Наперекор

Любые изменения в мире даются сложнее, если твоя мать принимает в них активное участие. Да, уверенность в том, что Ник сделает всё для ее защиты, была, но беспокойство от этого не пропадало. Каждая операция могла оказаться последней. Каждое безумное нападение очередных злодеев с других планет, могло стать губительнее предыдущего. Мать всегда убеждала дочь в том, что все будет в порядке, и что она не может по-другому. Она бы отказалась от работы, но в первую очередь она спасает своих детей, у которых еще вся жизнь впереди. Она понимала, что находясь в стороне от всех глобальных неприятностей, её семья подвергается большей опасности. «Помни, жить в незнании страшнее», — каждый раз повторяла мать, но, тем не менее, не подпускала дочь к своим делам, как бы та не рвалась. — Мам, ты противоречишь сама себе. Говоришь, что жить в незнании страшнее, но утверждаешь, что лучше мне в это не лезть, ни сейчас, ни в более взрослом возрасте. — Сейчас твоя главная задача спокойно ходить в университет, общаться со сверстниками, заводить друзей и гулять. Я просто хочу, чтобы ты пожила нормальной жизнью, чтобы твоя молодость не проходила в вечном напряжении того, что тебе требуется спасать мир. Я хочу, чтобы ты жила. Понимаешь? Пока я жива, я в состоянии уберечь своих дочерей от этого, тем более твоей сестре только 9, у нее вся жизнь впереди. Мне хватает того, что твой брат влез в это. — Но это будет ужасная жизнь, если она потеряет тебя, мам, или Баки. — Я не в праве тебе запрещать, это твоя жизнь и тебе решать, что с ней делать, я могу лишь наставлять тебя, но, прошу, проживи свою молодость без всех этих разборок с неземными чудовищами. Их разговор прервал вошедший в комнату мужчина. — Здравствуй, Стив, — кивнув головой, приветливо произнесла женщина. — Добрый день, мисс Барнс. Извините, я не знал, что вы сейчас тут, — спокойно произнес он, а затем перевел взгляд на девушку и уголки его губ слегка приподнялись. В ответ она лишь кивнула головой и отвернулась к окну. — Мне выйти? — с неким недовольством спросила она, уже поднимаясь на ноги. — Нет, Зари. Мы продолжим разговор позже, а сейчас я пойду и заберу малышку Лесли со школы. Можешь остаться тут, если хочешь, — глянув на часы, ответила женщина и направилась к выходу из библиотеки. — Будь осторожен, Стив, она может начать тебя пытать, — засмеявшись, добавила мисс Барнс и вышла, не дождавшись ответа. В ответ молодая девушка лишь фыркнула и закатила глаза. — Как будто я не знаю, что это бесполезно. — Почему ты так хочешь знать все? — поинтересовался мужчина, разглядывая стеллаж с книгами. — Я имею право знать, с чем имеет дело моя семья. Мама с братом говорят, что пока их нет, я должна оберегать сестру, но откуда мне знать от чего ее беречь? Они говорят, что незнание это худшая вещь, но не хотят посвящать меня в подробности. Как мне защищаться в случае чего, Стив? — в ее голосе слышались нотки отчаяния и беспокойства, и она перевела свой взгляд на мужчину. Она знала, что он не поддержит ее. Он близкий друг Баки, они знакомы с детства, и он никогда не пойдет наперекор его запретам, потому что посчитает это предательством. В комнате повисла тишина. — Я понимаю их, но могу понять и тебя, — наконец начал мужчина, присаживаясь рядом с девушкой. — Каждый раз, когда начинается очередная бойня, один из наших всегда охраняет вас с сестрой. Случись с вами что, он не даст вас в обиду. — А что, если противник окажется слишком силен? Что тогда? Снова тишина. Слишком долгая. Они оба смотрят в окно, наблюдая за тем, как по нему стекают капли дождя, лишь изредка поворачивая головы в стороны друг друга. — Я могу учить тебя драться в свободное время, — неожиданно заявил Роджерс. — Если случится что-то подобное твоему примеру, ты сможешь хотя бы протянуть время до того, как к вам прибудет подкрепление. Ты будешь готова, Зари, — он говорит тихо, словно боится, что кто-то может услышать их. Например, Баки, или их мать, или все сразу. — Ты сейчас серьезно? — девушка бросила на него удивленный взгляд, а голос ее прозвучал так громко, что он, кажется, вздрогнул и уже хотел хватиться своего щита. От этого она невольно начала смеяться, но быстро успокоилась. Стив один из немногих, кто не раз наблюдал за спорами Баки и Зари, но ни в коем случае не принимал в них участия. Он прекрасно понимал, что это дело семейное, в которое ему лезть не стоит. Однако, Зари знала, что будучи наедине с Баки или матерью, он пытался убедить их, что будет лучше учить ее хоть каким-то навыкам того, как нужно вести себя в бою, в случае чего. Стив всегда поддерживал ее, хоть иногда и не мог найти подходящих слов, но в такие моменты на помощь приходили его объятия, которые были невероятно теплыми и приятными. Они не были лучшими друзьями, но их редкие разговоры бывали очень душевными и запоминающимися, хотя и споров в памяти сохранилось достаточное количество. Он — мудрый и рассудительный, она — немного эмоциональная и упрямая. Он прожил достаточно долго, хоть по его внешности и не скажешь (спасибо волшебной сыворотке), она же только всему учится. Их точки зрения во многом не сходились, поэтому-то споры были еще более насыщенными. — Ты же знаешь, что Баки убьет тебя? — девушка старается увериться в правдивости слов Капитана, хотя она и понимала, что это был самый честный человек, которого она знала. Он бы никогда не сказал чего-то просто так, лишь бы сказать. Но подумал ли он, какими серьезными могут быть последствия? — Знаю, но тебе уже 19 и если ты хочешь учиться, почему тебе должны в этом отказывать? Думаю, если мы поговорим с твоими вместе, приведем разумные аргументы, они будут «за», — отвечает Стив, хотя ни его выражение лица, ни голос не отражали никакой уверенности. Он сомневался, что поступает правильно, но Зари никогда этого не забудет. Она кладет руку на его плечо, сжимая его. Возможно, он даже не почувствует этого, но он успокаивал ее в прошлом, пора бы и ей оплатить тем же. — Спасибо, Стив, правда. Не волнуйся, ты поступаешь правильно, и Бак с мамой скажут тебе то же самое в будущем, — заглядывая ему в глаза, говорит девушка, после чего убирает руку, — ну, знаешь, когда я стану Капитаном Америкой, — тут же добавляет она и заливается заразительным смехом, не подхватить который Стив просто не мог. — Очень сомневаюсь, ты слишком много ругаешься для Капитана Америки, не видать тебе этого. Станешь человеком-матершинником и будешь всех убивать своим сквернословием, — мужчина подхватывает шутку, и они снова смеются.