new future.

[Мир жесток и несправедлив, верно?] Ранпо тупо смотрит на обшарпанную и грязную стену, что находится напротив него, содрогаясь от холодного и сильного ветра. Потрепанная и далеко не тёплая одежда нисколько не согревает мальчишку и не защищает от непогоды, но он уже привык. Жизнь на улице в районе, где ошиваются пьяницы, бандиты, нищие и мелкие воры, не так уж ужасна. Эдогава наловчился находить еду и воду, используя свой прекрасный ум, иногда даже деньги. Он научился драться, но от этого нет толку, так как тело юноши слишком худощавое, слабое, а кожа болезненно-бледная и холодная. Во взгляде мальчика нет никакого огонька жизни, ведь таковой у него тоже нет. Он не живёт, а выживает. — Хей, пацан, — кто-то окликает его, но Ранпо не обращает никакого внимания, продолжая пялиться в стену, содрогаясь от холода. — Ты глухой что ли?! Какой-то мужик с грубой внешностью и грязными руками хватает Эдогаву за волосы и вздергивает вверх. Невольно мальчик болезненно вскрикнул, вцепляясь ногтями в чужую руку и дергая ножками, пытаясь пнуть: — Отпусти меня, свинья! Удар в живот, и Эдогава хрипит и кашляет, резко перестав сопротивляться. Его тело обмякло, а взгляд помутнел, но он был в сознании. — Захлопнись. Тебя приметил один человек и велел доставить к нему, — гадко ухмыльнувшись, мужик так и потащил подростка за волосы куда-то прочь из этого грязного переулка. Никто не вмешивался и не обращал на протестующие и громкие крики Эдогавы. Через пару улиц его привели к старому и обветшавшему зданию, которые местные обзывают громко его «борделем». Без какого-либо усилия втащив Ранпо в здание, громила потащил его на второй этаж, где после они оказались в одной из комнат, которую можно назвать «кабинетом». За столом сидел молодой мужчина, выглядевший весьма ухоженно, отчего он очень выделялся и невольно приковывал взгляд. — Спасибо, можешь идти, — мягко произнёс блондин мужику, сощурив голубые глаза и усмехнувшись чуть. Амбал грубо отпустил юношу на пол и вышел из комнаты. Ранпо глядел на незнакомца внимательно, пронзительно, «читая» его словно открытую книгу, криво и зло усмехаясь. [Люди лживые и лицемерные, правда ведь?] — Знаете, уважаемый, я и гроша не стою, — с издевкой и сквозь зубы проговаривает Эдогава, так и продолжая сидеть на полу, ибо сил встать уже не было. — Ищете мальчиков покрасивее да по глупее. На узком лице мужчины отобразилось удивление, ведь он ещё ничего не сказал. — Как ты-… Но его перебили, не дав продолжить фразу, точнее вопрос, который больше всего на свете раздражал подростка. — Это ведь так просто, что только слепой не догадается, — раздражаясь ещё больше, фырчит он, совсем не боясь торговца. — Хорошо одеты, на руках дорогие часы и кольцо, у вас другая манера речи и взгляд. Вы явно не местный и живете в хорошо обустроенной части города. Догадаться о том, что именно вы торгуете детьми легко — вы практически единственный, кто приезжает в это Богом забытое место, откуда якобы «пропадают дети». Правда, всем всё равно. Торговец достаточно быстро переварил эту информацию у себя в голове, сохраняя все это время молчание. — Какой умный мальчик, — слащаво улыбается блондин, хмыкая. — Жалко отдавать умных детей. Как насчёт работы у меня? — Отказываюсь. — Даже не выслушаешь моё предложение? Ведь, если согласишься, не будешь больше жить в бедности, ища еду и место, где можно заночевать. — Ага, и искать шлюх получше для борделей? Скучно и противно. Отказываюсь. Выражение лица мужчины практически не сменилось: он продолжал улыбаться и внимательно глядеть на юношу, разглядывая его и изучая, точнее оценивая «товар». Правда, это делается лучше вблизи. Незнакомец встаёт из-за стола и неспешно двигается к Ранпо, протягивая руки вперёд. Эдогава невольно попятился назад, точнее пополз, так как он продолжал сидеть на холодном и грязном полу. — В таком случае, тебя ждёт такая же участь как и всех. Блондин одним движением снимает с мальчика тонкую и потрепанную кофточку, схватив за плечи, чтобы не убежал. — Отпусти! — естественно, Ранпо начал сопротивление, слегка краснея и содрогаясь от холода. — Ох, какой тощий… — чужие пальцы пробежались по выступающим ключицам и ребрам, а после впалому животу. — Ну ничего, немного откормим и самое то будет. [Есть ли спасение в этом грешном мире?] Выбитая с силой дверь отлетела к столу и раскололась на две половинки, прерывая все действия торговца, который от неожиданности подскочил и отпустил Эдогаву. Тот, не теряя драгоценную возможность, убегает в другой угол комнаты, так как выбежать из неё невозможно. На входе стоял рыжий и низкий парень, который бегло осматривал помещение, держа руки в карманах. На его голове красовалась странная шляпа, а на плечах — плащ. Его лицо выражало крайнее недовольство и раздражение, будто его насильно заставили идти сюда и разбираться со всем этим. За рыжим коротышкой возник ещё один человек, который без какого-либо труда выглядывал из-за чужого низкого плеча, наблюдая за обстановкой в помещении. — Это точно тот человек за которым нас послал Мори-сан? — глянув через плечо спросил Чуя и кивнул на торговца, который уже начал потихоньку отходить к открытому окну, что находилось за столом. — Конечно! Когда я тебя обманывал? — наигранно воскликнул брюнет и улыбнулся. — Пару минут назад, — цыкнул шляпник и пошагал прямиком к блондину. На лице мужчины появились капли пота, брови нахмурились, а глаза бегали туда-суда. Он судорожно покусывал губу, явно боясь вошедших сюда парней. Они действительно внушали страх. От них чувствовалась сила, которой нет у обычного человека. — Что вам надо?.. Вы… Вы кто такие?.. — запинаясь с дрожащим голосом спросил торговец, почти добравшись до окна, но движения его резко прекратились, будто он стал деревянным. [Только сильные выживают в этом мире.] — Ах, так ты не знаешь? — с наигранным удивлением поинтересовался Дазай, продолжая стоять у порога. — Разве не ты подрываешь репутацию Портовой Мафии, прикрываясь и незаконно продавая детей и наркотики на чёрном рынке? Или я всё-таки ошибся? — Портовая Мафия… Я так долго от неё укрывался… А сейчас меня поймали какие-то дети… — промямлил блондин, нервно дергаясь и во все глаза смотря на парочку. Эдогаве было глубоко душевно плевать на какие-то тёрки между ними. Сейчас ему хотелось уйти, забыть всё, что здесь произошло и существовать дальше, но покинуть комнату не удаться пока забинтованный юноша не уйдёт с порога. — Кары не избежать, — со вздохом говорит Осаму и достаёт пистолет. Один точный выстрел в голову, и чужое тело с глухим звуком падает на пол. Вокруг него образуется вязкая лужа крови. Ранпо безо всякого удивления смотрит на это, не издавая ни звука, лишь продолжая вздрагивать от холода и резкого страха, который заполнил его. Нет, он не боялся смерти, а ту ауру, что излучал брюнет. Кажись, юноша впервые боится человека. — Хм, а это кто? — Накахара указывает на мальчика, в удивлении приподнимая брови. Видимо, он только сейчас его заметил, что доставляло некоторые проблемы для Эдогавы. Он продолжает сидеть на полу с голым торсом, уже совсем не беспокоясь об этом, несмотря на холод. — М? Он здесь был с самого начала. Ты такой невнимательный, Чуя, — с насмешкой отвечает Осаму, приближаясь к Ранпо и присаживаясь напротив него на корточки, разглядывая внимательно. Цепкий, холодный и совершенно равнодушный к жизни взгляд. — Пожалуй, мы заберём его с собой. — Что?! Зачем?! — на высоких интонациях и с изумлением спросил рыжий, вытягиваясь в лице от такого заявления. — От него может быть польза. — А кто сказал, что я хочу с вами пойти? — сощурив глаза и фыркнув, в свою очередь поинтересовался юноша. — А разве не хочешь? — снова эти фальшивые эмоции на чужом лице. — Мне показалось, что тебя заинтересует жизнь вне трущобах. — Очень даже заинтересует, но вы не внушаете никакого доверия и не даёте гарантии, что не убьёте меня потом. — Боишься смерти? — Нет, но и умирать я не хочу. Почему-то Дазай усмехнулся и не интересуясь больше ничем поднялся, потянув за собой за руки мальчика тем самым поднимая его на ноги. На худые и хрупкие плечи накинули плащ, в который Эдогава начал кутаться. Всё-таки он очень замёрз. — Идём, — Осаму покинул помещение, в которым, к слову, уже не было Накахары. Ранпо шатаясь и морщась от неприятной боли в животе пошёл следом. Возможно, с этой минуты его жизнь изменится, добавив новые краски: кроваво-алые и черные-черные.