Дорагон

Крохотная гостиница почти в середине небольшого поселения оказалась на удивление уютной и теплой, а персонал в ней — дружелюбным и милым. Большинство персонала — это молодые девушки и среднего возраста женщины, которые уже были осведомлены о том, кто именно их новые постоялицы. Каждая из них была безмерно благодарна Сакуре и Нацу, хотя те еще даже не успели ничего сделать. Девушка на стойке регистрации выдала им ключи от их лучшего свободного номера, и куноичи сразу же отправились на быстрый патруль. Исследовать местность, возможные лазейки, тайные ходы и способы укорочения пути знать было очень полезно. Но они так ничего и не нашли. А утро их началось с ужаснейшей новости — вечером, когда они только-только закончили и вернулись в гостиничный номер, была убита, ограблена и изнасилована еще одна девочка. Шестнадцатилетняя Мио Игараши. Сакура сразу же отправилась на место преступления, а Дорагон-Драгнил исследовать город вдоль и поперек. Каждый закоулок, каждый магазинчик и каждый дом она должна была обыскать. Обнюхать всю деревню сверху до низу и достать эту гниду.

***

Сакура накрыла тело бедной девочки белой тканью и отошла в сторону, позволяя медикам местной больницы забрать тело и унести его. Харуно с самым печальным видом обернулась к рыдающей матери Мио и к пытающемуся успокоить ее отцу. Оба выглядели такими подавленными и убиты смертью дочери, что куноичи не могла заставить себя сделать шаг по направлению к ним. Сакура считала себя виноватой в смерти этой молодой девушки. Если не они, то кто? Харуно не пришлось заставлять себя идти к семейству Игараши. Мужчина, заметив стоящую неподалеку розоволосую девушку, прибывшую недавно в паре с другой, попросил какую-то старушку остаться рядом с его женой и спешным шагом направился в сторону Сакуры. Его взгляд горел непоколебимой решимостью. — Ну что? — спросил он, только-только подойдя к Харуно. Сакура непонимающе нахмурилась, молча попросив уточнить вопрос. — Вы нашли что-нибудь странное на теле Мио? Хоть что-то? Куноичи была удивлена такому неординарному вопросу. Она стажировалась в больнице у Цунаде-сан уже три года, и за все эти три года было очень мало случаев, когда родственники трупов или пострадавших пытались разузнать что-то странное о своих родных. Да и большинство таких случаев просто забылись Харуно. — Зачем Вы интересуетесь? — с подозрением поинтересовалась Сакура. — Я хочу знать, что вы как можно скорее поймаете этого ублюдка, — мужчина крепко сжал кулаки. В его глазах читалась чистая, звериная ярость, которую он с трудом контролировал. И Сакура его прекрасно понимала. Он только увидел, как тело его изнасилованной, убитой и ограбленной дочери унесли, и это был последний раз, когда он видел Мио. — Моя дочь… вы не смогли спасти ее, — это должно было быть обвинением, но Сакура не услышала укора в его голосе. Только бесконечную тоску и океаны едва сдерживаемых слез. — Но вы должны спасти других девочек. Никто не должен постичь той участи, что постигла Ми… — Почему?! — неожиданно раздался женский крик, и к Сакуре подлетела зареванная мать Мио. Она вцепилась мертвой хваткой за плечи Харуно, и полным гнева и презрения глазами уставилась в зеленые глаза Сакуры. Сердце куноичи ёкнуло. Пусть хватка и причиняла ей боль, но Харуно не смела пытаться вырваться. Чувство вины сковывало все тело. — Почему ты не спасла ее?! Почему другая не спасла ее?! Из-за вас моя дочь теперь мертва! — Юми, хватит… — мужчина попытался отцепить руки жены от плеч Харуно, но Юми, дернувшись, обернулась и пошатнулась, словно пьяная, и не отпуская Сакуру, сказала с обвинением мужу: — Заткнись! Не смей говорить мне, что я должна делать! Моя дочь, моя прекрасная Мио умерла! И каким способом! Ее изнасиловали, а потом перерезали горло! Эта сучка должна ответить за ее смерть! Вернувшись к Сакуре, Игараши занесла руку, чтобы нанести удар куноичи, но рефлексы ниндзя оказались сильнее чувства вины. Резко вырвавшись, Сакура остановила летящий на нее кулак и сжала чужую кисть как можно нежнее, чтобы не нанести повреждений. — Я приношу искренние извинения за то, что по моей вине умерла Ваша дочь, — проговорила надтреснутым голосом Сакура, пытаясь не отвести слезящихся глаз от лица безутешной матери. — Я и моя напарница сделаем все возможное, чтобы найти того, кто это сделал, и наказать его, по всей справедливости. Сакура отпустила чужую руку, резко отпрыгнула и развернулась. Она слышала много проклятий в свою сторону и рыданий, которые разбивали ей сердце. Но, по пути в больницу, Харуно не разу не обернулась на семью Игараши.

***

— Ты хочешь отравить Орочимару? Знаешь, звучит бредово, — Суйгецу подпер подбородок ладонью и посмотрел на Учиху со скептицизмом. — Эту змею отравить невозможно. Саске хмыкнул. — Я хочу сделать это не простым ядом, а особенным, — все заинтригованно прислушались. — Таким, который выжрет его изнутри. Испепелит.

***

Нацу, завершив свою часть работы, решила посетить место, на котором была найдена сегодняшняя жертва. От мысли, что они могли спасти девушку, Нацу становилось дурно. Чувство вины холодными тисками сдавили сердце, заставляя постоянно думать о подобном раскладе событий. Что, будь они внимательнее, Игараши была бы сейчас жива, и никому не пришлось бы страдать. Остановившись, Нацу осмотрелась. Время шло к ночи, на городок постепенно опускалась тьма. Но благодаря драконьему зрению огненная волшебница видела все так же четко, как и днем, так что позднее время суток не было для нее преградой на пути. Дорагон-Драгнил начала медленно вышагивать, внимательно осматриваясь и принюхиваясь. Нужно только заметить что-то выбивающееся, что-то, что может оказаться зацепкой. Запах, образец ДНК, личные вещи этого ублюдка, не важно. Важно, что поможет найти. Вдруг, в тени небольшого здания что-то блеснуло. Девушка быстрым шагом направилась в сторону узенького переулка, попутно позволяя огоньку загореться на ее руке. С помощью магии подсветив себе, Нацу обнаружила крохотную заколку в виде красивого цветка. Дорагон-Драгнил задумчиво пробормотала: — Белая хризантема?.. А потом раздался шорох за спиной, а в ноздри ударил чужой запах.

***

— Я навряд ли смогу помочь, — Карин виновато опустила глаза и вздохнула, прежде чем вновь взять себя в руки. Она подняла голову, непонятно зачем скользнула взглядом по Суйгецу и остановилась на Саске, который беспристрастно смотрел на нее, ожидая продолжения. — Я не так сильна в изготовлении ядов. Моя специализация — ирьенинство. Я могу попробовать изготовить лекарство, но для яда нужны особые знания. Меня к такому не допускали, так что тут я бесполезна. Но если… — Я понял, — оборвал Узумаки Саске. Его взгляд с равнодушного сменился задумчивым, и прошло около пяти минут, прежде чем Учиха удивил ребят: — Я знаю того, кто будет рад помочь нам.

***

Венди хихикнула, посмотрев на запыхавшегося Наруто, и дала пять Шарли, на губах которой играла победная улыбка. — Ну что, съел, Узумаки? — с превосходством в голосе спросила белоснежная иксидка и сложила руки на груди. Дорагон-Марвелл посмотрела на пустые тарелки из-под рамена, виновато почесала затылок и хлопнула друга по плечу. Наруто с огромным сожалением смотрел на свой кошелек, который в скором времени станет совсем пустым. — Слушайте, а как насчет реванша?.. — с надеждой и отчаянием в голосе произнес Наруто, посмотрев умоляющими глазами на Небесную деву. — Даже не думай, — фыркнула Шарли. — Венди победила, а ты — проиграл. Теперь, согласно установленным ставкам, мы на следующие двадцать четыре часа получаем в полное распоряжение все твои карманные деньги.

***

Запах ударил в ноздри. Нацу обернулась, и столкнулась взглядами с нарушителем ночной тишины. Сакура выглядела такой же удивленной, как и Дорагон-Драгнил. Харуно сжимала в руках какую-то папку, очень бедную и худую, надо сказать. Но сжимала крепко. Приложив руку к груди, чтобы утихомирить бешеное сердце, ученица Хокаге сделала несколько вдохов и посмотрела на Нацу уже без испуга во взгляде. — Что ты тут делаешь? — спросила Харуно. — Я решила еще раз осмотреть это место, — девушка пожала плечами, и победно улыбнулась. — И кое-что нашла. Вот. Нацу протянула руку с заколкой Сакуре, чтобы та могла рассмотреть поближе. Харуно, подложив папку под мышку, осторожно взяла заколку в руки и начала рассматривать. Нацу зажгла небольшой огонек на руке, чтобы той было удобнее смотреть. — Белая хризантема? Такие цветы только мертвым на могилу носить, — пробормотала в задумчивости Харуно, а потом издала звук «о», вспомнив о чем-то. — Я тоже кое-что нашла. Тебя это может заинтересовать. Сакура взяла папку и открыла ее на первой странице. Это было дело Мио. — И что? — Дорагон-Драгнил нахмурилась. — А вот что, — она указала пальцем на строчку почти в самом конце. — Видишь? Написано «найдена маленькая татуировка на правой лодыжке в виде белой хризантемы». — Так, и? Сакура перелистнула страницу, и там была уже предыдущая жертва. Она снова указала пальцем на строчку, и там было написано то же самое, что и на предыдущей странице. Маленькая татуировка на лодыжке в виде белой хризантемы. — Кто-то делает это после того, как убивает девочек? — задумчиво пробормотала Нацу. — Да! — Сакура кивнула. — И я, кажется, догадываюсь, кто это мог быть.