Дорагон

Нацу прижала руку ко рту, пытаясь подавить очередной рвотный позыв. По телу ползла отвратительная слабость, завтрак стоял в горле, а тело била дрожь. Лицо розоволосой убийцы драконов посинело… или все-так побледнело — не понятно, она наклонилась над водой, из-за чего розовые пряди скрывали обзор на лицо. Какаши держал Дорагон-Драгнил за шкирку, не давая девочке вывалиться в воду и, как она выразилась, там утопиться. Саске сидел спокойно, и на удивление, с неким злорадством смотрел на страдания сокомандницы. Сакура смотрела с недоумением и жалостью, не решаясь задать интересующий ее вопрос по поводу самочувствия черноглазой, а Наруто придерживал подругу за талию, так как боялся, что одного Какаши не хватит для «спасения» Нацу. Тадзуна в это время тактично молчал, хотя очень хотелось брякнуть колкость, что так и вертелась на языке. Но вспоминая, с каким лицом вчера эта девчонка примчалась из деревни, как суетилась рядом с Харуно и готовила им еду, он не мог. Совесть не позволяла. Он даже удивился подобному. Ведь с тех пор, как началась вся эта каторга с Гато и мостом, он был остер на язык и не стеснялся в выражениях, будь то дети, женщины или старики, как он сам. — Тадзуна-сан, может быть, Вы наконец расскажете, что происходит на самом деле? — отведя свой взгляд от ученицы, Какаши вперился взглядом в заказчика. Тот все время поездки сидел с опущенной головой, кажется, полностью погрузившись в свои мысли. На вопрос он даже сначала не среагировал, но потом наконец поднял голову и устало вздохнул: — Ладно… у меня нет выбора. Я обязан рассказать вам об этом. Все навострили уши, приготовившись слушать внимательно и впитывать в себя информацию. Ну, кроме Нацу и Наруто. Если первая не могла по физическим причинам, то второй банально слушал в пол уха, сосредоточившись на удерживании подруги на лодке. Вот с чем им повезло, так с лодочником — молчит, звуков никаких не издает, смотрит прямо вперед и не обращает внимания на тот балаган, что творится на его лодке. Спасибо ему. Такое не каждый выдержит. — Я мешаю одному очень опасному человеку, — начал мужчина. Края шляпы падали на его глаза, так что увидеть взгляд мостостроителя было невозможно. Но почему-то слушающие догадывались, что Тадзуна отнюдь не рад рассказывать им свою историю. — Возможно, вы слышали его имя раньше… — Кто он? — спросил Хатаке, устроившись чуть поудобнее. Держать Дорагон-Драгнил рука уже затекла, и он подумывал отпустить ее, но тогда она точно перевалиться за бортик их маленькой лодки и пойдет камушком на дно. Перед глазами появилась картина: Кладбище, дождь, могила с именем «Нацу Дорагон». Семья погибшей в черном. Он в черном. Сокомандники и друзья в черном. Все плачут, утирая слезы и сопли белыми платочками. Венди и искиды плачут, Гажил клятвенно обещает испепелить и уничтожить все его книги. Лаксус лишь говорит, что разочарован и обещает отомстить в светлую память о сестренке. Наруто ревет в голосину и проклинает его, Саске смотрит с отвращением, а Сакура, глотая слезы, спрашивает «как Вы могли?!». Рука автоматически сжимается сильнее на шкварнике девочки. Быть козлом отпущения не хочется. — Очень богатый транспортный магнат… человек по имени Гато. Какаши встрепенулся, издал удивленное «хм?!». Его глаза расширились, а рука чуть было не разжалась полностью. Как он это понял? Наруто над ухом заматерился на него, а Нацу стала активнее пытаться выброситься в воду. Рука снова сжалась, и движение практически прекратилось. Сакура с подозрением посмотрела на убийцу драконов. Саске не обратил внимания, сосредоточившись на рассказе заказчика. — Гато… Из компании Гато? Он, говорят, один из самых богатых людей в мире. Нацу, наконец, удалось оттащить от края лодки, но получилось не особо удачно. Головой она оказалась на Саске, ногами — на Какаши и Наруто. Блондин, пытаясь выбраться из-под подруги, наконец подал голос: — Кто-кто? Что-что? Узумаки остался проигнорированным. Сакура сверлила Нацу недовольно-ревнивым взглядом, но язык держала за зубами. Хотя очень хотелось сказать какую-нибудь колкость или просто столкнуть розоволосую с колен Учихи. Но не пришлось. Брюнет немного передвинулся, и голова Дорагон-Драгнил самостоятельно ударилась о твердое дерево. Раздался подозрительный всхлип и писк. Тадзуна уже молчал, с непониманием глядя на детей. Какаши приложил руку ко лбу, жалея, что вообще согласился продолжить миссию. — Она в порядке? — спустя пару секунд мертвой тишины, поинтересовался заказчик. — Да, — ответила незамедлительно седьмая команда. — Нет… — пропищала Нацу, но осталась неуслышанной. Разговор продолжился. — Да, — Тадзуна-сан продолжил объяснять. — Официально, он основал большую судоходную компанию… но в втайне он продает наркотики и другие запрещённые товары, используя ниндзя и шайки бандитов для захвата других компаний и стран. Его бизнес сильно запятнан грязью. Мужчина, наконец, открыл глаза, но продолжил смотреть в пол. Перед глазами маячила картина мертвых парня и девушки, в ушах звенел их предсмертный крик… они были убиты за то, что осмелились противостоять порядку Гато. — Он положил свой глаз на Страну волн около года назад. С помощью финансовых махинаций и насилия, он быстро взял контроль над судоходной индустрией в стране. С тех пор, как он завладел судоходными путями, жизненно необходимыми для маленькой островной страны, Гато является монополистом в деле транспортного сообщения. Только одно сейчас пугает Гато… Мужчина поднял взгляд на огромный мост, под которым они прямо сейчас проплывали. Мост, объятый мягкими руками тумана, выглядел внушительно и даже устрашающе. Огромные колонны, что удерживали конструкцию над водой, выглядели нерушимыми. — Это завершение строительства моста. — Понятно, — произнесла Сакура, нахмурив брови и приложив руку к подбородку. — Вы, начав строить мост, встали у него на пути. — Значит, — подхватил Саске. — Те ниндзя были наняты Гато? Ни Наруто, ни Нацу не участвовали в разговоре. Первый пытался привести в чувство подругу, которая, кажется, уже вырубилась и не реагировала на его жалкие попытки разговорить ее. — Но я не понимаю… Если Вы знали, что шиноби будут за вами охотиться, почему вы скрыли этот факт, когда нанимали нас? — спросил Какаши, уже спокойно, без удивления в голосе. — Страна волн очень бедна. У дайме не было денег. Конечно, и у нас нашлось немного денег, но не столько, чтобы оплатить миссии ранга В и выше. Что ж, если вы откажетесь от миссии, то по прибытию на берег меня сразу же убьют, и я даже не успею добраться до дома. Но, не беспокойтесь об этом… Лицо Харуно обрело скептическое выражение. Кажется, сейчас что-то будет… — Если я умру, мой любимый восьмилетний внук будет все время неудержимо плакать! — начал повышать голос Тадзуна. Нацу на руках Наруто вздрогнула, кажется, проснулась и начала прислушиваться. Сакура уже не скрывала своего полного офигевания, и у нее, и у Наруто дергалась бровь. — Да! — снова выкрикнул он. — И моя дочь проживет грустную, печальную жизнь, с вечной ненавистью к шиноби Деревни Листа! Саске тоже перестал скрывать свои эмоции, и теперь с лицом «дяденька, ты дурачок?» смотрел на заказчика. Никто не заметил, что Нацу подозрительно трясется на руках Наруто. Кроме Наруто. И теперь Узумаки пытался понять — она ржет или плачет? — Но вы, я думаю, так не поступите, хотя может, я не прав. Все призадумались, кидая взгляды друг на друга. И издавали групповое задумчивое «мммм». Какаши стучал ногтем большого пальца по стали своей повязки пару секунд, а потом с дружелюбно-виноватым выражением глаза и брови лица повернулся к заказчику. — Думаю, у нас нет выбора. Мы продолжим защищать Вас. — О! Большое спасибо! — благодарно выкрикнул седоволосый. И, пока все отворачивались, обсуждая что-то свое, он мысленно дал себе пять, сделал зайца пальцами и произнес «я победил». — Скоро будем на месте, — подал голос лодочник. Они как раз подплывали к каменному мосту. — Тадзуна, как видите, в течении всего долгого пути нас никто не заметил, но… — Спасибо. — произнес старик. Как только они выплыли из туннеля, то были удивлены. Взору седьмой команды открылась деревня, яркая синяя вода с бликами света теплого солнца. Домики пусть и выглядели старыми, но также на взгляд были довольно милыми и утиными, приятных глазу цветов. Лодочник подплыл к причалу, где седьмая команда с заказчиком зашла. Нацу сидела на спине блондина, постепенно приходя в себя. Лицом уткнулась в яркую оранжевую толстовку Узумаки, не показывая своего лица. Наруто почему-то подумывал, что когда Нацу тряслась, то она все-таки плакала. Почему? Толстовка на плече стремительно намокала. — Я домой. До свидания. — произнес мужчина на лодке. — Да, я очень благодарен. — ответил ему Тадзуна. — Будьте осторожны, — сказал напоследок темноволосый, и отчалил. — Хорошо! — бодро произнес седоволосый. — Теперь доставьте меня домой, там безопасно! — Хорошо, хорошо! — и двинулись в путь. «Если кто-нибудь еще нападет, это будет, конечно же, не чунин, а ниндзя уровня джонина. Яре-яре-яре…» Седьмая команда топала по дороге в направлении дома Тадзуны. Наруто тащил на себе медленно приходящую в сознание Нацу. Все остальные просто молча шли, изредка оглядываясь или кидая взгляды блондина, покорно тащащего на себе тушку розоволосой сокомандницы. Саске ускорил шаг, и теперь шел на ровне с блондином. Наруто очень недовольно на него смотрел. Брюнет открыл глаза, и задал вопрос, не глядя на Узумаки, но в голосе явно была насмешка: — Тебе не тяжело? Наруто нахмурился, и демонстративно поудобнее перехватил Дорагон-Драгнил, которая уже была более-менее. Цвет лица из бледного-сине-зеленого (непонятно) вновь становился смуглым, глаза больше не лихорадочно блестели. — Я не поняла, — наконец, подала голос розоволосая, и голос ее был… пугающим. Но Учихе, кажется, было насрать. Может быть, зря. А вот Наруто сглотнул. Какаши немного сбавил шаг, и только Сакура с Тадзуной с интересом наблюдали за сценой. — Ты намекаешь на то, что я тяжелая, Жопа утиная? — Или на то, что я слабый, а, Саске? — теперь на брюнета смотрели две пары очень, очень недовольных глаз. Первая — черные, темные, в агатовом океане которых можно утонуть, а потом сгореть, ведь глаза полыхали адовым огнем. Вторые — синие, яркие, словно небо солнечным днем или яркий, чистый синий океан. Саске промолчал. А в кустах раздался шорох. Наруто моментально бросил туда кунай, и случайно уронив Нацу, бросился проверять, попал он, или нет. Ахуели все, кроме Нацу и Саске. Первая пыталась подняться, попутно отряхивая себя от пыли и грязи. Второй смотрел на нее со скептицизмом и злорадством, и поглядывал в сторону Наруто, который что-то искал в кустах. Наруто встал в позу, прикрыл глаза и сделал моську, а-ля «я тут самый крутой!» — Прекрати строить из себя крутого! — выкрикнула трясущаяся от бешенства Сакура. Она полностью поддерживала Нацу, которая сейчас шла к Узумаки, закатывая невидимые рукава. — Там все-равно никого не было! — Эй, Наруто! Не разбрасывай кунаи, пожалуйста! Это очень опасно! Саске лишь обреченно вздохнул. Тадзуна, который трясся еще больше, чем Сакура, наконец заорал: — ЭЙ, МАЛЯВКА! ХВАТИТ ВЕСТИ СЕБЯ КАК ИДИОТ! — А мне кажется, я правда видел там тень! Какаши обернулся, что-то услышав, и Наруто в ту же секунду бросил туда кунай. А потом получил пизды оттуда, откуда не ждал. То ли звезды сошлись, только сегодня будет снег, но Нацу и Сакура одновременно выкрикнули «отставить!» и врезали блондину по башке. — Но… — начал он, грустно расстёгивая гласные. — За нами кто-то следил, даттебайо… — Да ладно! — выкрикнула Сакура. — Отдохни, блин… — Ты охренел меня ронять? — зашипела уже с другой стороны Дорагон-Драгнил. Наруто показалось, что он окружен двумя драконами. Какаши подошел ближе, и заметил, что вместо шиноби там лежит обычный… белый кролик? — Наруто! — снова выкрикнула Сакура. — Смотри, что ты наделал! Это же кролик! Наруто покраснел, взял кролика на руки и начал извиняться. Саске и Тадзуна позади приложили руку ко лбу. Сакура тоже подошла ближе, и начала гладить кролика по голове. Нацу не понимала, почему волнение охватило тело, сердец быстро билось в груди, а руки тянулись к оружию. И только потом поняла, в чем дело… — Такие животные, как кролик или белка, могут менять окрас зимой с привычного на белый. — Почему? — спрашивает маленькая Нацу удерживая за уши вырывающегося темного кролика. Ее черные глаза с удивлением смотрят на темно-алую драконицу — Игнил, которая приходится матерью розоволосой. — Ну, такова их физиология, Нацу. Они могут быть белыми только зимой, чтобы сливаться со снегом и тем самым спасаясь от хищников. — поясняет она, и машет большой лапой, нагоняя ветер на маленькую девочку. — А теперь иди, добудь нам обед. — Сакура, Наруто… — начал Какаши, но розоволосая перебила его: — Отойдите от кролика! — Почему? — спросила Сакура, но послушалась и отошла. Наруто остался на месте, и заинтересованно смотрел на подругу. Какаши подозрительно оглядывался, и Саске это заметил. Он подошел ближе к сокомандникам, тоже осторожно осматриваясь. Понятно… вот почему у Братьев-Демонов не было ни малейшего шанса… Какаши Хатаке, Копирующий ниндзя Деревни Листа… Шаринган Какаши. Раздался звук разрезаемого воздуха. Нацу и Какаши словно прошибло, и они одновременно выкрикнули: — Ложись! И в то же время Саске погреб ее и Сакуру под собой. Какаши упал на Тадзуну, а Наруто в мгновение ока припал к земле. В дерево над их головами врезался огромный, тяжелый меч. На его рукоятке в ту же секунду показался мужчина. Его лицо было скрыто бинтами, кожа имела серый цвет. На нем были надеты голубые штаны, а на руках и ногах присутствовали странные длинные рукава, с рисунком пятен коровы. Он стоял к ним спиной, и на стороне уха висел протектор Тумана. «Этот парень…» — пронеслось в голове сенсея команды. — Неплохо, неплохо… Это не ниндзя-отступник Скрытого тумана, Момочи Забуза-кун, а? «Ниндзя-отступник?» — пронеслось в мыслях Наруто. — Мы в дерьме, — прошептала Нацу, но каждый из команды ее услышал. И. был согласен. Они — по уши в дерьме.