Meine Lehrerin

И мы правда вместе. Проходит сентябрь, полный коротких пересмешек на переменках, осторожных поцелуев в ее запертом кабинете и долгих теплых совместных вечеров в ее квартире. Иногда я остаюсь у нее на ночь, говоря маме, что иду к Диме, а она с улыбкой отпускает меня, витая в надеждах, что я выйду за него замуж и нарожаю сто пятьдесят детишек. Плевать, ведь этими ночами Оля сводит меня с ума до такой степени, что возвращаясь утром домой, я и не вспоминаю своей обиды на маму и довольно улыбаюсь, когда она спрашивает, как дела у Димы. Она не ведет у меня уроков, но иногда мы все-таки занимаемся немецким вместе. Оля помогает мне готовиться к ЕГЭ, несмотря на то что экзамен так далеко, она непреклонна и несколько часов в неделю она заставляет меня учиться, объясняя все сложные и когда-то непонятые темы. Зато после наших уроков она всегда награждает меня – уже не пятерками, а чем-то поинтереснее. Это хорошо поддерживает интерес в обучении, но иногда на школьных уроках я неожиданно заливаюсь краской, вспоминая сначала объясненную ей тему, а потом ее язык, скользящий по моей коже. Мне все еще пишет Дима, а я иногда отвечаю ему, совершенно из корыстных целей, чтобы в случае чего я могла привести его к маме, как своего парня. Олю это немного обижает, но она хорошо понимает ситуацию, будучи точно так же запертой в обстоятельствах. Никто из ее окружения не знает о том, что мы вместе, а когда я признаюсь, что рассказала все Жене, она напряжена еще несколько дней. Женя же совершенно не удивляется тому, что мы, наконец-то, вместе, утверждая, что отношение Оли ко мне было видно еще задолго до того, как я доверила ей свои чувства к учительнице. Проходит октябрь, уже темные вечера, когда мы осторожно держимся за руки, прогуливаясь. Ее теплые улыбки посреди холодной и ветреной улицы, сладкие поцелуи после утреннего кофе, когда я в очередной раз остаюсь у нее на ночь и впервые готовлю для нее завтрак. Волосы на ее белой подушке. Немецкий, который она все так же объясняет мне по вечерам. Я так часто прерываю ее объяснения поцелуями, что одну тему мы разбираем по несколько дней, но дополнительное время с ней – это только плюс. Она включает мне свои любимые песни и иногда мы танцуем, хоть я и смущаюсь, но Оля помогает мне расслабиться, обнимая мягко и бережно. Да, она так бережна со мной. Мама даже не спрашивает, где я останусь, когда я снова звоню ей вечером, чтобы сказать, что сегодня не вернусь домой. Дима, Дима, Дима – она постоянно говорит со мной о нем, выспрашивая его увлечения и информацию о его семье. Дима же почти перестает мне писать, видимо, понимая, что шансов у него нет. Я мало о нем знаю, поэтому почти все, что я рассказываю, - выдумка. Да, он очень любит футбол, его мама работает в страховании, а младший брат вчера притащил очередного котенка. Я уже даже перестаю запоминать, что именно я отвечаю маме. А она продолжает передавать ему приглашения в гости и счастливо смотрит на меня, когда я приношу домой милый букет, подаренный Олей. Да! Она даже дарит мне цветы. Все совсем по-настоящему. Ноябрь в этом году совсем холодный, выпадает первый снег. Мы с Олей часто гуляем по вечерам, наслаждаясь хрустом снега, и держимся за руки в мягких варежках. Однажды я тоже пытаюсь подарить ей цветы и выслушиваю длинющую тираду на тему проявления чувств на улице. Да. Мы ведь гуляем именно по вечерам не просто так. Но Оля заставляет меня забыть о моей обиде той же ночью, когда шепчет мне безумно нежные вещи, одновременно доводя до экстаза. Мое сердце так трепещет рядом с ней. Эта осень становится самой счастливой в моей жизни, половину времени я провожу в полнейшей эйфории, проводя дни с ней или ожидая встречи. И я даже не забываю про учебу, все благодаря Оле, которая постоянно напоминает мне учиться и помогает во всем, в чем может. Тем не менее у меня практически нет времени ни на что, кроме учебы и Оли. На уроках я общаюсь с Женей, и она немного обижается, что сейчас наше общение ограничивается только этими 45 минутами 6 или 7 раз в день, из которых большую часть времени все-таки приходится тратить на учебу. Она скучает, а я постоянно обещаю, что скоро буду проводить с ней побольше времени, но вечером я опять не сдерживаюсь и бегу к Оле, окрыленная любовью. Мама позволяет мне забыться в этой любви. Она хоть и не знает настоящего положения дел, все равно понимает, как важны для меня эти отношения. Она только просит не забывать об учебе, и видя хорошие оценки, успокаивается, представляя наше с Димой совместное будущее и видя насколько я счастлива. Становится даже жаль ей врать. И именно в ноябре Оля, наконец, официально разводится с мужем. Это единственный раз, когда я снова слышу его имя. Иногда я как будто в тумане, ведь моя жизнь просто удивительно прекрасна. Мы проводим вместе три самых счастливых месяца в моей жизни. Но эйфория не может длиться вечно. Декабрь резко выводит меня из этого чувства, будто окуная головой в холодный снег. Надвигается конец полугодия, полный контрольных и экзаменов. Как бы я не старалась не отставать от учебы осенью, мне все равно приходится тяжело. Оля и мама обе постоянно говорят о моих оценках, накручивая и тревожа меня. Теперь я больше времени провожу дома за учебниками, чем в объятиях Оли, и это дается непросто. Мы видимся все реже, и я с нетерпением жду нового года и зимних каникул, когда мы, наконец, сможем побыть вдвоем. С трудом, я заканчиваю это полугодие без троек и всего с двумя четверками. Я безумно устаю, пытаясь сдать все что можно вовремя, а когда все, наконец, заканчивается, я абсолютно обессилена. Уже 30 декабря, оценки выставлены, и все, чего я хочу – это заснуть и проспать до самого мая. Но после новогоднего концерта в школе, который я еле выдерживаю, Оля забирает меня к себе. Весь вечер она угощает меня чаем и какими-то сладостями, держит за ладони и всячески помогает расслабиться. Я много раз слышу от нее слова о том, какая же я молодец, а ее мягкие поцелуи по всему моему лицу и теплый домашний свитер, который так ей идет, заставляют меня, наконец, почувствовать такое спокойствие и уют, какое я никогда еще не ощущала. Она гладит меня по спине, пока я не усну, а потом обнимает всю ночь. Оля делает каждый наш совместный вечер незабываемым. И этот месяц, который приносил мне столько сомнений и усталости, она тоже делает счастливым. Новый год мы проводим в компании ее подруг, знакомых мне еще с дня рождения: Маши и ее мужа, Кристины и еще одной по имени Даша, которую я раньше не видела и которая тоже пришла со своим женихом. Оля заранее запрещает мне много пить и показывать, что мы вместе, но в итоге сама напивается в стельку и, когда мужчины уходят курить, все выдает своим ошарашенным подругам. Диалог получается забавным и очень неловким с моей стороны. -Да знаете, - говорит она, когда Маша снова спрашивает, почему Оля разошлась с Женей, - дело не только в нем. Я так влюбилась, вы не представляете. Маша неуверенно смотрит на меня, как будто сомневаясь, что мне стоит знать подробности личной жизни своей учительницы. Но Оля перехватывает взгляд. -А как ты догадалась? – спрашивает она, удивленно, переводя взгляд то на Машу, то обратно на меня. Я начинаю нервничать, понимая, что Оля сейчас случайно все расскажет. -Что? – хмурится Маша, а Кристина как-то странно поднимает брови. Ситуация принимает опасный поворот. -Оль.. Ольга Михайловна, вы о чем? – осторожно вмешиваюсь я, пытаясь спасти положение. -Солнышко, - Оля переводит свой взгляд на меня, а потом быстро наклоняется ко мне и целует прямо на глазах у своих подруг. – Не называй меня так больше. За столом стоит полная тишина. Я отодвигаюсь от Оли, пытаясь сделать вид, что все нормально. Оля вдруг начинает смеяться. Ее подруги выглядят шокированными. -В общем, в нее. Ну вы ее видели, блин? – говорит Оля сквозь смех. Она смотрит на меня пьяным и таким влюбленным взглядом, что я не могу отвести глаз. -Тебе сколько лет, Юль, еще раз? – напряженно спрашивает Даша, пока Оля продолжает хихикать. -Ну, мне будет 18 весной, - я отвечаю тихонько, в надежде, что они зацепятся за цифру 18, а не за «будет». -В принципе, не так уж плохо, - наконец, говорит Кристина. А потом мягко хлопает Олю по плечу. – Ну ты даешь, училка. Она же девчонка. Оля счастливо улыбается, а потом просит больше никому не говорить, ведь это может стоить ей карьеры. Кристина заверяет, что они будут молчать. А Маша с серьезным выражением лица просит меня выйти с ней в коридор, и несмотря на всю неловкость и удивление Оли, я ей подчиняюсь. Как раз возвращаются мужчины, поэтому Маша ведет меня сразу на балкон, где зажигает сигарету, предложив и мне. Я отказываюсь, все-таки чувствуя разницу между нами в 15 лет. Ту разницу, которую я редко ощущаю с Олей. Маша молчит какое-то время, а потом спрашивает: -Ты уверена в этом? Вопрос ставит меня в ступор. -В чем? -Что ты хочешь с ней быть. Я очень люблю Олю, ты не подумай. И я вас не осуждаю, если все по-настоящему и обоюдно. Но между вами огромная разница в возрасте, она взрослая, а ты еще практически ребенок. Поэтому я спрашиваю тебя, осознаешь ли ты ситуацию и нет ли в этих отношениях манипуляции. Ты уверена? -Я ее люблю, - отвечаю я, ощущая злость. – Она никогда бы не стала мной манипулировать. Это я первая в нее влюбилась и сделала кучу первых шагов. Тогда уж спросите меня, не манипулирую ли я ей. -Не злись, - отвечает мне Маша, выбрасывая сигарету. – Просто я еще не видела здоровых отношений с такой разницей. Но если ты уверена, то все хорошо. Я рада за вас. Мы возвращаемся, и Маша что-то шепчет на ухо Оле, та улыбается, и они коротко обнимаются. Оля берет меня за руку под столом и остаток вечера здесь нет счастливее человека. Только если я. Но так всегда рядом с ней.