Счастливая жизнь после конца?

Ночь выдалась сложной, Клементина то и дело, что вставала, ей снились кошмары, точнее, воспоминания о смерти людей, которые были ей дороги. Один раз, когда Клем проснулась, Луис взял ее руку, она вздрогнула от неожиданности и легла обратно в объятья парня. Девушка сидела в поезде, свесив ноги, а рядом с ней сидел Ли, она посмотрела на него и грустно вздохнула. — Итак, что случилось, Клементина? — начал мужчина, всегда они разговаривали, когда происходило что-то что тревожило Клем. — Сегодня я вспоминала всех, смерть будто окружает меня, я боюсь, я потеряю остальных… Ли, я боюсь, — девушка опустила взгляд, по щеке опять скатилась слеза. — Смерть неизбежна, но сейчас эти люди живы, они рядом, цени этот момент сейчас, а то потом будет поздно, — Ли потрепал ее по голове. — Я скучаю, Ли, я так сильно скучаю, — Клементина смотрела на него, в надежде, что это не просто сон. — Я тоже скучаю, малышка, я всегда рядом, ты уже так повзрослела… А теперь мне пора… — С этими словами яркий свет ослепил глаза Клем и она проснулась, снова, но солнце уже встало, хоть и остальные еще спали. Тихо встав с кровати, девушка поспешила выйти из комнаты, но похоже, у парня чуткий слух и он спросонья спросил: — Клем? Ты куда? — у него был хриплый и сонный голос, — Неужели решила сбежать без меня? — он усмехнулся. — Я просто хочу немного прогуляться, мне что-то не спится, — ответила девушка грустно улыбнувшись. — Хочешь побыть одна, да? Ну, тогда, моя дорогая Клементина, будь очень осторожна, я помню про вчерашнее обещание. Ходячих сейчас намного больше, чем тогда, когда вы пришли сюда с Эй-Джеем, -Ответил Лу, ложась обратно на кровать. — Да, их стало больше…- уже тише и самой себе говорила черноволосая, выйдя из интерната она почувствовала холодный свежий воздух, он был влажным, скорее всего, ночью шел дождь, ну, или сейчас где-то четыре или пять часов утра. Клементина пошла в туалет, потом решила прогуляться на улице, за стенами бродили ходячие, их и вправду стало больше, похоже, стоит идти дальше, иначе скоро будет еще сложнее. -Time for me to go now, I won’t say goodbye.Look for me in rainbows, way up in the sky… — слова этой поэмы девушка прочитала когда была маленькая, Сандра, ее няня, часто читала ей разные поэмы и сказки, но именно эту она любила больше всего, — In the morning sunrise when all the world is new, Just look for me and love me, as you know I loved you… Э…дальше не помню…- сказала Клементина вслух, как же она давно не вспоминала это произведение. — По-моему, дальше было «Time for me to leave you, I won’t say goodbye» — сказал Луис, подойдя сзади, — мой дедушка часто читал мне эту поэму. Почему ты так рано встала и ушла? — Кхм… я хотела в туалет? — усмехнулась девушка, — Еще вопросы? — Почему ты так часто просыпалась ночью? — парень, похоже, решил устроить допрос имени… Главного шутника апокалипсиса? Нет, слишком длинно, имени Луиса? Ладно, пусть так. — Я…Мне снились воспоминания о некоторых людях, ну, знаешь, как мы выживали вместе, иногда я забываю что это сон, это правда очень больно, — Клементина улыбнулась, — но не всегда я думаю о них постоянно, нет, я часто думаю о вас, — Клем посмотрела на Лу, он улыбнулся в ответ. — Я рад, что твои мысли заняты мной, — он усмехнулся, — не думаешь, что думать только обо мне уже слишком? — Идиот, — рассмеялась девушка, чуть толкнув парня, а тот лишь поцеловал ее в щеку, — я думаю, нам нужно уходить, ходячих стало больше и их и будет больше, нужно уйти, а то потом будет еще сложнее. — Ты права, но куда идти? В смысле, где гарантия, что мы сможем выжить? — Луис, честно сказать, боялся, но это все же логично, ведь он все время с того момента как все началось, жил в интернате. — А где гарантия, что мы тут выживем? Ты видел сколько ходячих тут, их будет много, рано или поздно, мы не сможем даже выйти, чтобы поохотится, — Клементина немного повысила голос, идея о том, чтобы остаться не шибко нравилась ей. — А что скажут остальные? Вдруг им это не понравится, никто из нас не выживал за пределами интерната, — Лу продолжать настаивать, в итоге, Клем, посмотрев на него, ушла, ей нужно все обдумать, — Клем… — парень хотел догнать девушку, но остался на месте, — может она и права… Когда все проснулись, Клементина уже остыла, но по прежнему была заинтересована в том, чтобы уйти вместе с группой, поэтому на завтраке она завела об этом речь. — Ребята, я хочу сказать, нам нужно уходить, — сказала девушка, поглядывая на Луиса, а он чуть не подавился от такого взгляда. — Клем, не начинай, мы уже… — начал парень, но его перебила девушка, не обращая внимания на то, что он начал говорить. — Ходячие приближаются, их стало больше и вскоре их станет еще больше, нужно уходить, — повторяла черноволосая, она была уверена и стояла бы на своем в любом случае. — Идея стоящая, но ты не думаешь, что будет тяжело? Вы с Эй-Джеем давно выживаете и вам это не впервой, но мы жили все это время в интернате, — констатировала Руби, она кормила Вайлет с ложки, и как бы указывала, что выживать на улице вместе со слепым человеком не самая лучшая идея. — Вы уже не маленькие и должны понимать риски, каждый из вас хоть раз в жизни держал оружие, каждый разводил костер, нам нужно уходить, иначе, мы просто запремся в интернате и умрем, — решительно ответила Клем, девушка немного покраснела толи от злости, толи от чего-то другого. — Клементина права, но со мной вы не сможете пройти далеко, слабые не выживают, — говорила Вайлет, она будто смотрела на всех своими слепыми глазами. — Вайлет, не говори глупостей! — вмешался Митч. — Я не говорю глупостей, это рано или поздно произойдет и вы знаете это! — продолжила Вайлет, она ударила по столу. После ее слов все замолчали, была напряженная тишина, так и продолжился завтрак, в полной напряженной тишине, лишь под конец Руби сказала Клементине. — Твоя идея стоящая, я думаю, мы можем попробовать, ведь нам нечего терять, так ведь? — Руби смотрела немного грустно, видно, ее задели слова Ви. — Так ведь, — ответила девушка, после этих слов она ушла, а Луис последовал за ней. Девушка зашла в комнату, ее настроение можно было назвать апатией, она легла на кровать и просто смотрела наверх, в таком мире такое состояние не назвать необычным, далее, обычно, следовало самоубийство, но не у неё. Слова Вайлет, они были правдой, все знали, что она долго не протянет, но никто не готов признать это. В комнату вошел Эй-Джей, он сел рядом с Клем и долго молчал. — Нам снова придется уйти? — спросил мальчик, потянув её руку, — мы ведь пойдем все вместе? — Вместе или нет, но нам нужно будет уйти, я не хочу рисковать твоей жизнью, ходячих будет больше и их количество стремительно растет, — Клементина потрепала Элвина Младшего по голове, а тот загрустил, — не грусти, они пойдут с нами, завтра на рассвете мы пойдем и все будет хорошо… — эти слова должны были вселить «надежду», но получилось не очень из-за тона её голоса. В комнату быстро вошел Луис, он посмотрел на Клем и Эй-Джея, сев рядом с ними он немного улыбнулся. — Луис, ты пойдешь с нами? — спросил напрямую мальчик, он требовательно посмотрел на парня, а тот лишь растерялся от неожиданности. — Э…Да… Я пойду с вами, малыш, — после этих слов Эй-Джей обнял Лу, это было милое зрелище, если не считать глаза парня, с которых можно было срисовывать пять копеек или же, давайте по-американски, центов…25? Клем рассмеялась, глядя на это зрелище, — Эй, ты чего смеешься? — Парень начал щекотать девушку, от чего та стала смеяться еще больше, но вскоре они все успокоились. Остаток дня прошел, в общем, обычно, если не считать того случая, когда Вайлет снова завела речь о своей скорой кончине. Руби и Клементина остались вечером вдвоем чтобы все обсудить. — Итак, куда мы должны будем идти? — рыжеволосая говорила серьезно, всматриваясь в черноволосую, но та отвела взгляд. — Мы можем пойти во Флориду… или на север, — Клементина указывала в сторону, в которую нужно будет двигаться, — мы могли бы также попытать свое счастье в Веллингтоне, но я не гарантирую успех. — Веллингтон? А что там? — поинтересовалась Руби, все еще глядя на девушку, но не успела она ответить Клем, как ее прервал Митч, который позвал их, чтобы помочь Вайлет. — Там… Ви, она совсем уже, — Митч указал в сторону комнаты девушки, показывая, что она сейчас там и ей нужна помощь. Девушки быстро метнулись к ней, довольно энергично открыв дверь они увидели Ви, сидящую на полу, упершись головой в коленки. — Вайлет… Что стряслось? — Клементина погладила девушку по плечу, но та смахнула ее руку, — ты можешь довериться нам с Руби… — Ничего не стряслось, может вы поймете наконец, что это тухлый номер? Не надо говорить, что все будет нормально, ничего не будет нормально, вы видите этот ебаный пиздец, который творится снаружи? По моему, слепая тут я, а не вы, — светловолосая почти кричала на них, она все для себя решила, но никто не хочет принимать это решение, — вы понимаете, что здесь я как труп, который не хотят закапать, думая, что этот труп оживет, БУМ, это работает не так. Вы должны отпустить меня и принять мое решение, это моя жизнь, мои решения. — Она права, Руби, я думаю, мы должны принять это, — Клем посмотрела на Ви, глядя на нее ей вспомнился Ли, их последняя встреча, когда девушке тоже нужно было убить его, чтобы он не мучался, из-за этой мысли она отвела взгляд и подняла голову наверх. — Сделаем это завтра, когда вы будете собираться уходить, — твердо и решительно сказала Вайлет, Руби ничего не говорила, также как и Митч, они стояли в немом шоке, — эвтаназия. — Нужно сказать Луису и Эй-Джею, они должны знать, — наконец после молчания сказал Митч и скрылся за дверью, тем временем девушки сели рядом с Ви, они ничего не говорили, нет, скорее просто молчали вспоминая те дни, когда светловолосая могла видеть, у каждого было свое воспоминание, и каждый начал плакать. Вайлет — сильная девушка, не каждый готов принять свою смерть и даже попросить об убийстве, особенно тогда, когда не можешь увидеть лиц своих друзей напоследок. Девушка взяла руку Клементины и попросила ее поговорить наедине. — Клем, я… прежде чем я умру, я бы хотела попросить тебя об одной услуге… — начала она, немного волнуясь, но черноволосая не сильно обратила внимание, ей была важна таинственная услуга. — Да, конечно, ты можешь положится на меня, я всегда готова тебе помочь, — немного встревоженно ответила она, ее голос дрожал, но это было не сильно заметно, ну точнее, была надежда, что это не сильно заметно. — Пожалуйста, закрой глаза, — Ви приблизилась к лицу девушки, между ними оставался буквально сантиметр, через секунду, их губы соприкоснулись, Клем удивилась такому раскладу событий, но не стала отстроняться, пусть Луис простит ей это, прошло несколько мгновенией перед тем как Вайлет отстранилась от губ девушки, — Спасибо, я мечтала об этом. Клементине нечего было ответить, она была в ступоре, как реагировать на поцелуй со стороны подруги? -Ви, я… — Вайлет не дала ей договорить закрыв рот. — Я так долго ждала этого, пожалуйста, дай насладиться этим, — дотронувшись до ее щеки, Ви заплакала, — Знаешь, я так сильно хочу тебя увидеть, хотя бы на секунду, увидеть твои кудрявые волосы, улыбку, твое невероятно красивое тело, Клем, я… я люблю тебя… — Ви, прости, но я люблю Луиса… Я…прости — с сожалением ответила Клем, она не знала, что делать в этой ситуации, она не могла прочитать об этом в книге, спросить об этом маму, ей приходилось учиться всему самой и советовать самой себе. — Я знаю, Клем, я знаю, просто хотела сказать все перед смертью, чтобы умереть спокойно, понимаешь? Раньше, я была уверена в том, что мои чувства взаимны, но сейчас я понимаю, было глупо надеяться на взаимность, я видела, ха, забавно, что я это говорю, но я увидела как вы смотрите друг на друга, между вами было то, что можно назвать искрой… — она остановилась на секунду, — У меня… никогда такого не было, в смысле, я влюблялась, но… искра, нет, никогда, искра это то, что позволит огню вспыхнуть, я… даже завидую. Черноволосой было нечего ответить, она промолчала, ее глаза были наполнены новой порцией слез, после того, как они с Вайлет закончили разговаривать, она зашла в комнату, там сидели Луис и ЭйДжей, ничего не говоря она взяла подушку и сев на пол начала плакать. Парни подошли к ней, не стали ничего спрашивать, они понимали откуда эти слезы, девушка почувствовала прикосновения к спине, эти прикосновения были чем-то таким теплым, приятным, чувствовалась поддержка в этих руках, но успокоится сейчас невозможно.