Мятный Шоколад

«Наверное, оно того не стоило. Никогда не стоило, точно» — мысли нервно метались в голове, пока сигарета в пальцах Мити быстро тлела, приближаясь к неминуемому концу. — «Надо сдерживать собственные обещания, к тому же, себе же отданные. Идиот. Кретин. Придурок. Долб… А?» Шум, донёсшийся из соседнего коридора, заставил парня слегка отвлечься от самобичевания и напрячься. Теоретически, Хогвартс испокон веков являлся нейтральной территорией и здесь на него не должны были нападать. Но фактически, если бы кто-то всё же решился бы то сделать, то ничто его бы не остановило. Это как совершать перестрелку в церкви. Вроде и ужасно, но, если откинуть моральную часть, то чисто физически — вполне реально. Митя передёрнулся. Плохой пример. Однозначно плохой. — Мало того, что вы от меня сбегаете, так вы ещё и сбегаете, чтобы… покурить?! Кажется, это самое злое состояние Снейпа за день. Пока. Но это, всё же, уже маленькая победа, что греет душу, прогоняя холодные мурашки и растягивая по губам глупую улыбку. — Верно подмечено, профессор. Хотите? — слегка двинув рукой с зажатой сигаретой в сторону декана Слизерина, милостиво предложил Митя. Негромкий кашель директора заставил Северуса слегка прийти в себя и воздержаться от немедленного покарания малолетнего курильщика. — Кажется, мальчик мой, Мстислав вполне себе жив-здоров, не так ли? От снисходительной улыбки Дамблдора Снейпу хотелось орать ещё больше, чем от наглого Соболева. Но, если на своего (о Мерлин, и за что?! Он, Северус, конечно, не одуванчик, но не настолько же…) ученика он орать имел хоть какое-то право, то на непосредственного руководителя… — Кажется, так. — сквозь зубы процедил профессор. — Но это не отменяет того, что этот наглый гадёныш сбежал прямо из моего кабинета, и… — О, Учитель, но вы же сами сказали! — перебил Митя, всё ещё задорно улыбаясь и параллельно уничтожая оставшийся бычок магией. Как бы сильно не хотелось выпендриться, но курить перед директором, это всё же… э-э… Ну в общем. Всё же! — Что? — от такого заявления у декана Слизерина глаза опасно сузились, но мальчишку уже было не остановить. — Вы сказали попробовать. — радостно кивнул Митя, на секунду отвлёкшись, чтобы послать директору приветственную, и да, опять улыбку, но тут же вернулся взглядом к бешеному Снейпу и невинно продолжил. — Я могу поклясться, что тот глагол был сказан вами в повелительном наклонении!.. Вот чесслово! А я, знаете, такая трепетная душа, мне так захотелось сразу же порадовать своего Учителя… Чёрные глаза этого самого Учителя ещё сильнее сощурились, а после произошёл уже знакомый ритуал хватания за руку и волочения по коридорам. Наверное, оставлять директора было невежливо, но в данный момент Северусу было глубоко плевать. Очень глубоко, пожалуй. — Сэр, я, конечно, всё понимаю, но не думаю, что нам стоит уже второй раз за день так спешить в ваши покои… — скромно потупил глазки Митя, не переставая улыбаться и быстро переставлять ноги. — Нас могут не так понять. Особенно, когда мы так изящно держимся за руки. После этих слов Снейп сразу же отдёрнул руку, будто обжёгшись, и так скривился, что вызвал невольное фырканье паренька и ещё более широкую улыбку. — Что вы себе позволяете!.. — наверное, навык шипения врождён у всех слизеринцев и проявляется на уровне инстинктов. — Предположительно — ничего, Учитель. А вы что-то хотели мне предложить?.. — Соболев! — Да, сэр? Они всё-таки затормозили посреди коридора с кучей портретов. Кажется, в скором времени у портретов будет, что обсуждать… Северус, очевидно что-то для себя поняв, решил не развивать тему… кхм, собственных покоев… и лучше продолжить возмущаться. — Что за бред вы наговорили директору?! — О чём вы? — слегка нахмурился Митя, на мгновение перестав улыбаться, но, поняв в чём дело, снова расслабился. — Ах, это… — Да, это! — рявкнул декан Слизерина, уже даже не пытаясь сдержаться. — Я сам ни в жизнь не сказал бы вам сбегать от меня же! Увидев, как побледнело от гнева лицо Ужаса подземелий местного разлива, Соболев мысленно отпраздновал свою победу. Он и не думал, что это будет так просто… «Мантикорова печень, да я грёбанный аморальный адреналиновый маньяк. Он же жесть, как бесится, а мне ещё с ним несколько лет… У-у…» — Сэр, — максимально аккуратно начал Митя, не желая устранять последствия массового погрома, если таковой случится. — Это не совсем правда. Когда я спросил «а если я сбегу», вы предложили попробовать. Кажется, именно таким тоном говорят с буйнопомешанными. Наверное. — Я не… — начал было Северус, но остановился. Потом нахмурился, потом ещё сильнее побледнел, затем позеленел и, глянув на молокососа, так не вовремя свалившегося ему на плечи, с искренней ненавистью, пулей метнулся из коридора в ту самую сторону, в которую совсем недавно тащил паренька. А Митя напрягся. Что-то ему подсказывало, что он слегка перестарался. Но кто знал, что профессор так сильно реагирует на настолько банальные и очевидные подначки?.. Может, это как-то связано с нелицеприятным прошлым, может ещё с чем, но Северус Снейп, несмотря на свою внешность, настолько ранимый человек, что даже страшно становится. Не факт, что они сработаются. Скорее всего, они как раз НЕ сработаются. Такие, как декан Слизерина, никогда не прощают… Хотя хрен его знает. «Я тоже думал, что никогда не прощу, пока Наставник не приволок шоколадку…» Тяжело вздохнув, Митя с видом мученика поплёлся в ту же сторону, что и бешеный профессор. Его комнаты должны быть там же.