоих: они знают друг друга пять минут, но уже готовы рассказать о себе все, что только можно. В автомате Лазарев купил несколько батончиков и сок, который тут же открыл и сделал несколько глотков, облегченно выдыхая. Всё-таки, ему очень хотелось попробовать шведского сока. Он предложил его Дауэ, но тот почему-то отказался. – Покажи своё запястье,– неожиданно сказал голландец, смотря на Сергея в упор. Лазарев под таким давлением нового знакомого не мог пошевелить ни одной конечностью, но все же вытянул вперёд свою левую руку, показывая уже хорошо заметную надпись. “DOUWE”. Мужчина едва ли дышал, смотря на свою руку, а потом на лицо Боба. Он вдруг осознал, что путь поиска родственной души закончен. На его лице появилась широкая улыбка, из-за которой люди могли бы подумать, что Сергей сошёл с ума. Так бы подумали все, видя его сейчас, но только не Дауэ Боб, внимательно смотрящий на мужчину впереди него. В ответ на это голландец освободил от рубашки свою руку и показал Сереже. Там такими же аккуратными буквами тонко было выведено “SERGEY”. Они долго смотрели друг на друга, не зная, что в этих случаях говорят. Просто уставились друг другу в глаза, при этом думая, что стоит сказать. В итоге они просто кинулись обнимать друг друга, что-то неразборчиво шепча на родных языках. – Так вот ты какой, оказывается,– сказал Дауэ, проводя рукой по спине Сергея и отрываясь от него,– я и не думал встретить тебя здесь. Я даже не надеялся. Лазарев улыбнулся, понимая, что сейчас не время для того, чтобы рассказывать о своих смятениях. Он просто вновь притянул к себе голландца и зарылся пальцами в его волосах. – Я тебя никогда не брошу, обещаю,– шепнул Сергей, ещё ближе прижимая к себе Боба и целуя его в висок. Запястье больше не пустовало одинокими буквами, которые неизвестно когда дополнились бы в нужное имя. Двое мужчин, наконец, нашли друг друга, и все в этот момент стало идеальным вокруг. Сергей сейчас ощущал себя нужным, он больше не чувствовал то одиночество, которое накатывало по вечерам. Дауэ понимал, что его любят, Впервые за долгое время его любит кто-то, кроме матери и отца. Голландец определенно уже успел забыть, что такое любовь. Но настоящие чувства смогли прийти только со встречей своей родственной души. И теперь все встало на свои места.