три миллиметра между нашими губами

***

— Доброй ночи, Коул, — Ллойд дружелюбно улыбается Мастеру Земли и последний, ответно пожелав тому сладких снов, закрыл дверь. Коула уже давно беспокоит запястье. Да, у него на самом деле еще не было соулмейта, хотя у его друзей уже были: у Кая, например, был Ллойд, Джей все-таки завоевал сердце своего соулмейта Нии, Зейн тоже имел соулмейта — ПИВВЖ. Да, последнее самое странное, но даже у двух ниндроидов, один из которых живет внутри другого, была любовь. А Коул сам. Ву часто говорил ему — «Не все приходит сразу, Коул. Просто подожди и ты тоже найдешь свою любовь». Но Коул отчаялся уже — он просто не знал, что делать. Да, рука беспокоит, но он недавно ушибся ею, поэтому болит скорее всего от этого. Они все спали вместе, но только один Коул сам, с котом, конечно, воображаемым, телефоном и ноутбуком. Он читал в интернете, что не может быть такого, чтобы соулмейта не было. У Скайлор такая же ситуация — они не соулмейты с Каем, как все думали прежде. Она тоже не была еще с соулмейтом, и их даже пытались свести, но ничего не получилось: существование было полностью против. Они даже в одной постели лежать не могли. Парни поддерживают друга как могут, но ничего не помогает. Они даже пытались водить его по людным местам, но ничего не помогало — метки все не было и не было. Ллойд больше не казался Коулу отличным наставником. Да, он его поддерживал, но больше помочь он ему никак не мог. Никто не мог. Наступило сложное время для всех — Морро. Этот призрак доставал буквально всех в команде. Мешал всему, мешал изучению летуджитцу. Еще и его дружки вечно были с ним. Именно после его появления запястье и начало его беспокоить. Он пытался рассказать об этом друзьям, но те лишь говорили, что ему кажется и сразу переводили тему. Он подолгу сидел в гугле и искал ответы на его многочисленные вопросы. Но в последнее время рука вообще болела невероятно. Как говорит сеть, это может быть главным признаком появления метки. Об этом он молчал. И даже сейчас, он сидит на кровати в темной, без света комнате и пялится в стену: ни сна, ничего в голове нет, есть лишь пустота и острая боль в запястье. Но в это время, комнату начало что-то освещать… Коул кидает мимолетный взгляд на яркое, но в то же время темное зеленое свечение из-под чёрной пижамы. Он очень надеется, что это не то, о чем он думает. Оттягивая рукав пижамы, он в ступоре смотрит на запястье: это именно то, о чем он думал. Он опускает рукав и в отчаянии опускается на кровать. За что? Почему именно он? Что Коул сделал миру плохого? Это были единственные вопросы, который в данный момент были в сознании Коула. Руку прожгло невыносимой, острой болью и свечение, будто взрыв, раздалось по всей комнате и было такое чувство, что будто и по всему кораблю. Коул не издал даже писка, но был напуган: настолько сильно он чувствовал безысходность, что глаза стали стеклянными и влажными. Рукав, непонятно как, разорвало от вспышки и на руке просто «красовалось» зелёное имя и знак стихии. — Что произошло? — в комнату заходит Кай, который, скорее всего, находился вне своей комнаты в это время. Видя эту картину, он без слов подходит к Коулу, смотрит в его глаза и берет его руку. Его глаза округлились от шока. — Чт-… — Никому не рассказывай, прошу, — Коул отдергивает руку и пытается где-то спрятать этот уже ненавистный свет. Ему хочется вообще отрубить себе руку, а потом и заодно и суициднуться. На руке, будто темными зелеными чернилами, было выведено аккуратным, изящным почерком имя, столь знакомое всей его команде, а рядом знак стихии. Морро. Зеленый цвет этой метки отражался в карих глазах Коула. Все бы ничего, но… Он, как и все в его команде, ненавидел его. Или нет? — Погоди, я понять не могу, — он опять берет его руку и смотрит на надпись. — Почему именно он? Он сводит брови к переносице. Он явно не доволен этим, ведь этим двум придется быть вместе, и Морро по-любому перетянет своего соулмейта на его сторону. И он, и Коул это прекрасно понимают. — Я не знаю, — Коул отводит взгляд, чтобы просто не смотреть на него. Его совесть пожирает Мастера Земли изнутри, ведь… Ну, быть соулмейтом их общего врага такое себе удовольствие. Да и… Как отреагирует Ву? Он был в большом шоке, когда узнал, что соулмейтами могут быть два парня, а тут такое. Коул вообще всегда думал, что у Морро мало того, что соулмейт есть, так еще и наверное семья имеется. Но ни черта подобного! Как он теперь друзьям в глаза смотреть будет? Как он признается им, что встречается с врагом? Как он, в конце концов, сражаться с ним будет?! — Коул? — Кай уже долгое время трясет его за плечи. Сильно, видать, задумался. — О чем задумался? Об этом? — О чем же еще? — он немного скривился, ведь боль так и не прошла. — О беседе с Морро, — голос Кая звучит не очень убедительно, но это последнее, на что обращает внимание Коул. — О какой беседе? Ты о чем? — О вас, — Кай кладет тому руку на плечо. — Вам надо серьезно поговорить. Я уверен, он тоже в шоке от этого всего и на его руке есть точно такое же. — Да быть этого не может! — Коул просто топнул ногой по полу, всем видом показывая свое недовольство в этой ситуации. — Я не хочу с ним быть, понимаешь? — Я все понимаю, — Мастер Огня вздыхает. — Но если ты хочешь страдать всю жизнь — пожалуйста. Метка в покое тебя не оставит. А вам еще нужно будет строить семью… Это полностью вынесло Коула: некая помощь Кая заставила его как ошпаренного встать с кровати, спрятать под остатки рукава метку и, сжимая зубы от боли, нервно наматывать круги по комнате. — Я никогда в одну постель с ним не лягу! — у несчастного каменного парня начали закипать мозги от всего этого. — Он же противен и страшен как Вторая Мировая! Кай просто смотрел на него. Да, он полностью понимал это состояние, потому что до некоторого момента вообще натуралом являлся. Как ему было противно ходить рядом с Ллойдом, проводить с ним много свободного времени, спать, в конце концов, вместе. Но это со временем прошло: они стали почти что не разлей вода. Везде вместе, едят вместе, живут вместе, на задания ходят вместе. Не пара, а пример для подражания. — Я тебя понимаю, вспомни хотя бы меня после появления метки. Я же тоже так говорил, а теперь то что. Я уверен, ты полюбишь его и все будет хорошо. — Ты одного, нет, даже много чего, Кай, не учел — он наш враг, он призрак и он ярый гомофоб, как сам говорил! Да он сожрет меня там! Мастер Огня просто вздохнул и поднялся. Сейчас Коулу доказать что-то невозможно — он под эмоциями, ведь это для него огромный шок. Он пошел к двери и, приоткрывая ее, обернулся к Коулу. — Успокойся, попытайся заснуть и завтра обязательно всем скажи. Добрых снов. И он ушел, оставив Коула наедине со своими мыслями.

***

Угадайте, с чего началось утро? Поздравлений, радостных воплей друзей и довольного взгляда Ву? Да, оно бы так началось, если бы не имя Морро на его запястье! Во-первых, когда друзья увидели зеленое свечение на руке Коула, они подумали, что это Ллойд: у Кая свечение было похожее, но светлее. Никто не верил, пока Коул не показал руку. Шум в кухне перерос в шоковую тишину и все только открывали рот, чтобы что-то сказать. После Коул стянул рукав уже другой пижамы и прокашлялся. — Мне очень жаль, что получилось все так, — Мастер Земли прикусывает губу. — Я могу уйти, так будет лучше для вас, ведь теперь я… Предатель? — Что ты такое говоришь, придурок? — Джей дает Коулу легонький подзатыльник. — Ты никогда не будешь для нас предателем, даже несмотря на это! — Коул, пойми, жизнь бывает жестокой временами, — в отличии от Мастера Молнии, Ллойд ставит ему руку на плечо. — То, что жизнь выбрала твоим соулмейтом Морро — не плохо, просто немного неожиданно для всех. Мы ни в коем случае не хотим прогонять нашего друга отсюда просто из-за мелочи! — Вот это, однако, мелочь, — Коул просто садится за стол и… Сидит. — Успокойся, — наконец-то, за все это время, заговорил Зейн. — Конечно, вероятность того, что ваши отношения будут счастливы всего 42%, но попытаться можно… — Это же так много! — Коул ударил по столу кулаком так, что стол аж дернулся, а посуда с завтраком немного подпрыгнула. Да, он понимал, что ведет себя ужасно, но он не мог по иному. — Да успокойтесь вы все уже, — Кай, почесывая переносицу, налил себе в кружку чая и отпил немного из нее. — Солидарен с Каем, — сказал Зейн. — Давайте мы просто забьем на этот разговор, встретимся с Морро, метка превратится в шрам и все? — Плохая идея, Зейн, — Ллойд просто вдохнул и посмотрел вверх, на синее, без единого облачка небо. — Соулмейты для того и соулмейты, чтобы быть вместе. А твоя идея — плохая для обоих, ведь метка не даст им нормально существовать. Кай, смотря на все это, просто берет за плечо Коула и, пока никто не видит, ибо заняты «умными» рассуждениями, просто отводит Мастера Земли немного вдаль от них. — Серьёзно, поговори с Морро на этот счет, — Кай улыбается Коулу краем губ. — Сейчас они разойдутся кто куда, а ты иди. Я прикрою тебя. — Думаешь, стоит? — Не думаю, а знаю, — Мастер Огня аккуратно хлопает того по плечу. — Всё, ступай. Только смотри, чтобы никого не было рядом. Коул кивнул и, аккуратно, чтобы его пропажу так быстро не заметили, скрылся за углами, направляясь в немногим известный Стикс — это небольшая деревня, находящаяся в старинном заливе, недалеко от Опасных Берегов. Именно там призраки и скрываются, находя это место самым безопасным. Да, им все равно, что ниндзя уже давно о них знают. А еще там обитает Ронин — тупой воришка, но он их выручал временами. Спустя, ну так, часа два, Коул наконец-то пришел к деревне. Он выдохся, ибо путь далеко не близкий, еще и нервы эти… Зато он продумал их с Морро диалог полностью! Но, похоже, он половину уже забыл. Ну и где же его искать? Даже сюда, у входа в деревню, доносился этот противный запах тухлой рыбы, носков, рвоты и трупной вони, от чего Мастера Земли чуть не вырвало. Раньше он как-то особо не обращал внимание на этот ужасный смрад, а теперь он, вдыхая запах носом, мог полностью его пронюхать, но делал он это, конечно же, зря. Да и зря он сюда сам сунулся: призраков то много, при чем еще и Морро, а Коул без своих способностей. Как-то он про это не подумал. Он, заходя в какой-то переулок, поджал руку с меткой к груди: уж больно сейчас она его тревожила. Нет, она не болела… Он не знал, как объяснить это для себя. Просто жестоко напоминала о себе носителю. Совсем чуть-чуть, еле заметно, метка просвечивалась сквозь кимоно Черного Ниндзя. Он уже привык к этому свечению и считал его почти что родным. М-да, тут даже слишком жутко, чем тот себе представлял: можно было спокойно снимать фильмы ужасов или что-то про наркоманов, педофилов и что-то такое. Находиться тут хотелось с каждой секундой все меньше и в голове он уже раз триста проклял Кая за его глупую затею послать его в этот гадюшник. Да, по-иному этот город назвать нельзя. Как тут живут люди для Коула оставалось загадкой. Не зря же Ронин выбрал именно это место! Действительно, это отличное место для того, кто торгует краденным и много кому задолжал. Именно им Ронин и являлся. Почти везде была грязь: валялись пустые бутылки, кульки, огрызки и бегали крысы. Будь бы Коул на месте кого-то из призраков, он никогда бы не захотел здесь поселиться. Кстати о призраках: ни Морро, ни кого-либо ещё он не видел за все его нахождение здесь. Не то чтобы это было очень странно, но все-таки вызывало небольшое количество мурашек на коже. Таки было немного страшно здесь находиться одному, несмотря на то, что он ниндзя. — А почему ты сам? — грубый и резкий голос застал Коула внезапно — он от неожиданности подпрыгнул и уже чуть ли не умер от инфаркта на месте. Сзади него была такая картина: парящий в воздухе Морро, скрестивший руки на груди, с долей озадаченности смотрел на Коула не показывая при этом никаких эмоций. Грубо говоря, ему срать на то, что перед ним стоит его враг и, похоже, даже соулмейт. О, чудо! Впервые он не хочет его убить. — Твою ж мать! — Коул окончательно оборачивается и, под вопросительный взгляд Морро всем видом показывает, что он недоволен этой фигней. — Зачем так пугать? — Пугать? — переспросил Мастер Ветра и, подлетев к ближайшему выступу на домике, сел на него. — Как я понимаю, ты не просто так пришел. Причем, пришел сам. Чего нужно от меня-то? Коул как-то даже офигел немного. Сейчас ему казалось, что только у него проблемы. Ведь метка с именем человека, нет, призрака, который прямо в этот момент сидит в таком расслабоне перед ним, просто нереально болит, прямо до вытья и звездочек перед глазами, но Коул умеет терпеть и, быть может, по его лицу это отчётливо видно, но он хотя бы хочет думать, что выглядит хорошо и вообще ему отлично. В душе хотелось вообще кинуться в море, лишь бы метка перестала болеть. — Нам нужно поговорить, Морро, это серьезно. — Разве у нас есть общие темы для разговора? — Морро приподнял одну бровь и даже усмехнулся. — Ты пришел поговорить со мной? Друзья тебе уже больше не друзья? О чем поговорим? О погоде? Ну, знаешь, я к-… — Я серьезно, это правда важно, не придуривайся! Я шел сюда фигову кучу времени не для того, чтобы слушать твои шутки! Выражение лица Морро стало более зловещим и серьезным, что вызвало даже небольшую дрожь в коленках Коула. Может быть старший заметил это, но виду не подал. — Я не люблю, когда меня перебивают, запомни это на всю жизнь, если хочешь счастливо жить со мной под одной крышей, — Морро спрыгивает со своего места для сидения и подходит ближе к Коулу. — О чем это ты? — Об этой метке проклятой, пропади она пропадом, — призрак приподнимает рукав своего подертого кимоно и на его запястье показывается не особо яркая, выведенная красивым, но довольно небрежным почерком надпись с именем Мастера Земли и знаком стихии рядом. — Она у меня уже довольно давно, где-то с самой первой нашей встречи и сильно она меня никогда не беспокоила, но буквально вчера ночью она у меня настолько заболела, что я даже проснулся. Кстати, если метка не особо яркая, то ее носитель автоматически становится активом в семье, «папочкой». Когда Коул на нее смотрел, метка стала тухнуть: черная надпись потихоньку начала сливаться с цветом зеленой кожи Морро и в течении десяти секунд превратилась в шрам. — И хочу добавить, если это твой почерк, а не рандом, то хочу сказать, что он довольно симпатичен. — Это мой почерк… Сказать, что Коул был в шоке — вообще ничего не сказать. Было ощущение, что все это подстава, что это Морро просто хочет загнать его в ловушку, что не существует этого всего. Если это правда, то он убедился, что не у него одного есть эта чертова надпись на руке. В какой-то мере это было даже отлично: он больше не казался себе поехавшим мудаком. — Чего ты молчишь? — Мастер Ветра опускает рукав. — Думаешь, для тебя одного это все шок? Я, конечно, не сказал бы, что твоя внешность и телосложение вызывает у меня отвращение и рвотные порывы, но и просто так я бы никогда не вступил с тобой в отношения. Хотя бы потому, что мы оба… парни? Хотелось бы подметить, что до появления метки я удачно был натуралом, но метка это все так же удачно испортила. Покажи хотя бы, что у тебя на запястье, ибо свечение цвета моего элемента я увидел на другом конце деревни, а на улице, так то, светло. День все-таки. Коул без лишних слов так же поднимает рукав черной одежды и показывает призраку метку с его именем. У старшего на мгновение округлились глаза и на губах появилось что-то по-типу легкой улыбки. Но, как резко она появилась, так резко она и исчезла. — Вот как. Значит, я не сошел с ума. — В смысле? Морро не ответил. Вместо этого он резко начал подходить к Коулу и шептать что-то себе под нос. Это не особо нравилось Мастеру Земли и тот сделал пару шагов назад, прежде чем старший быстрым движением прижал Коула к стене, как иногда второй видел в фильмах про любовь, романтику ну и дальше по списку. Это было довольно шокирующе для Коула, от чего, как у омежки, у него реально задрожали коленки. Морро это увидел и хохотнул. Его холодная рука коснулась шеи Черного Ниндзя, от чего последний вздрогнул и зажмурил веки, прижимая голову к телу, будто давая поцеловать себя в макушку. Он просто не мог ничего сделать с этим, ведь Мастер Ветра и так в разы был сильнее Коула, так метка еще и выбрала его активом. Мало того, что он никогда не состоял в отношениях, так он вообще не понимал, что сейчас делать! — Боишься, когда страшно? — холодные, длинные пальцы касаются подбородка Коула, совсем чуть-чуть сжимая его и приподнимая. В этот же момент лицо Морро приблизилось к испуганному лицу Мастера Земли и горячее дыхание начало жечь нежную кожу младшего. Три миллиметра — приблизительное расстояние между их губами. Морро сначала касается дрожащих губ языком, немного покрывая их своей слюной. После, смотря на ужасно красное и смущенное лицо Коула, на легкий испуг во взгляде, он наклоняется к его уху и вновь обдает его своим горячим дыханием, вызывая у Коула табун мурашек по телу и какое-то непривычное ощущение внизу живота. — Я никогда не думал, что буду приставать к парню, — Морро ухмыляется, а его рука спускается с шеи Черного Ниндзя по позвоночнику, иногда надавливая ногтями, скорее всего оставляя царапины. Когда Мастер Ветра проводит ногтями прямо по середине позвоночника, Коул немного изгибается из-за непонятного ощущения, будто по спине провели чем-то горячим, как огонь. — Можно сказать, ты будешь первым в моей жизни парнем, ха-ха. Некий смешок Морро раздался в сознании Коула, в то время как руки призрака ухватились за ягодицы Мастера Земли. Второй немного вздрогнул, ахнул и по привычке, или, скорее, непривычке закусил губу, но только потом понял, что на ней же слюна этого чертового Морро. Не были бы они соулмейтами, Коул тут бы уже умер от отвращения. — Нравится? — младший отзывается на этот вопрос еле слышным мычанием. Резко, без никаких слов, губы Морро касаются губ Коула, от чего последний резко открывает глаза. Это же первый в его жизни поцелуй! Он, конечно же, много прочел про поцелуи, но все резко вылетело из головы. В мыслях была пустота, не существовало ничего кроме их двоих. Конечно, Морро понимал, что Коул целоваться не умел вообще, поэтому это было в каком-то роде и радость, и печаль, ибо отлично поцеловаться, как с некоторыми девушками, у него не получится. Да и Коул так просто не поддавался: не хотел все никак «открыться» для Морро. Мастер Земли был как неприступная крепость, покорить которую для призрака сейчас было самым главным в планах. Так как Коул ну никак не хотел открывать рот, Морро не додумался ни до чего лучшего, чем прикусить его нижнюю губу. Когда он это сделал, младший ойкнул и приоткрыл рот, а Морро этим удачно воспользовался. Он, правда, немного не рассчитал силу укуса и во рту почувствовался металлический привкус крови, хотя быть его, по сути, не должно. Но Морро не остановился из-за этого, продолжая нещадно целовать своего соулмейта. Не сказать, что Коул был против, но и большим желанием он не обладал. Но в один прекрасный или не очень момент, примерно через минуту, Мастер Земли резко забил по груди Морро, ибо воздуха стало очень сильно не хватать и Коулу казалось, что он сейчас задохнется. Морро не сразу понял, что произошло, но отстранился. Когда Коул начал тяжело дышать, Мастер Ветра нашел это забавным: в голову призрака полезли уж точно не самые хорошие мысли. Он не сдержал пошлой усмешки, пока смотрел в карие глаза своего соулмейта. Он почти никогда не вел себя настолько извращенно как сейчас, и это правда. Да, женщин он любил, но, похоже, лучшей женщины чем почти нетронутый Коул сейчас ему найти не удастся. И, о, как казалось Морро, это время для него самое счастливое за всю его жизнь. Даже прошлую. — Каковы твои планы на этот день, а, Коул? — в словах призрака не было ни грамма зла или чего-то подобного. Он говорил спокойно и негромко. Морро даже отошел от него, от чего Коул чуть не упал. Но потом помог ему снова точно встать на ноги. — Я даже не знаю, — Мастер Земли смущенно чешет затылок и отводит взгляд на выход из переулка. — Вернуться домой до того как стемнеет, я думаю… — А кто сказал, что ты вернешься домой сегодня? — Не понял? — Я говорю, что сегодня ты точно, со стопроцентной вероятностью, домой не пойдешь, — Морро скрещивает руки на груди и смотрит тому прямо в глаза, всем видом показывая, что врать и отпускать Коула он не намерен. — Но, что же они скажут? Типа, почему меня не было весь день… — «Они» это кто? Друзья твои? — Морро цокнул языком. — А тебе не все равно? Честное слово, если бы они волновались за тебя, то мы бы с тобой тут уже не стояли, чтоб ты понимал. А теперь прошу, покажу тебе свое место жительства! Несмотря на то, что этот городок мне даже нравится, но жить бы тут я не хотел… Пойдем, короче говоря. Морро неспешным шагом пошел прочь и Коул, пожав плечами, пошел за ним, понятия не имея, куда они идут. Но почему-то он ему слабо, но доверял, несмотря на то, что они все еще враги и некая ненависть все еще присутствует. Нет, он не хотел убить его на месте как хотелось раньше, но все же. Раньше хотелось разодрать ему глотку, заставить страдать за все то, что он сделал, но теперь… Это желание пропало. На смену ему пришло какое-то непонятное ощущение… Коул не мог объяснить сам для себя, что это. Любовь прийти из-за одного поцелуя просто не может. Может, интерес? Скорее всего, ведь Коул не знал его лучше, чем любой другой ниндзя. Это хотелось исправить. И, быть может, он когда это исправит, но, кажется, на это уйдет очень много времени. Человек может стать тебе близок за три дня. А тот, кто живет рядом с тобой годами, может так и не узнать, какой твой любимый цвет. — А что будет потом, если мы расстанемся? — спустя десять минут ходьбы, прокашливаясь, говорит Коул. — Может, нам стоит потом остаться друзьями? — Остаться друзьями? — переспрашивает Морро, остановившись и устремив свой взор на синее небо. — Развести маленький огородик на остывшей лаве угасших чувств? Нет, это не для нас с тобой. Так бывает только после маленьких интрижек, да и то получается довольно фальшиво. Любовь не пятнают дружбой. Конец есть конец. — Любовь? Ты думаешь, между нами может быть любовь? — А ты как думаешь? Почему я только что не убил тебя прямо на месте, хотя мог? Почему я веду тебя в свой дом, туда, где укрываюсь от тебя и от твоей команды? Почему я тебя, в конце концов, поцеловал, хотя ты парень? Коул посмотрел на Морро, прямо в его зеленые глаза. Он что, только что признался ему в любви? Серьезно? Конечно, Коулу безмерно приятно, но… Он не бесчувственный? Коул не мог поверить в это только потому, что старший сам недавно говорил, что не обладает чувствами и просто так его прорвать на эмоции невозможно. — Если ты сейчас думаешь о тех словах, который я сказал три дня назад — это была ложь. Самая ложная ложь, которую я только когда-либо говорил в своей жизни, — Морро взял ладонь Коула в свою холодную руку и сжал ее немного. — С тех пор, когда метка появилась, я просто не мог перестать думать о тебе. Я проклинал себя изнутри из-за этого, я ненавидел каждую часть своего гнилого сознания. Я засыпал с мыслью о тебе, я просыпался с мыслью о тебе, я даже атаковал вас с мыслью о тебе! Самая большая ненависть возникает к тем, кто сумел дотронуться до сердца, а затем плюнул в душу. Мне однажды так плюнули. Я пытался забыть о тебе. И знаешь что я понял, Коул? Стараться забыть кого-то — значит все время о нем помнить. То, чего не можешь заполучить, всегда кажется лучше того, что имеешь. Если ты будешь рядом со мной — мне ничего нужно не будет. Ни Кристалл Миров, ни силы Зеленого Ниндзя, ничего… Я просто хочу быть рядом с тобой, ты понимаешь? — Мастер Ветра отворачивает голову так резко, что Коул даже ахнул еле слышно. — Хотя, кому я это говорю… Ты же все равно будешь на стороне своих друзей, несмотря на то, что я дорожу тобой больше, чем десяток твоих друзей, — голос призрака немного подрагивал и он отдернул руку. Коул минуты три постоял, постоял, подумал и… потом обнял его. Да, он действительно обнял его, прижимая к себе и слегка поглаживая черные шелковистые волосы. Они были уже далеко от Стикса и они отдалялись еще больше от Ниндзяго Сити. И, о, да, как бы Коулу не хотелось вернуться домой, он просто не хотел уходить отсюда. И уже смеркалось, было очень даже красиво. — Что ты-… — Молчи и веди меня к себе домой, — Коул отстранился и опять взял его за руку. — Или хочешь посмотреть на закат? Морро ничего не ответил, а просто повел его к выступу на небольшой горе, по которой они шли. Тот сел, свесив ноги в пустоту и пригласил сесть рядом Коула. С нее открывался умопомрачительный вид на все, что было вокруг: на виднеющийся вдалеке Стикс, на совсем далекий Ниндзяго Сити, на ходящих снизу людей, на заходящее солнце… Коул опускается головой на колени Морро, смотря на всю эту красоту, а Мастер Ветра просто поставил свою руку на макушку и аккуратно и нежно начиная поглаживать. — Я люблю тебя, Коул. — Я… Я тебя тоже, Морро. Коулу казалось, что время, проведенное с Морро было намного лучше, чем все время проведенное с его друзьями. Он не мог объяснить хотя бы себе, почему резко Морро стал для него таким, ну… важным, что-ли? Может быть, это все слишком тесно связано с меткой, но Коул отбросил эту мысль сразу же. Ну не может она повлиять на столько, что к вечеру они уже признаются в любви друг-другу. А что скажут друзья? Да, быть может они были не против метки, но они с стопроцентной вероятностью будут против их отношений хотя бы потому что Морро не является для них кем-то больше, чем враг и просто отвратительный человек. Но Коул сейчас так не считал, ведь если бы он реально был бездушной тварью, он бы не посмотрел на то, что младший его соулмейт и просто прикончил его в том дранном переулке! Он должен был это сделать, но он не сделал, показав этим себя с намного лучшей стороны. Коул больше не мог назвать его безжалостным монстром, который думает только про себя, особенно после его слов. Они просто продолжали смотреть на закат. Морро думал о том, как же он счастлив рядом с Коулом, и что никакие кристаллы не будут лучше этих моментов, проведенных со своим соулмейтом. И все-таки, как же он ошибался, говоря себе перед нападением на музей в Ниндзяго, что лучше власти нет ничего. На самом то деле, для счастья многого не нужно: нужно просто приложить немного усилий и бог, если он существует, услышит тебя. Но Морро был атеистом, поэтому даже помощь бога ему не была нужна. Надо просто поверить в себя! Ну, или чаще выходить на улицу. Короче говоря, мораль сей басни такова: можно купить, украсть или отобрать у кого-то все, но не счастье. Счастье нужно зарабатывать своими усилиями, и тогда жизнь окончательно приобретет новые, яркие краски, и, быть может, даже смысл. И Морро понял это только сейчас, сидя на краю горы с Коулом на коленях. Однажды в твою жизнь придет такое счастье, что ты поймешь — оно стоит всех твоих прошлых потерь. Счастье — это дойти до той тонкой грани безумия, когда черта между сознанием и реальным миром уже стёрта, когда просыпаешься и засыпаешь с мыслями о нем, когда хочется улыбаться и жить, лишь вспомнив улыбку самого родного, самого любимого человека, когда не нужен никто и ничто без него, когда за каждый вздох, каждый его взгляд, каждое мгновение рядом ты готов отдать все… и перешагнуть через эту грань, навсегда превратившись из себя и его в вы, став единым целым… это и есть счастье. Морро готов был отдать все ради этого счастья. И он отдаст, если ему придется.