стартер.

Чон, как и договорился с Мином, уже подходил к открытой двери огромного гаража, где во всю орудовал тот самый блондин. Запах свежесваренного американо отвлёк его от заполнения бумаг, и он обернулся на парня, широко улыбнувшись. Он уже знал, что кофе для него. — Утро доброе. Ты всё-таки пришёл. — хмыкнул, скрывая блестящие от радости глаза под козырьком уже далеко не белой кепки. Стакан громко ударяется о стол, а Хосок облокачивается поясницей на стол, за которым пишет Юнги: — Ты же просил. — Будто самому не захотелось. — такой равнодушный Хосок уж совсем ему не нравился. Он встал из-за стола и с важным видом пошёл к своему мотоциклу, намереваясь что-нибудь там переделать. Может, даже покрасить. Этот черный ему давно надоел. — По каким дням ты работаешь? — внезапно изменило все мысли Мина. На автомате блондин сказал: — С четверга до воскресенья. — и присел рядом с транспортом, держа в руках бумажный скотч. Блондин начал заклинивать им все части, покрытые блестящим хромом, и часть руля и с колёсами. Юнги удивляется, как Хосок в такую жару может стоять недалеко от него в тёмной толстовке, когда сам Мин безумно хотел снять рваную в некоторых местах клетчатую рубашку, которая на несколько размеров больше, чем нужно. — Будешь? — спрашивает Юн, потрясая баллончиком ярко-рыжей краски. — Присоединяйся, это весело. Шатен неуверенно двинулся к нему, присаживаясь на колени, как и блондин. Юнги всунул ему баллончик в руку, постукивая по руке: — Ты же пользовался такими красками? Крась не заклеенные части. Он сильно нагревается из-за темного цвета. Чон сначала неуверенно жмёт кнопку на баллоне, оставляя на боку мотоцикла рыжее пятно от струи краски. Юн саркастически медленно хлопает в ладоши и подстрекает Хосока продолжать. Механику уже невозможно терпеть эту жару, и он говорит, что вернётся через минуту, а сам убегает в сторону небольшой подсобки, где у него есть сменная одежда. Там же лежала и белая футболка с чёрно-жёлтой надписью «Stray Kids». Это единственная лёгкая одежда. — Я, конечно, знаю, что ты чертовски милый для своей профессии, но... Фанат очередного Бойз-бенда? Я удивлен. — шатен залился громким воплем, что эхом отразился от стен гаража. А Юнги будто мешком по голове ударили: — Чертовски милый, говоришь? — в это время куча маленьких чернокудрых котят бегали и вопили восторженно внутри, хотя говорил парень это с явной насмешкой. Чон уже щедро закрасил ярким цветом львиную долю мотоцикла и продолжал увлечённо красить в сию минуту. Юнги хвалил себя в мыслях, что смог заинтересовать парня, пусть и не так, как хотелось бы. К гаражу подъехал старый пикак, точь как в американском фильме 80-ых. Оттуда вышел одетый в дорогой костюм мужчина; его одежда абсолютно не подходила к машине. Не представляясь, он заговорил: — Мотор регулярно заедает, когда я еду. Разберитесь. Можете не торопиться, я до вечера воскресенья буду занят. — оставил крупную сумму денег и ушёл, ничего больше не сказав. Блондин хищно пересчитывал деньги, пихая их в карман и глядя на Хосока. — Мажор, сто пудов. Мне папа говорил у таких всегда салоны проверять – мало ли что. — хмыкнул Юн, распахивая дверь салона и залезая внутрь. — Ты часто видишься с семьёй? Рука Мина замерла около ручки бардачка, а глаза прищурились. Сказал, как отрезал: — Нет. — Юнги попытался сказать это как можно равнодушнее, но Чон всё равно понял, что спросил лишнее и вдаваться в подробности не будет. Хосок больше не красил мотоцикл – он уже закончил. Он сидел, скрестив ноги, и смотрел за механиком, который быстро оглядел откидные верхние карманы, бардачок и быстро пошарил в сиденьях. Он быстро выскочил из салона, подхватил красную, низкую каталку и лёг на неё спиной, скрываясь под огромной машиной. Юнги недовольно фыркнул и выкатился из-под пикапа, обращаясь к Чону: — Там на столе лежат мои очки и фонарик, принеси их, пожалуйста. Хосок быстро схватил со стола тонкие очки и небольшой фонарик, отдавая их в руки Мину. Парень снова исчез, а Хосок молча смотрел, как крепкие руки роются под железными палками, изредка стуча по дну. — Ползи-ка сюда. — кряхтит Мин. Чон, наплевав на черную одежду, спиной протирая всё полы, подползает к механику, а тот ему указывает крепко заклеенные чёрной изолентой пакетики с зеленоватыми самокрутками. — Наркоторговец, а старая машина, чтоб его не узнали, поэтому и стёкла затонированы. — он поворачивает к Хосоку лицо, оказываясь совсем близко. — Спалит полиции? — он широко заулыбался, и Чон только сейчас заметил, как сильно видны дёсна, когда он рад. — А если подумают на нас? — шатен всё ещё сомневался. — Не думаю, под креслом письмо, связанное со сроками и количеством травы... И деньгами, конечно. Хосок задумался, он до сих пор нервничал, не заметив, схватился за первую попавшуюся вещь, которой оказался заляпанная футболка механика. А сам Юнги знатно перепугался и за запястье убрал руку Чона с его бока. — Давай подниматься и звонить. — протараторил он, быстро отстраняясь от шатена. Когда Чон вылез и отряхнулся, Юнги хитро улыбаясь другу, сообщал о происшествии. Механик по имени Мин Юнги даже не стал разбираться, почему машина заедала.