Ледяная королева

Она смотрит вновь бесцветно… Словно кукла. Так равнодушно и безжизненно, так отстраненно и мечтательно. Так… Не от мира сего. И его это раздражало. Его это выводило из себя. Какая-то девчонка, смотрящая пустым взглядом способна была довести Катсуки Бакуго до бешенства за пару секунд. Пару глупых секунд и он готов убить её, лишь бы в её взгляде появилось хоть что-то! Хоть какой-то намёк на эмоции! Но нет… Каждый раз, когда он заносил руку для удара или прижимал её к стене, у неё в глазах поселилась ещё большая, казалось бы, пустота. Совершенное безразличие. Наверное и умрёт она с ним же. Он знаком с ней с детства. Он хорошо помнит, как мать привела солнечную, весёлую женщину, которая светилась всеми цветами радуги, а её улыбка от уха до уха могла достучаться до любого. А рядом с ней стояла она… Невзрачная, «пустая» девочка. Девочка, что даже тогда, в его детстве, вызвала бурю негодования в невинной душе. Их судьбы тесно переплелись. Детский сад, где она безмолвно, но будто осуждающе, по крайней мере так он чувствует, смотрела на то, как он с подпевалами задирает Деку. Школа, в которой она совсем одна сидит в углу класса, словно кукла, со своими идеальными, уложенными волосами и выглаженной формой. К ней никто никогда не приставал, никто никогда не обижал, ведь все знали, что это абсолютно бесполезно. Никто даже не знал её причуду… Единственный, кто с ней общался был сопливый Деку и, если в счёт оскорбления и угрозы, Бакуго. Никто и никогда не знал чего она хочет, о чем мечтает, что любит… — Мику, а куда ты поступаешь? — спросил её Мидория. Бакуго сам не заметил, как замер, подслушивая разговор. Деку был одним из тех, кому она даже могла ответить. — Я не могу сказать… — тихо отвечает она. Больше Мидория не спрашивал, а у Катсуки появилось чёткое предчувствие, что этот ответ что-то значил… Что-то важное скрыто в нем. Он думал, что никогда её не увидит… Уже дома, после получения ответа из Юуэй он с удивлением нашёл в себе горечь от того, что он больше никогда её не увидит. Он пытался ухватиться за это чувство и понять его, но раз за разом оно ускользало от него. Он не понимал этого… Заветный первый день учёбы и он с изумлением видит в классе знакомые равнодушные глаза, окруженные какими-то девушками. Только вот он не подходит. Стоит, будто не веря… А после просто проходит за своё место. Он не хочет знать… Чёрное пламя. Убивающее все на своём пути, разъедающее, испепеляющие чёрное пламя… Причуда, достойная злодея. И эти равнодушным глаза… После теста причуд он порывается подойти к ней, он хочет ответов, хочет знать о ней хоть что-то, но её вновь окружают однокашницы в попытках развести на общение. Он может лишь наблюдать. Наблюдать, как она учится, тренируется, сражается со злодеями… Он смотрит в эти бездушные глаза и не может понять о чем она думает. Она раздражает его этим взглядом… Но вместе с тем сердце ускоряет ход, когда этот взгляд скользит по нему. И он ничего не может с этим сделать. Ночь. Корпус А класса не так давно погрузился в сон. Бакуго просыпается из-за невыносимого беспокойства. Словно где-то происходит что-то мирового значения, что-то что он не может пропустить. И он встаёт, выходя из комнаты. Его внимание привлекает тихий скрип входной двери. Что-то или кто-то выскальзывает на улицу. Ведомый непонятным любопытством он отворяет дверь, следуя за неизвестным. Перед глазами лунный свет, освещающий передний двор корпуса и картина, словно мистическая, нарисованная художником-идиалистом: девушка-кукла в легком белом платье. Она поворачивается на звук и даже не меняется в лице, видя Катсуки. Она продолжает свой путь в никуда. — Стоять, — говорит он, но реакции нет. — Да стой же ты! — он ускоряет ход, хватая её за руку. — Куда намылилась? Молчит. — Я спрашиваю, куда? — повышает он голос. — Не важно… — тихо отвечает девушка, пытаясь вяло вырвать руку из его хватки. — Ты че, совсем не боишься? — он грубо хватает её за подбородок, заставляя смотреть в глаза. Наклонясь ближе он чувствует слабый запах чего-то невероятно сладкого. От одного запаха становится дурно… Непонятные чувства, желания и эмоции появляются у парня. Он смотрит в её глаза и не может понять что же чувствует. — Мы с тобой почти друзья детства… — удивительно много слов говорит девушка. — И че? — фыркает Бакуго. Наклоняясь ниже, он чувствует её дыхание, он понимает, что нужно остановиться, отстраниться, но не может. — Ты всегда такой, — говорит она. — И че? — их разделяют миллиметры. Кажется, будто эти глаза затягивают в себя… Сладко, тягуче. Однако он сопротивляется. Парень отпускает девушку, отстраняясь. — У нас комендантский час, ты в курсе? — спрашивает он раздражённо. — Знаю, — отвечает та. — Тебя, блять, накажут! — говорит Бакуго. Его начинает это невероятно раздражать. — Ну, ты же со мной, — на это отвечает девушка. Он удивлённо и одновременно раздражённо смотрит на неё. — Куда ты хоть намылилась? — наконец спрашивает он. — Прогуляться… Там душно, — говорит девушка, пытаясь сделать шаг назад, но парень ловит её за руку, не позволяя этого. — Пусти… Их взгляды встречаются и в следующий миг в её проскальзывает… Что-то неуловимое. Но это что-то пробуждает нечто непонятное в душе Катсуки. Какую-то бурю. Он сам не понимает что делает. Тело двигается само. Он очинается лишь когда уже прижимает девушку к себе, накрывая её невероятно мягкие губы своими. Мимолетный поцелуй, даже просто прикосновение, заставляет замереть. В сердце словно что-то сбивается и оно начинает неуправляемо стучать. Мысли превращаются в непонятную мутную кашу. И лишь эти глаза… Затуманенные, спокойные… Он видит лишь их. Это магия… Но магия рано или поздно кончается и он отстраняется, любуясь её уже не таким равнодушным лицом. Сейчас на нем лёгкий румянец, а глаза не столь пусты, они блестят. Совершенно иной вид… Она делает пару шагов назад и уходит. Он её не останавливает. Ему тоже надо о многом подумать, многое переосмыслить, ведь сейчас все его раздражение к ней медленно превращается в нечто другое… Или оно изначально было кое-чем другим? Он пытается вспомнить все, что к ней чувствовал ранее, но на ум приходит лишь этот странный поцелуй. День проходит молча. Одноклассники слабо шушукаются, замечая, что Бакуго сегодня какой-то слишком спокойный. А он пытается поймать её взгляд и понять о чем же она думает. Но каждый раз Катсуки упускает её из виду. Ночь приходит неожиданно быстро. Он не может уснуть. Мысли мешают. Поэтому он выходит, медленно выходя из корпуса и прогуливаясь по пустынному переднему двору. Здесь прохладно, луна мягко освещает каждый угол и пахнет какой-то ночной свежестью. — Здесь тихо… — слышит он её голос. Катсуки не поворачивается. Он смотрит на звезды, на небо. Она тоже молчит. Появляется какая-то уютная тишина. В один момент парень понимает, что чего-то не хватает, что что-то идёт не так. Он медленно поворачивается и не спешно подходит к ней. Он смотрит в её глаза, но они уже не кажутся ему такими безжизненными. Странный, тусклый огонёк горит в ней… Словно огонь её причуды, всепоглощающий и уничтожающий. Такой же тёмный и пугающий… Она сама делает шаг, приподнимаясь на ципочках и, словно специально, медленно косаясь его губ. В этот момент он словно что-то в себе отпускает. Что-то дикое и необузданной, совершенно не похожее на вчерашнее. С тихим рыком он обхватывает одной рукой её талию, а другой её затылок, переплетая пальцы с мягкими локонами. Он чувствует, как её руки обнимают его шею, мягко водя тонкими пальцами по волосам и спине. И это создаёт искру, ток, электричество. Она приоткрывает рот и его язык проникает внутрь, переплетаясь с неё. Тихий стон от девушки пораждает ещё большую бурю. Воздух кончается и они с тихим вздохом отстраняются друг от друга, встречаясь взглядами. Сердце стучит, как сумашедшее, он ещё чувствует её вкус на губах и это сводит с ума. Кажется, они начинают понимать все без слов. Она утыкается ему в шею, создавая табун мурашек. Так и стоят, пока где-то в далеке их не отвлекают друг от друга звуки сирен. Дни текут, а они и сами не замечают, как ночь становится их временем. Неторопливые прогулки по двору, жаркие и чувственные поцелуи, мягкие прикосновения. А днём словно чужие люди… Они и сами не замечают, как проходит этот год. Последний день, последняя ночь. Он слышит тихий стук в дверь. Он знает, что это она. Мягко касаясь её лица он целует девушку и заводит в комнату. Они редко говорят. У них нет признаний в вечной любви, как у слащавых парочек, нет клятв. Их движения и прикосновения говорят за них. Она садится на кровать, мягко проводя по ней рукой. Он рассматривает её тонкие пальцы и в один момент ловко ловит кисть. Прожигая её взглядом, ловя её тот самый огненный, тёмный огонь, он мягко целует её ладонь, а после переходит на пальцы. Он видит как она краснеет. Он знает, что в такие моменты она очень хочет отвести взгляд, но никогда не отводит. Поцелуи переходят вверх по руке и вот он уже покрывает ими её шею. Внутренний зверь снова выходит на охоту. Он с жадностью упивается ей, заставляет его оставлять на её шеи и алые засосы. Она опрокидывается на кровать, утягивая его за собой. Тихие стоны то и дело вырываются из её рта. Эта ночь принадлежит только им. Они разъезжаются. Класс уже с упокованными вещами стоит в гостиной. Он ловит её взгляд. Она не хочет уезжать. Он тоже… -О, ледяная королева, пошлешь ли ты нам свой взгляд! -говорит Минете. Каминари заигрывающе подмигивает девушке. Они говорят в шутку и без желания обидеть, но все же Мику это не нравится. Она тихо, почти незаметно вздыхает и подходит к Катсуки. — Ледяная королева избрала Бакуго! — заменялся Каминари, привлекая внимание. Парня неожиданно это раздражает. Он бросает взгляд на девушку и не видит какого-либо отказа от того, что он собирается сделать, а она уже догодалась что. Быстро наклоняясь он запечатывает на её губах быстрый поцелуй, создавая абсалютную тишину в комнате, а затем, с самоуверенный улыбкой, говорит: — Моя леденая королева! — она не отрицает. Через миг раздается дружный удивленный вздох. — Я же говорила… — слышится от Тсую. День у Катсуки определённо удался.