На задворках пространства

Локи оглядывал своё новое жилище. Стрэндж перенес его в Нью-Йоркский храм, выделил одну из пустующих комнат и, дав указание никуда не выходить, исчез. Асгардский принц облегченно выдохнул. Общество земного колдуна его изрядно напрягало, но всё же он был рад и такому общению. Желание заехать в лицо чародея изрядно раззадорило Бога, дав ему почувствовать, что он, наконец, не один. Локи улыбнулся сам себе и растянулся на кровати. Он выбрался. Осталось лишь снять блокирующий магию браслет со своего запястья, который нацепил Стрэндж перед их телепортацией в Санктум Санкторум, и свобода. Свобода! Как же сладко звучит это слово после пяти лет заточения. Локи медленно уплывал в свои грезы, постепенно погружаясь в сон.

***

Стрэндж разыскивал Вонга, дабы сообщить о не очень-то желанном госте. Госте, от которого хочется поскорее избавиться, но куда его девать — маг не знал. Отдать на попечение Тору? Так тот потакал и будет потакать младшему брату, и кто знает, не обернется ли это очередной попыткой захвата мира? Сдать его Мстителям? Так Стрэндж не хотел Локи сильных мучений. А в Штабе с Богом церемониться не станут. Стефан надеялся, что его друг и союзник — Вонг — подскажет, но тот как сквозь землю провалился. Бросив безрезультатные поиски, маг повернул на кухню. Ему, да и, пожалуй, Локи не помешает перекусить. Главное, чтобы в холодильнике было что.

***

Асгардца разбудил стук в дверь. Юноша и не заметил, как погрузился в царство Морфея, но осознание реальности пришло быстро. — Разве это не твой дом, колдун? Так что ты стучишься? — безмятежно, с легкой хрипотцой в голосе после сна, спросил асгардец. Дверь распахнулась. — Мой. Но личное пространство не должно ли быть, Локи? Бог хмыкнул. О каком личном пространстве Стрэндж говорит, когда даже наколдовать кинжал нет возможности?! Благо, иллюзия, которая стала его второй кожей, скрывающей йотунхеймские корни, не требовала магической подпитки. Она могла исчезнуть теперь лишь только со смертью мага, наложившей ее. То есть самого Локи. — Ты обедать будешь? — спокойно спросил Стефан, паря в метре от проёма. Он сомневался, что брат Тора захочет трапезничать с ним, но у Бога выбора не было. Официанткой подрабатывать Стрэндж не собирался. Локи медленно, не показывая, как он соскучился по нормальной еде, встал с постели и, потянувшись, зевнул, при этом аккуратно прикрыв рот ладонью, полностью сбрасывая остатки сонливости. И только тогда, хитро посмотрев на Доктора, скользнул к выходу. — Веди, колдун. — Я же сказал не называть меня так. — Да? — притворно удивился юноша и улыбнулся. Вне темницы к нему возвращалась пока еще безобидная задорность. Маг многозначительно промолчал и развернулся. Довольно скоро они оказались на кухне. Плащ Левитации, напоследок ободряюще похлопав полами по плечам друга, опустил Стефана и неспеша полетел к выходу из помещения. — Итак, асгардец. Выбор невелик. Можно заказать что-нибудь на дом и поесть тут. Или же прогуляться. Если ты, конечно, не устал, — Стрэндж хмыкнул, глядя на заспанного юношу. Локи еще раз показушно потянулся и тряхнул гривой волос. — Прогуляться, конечно же, мидгардский колдун. Я и так просидел “дома” более пяти лет. Стефан хмыкнул, ни капли не удивившись, и вскоре маги покинули Санктум Санкторум.

***

Счастливый Локи шагал по улице, довольно щурясь от светящих в глаза солнечных лучей. Кафешка, куда его привел Стрэндж, пришлась Богу по вкусу, как и подаваемая там еда. Асгардец в последний раз так вкусно и сытно ел на Сакааре, пожалуй. Поэтому у юноши было на редкость великолепное настроение, к тому же, он даже сумел развести мага на небольшую прогулку по улицам города. Стефан недовольно шествовал рядом. Хорошим настроением — в отличие от своего мистического коллеги — он похвастаться не мог. Все люди, здания, машины напоминали ему о прошлом, о битве с Таносом. Эпизоды минувших дней периодически затягивали доктора, поэтому испуганный вскрик маленькой девочки дошел до него как сквозь вату. Всё развивалось стремительно, как пущенная Клинтом стрела: вот рабочие делают замену стекол в одном из офисов; одному из них становится плохо и он хватается за сердце; пара других не сумели удержать толстый и тяжелый пласт; стекло стремительно летит на стоявшую внизу девчушку. Звон, крик, плач. Стрэндж моргнул и обвел взглядом открывшуюся сцену: большие и некрупные куски стекла, на некоторых поблёскивающие алые капли крови. Локи, крепко сжимающий девчушку и полностью закрывший ее, стоит на коленях средь осколков. В некоторых местах его одежда обрела бурые оттенки, стекло айсбергами торчало из тела юноши. Стефан выпустил воздух сквозь зубы. Только первый день, а Локи уже успел угодить в неприятности! Хотя спасенная жизнь, конечно, этого стоила. Маг быстрым шагом подошел к Богу. Следом за ним подбежала рыдающая мать, и ребенок, пронзительно закричав «Мама!», бросился к ней в объятия. Асгардец не разгибался. — Эй, Локи, ты как? — он обеспокоено коснулся пальцами плеча парня. — Хорошо, не видно что ли? — из его рта струйкой потекла кровь. — Особенно меня радует торчащее стекло из моей правой лопатки. На последних словах юноша побледнел и покачнулся в сторону. Стефан, не слушая слова благодарности от беспечной матери и предложения толпы вызвать скорую, открыл портал и вместе с Локи телепортировался в Санктум Санкторум.

***

Знания, полученные в прошлой, немистической, если можно так выразиться, жизни не раз помогали Стрэнджу в его наполненных колдовством буднях. Не подвели они и на этот раз. Локи, весь перебинтованный и уже не истекающий кровью, лежал на кровати в отведенной ему комнате. Бледная, с сероватым оттенком, кожа почти сливалась с подушкой, лишь только черный ореол волос не давал затеряться лицу средь ткани. Дыхание было хриплым, тяжелым. Доктор нахмурился. Даже для нечеловека Бог получил серьезные ранения, и Стефану это не нравилось. Смерть Локи не входила в его планы, всё-таки это брат Тора, член его семьи, который хоть как-то смог бы вернуть громовержцу жажду жизни. — Чёрт, — сорвалось с губ мага. Стрэндж еще раз хмуро оглядел лежащую под одеялом фигуру. Прошло уже несколько часов, но состояние парня было стабильно тяжелым. Доктор не мог понять, почему не работала чертова регенерация, присущая всем Богам. Для успокоения он решил заварить себе травяного чаю, всё равно он большим пока помочь не мог: браслет также поглощал и магию, применяемую на непосредственно закованного. Гулким эхом шаги мага отразились от пустынных коридоров Нью-Йоркского храма. По возвращении Доктора ждало неприятное открытие: пациенту стало хуже. Лицо начало приобретать синеватые оттенки, скулы, казалось, сейчас разрежут тонкую кожу асгардца, тело оказалось холодным, совсем как ледышка. Стефан уже без раздумий освободил Локи от сковывающего магию браслета и начал читать лечащие заклинания.