Космос

Мне нужно время. Чуть-чуть времени. Чтобы стянуть края зияющей раны в груди. Раны, которая осталась там после ухода Дэна. Брожу по квартире, собирая его вещи. Я не прошу его простить меня и понять. Принять это невозможно. И я с головой ухожу в работу. И она меня лечит, я, как будто компенсируя разгром в собственной душе, создаю уют, покой и комфорт для других. Дышать становится чуть легче. Следующий заказ на работу пришел от Кира. А я не отказался. Кто знает, может быть, у нас получится наладить отношения. Поэтому я хожу по пустой квартире и делаю пометки, и снимаю замеры, фотографирую, пока не дохожу до гостиной. Я застываю пред огромными витражными окнами. У меня складывается ощущение дежавю. Где-то что-то подобное я уже видел. И тут же перед глазами встают эскизы работ Вика. Вот такие же витражные окна. С низкой уютной софой перед ними. За окнами вечерний город. Это не эскиз, это целая история, спрятанная в суховатых набросках. История, которая так и просится с листа в эту комнату. И я, не удержавшись, показываю ее Киру. Она стоит того, чтобы ее воплотили. Позже Кир отвозит меня домой, и мы, сидя за столом, еще раз пересматриваем работы Вика. Никто никого ни о чем не спрашивает. Зачем? Я сижу на паре. Лекция по истории искусств, будь она неладна. Сводная лекция для всего потока, тут и архитекторы, и дизайнеры, и рекламисты. Я по привычке отыскиваю взглядом Вика. Он как всегда в центре внимания. Но потом мой взгляд скользит по аудитории в поисках Дэна. И я залипаю. Как я соскучился. Я жадно всматриваюсь в его лицо. Мое сердце мучительно сладко сжимается. И рвется к нему. Дэн поднимает глаза, чувствуя мой взгляд, кивает и тут же отворачивается. Так мало и так много. Я сижу погруженный всю лекцию в свои думы. Дэн. Откуда в тебе столько души? Почему ты не переполнен ненавистью? Как же мне найти те слова, чтобы рассказать, как ты мне дорог. Дорог не меньше, чем Вик. Так бывает? Когда в твоем сердце живет любовь сразу к двум? Нам нужно поговорить. И после пары я несмело приближаюсь к его курсу. Тронув его за рукав, я произношу. – Привет, Дэн. Можно тебя на минуту? – Не надо, Тем, – улыбка Дэна погрустневшая, но теплая. – Мне нужно все тебе объяснить. – Тем, что нового ты мне можешь сказать? Я и так все вижу. Вик стал еще привлекательнее. Я тебя даже в чем-то понимаю. – Дэн! – его тихие спокойные слова почему-то режут глубже, чем самая отборная брань. На мои плечи отпускаются ладони, и меня окутывает легким ароматом фруктов. Я вздрагиваю и поднимаю голову. За спиной стоит Вик. – Пошли, Темик, ему не нужны твои усилия. – За меня решать ты не будешь! – вдруг взрывается Дэн. – Решать? А тут нечего решать. Ты все решил. Решил жить тихо и спокойно. Чего бы это ни стоило. – Да что ты знаешь? Ты как вампир высасываешь чувства других людей, ничего не давая взамен. Проходишь по чужим душам в грязных ботинках, марш-броском. Тебя же ничего не останавливает. – Может быть. Но я не вру. Не дарю ложных надежд, чтобы потом бросить и втоптать вторично то, что начинает только оживать. Кто из нас большая сволочь? – Не надо, – не выдерживаю я. – Прошу вас. Вик крепче прижимает меня к себе. Дэн разъяренно смотрит на него и шипит: – Отпусти его. – Куда? – хмыкает в ответ Вик. – К кому? Скажи мне? Я разрываю кольцо рук Вика. И поворачиваюсь к ним. Меня трясет. – Я не вещь. Ясно вам? Кто-нибудь из вас спросил, чего хочу я? Проваливайте оба! Я, стаскивая с парты сумку, ухожу из аудитории, в которой уже давно стоит почти мертвая тишина. Глупо, конечно, от себя не убежишь. Но оставаться между ними, слушая, как они грызут друг друга? Не хочу. Я стою на мостике, бездумно обрисовывая кованые перила. Что делать? Как жить? Мой телефон начинает вибрировать, я вытаскиваю его, а он, решая поставить точку в моем неудачном дне, выскальзывает из рук и тонет в стылых водах реки. Пиздец. Я созерцаю зеленоватую муть воды, и у меня ощущение, что смотрю я в свою душу. Темно, холодно и мутно. Напиться, что ли? Пить я как не умел, так и не умею. Меня уже так хорошо покачивает, а я же выпил всего чуть-чуть от купленной бутылки коньяка. Я плетусь домой. Напиваться на улице мне точно боком выйдет. Морщась, отпиваю мелкими глотками противную жидкость. Одно хорошо, она согревает. Я поднимаюсь по лестнице, и слышу глухие удары и стон. Нехорошее предчувствие подталкивает меня в спину. Пролетаю остаток лестничных маршей и застаю картину, как Вик, удерживая Дэна у стены одной рукой, второй вбивает его в эту же стену. – Вик! Нет! – я подскакиваю к нему, пытаясь оттащить от Дэна. Но это бесполезно. Тот разъярено шипит, и отпихивает меня в сторону. Он же убьет Дэна, если его не остановить. И я с размаху отпускаю бутылку с коньяком на голову Вика. Тот поворачивается ко мне. С изумлением смотрит и мягко оседает прямо на руки Дэну. – Малыш? – голос Дэна не менее изумлен.– Надеюсь, ты его не убил? – Ой, – я в панике осматриваю голову Вика. Дэн склоняется рядом, у него разбиты губа, бровь, рассечена щека. – Вроде крови нет. Давай занесем его в квартиру. И мы втаскиваем Вика в квартиру. Дэн садится на кровать, и, открывая злополучную бутылку, пьет прямо из горла, опустошая ее наполовину. Я в панике бегаю между кухней и комнатой, притащив мокрое полотенце и весь скудный запас лекарств. Потом растерянно смотрю на Дэна, который невозмутимо наблюдает за мной. – Что ты сидишь? Надо что-то делать. – Связать его? – Это еще зачем? – моему изумлению нет предела. – Очнется, совсем убьет же. – Ой, – я опасливо кошусь на Вика. Что правда, то правда. – Чем связать? – разделяя бредовую идею Дэна, спрашиваю я. – Не надо меня связывать,– стонет Вик. – Моя голова… Темик, это ты чем меня так? – Коньяком. – Есть коньяк? – заинтересовано открывает глаза Вик. – Я буду. Дэн протягивает ему наполовину опустошенную бутылку, и Вик тоже не заморачивается поисками бокалов. После него в бутылке остается на палец коньяка. Я, жадничая, прячу его за спину. – Присосались. Вообще-то я его себе покупал. – Ой… ммм… – стонет Вик, потирая голову. И я тут же кидаюсь к нему. – Больно? Прости меня, прости. Я просто испугался. Очень. – Больно, – соглашается Вик и притягивает меня к себе. Запускает пальцы в волосы и целует. – Подуешь? Сегодня он апельсиновый. И этот вкус моментально заводит меня. Я теряю дар речи. Испуганно оборачиваюсь к Дэну. Тот заинтересованно смотрит на нас. – Тут поцелуями лечат? Я в очереди, – и тянет меня к себе. Я слизываю капельки крови с его разбитых губ и чувствую, как губы Вика прикасаются к моей шее. Руки Дэна скользят под одежду, а Вик поглаживает мои бедра, не прекращая целовать шею. Я выгибаюсь в сладком спазме этой двойной ласки. Да! Моя одежда в мгновения ока раскидывается по разные стороны кровати, я в ответ стягиваю футболку Дэна. А он, оторвавшись от моих губ, тянется к Вику. Вик нежно зацеловывает ушибы Дэна. Я во все глаза смотрю на эту картину. И меня она заводит неимоверно. Я расстегиваю рубашку Вика, прокладывая дорожку из поцелуев все ниже и ниже. И чувствую, как параллельную дорожку прокладывают губы Дэна по моему позвоночнику. Я плавлюсь в шквале этих незабываемых ощущений. Пальцы Вика вплетаются в мои волосы, когда я, расстегнув ширинку и стянув с бедер джинсы, опаляю горячим дыханием его пах. А пальцы Дэна, поглаживая меня по пояснице, заставляют выгнуться и раскрыться еще больше. Я стягиваю остатки белья с Вика. И с нетерпением облизываю его член. Вик стонет. И невероятно интимная ласка Дэна заставляет меня стонать в ответ. – Я хочу это видеть, – приподнимается на локтях Вик.– Дэн, – стонет Вик, – сжимай его сильнее… Дэн впивается в мои ягодицы, сладкий стон срывается с моих губ, и я прогибаюсь еще сильнее. Я вторю ласкам Дэна, повторяя движения его язычка своим. Как бы делясь той лаской, которую дарит мне Дэн, с Виком. Вик тянет меня наверх, и я ползу, выцеловывая тропинку, пока не добираюсь до его губ. Мой язык врывается в рот Вика, и я чувствую, как в этот самый момент Дэн берет меня. Ах! – выдыхаю я в рот Вика. И он стонет мне в ответ, чувствуя толчки Дэна. Я купаюсь в этом двойном заряде любви. Таю, плавлюсь, льну и прогибаюсь под их руками. Теряя голову и остатки разума, раскрываюсь полностью. Нестихающий оргазм, острое удовольствие на грани сумасшествия.