Наша встреча

      И вот моя новая самостоятельная жизнь начинается в гараже, не зря здесь стоит диван, а на нем плед и пара подушек. Все для жизни так сказать, ура. Выпив воды, я улеглась спать, но было настолько обидно и больно, что я не смогла стерпеть, заплакала. Не помню когда в последний раз так плакала, прям навзрыд, слезы текли, сердце сжималось, губа саднила, а руки хватались за плед и сжимали его так сильно, что самой стало больно. Как же я ненавижу все это!       Так и проплакала всю ночь, обнимая подушку и сжимая плед в руках до побеления костяшек. Под конец меня просто выключило, хотя на будильнике оставалось всего-то полчаса до звонка, не выспалась, но готова идти в школу. Собираюсь и иду, перед этим посмотрев на себя в зеркало. Все та же Мира, только с красными, опухшими от слез глазами, красным носом и обкусанными до крови губами. А нижняя губа разбита с левой стороны. Спутанные волосы все так же заплетены в косички, я их даже не расплетала, осунувшееся лицо от недоеданий и боль на душе, которая никак не прекращалась. «Соберись, хоть я и потеряла все, но без боя я не сдамся!» — подумала я и, умывшись пошла в школу.       По дороге встретила Лаки, он нагнал меня и кинулся обнимать, я чуть не рухнула на асфальт, все-таки малыш был тяжелым. Он посмотрел на меня своими янтарными глазами и зализал рану на губе, проскулил, когда я поморщилась, понимает. Пес пошел со мной в школу, никогда такого не было, чтобы он провожал меня, а тут прям честь. Я ожидала, что сегодняшний день будет таким же унылым и «оригинального» приветствия я точно не избегу, но когда мы с Лаки зашли на пределы школы, и в меня полетело яйцо, пес набросился на девушку и зарычал. Что это с ним? Я не раз жаловалась собаке на это, неужто решил отомстить им всем за свои «выеденные» мозги этим нытьем и частыми рассказами.       — Лаки все! — сказала я, когда народ отошел, а это накрашенная кукла плакала и морщилась от слюней, что стекали изо рта собаки. Да, Лаки часто так делает и научился управлять своими слюнями, как бы противно это не звучало.       Собака подлетела ко мне, когда я уже почти подходила к дверям школы и, проводив до самого входа, рванула куда-то. И что на него нашло? Сама не понимаю… Захожу в класс, там уже сидят все парни, даже не смотрят на меня, а я и рада, что никто не заметил меня в таком состоянии. Сажусь, Чонгук снова что-то пишет, задолбал все время писать. Кстати, после того как я ушла из библиотеки, он и правда обиделся и не разговаривал со мной целый день, даже на занятия не пригласил, а потом мы снова разругались и Чон злой потащил меня учиться в наказание, о да, сразу поняла, что все обиды в прошлом. Черт, я привыкла к этому недоайдолу.       — Что с губой? — спросил он и посмотрел на меня, а я отвернулась и прикрыла лицо. — Дай посмотреть! — потребовал Чонгук и захотел убрать мои руки, но я ударила его сильно.       — Отвали! — дернулась я и отвернулась от парня, тот вздохнул, но не сдался. Снова бесит!       — Дай посмотреть! — сквозь зубы проговорил Чон, начинает злиться, когда я что-то не выполняю. Хватает грубо руку и зажимает сильно отчего я морщусь, другой рукой поворачивает мое лицо и аккуратно касается подбородка, я жмурю глаза, чтоб он не видел как мне больно и стыдно вот так вот сидеть и смотреть на весь этот мир, на все то, что он сделал со мной. Никому ненужная, жалкая и теперь еще и без денег и крова, просто класс. — Пойдем, — поднимается, а я распахиваю глаза и смотрю на парня, который тянет меня из класса. — Ребят прикройте, — говорит он другим мемберам и те кивают, а мы уходим. Что ему нужно?       Идем по коридору, а Чон все еще злиться, на что? Сама не знаю. Да я кажись перестала быть той дерзкой девчонкой, что отшивала всех тех кто говорил с ней, а сама пряталась от мира не желая показываться наружу. Оказывается, мы шли в медпункт, хотя зачем он это делает? Я попыталась дернуть рукой, но сделала очень больно, а парень лишь хмыкнул на это. Садист чертов, как же бесит. Не его это дело, а лезет!       — Садись, — грубо опускает и уходит искать в шкафах обеззараживающее. Хочу сбежать, только поднимаюсь с кушетки, как слышится моментально. — Только попробуй!       Предупреждение? Однозначно. Чонгук не из простых людей, я так поняла он не любит когда ему грубят, не слушаются и частенько сбегают, прям как я. Мне нравится злить его, не знаю, сразу смотрю на его черные глаза, на вздувшуюся вену на шее и скрежет зубов, как он рычит на меня и смотрит так, как будто хочет порвать…как-то сразу становиться забавно наблюдать за этим всем. Ругается часто, а я добавляю еще масла в огонь и смотрю за результатом. Я не боюсь его, нисколько и ни разу, потому что даже если мне он что-то сделает, это будет не так больно. И тем более он ничего мне не может сделать больше, я не сдамся без боя, я все равно буду стоять на своем. И никакие айдолы мне не указ.       — Думала опять скрыться? — проговорил Чон, выходя из кабинета с ватой и спиртом.       — А тебе то что? — огрызнулась я и надула губки, скрестив руки на груди.       — Дурочка ты! Я помогаю, а ты всегда скачешь от этой помощи, — садиться на кушетку и наливает на вату слегка спирта, тянусь к вате дабы сделать все самой, но он смотрит так, что я опускаю глаза и позволяю притронуться к себе. Слабачка!       Подносит к ране вату и аккуратно проводит, сразу начинает печь, становится невыносимо больно. Разум мутнеет, хоть эта и царапина, но я жмурюсь и хватаюсь за руку Чона сама того не понимаю, сжимаю ее и держусь как за спасательный круг. Становится не так больно, когда Чонгук дует на обработанную рану. Легкий ветерок охлаждает, и губа приходит в норму.       — Еще больно? — спрашивает парень, а я распахиваю глаза, смотрю, что держусь за его руку, хочу отдернуть, не пускает. Он сжимает мою ладонь еще крепче, смотрит прям в глаза, отчего я дрожу.       — Нормально, — бурчу и опускаю взгляд, чтоб не смотреть на него. Отпускает руку и уходит выкидывать использованную вату и пузырек от спирта.       Поднимаюсь и иду к двери, ведь надо на урок, хотя совсем не хочется. Внутри все горит, толи от раны толи от…да нет, это бред, не может такого быть. Прикладываю внезапно похолодевшие руки на щеки и понимаю, что горят снова. Что за хрень? Вдыхаю и выдыхаю, а затем толкаю дверь, Чонгук догоняет меня сразу же как только я захожу в двери третьего корпуса, я не далеко ушла от медпункта, но сейчас все-таки решила, что урок можно и пропустить, а оставшееся время побродить по школе.       — Кто это сделал? — спрашивает он, хватая меня за локоть и вжимая в стену.       — А тебе то что? — выплевываю я и дуюсь, потому что слишком сильно ударилась спиной, хоть и не подала виду.       — Я задал вопрос будь добра ответить, — цедит он, ведь я снова огрызаюсь, но мне не хочется отвечать, я вырываюсь из его рук, колочу по груди, но тщетно, он сильнее.       — А если не хочу отвечать! Что ты сделаешь тогда? — говорю ему прям в лицо, я тоже зла, меня держат против воли. Я не обязана перед ним отсчитываться, я вообще ничего ему не должна.       — Юнги рассказал, что тебя выгнали из дома, почему? — настаивает он на своем. Да Чонгук, зачем тебе все это, все мои слезы, моя трудная жизнь, все мои беды и неудачи. Я не хочу загружать никого своими проблемами, я даже Тони не рассказала об этом, неужто ему я доверять? Однозначно нет.       — Это не касается вас обоих! Ясно? — я попыталась снова толкнуть Чонгука, но затем просто крикнула на весь коридор. — Дай пройти!       — Расскажи, мне пожалуйста, я хочу помочь, — Чон не злился больше, говорил спокойно, видимо чтобы я не истерила прям на месте и не кричала на весь коридор, но я просто хочу, чтобы меня оставили в покое, с моими проблемами как материальными, так и душевными. Просто оставили, я что, много прошу?       — Тебе уже Юнги все рассказал, так что отстань и не лезь, той информации вполне достаточно! — процедила я и опустила взгляд, больше не хочу смотреть на него…противно.       — Мира, — проговаривает он, не знаю толи снова злиться, толи разочаровывается в моих словах.       — Да что? Что тебе надо? — я толкнула его и смогла выбраться наружу. — Не лезь в мою жизнь! Как только вы появились, все пошло наперекосяк! — кричала я. Где-то глубоко понимала, что они не виноваты, ведь ничего не сделали, но именно их появление повлияло на меня, я стала, обязана директору, должна была учиться и так далее. А еще, если бы не та встреча с Чоном на улице, то я бы никогда уже не узнала, что приехали какие-то парни, конечно, все бы это повторилось, но лучше бы этого дня больше никогда в жизни не было бы. Эта встреча была ошибкой. Вся моя жизнь это ошибка! — Это из-за вас!       — Маленькая, — почти шепотом произнес он, но я все равно слышала это. Он любит называть меня либо «малая» либо «маленькая», удивительно мне в душе то приятно, даже очень, но ему я показываю все то безразличие и грубость, что была в первую встречу.       — Не называй меня так, ясно? — процедила я и отошла от Чона на безопасное расстояние, он направился за мной. — Отвали уже от меня, пожалуйста! По-хорошему же прошу...       А после этого я побежала, завернула за угол, пронеслась по коридорам, поднялась по ступенькам и вылетела на крышу. Сейчас мне было ужасно плохо. Хотелось забить на все, на учебу, работу, на дом, просто собрать портфель, выгрести остатки денег и пойти путешествовать. Начать жизнь с чистого листа на котором не будет огромной кляксы, что залила листок. Там будет начинаться тоненькая линия моей новой жизни, которая пойдет по светлой стороне, да конечно без неудач не обойтись, но все же, я уверена, что на этом листке была бы только хорошая и счастливая жизнь.       Звонок уже прозвенел, глупо наверное было возвращаться, тем более, сегодня было мало уроков. Не хочу… Я посмотрела на небо, давно не смотрела туда, не поднимала головы. Так красиво, облачка такие пушистые, прям как барашки, плыли медленно, а по прогнозу скоро должен быть снег. Как я соскучилась по зиме, только было одно большое «но», у меня не было куртки…хотя, я не переживаю, не замерзну. На самом деле сейчас сижу и правда холодновато, руки уже замерзли, но я останусь тут.       — Ты что здесь делаешь? — спросил внезапно появившийся Чимин, я даже не заметила, как дверь скрипнула, и он зашел. Его белые волосы завесили глаза, и он постоянно поправлял челку, которая явно мешала видеть. Он стоял в черных конверсах и переминался с ноги на ногу.       — Я тут часто бываю, — сообщаю я. И правда это единственное место, где меня не гнобят, не обзывают и не кидаются отходами.       — Ого, а я об этом месте случайно узнал, мне так тут нравится закат! — восхитился парень, но он такой еще ребенок. Радуется простым вещам как я, мне тоже доставляет огромное удовольствие смотреть на звезды. — Почему ты плакала? Почему тебя ударили? Почему выгнали из дома? Что случилось?       — Это не должно касаться тебя! — огрызнулась я, а внутри прям камень упал, и задавил меня. Стало так тяжело, я стала задыхаться в своих же мыслях и воспоминаниях, это как болезнь, нехватка кислорода и путанье мыслей.       — Мира, если ты не расскажешь, станет хуже, — Чим сел со мной рядом и положил свою голову на колени. — Все хорошо, Мира! Это нормально делится с друзьями тем, что тебя тревожит…       — Ладно, — протянула я. — Мне было тогда восемь, я жила в Корее, в Тэгу…там красиво. В один прекрасный вечер я узнала, что мой собственный отец проиграл дочь в казино — меня купили. Отец отдал меня, а сам уехал, моя мать старалась выкупить меня, но все тщетно и когда тот человек приехал забрать меня, то он увидел, что я сидела и плакала в углу. Что случилось? Моя мама повесилась… Я уехала, меня сослали в Америку, перед этим заключив контракт и кучу документов, я до сих пор не знаю что это, но мне только известно, что отец заключил договор с покупателем, он вернет долг в размере 1,5 миллиона долларов, это много. В Америке меня поселили как раз таки в эту семью, что выгнала меня, ну, а так сделали все по контракту, перевели в школу, научили всему, но обеспечивать не стали, я же, как вещь. Те деньги, что сожгла Тетя, это была часть той суммы, что я копила пять лет… Я не хочу больше жить в Америке, хочу в Тэгу или Сеул, неважно, хочу в Корею. Я ведь знаю, что отцу я уже не нужна больше, он даже не пытался ничего сделать, чтобы хотя бы мама жива осталась, ненавижу его за это! — слезы закапали на мою блузку, я вытерла их тыльной стороной руки, но они никак не прекращались. — Я работала… — шмыг, — …а получается деньги все насмарку пошли. В школе ненавидят, дома не ждут и теперь еще и это привалило…       — Все будет хорошо, Мира! Все будет хорошо, — он обнял меня, и этот маленький человечек поглаживал по волосам. — Приходи к нам сегодня. Джин зовет в гости, — улыбнувшись, проговорил Пак. Я кивнула, а что терять то? — Супер, а теперь пошли обратно, а то холодно здесь, замерзнешь еще.       — Да пошли, — слезы уже высохли, и было не так больно, я поделилась с ним, я рассказала и стало на самом деле легче. Я всю жизнь никому не говорила ничего, держала все в себе, а тут выговорилась и душа будто взлетела.       После школы я сходила в свое пристанище, переодевшись, пошла в гости к Джину. На мне было то самое клетчатое платье, я сделала высокий хвост и нацепила толстовку, ведь похолодало. Лаки пришел сразу же ко мне, как я вышла из школы, проводив до дома, он валялся на диване и жевал палку, что нашел, видимо в парке неподалеку. Глупенький мальчик, но такой хороший! Я попрощалась и пошла. Джин жил в том же районе, что и Чонгук, а еще я поняла одну вещь, что парни жили в одном здании, но в разных квартирах. Например, Джин жил на четвертом этаже, Юнги рядом с ним. Чонгук на третьем, а рядом с ним поселили вроде Хосока. А про остальных я не очень знала, хотя Чимин жил на пятом этаже и мы стали с ним частенько выбираться на крышу. Придя к Джину я завидела то, что дверь уже открыта, я зашла, предварительно постучавшись о косяк.       — Мира? — Джин выглядел радостным. Он помахал мне рукой и предложил пройти. Я кивнула, сняла кроссовки и пошла в ванную, мыть руки.       — Что поделаем? — заходя на кухню и поправляя хвост спросила я. — О, привет Тэхен!       — Привет Мира! — Тэ радостно подошел ко мне и заключил в объятья, отчего я была немного в шоке. — Мы готовим печенье, присоединяйся!       Наверное самое классное воспоминание в моей жизни эта была готовка с парнями, я никогда так не веселилась как сегодня. К нам после подключился Чимин, пришел Намджун и притащил газировку. Чонгук бросил недовольный взгляд на разгромленную кухню, ведь Тэхен стал кидаться мукой, а я поддержала его, хотя Джин сказал, что оттирать будем только мы. Хосок и Юнги пришли последними. Хоби сразу же включился в игру, а Юн забурчал, что мы переводим продукты. В итоге к вечеру печенье было готово, заказана пицца и на столе стоял ящик с газировкой. Мы сидели, смотрели кино и ели, еда была просто божественной, учитывая то, что со вчерашнего дня я не ела ничего.       Киносеанс закончился поздно ночью, когда парни спали кто где, телевизор промотал весь диск и выключился, а еда была съедена. Я проснулась часа в два и вышла на балкон. Так красиво, звезды просто засыпали небо, луна горела очень ярко и освещала чуть ли не весь город, а легкий ветерок развевал мои волосы, что теперь небрежно лежали на голове после недолгого сна. Я завидела пачку сигарет, что была оставлена кем-то из парней. Хм, но ведь айдолы не курят или что-то скрывают от своих фанатов. Я пожала плечами и достала одну, раньше я курила, да курящая девушка это ужасно, но это расслабляло, сейчас хотелось того же. На душе было спокойно, в голове никаких мыслей, а я просто села на табуретку и выкуривала сигарету. Дым грел воздух, согревал тело, но портил легкие…сейчас не об этом.       — Ты почему не спишь? — спросил вышедший Юнги. Да видок был не очень, потрепанные волосы, растянутые шорты и футболка. Он выглядел так по-домашнему что ли.       — Не хочется… — я затянулась и выпустила дым тонкой ниточкой и прикрыла глаза. Больше точно не возьму в рот, уже итак дала слабину и разрешила покурить себе, хоть и одну.       — Курить вредно, ты знаешь? — проговорил уставший Юн и присел рядом со мной на стул, вытянув ноги.       — Кто бы говорил, — фыркнула я, а парень тем временем отобрал у меня сигарету и затушил. — Да ладно, ты серьезно?       — Что делать будешь? — посмотрев, поинтересовался Юн, плавно перейдя от темы с сигаретами на мою дальнейшую жизнь.       — Юнги прошу тебя не начинай, я сама разберусь со всем! — огрызнулась я и устало потерла переносицу, ведь это не должно было касаться их, они ник…они мои друзья кажется…поэтому их так волнует этот вопрос.       — Я знаю, что ты сможешь, но что по поводу жилья? — не унимался парень, но смотрел он не на меня, а куда-то вдаль.       — Раз-бе-русь, что не понятного, Юнги?! — от меня тоже вежливости не дождешься, такая колючка, сама иногда задаюсь вопросом: «Почему я такая холодная, злая и обиженная на весь мир?».       — Можно Шуга, — тепло улыбнулся парень, ведь я так и не стала его звать по кличке, хотя прекрасно знала ее.       — Мы не настолько друзья, — фыркнула я и отвернула голову от Юна.       — Да перестань ты вредничать! — сделал он мне замечание.       — Прости, просто устала уже от всего… — запрокинув голову и оперевшись на стенку, сказала я, — …устала.       — Ладно, больше не буду донимать, спокойной ночи, — встав, он размялся и поплелся к двери.       — Угу, — пробубнила я, а после окликнула парня. — Шуга?       — М? — он повернулся, и вяло посмотрел на меня.       — Спасибо, что просто посидел, — он засиял и улыбнулся мне, а я слабо подала улыбку ему в ответ и отвернулась снова. Как же все-таки сегодня хорошо на улице.       После разговора с Юнги я посидела еще немного и ушла, совсем ушла. Собрала валявшуюся одежду парней, убрала посуду, чтобы не болталась под ногами, накрыла пледом Чимина и еще троих парней и все. Закончились перечисления, я пошла к себе домой, обратно в гараж. Лаки мирно посапывал на диване, а когда я вернулась, радостно кинулся ко мне. Этот малыш улегся рядом со мной, согревая и так мы проспали с ним до звонка будильника. Сегодня была пятница, а значит что-то интересное, должно было случиться. Ничего не сказано о гонках, ничего не сказано о клубе, неужели выходные пройдут так скучно?