2 глава
12 июня 2019 г., 23:14
С того дня прошли десятки и сотни лет, обе стороны примирились с произошедшим и продолжили жить, каждый на своем месте. Но хранили потаенные воспоминания.
Азирафель, один из ангелов по делам человеческим, был приурочен к первой живой земле, к саду запретного плода, где и появились первые люди — Адам и Ева.
План Господа неведом ангелам, они лишь исполняли его поручения. Так и Азирафель охранял одни из стен непреступного сада.
День был, как всегда, благоприятен для жизни, солнечен и тепл. Расправив крылья, голубоглазый парень сидел под одним из деревьев и грелся на солнце, стараясь подставить под его лучи каждое свое перышко. Светлое плотное одеяние не пропускало жар, так что ничто не могло помешать столь дивному времяпровождению. Прикрыв от удовольствия веки, Азирафель позволил улыбке наслаждения проявить себя. Ангел выглядел столь светло, столь невинно, что при одном взгляде на него можно было отречься от всяких корыстных умыслов. Мягкие локоны, кудри, как у барашка, придавали ему вид молодого кучевого облака. В саду царили мир и спокойствие, нарушаемое лишь легким свистом стайки птичек, что вели перекличку по всему саду.
Почти отойдя в дрему, ангел отклонился на стволе могучего дуба. Давно не выдавалось таких хороших дней. То Гавриил со срочным поручением, то другим архангелам могла понадобиться его помощь с реализацией высших планов в реальности. Так и утомиться не долго. И хотя Азирафель не был замечен за излишней леностью, кто же откажется в столь дивный день прикорнуть в саду?
Он стал различать первые очертания приходящего сна, как вдруг, в голове раздался резкий импульс, прошептавший далекое, давнее «Я не позволю этому произойти напрасно». С легким вздохом он пробудился, и неприятно поморщив брови, сетовал сам себе на несправедливость разбудившего его воспоминания. С чего ему вдруг так неожиданно прийти?
Ангел собирался посмотреть на небо, но что-то иное привлекло его взгляд. Яблоня, что находилась в центре сада. В ее ветвях нежилась змея. Отблеск ее смолистой чешуи должен был быть заметен даже в самой дальней точке сада. Не отрываясь, она смотрела на Азирафеля. Ее желтые глаза с узким зрачком следили за каждым движением ангела.
От осознания, сколько же эта змея наблюдала за ним, у юноши пополз холодок по спине, и он медленно повернул голову к небу, будто этой неприятной встречи взглядом и не происходило. Совсем рядом раздался шорох и еле слышный хруст переломанной ветки, в лице ангел стал цвета собственного белоснежного одеяния. По близости не было никого, кроме него самого и той рептилии, с пронзительным взглядом. Без единой эмоции, он так же плавно опустил голову, словно давно не смазанную дверную петлю, что вот-вот заскрипит, в сторону источника звука.
