Выверты подсознания

Брок взвыл через ладонь Джона, пока Мэй прикладывала ему к боку специальный обеззараживающий тампон. Жгло неимоверно, чуть глаза на лоб не вылезли. Эта лечебная херня даже вытянула Брока из беспамятства – судя по тому, что он видел, отряд передислоцировался, сейчас они были в помещении, а не под безумно звездным небом пустыни. – Командир, спокойно, – Мэй почти профессионально замотала его бок с помощью Джона. – Крови потерял много, но жить будешь. Брок заткнул в глотке недостойный скулеж. Болело в боку так, что слезы на глаза наворачивались, словно операцию по удалению аппендицита провели без анестезии. Сейчас ему было что сказать и без бесплодных жалоб. Если бы было что – вкололи, чтобы снять боль. – Кто еще ранен? – прохрипел он. Мэй оглядела небольшое помещение, стараясь ответить коротко и по делу. – Мёрдок, легкое ранение, Васкез – тоже. Ты ранен сильнее всех. Брок с облегчением выдохнул, обвел бойцов при дрожащем свете фонариков. Какая-то мысль не давала покоя. – А Роллинз? – выдохнул он. Джека среди своего отряда он не увидел. – Кто? – нахмурилась Мэй. Потрогала лоб Рамлоу, вытащила из аптечки небольшой шприц. – Джек Роллинз, – четко произнес Брок. Его немного лихорадило от потери крови, но уж что-что, а Джека он бы не забыл. – Командир бредит, – Мэй отозвалась в сторону, вкатила ему дозу успокоительного. – Тащим его к вертушке. Брок благословенно провалился в мягкую темноту, уже не чувствуя боли. В себя он пришел уже в больнице. Рядом сидела Мэй, что-то листая на планшете. – Командир? – она заботливо подсунула подкисленной воды напиться через трубочку. – Потери? – каркнул Брок. – Незначительные ранения, Мёрдок и Васкез, – отчиталась Мэй. – Ничего серьезного, хоть завтра в строй. Вас выпустят примерно через неделю, сквозное через бок, потеряли много крови, инфекция. Брок выдохнул от облегчения – больше никто не пострадал. Ну, а что одному талибу повезло его зацепить – не страшно, оклемается. Сознание постепенно прояснялось и он уточнил, не терпелось прямо. Да и странно было, что Джек не здесь, обычно он был в палате, если Брока ранили. – А Роллинз? Мэй взглянула на него остро и изучающе. – Какой Роллинз? – мягкий, приятный голос. Так могли бы говорить с опасными психами, и Броку это уже не нравилось. – Джек Роллинз, мой заместитель. – Командир, в СТРАЙКЕ двенадцать человек. Кто там чего замещать мог? – сладкий голос Мэй трезво пролился на его сознание. И в самом деле… Нахрена ему заместитель? Логика говорила одно, но память не отставала. Брок помнил Роллинза, большого и молчаливого, своего заместителя. И не только… – Так что с ним? – светски уточнил Брок, уже предчувствуя приход пиздеца. Ладони, как всегда, в опасной ситуации, неприятно и фантомно зачесались. – Такого человека нет, – отчеканила Мэй. – И никогда не было в отряде. – Ладно, – после опасной паузы согласился Брок. – Показалось. – Он криво улыбнулся. Мэй осталась серьезной. – Может, показалось? Услышал где имя, и вот всплыло? – предположила она. – Скорее всего, – хохотнул Брок. И постарался удержать на лице усмешку, хотя внутри все обмирало. Что случилось с Джеком? Он не спрашивал про Роллинза других бойцов, которые навещали его пару дней, пока он не смог стоять на ногах и потребовал выписки. Но дома, в его квартире, в которой они вместе с Джеком жили, всё тоже было странным. Брок знал, помнил, что он жил с Джеком. Вот здесь, на диванчике перед телевизором, они вместе смотрели матчи и резались в приставку. Приставка была, но всего с одним джойстиком. На кухне у Джека была любимая чашка, с принтом Чужого и Хищника, сошедшихся в бою. Чашки на кухне не нашлось. Весь набор посуды прямо-таки намекал, что здесь живет один человек. В гостиной не нашлось кресла-качалки, которое Джек, ебанутый австралиец, приволок в самом начале их совместной жизни. Брок помнил даже, как они попробовали потрахаться на нем и бездарно перевернулись, он тогда случайно вывихнул Джеку плечо. Кресла не было. Как не было и широкой кровати, которой помнил Брок, ее заменяла весьма узкая односпальная. Не было куртки Джека на вешалке, ботинок, ключей в прихожей… Квартира недвусмысленно показывала Броку, что он живет тут один. Ни фото Роллинза – не зажимайся, Джеки, ну и что, что ты обгорел, – никаких следов присутствия другого человека. Даже шкаф, небольшой и компактный. Брок знал, что внизу есть царапины – грузчики поцарапали его об косяк, пока заносили, – был другим. Он знал, что у них с Джеком был большой шкаф, откуда оба таскали футболки, не особо парясь, где чья. Джек предпочитал футболки побольше размером, как и Брок, так что не было разницы, что надевать. Разве что штаны, с ростом Роллинза, приходилось раскладывать на разные полки, Броку они были слишком длинные. Брок, прижав болящий бок, опустился на диванчик. Запустил приставку. С Джеком они резались в Borderlands, но в списке купленных игр ее не было. Брок бессильно отбросил джойстик, откидываясь на диван. Ему же не могло привидеться это? Все эти пять чудесных лет, которые он помнил детально, ну не могло же это привидеться ему в бреду? На ум просились две мысли, даже три, и все, как назло, не особо правдоподобные. Первая – Джек решил порвать с ним таким образом. Первый же запрос со служебного ноутбука развеял эту теорию. Никто по имени «Джек Роллинз» никогда не значился в ЩИТе. Вторая – Броку это действительно привиделось, пока он был в бреду. Он отмел эту теорию, даже не сомневаясь. Слишком много деталей засело в памяти, очень уж детально для бреда. Две ложки натурального кофе, ложка сахара и немного овсяного молока. Брок не поленился и проверил – но в холодильнике овсяного молока не было, как и в мусорке, которую он не выносил уже больше недели. Он, черт подери, знал слишком много о Джеке Роллинзе – но такого человека не было в базе ЩИТа. И тут в дело вступала третья теория, самая безумная. Кто-то стёр все воспоминания о Роллинзе, отовсюду. Даже из квартиры Брока. Это и правда было безумно. Брок прилег на кровать, чувствуя, как же привычно она ощущается под спиной. Он правда не мог объяснить это. Но чашку заказал, через полчаса поисков нарыв нужный принт. Кажется, реальность понемногу рушилась, и он не знал, как остановить это. Делу ничуть не помогла Мэй, наведавшаяся к нему через день. Притащила еды, поделилась успехами отряда… И привычно вытащила второй джойстик из-за телевизора, предложив сыграть. Кажется, они раньше так частенько проводили время. Брок запустил игру на двоих, что-то для совместного отстрела зомби, чувствуя, как в голове тяжелеет. Он раньше играл в это с Джеком, не с Мэй. Но, кажется, она весьма вольготно чувствовала себя у него дома, привычно заваривая себе чай. Черт, Брок даже не знал, что у него есть второй джойстик, пока Мэй не достала его! – Командир, как ты? – спросила она через полчаса игры. Как бы отвлеченно, отстреливая зомби, но Брок сам учил ее в свое время. – Отлично, – отозвался он. – Сзади, – предупредил. – Думаю взять отпуск ненадолго, восстановиться. Они с Джеком поменялись жетонами, одним из двоих, еще давно, благо одна группа крови на двоих была. Но вот сейчас на цепочке Брока болтались только его жетоны. Джек Роллинз не давал ему покоя, мысли о нем не позволяли заснуть. Брок не хотел думать, что сходит с ума, уж проще было все свалить на неведомую херню, впору даже в «Секретные материалы» поверить. – Куда махнешь? – Мэй привычно расстреляла с десяток зомби и повернулась к нему. В слегка бледном освещении телевизора она смотрелась требовательно и самую чуточку крипово. Брок беззаботно ухмыльнулся. У него было несколько дней, чтобы решить все. И если он хочет сохранить рассудок, с этой ситуацией нужно разобраться. – В Европу, побуду туристом. Посмотрю на огарок Нотр Дам, сделаю сэлфи на фоне Пизанской башни, всё такое. – Уточку не забудь сделать на фото, – Мэй, кажется, дрогнула, наконец впервые улыбаясь с момента ранения Брока. – Обязательно, – оскалился он. Билеты в Мельбурн ждали распечатки, посадка в самолет завтра к вечеру. Брок не мог даже сам себе признаться, как же он надеялся на успех. Надеялся – и ничего не получил. В Австралии, гребаном инопланетном континенте, где тебя хотело убить прямо всё живое, было несколько семейств Роллинзов. Брок пережил несколько смутных моментов, поняв, что не знает о своем любовнике ровным счетом ничего, даже не знает, где живет его семья. Но время позволяло, так что Брок арендовал машину, основательно затарился водой и едой и решил объехать всех Роллинзов на континенте. Практика показала, что стоило брать фургон, от которого Брока дрожь брала, он же не австралийский бомж, колесить на таком по пустошам. Первое же семейство Роллинзов весьма дружелюбно помогли починить его джип и отдали почти бесплатно небольшую походную печку и чайник. Второе семейство, к которому Брок едва добрался, задолбавшись колесить по бездорожью почти двое суток, чуть не припрягло его стричь овец в обмен на пару куриц. Третьи Роллинзы точно так же не слышали про Джека, хотя была у них дочурка Джеки. Брок еле унес ноги оттуда, подальше от необоснованных подозрений. Четвёртая, и последняя точка назначения, встретила его пустотой. Если там и водились Роллинзы, то давно, кладбище неподалеку небольшого городка рядом с побережьем подтверждало, что все они закончились. Неудивительно, что Брок еще раньше не смог к ним дозвониться. Так что он убито закупился водой и припасами и поколесил обратно в столицу, к аэропорту. Билеты в Европу ждали его, хотя и совсем не радовали. Брок даже посетил местное полицейское управление и, пользуясь своей корочкой, попросил составить портрет Джека. Вышло не ахти, но похоже. Полицейские распечатали ему несколько экземпляров, пообещав сообщить, если вдруг такой попадется. Брок с тяжелым сердцем улетел в Европу. Сделал несколько фото, исключительно для своего отряда, понимая, что не того он хотел. Почти год Брок держался. Вытаскивал своих ребят из жопы, делал всё как надо и даже больше. Отказался от повышения, сидеть в кабинете пару лет в его возрасте означало бы совсем похоронить свой физический прогресс, он и так из зала не вылезал. Вместе с тем никого не мог подпустить к себе. Джек, тот самый, фантомный, придуманный Джек, не давал покоя. Брок бережно хранил на кухне его чашку, которую сам же заказал, купил на консоль его любимую игру, в которую не хотел играть один… Как и на компьютер, оплаченный аккаунт каждый месяц жрал с его счета деньги. Брок сам понимал, что это не совсем нормально, но все равно с маниакальной точностью обставлял свою квартиру так, словно там жило два человека. Кровать сменилась на более широкую, коврик под мышку теперь занимал полстола – коллекционный, с картой Азерота. Брок в душе не ёб, за что столько заплатил – но в его памяти все было именно так. Не было только Джека. Большого, теплого Роллинза, с его широкими ладонями, который бы сонно и привычно прижимался утром на кухне, пока Брок готовит кофе. Но пока его не было, Брок был готов довольствоваться и деталями. Никто другой, кто мог бы войти в его жизнь, и близко не сравнялся бы с Джеком. Естественно, что его ребята заметили неладное. Черт подери, они уже давно не были просто сослуживцами, слишком многое прошли. Во время очередных посиделок у Брока – у него хотя бы хватало пространства для этого, Джон вытащил из простенькой рамки у компьютера фоторобот Джека. – Командир, это он тебе приглючился? Брок, остро чувствуя на себе взгляд Мэй, кивнул. – Он. Глюк, конечно, но забавный, – подтвердил он, стараясь поддержать несерьезный тон. Мэй навалилась сзади, толкнув грудью, и чуть не облила ромом из стакана. – Глюк, для которого командир обставил дом. Купил личную чашку и игры. Мальчики, кажется у нас новое задание. Брок едва поднял голову, чувствуя, как на шею давят мягкие сиськи Мэй под свободной майкой. Она была трезвой. Чересчур трезвой для их компании на выходных. – Так что либо Рамлоу сошел с ума, – ему достался легкий любящий поцелуй в лоб. – Либо этот парень правда есть. Я бы не хотела сдавать командира в дурку, так что быстро подняли все свои связи и нашли парня. – Данные? – Коннор подсунул ближе к себе ноутбук, готовясь искать. Мэй поощрительно отдала ему свой стакан и снова навалилась на Брока, полуобняв. – Давай, Рамлоу, говори, – выдохнула она, как показалось Броку, с сожалением. Он сжал ее узкую ладонь. Мэй была отличной девчонкой и просто замечательным другом. Жаль, что с ней не могло срастись. – Джек Роллинз, скорее всего из Австралии, год рождения семьдесят пятый, февраль, – отчеканил Брок. – Фоторобот у вас есть. – Да, как и два дня выходных, – Мэй отстранилась от него, осмотрела. Брок с честью выдержал прямой взгляд. Единственная женщина в отряде всегда пользовалась повышенным мужским вниманием. Пока не навешивала особо навязчивым кавалерам тумаков на ринге. – Пьем? – она подхватила чей-то полный стакан. – Пьем, – согласился Брок. Тонкий звон, когда два стакана соприкоснулись, словно стал подтверждением договора. – Надеюсь, у него есть сестрёнка, – усмехнулась Мэй. Вся остальная группа оккупировала гостиную, заняв и комп и ноутбук, периодически переругиваясь. – Зачем? – Брок глотнул пряный ром. Никогда особой любви к нему не было, если бы не Джек, сам он предпочитал виски. – У тебя же, командир, нет. Так может, хоть у него будет, – Мэй беззастенчиво потянулась. – Люблю и сильных парней и их сестренок. С тобой не срослось, так может, позже повезет. Брок только хмыкнул. – Не завожу отношения на работе. – Да? А как же «Джек, в нашем отряде, который мог пострадать на миссии»? – ее улыбке могла бы позавидовать Романофф. – Ты явно заслуживаешь повышения, – Брок долил ей ром. – И если этот Роллинз существует, будь у него брат или сестра… – Командир, ты всегда держишь марку качества, – ухмыльнулась Мэй. – Мне понравится. В гостиной загомонили, вытолкнули в кухню Уорда. – Командир, там… Нашли! Брок подорвался с места, чуть не опрокинув стул. Но первой в гостиную прощемилась Мэй, мастерски отодвинув обоих и проскользнув быстрее. – Где? – уточнила она. Бойцы, как один,указали кто пальцем, кто стаканом, на Мэтта. Тот отложил телефон и улыбнулся. – Мой знакомый служил с одним парнем из Австралии. А раньше тот чувак работал рейнджером, ну и в общем, он опознал лицо, знает такого. Брок едва сдержался от того, чтобы красиво сползти по косяку, все же не диснеевская принцесса. – И где он? – В это время года где-то у побережья, отстреливает динго по заказу от правительства, – отчитался Мэтт, сверившись с телефоном. – Чего стоим, заказали билет в Австралию командиру, – распорядилась Мэй. – И репелленты, пауки там пиздец. – Там все – пиздец, всё живое хочет тебя убить, – уточнил Брок. – Но я справлюсь. Было внезапно смущающе оказаться перед всеми этими внимательными взглядами. Его бойцы знали его лучше, чем кто бы то ни было. – Привезешь его сюда? – прогудел в стакан Джон. – И сестренку. Или брата, – поддакнула Мэй. Вот же сумасшедшая… Брок вздохнул. Обвел всех взглядом, собираясь отчихвостить за нарушение субординации при попойке… Его прервал Васкез. – Билет взял, вылет через полтора часа. – Блядь! – какая там речь, Брок едва вспомнил, где его паспорт. Бросил ключи Мэй и вызвал такси, набросав в сумку все, что было под рукой. Через полтора дня, уже в Мельбурне, он с тоской вспомнил, что забыл зубную щетку. И триммер. И еще кучу всего. Но с этим можно было справиться, пока телефон пиликал ободряющими сообщениями от всего отряда. И примерными координатами Роллинза. Брок не мог поверить, когда на четвертую ночь ему наконец, повезло. Огонь в потемках он увидел издалека. Джек что-то жарил на костре рядом со своим трейлером, который Брок все еще готов был нелицеприятно обозвать. Не для него был такой транспорт, но вот для Джека… Роллинзу, кажется, было комфортно здесь, в пустыне. Рядом с костром и винтовкой, жаря зефирки, пока котелок для чая постепенно начинал побулькивать. Брок остановил джип неподалеку, вышел, привычно подняв руки, мол, неопасен, без оружия. Он не мог оторвать взгляд от Джека, точно такого, как он помнил, разве что заросшего неопрятной рыжеватой щетиной. – Турист? – Джек кивнул, мол присаживайся. Здесь, в пустыне, в одиночестве и тишине, было не до поклонов. – Да, – Брок метнулся к машине, вытащил пакет с едой и притащил к костру. Он не собирался упускать Роллинза, даже если придется сломать свою тачку к утру. Хотя, впрочем, если все, что он помнил, было правдой, ему не придется идти на такие меры. Джек хмыкнул, поворошив пакет, протянул Броку ветку с зефиром. – Чай будешь? – Я все буду, – Брок улыбнулся. Впервые за год – искренне. Он нашел своего Джека, упоротого австралийца, потребителя овсяного молока, убийцу динго. Оставалось только найти способ перетащить его домой и уж там ему, Брок был уверен, понравится. Даже чашка есть. Ну а пока... Он аккуратно скусил горячую зефирку с ветки и жадно облизал взглядом Джека. Точно такой, как Брок помнил. И у них еще впереди две недели отпуска. Что же, Брок точно знал, как их проведет.