Это пистолет, или...

Был чудесный поздний вечер, большинство людей уже отдыхало дома или в барах, но детектив полиции Портленда Ник Бёркхардт сидел за своим столом в отделе и размышлял над застопорившимся расследованием семи убийств, произошедших за последние пять дней, когда на весь департамент разнесся голос капитана: — Бёркхардт! Ник сразу же обернулся и встал, глядя на Шона Ренарда, что-то высматривающего в офисе. — Где Гриффин? - уже более спокойно спросил он. — А...Он...на обеде, мне ему позвонить? - попытался Ник прикрыть напарника, которого буквально пару минут назад отправил в лавку к Розали и Монро с некоторыми материалами, надеясь узнать у них, что же за существо могло быть виновно в их деле. — Нет, не нужно, - покачав головой из стороны в сторону, сказал Ренард, - зайди ко мне в кабинет. Сейчас. Капитан скрылся за дверью, а Ник, что ему еще было делать, направился за ним. Даже не ожидая ответа на стук, он вошел и с порога спросил: — Какие-то новости? — Да, с завтрашнего дня вы с Хэнком отстранены от дела, оно переходит к федералам. Сказав это, Ренард сурово посмотрел прямо в глаза Нику, как бы намекая, что возражения не принимаются. Но Бёркхардт не был бы Бёркхардтом, если бы не поспорил с начальством. Рывком захлопнув дверь, он в два шага подлетел к столу шефа и, нависнув над ним, начал протестовать. — Вы не можете нас отстранить! Мы почти у цели! Монро… — Нет, могу, Ник, у нас много трупов и мало улик, даже если Монро скажет какая тварь здесь причастна, ФБР уже наложило лапы и ждет от нас все имеющееся по делу отчеты. Холодный безразличный тон, которым капитан сказал это, заставил Ника, впервые за долгое время, захотеть врезать по этому красивому точеному лицу. А так как Хэнка, который его сдерживал бы нет, а сам он был крайне раздражен, гримм решил, что почему бы и нет. — Вы хоть понимаете, что это может привести к еще большему количеству трупов!? - взяв принца за грудки практически зарычал ему в лицо Ник. Естественно, реакция на это была достойная. Ренард, захватив запястья Бёркхардта, дернул его в сторону, и у торца стола завернул его руки за спину, блокируя возможные следующие попытки рукоприкладства. В таком интересном положении Шон и продолжил разговор. — Я это прекрасно понимаю, поэтому дело берут не просто агенты, а существа. И ты тоже все понял, я надеюсь, если вы с Хэнком полезете в не ваше расследование… Договорить ему Ник не дал, решив что врезать можно и без рук. Затылком до лица он не особо дотягивался в таком положении, но вот пяткой в колено…Правда этот удар тоже провалился. В прямом смысле. Заметив движение ноги гримма, капитан отставил свою, но вот физику отставить не получилось, и теперь Шон лежал на все еще вырывающемся Нике. Ему это, естественно, не понравилось и кое-как высвободив руки и приподнявшись, он понял что зря. Так он почувствовал, что в его филейную часть утыкается что-то, что явно не пистолет и не телефон. Капитан тяжело дышал над его ухом, а вот Ник, кажется, вообще дышать перестал. Время будто замерло, пока Бёркхардт пытался осознать что же происходит, но восстановило свой ход, стоило Ренарду сказать: — Ник, мать твою, Бёркхардт, - выделяя каждое слово. И Ник, мать его, Бёркхардт понял, что надо что-то делать. По-хорошему, надо слинять и забыть все, как страшный сон, но из-под тяжелой тушки капитана хрен убежишь. Да и забыть вряд ли получится, разве что сбегать к людям в черном и попросить стиратель памяти. Следующей мыслью была "Лучшая защита - это нападение". Ника она не особо вдохновила, но, почему-то, мозг за нее зацепился и других идей генерировать не хотел. С трудом представляя к чему это может привести, он медленно перевернулся на спину, и теперь смотрел прямо в глаза капитану. Такой капитан ему...нравился. Зрачки расширены, но взгляд такой же серьезный, грудь беспокойно вздымается, но все тело собрано. Почти все. В таком положении вставший член Ренарда ощущался явственнее. Как и свой собственный. Сердце колотилось как бешеное, дыхание сбилось, яйца поднапряглись. Было ли это реакцией на принца или на всю ситуацию в целом – не понятно. Идея сразу же показалась не самой удачной, но отступать было уже некуда. Все еще смотря в глаза своего капитана, Ник положил ладони ему на шею, погладив большими пальцами скулы, и, задыхаясь, прошептал то, чего никогда говорить не должен бы: — Это у вас пистолет в штанах, или вы просто рады такому повороту событий? Как и ожидалось, реакция Шона была неожиданной. А это значит, что Ник не был готов к тому, что Ренард одной рукой заведет его руки куда-то вверх, за голову, между ног поставит колено, а другой рукой, прихватив за поясницу, прижмет пахом к тому самому колену. Из груди вырвался слабый хриплый стон. Дышать стало еще труднее. — С огнем играешь, Бёркхардт, - холодно возбужденным голосом произнес капитан, рассматривая лицо подчиненного. Каким было бы продолжение, помешал узнать стук в дверь и голос Хэнка, спрашивающий разрешения войти. Ренард среагировал мгновенно. Как только он встал и поправил костюм, его лицо приобрело обыкновенное для себя выражение, а стояка как не бывало. Сказав Хэнку войти, он рассерженно произнес: — Еще одна такая выходка, детектив, и я отправлю вас в неоплачиваемый отпуск до тех пор, пока вся ваша дерзость не выветрится. "Отчитав" лежащего на полу Ника, капитан повернулся к охреневшему от такой встречи Гриффину. — Что там у тебя? — Да там...Что здесь произошло? — Произошло, что вы с Бёркхадтом сняты с дела и оно передано федералам. С чем твой напарник, в очередной раз, не согласен, - Ренард снова перевел взгляд на уже поднявшегося Ника. — Надеюсь, вы все поняли, иначе угроза неоплачиваемого отпуска распространится на обоих. Свободны. После этих слов капитан Ренард сел за свой стол, дописывать отчет, а детективы Гриффин и Бёркхардт дошли до своего рабочего места, чтобы сесть и молча посмотреть друг на друга. — Я надеюсь то, что я увидел, имеет не то объяснение, о котором я подумал? - разорвал тишину Хэнк. — Зависит от того, о чем ты подумал, - усмехнувшись, ответил Ник. — Ну, так расскажи, почему ты весь красный лежал на полу перед капитаном, а он читал тебе нотации. — Потому что я вспылил, и он не очень этому обрадовался? — Только не говори, что опять драться полез, - с надеждой спросил Хэнк. — Ладно, не скажу, - разведя руки ответил Ник и добавил: - надеюсь ты тоже не скажешь. — Чёрт возьми, Ник! — Давай-ка, лучше, поедем в трейлер, и ты поведаешь, что же сказали Монро и Розали, - завершил разговор, а вместе с ним и смену, зеленоглазый гримм. Уже в машине, по пути к трейлеру, Хэнк посвятил Ника в то, что его друзья не считают эти убийства делом рук каких-либо существ. — Как это может быть не существо, если жертвы разорваны огромными когтями, а следов животных поблизости никаких? Да и улики животные не заметают! — Понятия не имею, дружище, но Розали сказала, что даже то немногое, что у нас есть, не подходит ни к одному виду существ. Потрошители перегрызают горло зубами, ни у одного нашего трупа этого нет; львиногривы вообще разрывают тела в ничто, в общем, я бы доверился Розали, она знает о чем говорит. — То есть, у нас слишком мало улик даже для того, чтобы было над чем думать, - раздосадованно сказал гримм. — Выходит так, поэтому предлагаю поехать по домам, выспаться и с завтрашнего утра начать думать хоть что. Нет, я, конечно, всегда не против посидеть с тобой за книжками, если хочешь…. — Нет, нет, ты прав, давай по домам. Как говорится, утро вечера мудренее. Дом встретил детектива одиноким спокойствием, Джульетта была на ночном дежурстве в ветклинике, поэтому обсудить это дело с ней ещё раз не получится. Опять же, до утра. Не теряя много времени, Ник перекусил первым, что попалось под руку в холодильнике, и пошел спать, все с теми же тяжелыми мыслями о последних убийствах. Сон не шел долго, но около трех ночи наконец спокойно спящему детективу пришлось внезапно вскочить из-за кошмара. Хотя, вряд ли кошмары бывают такими влажными...Стоит ли говорить, что снилось продолжение сегодняшнего инцидента в кабинете капитана. Да такое продолжение! Неугомонный гримм проснулся как раз на моменте, когда обильно кончал в глотку своего шефа. Сна снова ни в одном глазу, а вот стояк вместе со сном уходить не хотел. Пришлось выгонять силой трения, стоя под прохладными струями воды в душе. Хотелось ли Нику когда-нибудь подрочить на Шона Ренарда? Да, конечно. Думал ли он, что когда-либо сделает это? Нет, ни за что. Нику очень нравился шеф, но он слишком его уважал, да и в глаза потом смотреть не смог бы. То есть, уже не сможет. Сняв напряжение, гримм попытался снова вернуться ко сну, но в голове то метались улики по отданному федералам делу, то снова всплывало изображение страстно отсасывающего ему капитана. Промучавшись еще около полутора часов, Бёркхардт решил, что раз уж поспать ему не суждено, есть вариант хотя бы привести себя в порядок утренней пробежкой. Утро было необычайно долгим и, по прибытии в участок, Ник обнаружил, что приехал довольно рано. Времени было предостаточно, и, пока не пришел его напарник, он решил дописать отчеты, которые остались с вечера. Погрузившись в свои мысли, Бёркхардт не заметил подошедшего к нему сержанта Ву. — Эй, Ник, - привлекая внимание, сказал он, склонившись над его столом, - у нас новая жертва по тому делу. Знаю, вы с Хэнком отстранены, но я просто решил, что вам нужно знать. Вот адрес. На большом листе бумаги действительно был написан какой-то адрес, и его хотелось проверить как можно скорее. Словно по воле судьбы, сразу после Ву, к столу подошел Гриффин, и, не давая ему присесть, Бёркхардт позвал его к выходу. — Только не говори, что мы идем в обход капитана, - страдальчески проговорил Хэнк. И, после многозначительной улыбки напарника, понял, что Ренард ещё скажет свое слово. И не одно. Долго задерживаться на месте преступления было нельзя, поэтому быстро, но максимально внимательно осмотрев все, что было можно, напарники отправились назад, по пути обсуждая найденное. Вернее, не найденное. — Я ничего не понимаю, преступник не существо, ни один из родственников жертв не существо, значит, наиболее вероятно, ни одна из жертв не являлась существом. - встревоженно перечислял Бёркхардт, сидя за рулем. - Ничего общего у жертв нет, разная внешность, возраст… — Даже национальность, места работы, учебы и проведения досуга разные, мы никак не можем их связать, - дополнил напарника Хэнк. — Нет, что-то должно быть, может, мы что-то упускаем? — Поверь, если бы мы чего-то не упускали, мы бы уже поймали ублюдка, но мы сидим в машине и прогоняем все по хрен уже знает какому кругу. Тебе надо перестать думать об этом и отвлечься, может тогда в голову что-то путное придет. Давай, - сказал Хэнк и вышел из машины. Никак не в силах выбросить из головы все, что в ней скопилось, Ник отстал и, когда вошел в помещение, увидел Хэнка, входящего в кабинет капитана. Решив, что лучше не попадаться тому на глаза, Ник отправился к кофемашине дожидаться доклада напарника, отправив ему смс с предупреждением. Вышел он довольно быстро, и, как оказалось, вызывал не на ковер, а с отчетами. Тут то детектив вспомнил и про свои отчеты, которые тоже необходимо было сдать. Заходить к Ренарду один он несколько опасался, но делать нечего, собрав бумаги в папку, яйца в кулак и мысленно перекрестившись, он постучал в дверь кабинета. — Войдите, - прозвучало за дверью и, ещё раз помолившись за удачу, он вошел. — Последние отчеты для ФБР, - сухо произнес Ник, протягивая папку. — Спасибо, - ответил капитан, забирая бумаги и принимаясь сразу за их чтение. Решив, что больше ничего не нужно, детектив развернулся и уже хотел было идти, но его остановил снова раздавшийся, прямо из-за отчетов, голос капитана. — Не хочешь объяснить, куда вы с детективом Гриффином смотались с утра пораньше, не слышал о новых вызовах. — М...Завтракать, в паре кварталов продают самые лучшие пончики, хотите проверить? — Не припомню, чтобы у дома последней жертвы продавали пончики. Ник, ты же знаешь, что мы не можем вмешиваться в расследование, которое вышло из нашего ведомства. — Я и не вмешиваюсь! - останавливая взывание к совести от Шона Ренарда, сказал Ник. — Ты просто ведешь собственное, да? - усмехнувшись, спросил он, наконец выпустив из рук отчеты и посмотрев на подчиненного, - Не бережешь себя - побереги Хэнка, уверен, он под трибунал не хочет. Можешь идти. То, как капитан поставил вопрос на этот раз, заставило задуматься. Он прав, Хэнку лучше держаться подальше от его идей, и правда может попасть под раздачу. Одному будет сложнее, Монро, как в старые-добрые, не попросишь, у него семья. Не капитана же, в самом деле, звать. Из раздумий его вывел звонкий голос Ву. — Парни, не грустите, для вас тоже есть работа, две жертвы, найдены в лесу, от них мало что осталось, говорят, медведь. — Медведь? - хором переспросили детективы, - У нас? — Не мои проблемы, ребят, мое дело рассказать, а ваше найти преступника, - махнув рукой на прощание, Ву скрылся, а двое напарников, переглянувшись, встали из-за столов и направились к выходу. Безусловно, бывают простые дела, но не настолько. Получено утром - раскрыто к концу дня. Придя с отчетом к шефу, детективы рассказали полную версию произошедшего, которую в отчет в чистом виде не пустишь. —Туповатый парень-львиногрив узнал, что его девушка ему изменяет, убил и ее, и девушку, с которой она изменяла. Об уликах он не особо заботился, просто вывез оба тела в ближайший лес, немного смыл кровь и все. Даже не отрицал свою вину, когда приехали его арестовывать. Всегда бы таких преступников. — Но ведь дело не только в том, что он львиногрив, Ник, я же видел, ты что-то понял, - выпытывал у напарника информацию Хэнк. — Да, - Ник немного помолчал, а потом, тяжело вздохнув, продолжил, - Здесь больше виновато его прошлое, парня все детство перекидывали из одной приемной семьи в другую, его никто никогда не любил, а когда его предала та, которой он, наконец, доверился, он не смог сдержаться, и вот, что вышло, - завершив рассказ грустной улыбкой, он посмотрел на капитана, как бы спрашивая разрешения идти. Ренард молча кивнул, отпуская напарников на заслуженный отдых. — Страшная вещь – прошлое, - все еще думая о том молодом парнишке, произнес Хэнк. — Да, ты… - не закончив фразу, Ник застыл, будто внезапно понял что-то важное, а затем продолжил уже по-другому, - Хэнк, ты абсолютно прав, прошлое! Мы же совсем зациклились на настоящем, те жертвы могут быть не связаны сейчас, но возможно были связаны когда-то! — Думаешь, есть шанс перепроверить? — Если хорошо попросить.., - выразительно посмотрев на друга сказал Ник. Через несколько секунд двое детективов ворвались в кабинет капитана, встали с двух сторон от его стола и, уставившись на него словно коты из "Шрека", синхронно сказали: — Капитан, пожалуйста, у вас же осталась информация по жертвам серийника? — Вы опять за свое? - вздохнув, уточнил капитан. — Да, но наше дело натолкнуло нас на одну мысль, - взяв инициативу в свои руки, заговорил Бёркхардт, - что, если мы не могли связать жертв между собой только потому, что не обратили внимание на их прошлое? Что, если там есть что-то, что мы упустили? — Что может быть связано либо с определенным человеком, либо с определенным местом, либо и с тем, и с тем, - закончил за него капитан. — Именно! - снова хором отозвались детективы. — Я поговорю с агентами, у которых это дело, но вам я ничего не дам, поняли? — Но!.. - попытался возразить Ник, но одного взгляда Ренарда вдруг оказалось достаточно. Он резко выдохнул и сказал, - Хотя бы скажите, были ли мы правы. Коротко кивнув, капитан полиции Портленда выпроводил детективов, взял свой телефон и начал долгий разговор. Неожиданно следующий день оказался выходным. Как и послеследующий. Уикенд подкрался незаметно и не вовремя. Хотелось поскорее узнать, удалось ли ФБР-овцам откопать что-нибудь, но звонить шефу из-за этого было слишком неловко, а до понедельника ждать было невыносимо. Даже наличие Джульетты под боком не успокаивало, хоть она и всячески пыталась подбадривать парня. Выходные выдались тяжелыми. В те моменты, когда Ник не думал о деле, в мозгу снова всплывал Ренард. То, как он схватил и заломил руки Ника, как прижал к полу и его взгляд в этот момент, затем сон… Бёркхардт впервые дрочил, когда Джульетта была рядом. Стоя под холодными струями воды и закрыв глаза, за которыми он видел Шона Ренарда из сна, он медленно водил рукой по члену, представляя, каково было бы трахнуть непробиваемого шефа в рот. Ускоряя движения по мере распаления мыслей, Ник сделал финальный рывок и кончил в кулак, стараясь не стонать громко. Воскресенье выдалось вдвойне более мрачным, чем суббота. Ко всему прочему проснулось чувство вины перед Джульеттой. Такого напряжения между ними не было даже когда она только вышла из комы и не помнила, что они вообще живут вместе. А ещё за воскресенье Ник успел порадоваться, что у них довольно большой дом и в нем есть куча мест, в которых можно избежать разговоров. Ещё приподнял настроение внезапный вечерний вызов Джульетты в клинику. Спать удалось лечь без лишних разговоров. Когда Ник проснулся утром, девушка ещё спала, видимо, вернулась поздно. Стараясь не разбудить её, Бёркхардт собрался и поехал в участок. Который встретил его обычным утренним копошением всех везде. Только дойдя до своего рабочего места, его окликнул капитан и вызвал к себе. — У меня для тебя две вещи, Бёркхардт, - с порога произнес от чего-то улыбающийся принц, - первая - ФБР включит вас с детективом Гриффином в число раскрывших серийные убийства и вам за это полагается дополнительная премия. — Что? Так что-то нашлось именно в прошлом? - удивленно спросил детектив, - Можно по-подробнее? — Конечно, присядь, - ответил Ренард и, дождавшись, пока Ник усядется, продолжил, - Тщательно изучив личные дела каждой жертвы, ФБР выяснили, что все убитые в студенческие годы участвовали в престижном научном форуме, который проходит раз в десять лет, куда допускается по одному лучшему студенту-технарю от заведения. Было это восемь лет назад, участие принимали двенадцать человек, девять из них мертвы… — Уже девять? — Да, в пятницу днём, так вот, оставшиеся трое рассказали занятную скандальную историю: в одном колледже лучших студентов было двое. Им устроили что-то вроде соревнования, и один из них подставил другого и прошел вместо него. Узнав об этом, он пришел к лаборатории и начал угрожать убить и обманщика, и всех кто прошел тоже, обвиняя их в жульничестве. Он натворил много шума, а потом исчез. До недавнего времени он не числился нигде, всё, что было оформлено на него - это ячейка на складе. Там мы обнаружили орудие убийства. Все эти годы он создавал новые материалы и механизмы, учился не оставлять улик. В итоге у нас второй Фредди Крюгер с более совершенными перчатками. — То есть, это был просто чокнутый человек? - не веря своим ушам, спросил детектив. — Именно. — А теперь ко второй вещи, - выдержав паузу, произнес капитан, - сегодня вечером мы вместе проверим, где же всё-таки лучшие пончики, и это не обсуждается. Хорошего дня, Бёркхардт. Охреневший от 'второй вещи' Ник встал и вышел на автомате, выхренев только тогда, когда сел на свой стул и смог выдохнуть из груди воздух. К приходу напарника гримм уже более-менее успокоился и смог обрадовать его премией уверенным, а не дрожащим как у подростка с гормональным всплеском, голосом. Как назло, день был без единого происшествия, даже отвлечься было не на что. Честно отсидев свою смену, Ник хотел сбежать от капитана с первым звонком, но он будто почувствовал и закрыл свой кабинет ровно за минуту до конца смены. Уже ничего не делавший к тому моменту Бёркхардт едва не дернулся под стол, как только услышал свою фамилию из уст капитана. В голове крутились только две мысли: "какого черта" и "за что". Никаких действий они не подсказывали, поэтому пришлось совершать предлагаемые извне и, захватив куртку, следовать за принцем. Тот вышагивал ряд с таким видом, будто не пончики есть ведет, а на место преступления. Звенящее молчание держалось между ними ровно до тех пор, пока они не сели в машину капитана и он не начал разговор. — Ты выглядишь так, будто тебя ведут к эшафоту, ты в порядке? - спросил он, непринужденно заводя двигатель. — Да...все в порядке, просто…- не зная, что сказать, гримм замолчал и отвернулся к окну, пытаясь отвлечься на пейзаж. — Можешь не считать это свиданием, если тебе так легче, просто дружеский ужин. — Ха, теперь легче точно не будет, - в который раз охренев с шефа, сдавленно произнес Ник. — Бёркхардт, подумать об этом стоило значительно раньше, - Ренард обернулся на пылающего румянцем брюнета и, приподняв бровь продолжил, - может, ты покажешь уже дорогу до своей любимой пекарни, пока я не поехал в свой любимый ресторан? Как оказалось, взаимными подколками и переругиванием с шефом общаться гораздо проще. Пару раз едва не попав в дтп из-за тупых шуток, они все же целые доехали до магазинчика с любимыми пончиками Ника, взяли огромную гору на двоих, на что Шон получил: "Капитан, вам нельзя терять форму, я избавлю вас от бремени поедания всех этих вкусностей". Снова сев в машину Ренарда, они приступили к поиску места для поедания всего этого, и, как ни странно, вместе решили, что лучше дома капитана ничего нет. Понятно, для чего принц предложил свою квартиру, а вот для чего согласился Ник, не понимал и он сам. Дома его ждала Джульетта, с которой стоило объясниться за свое поведение, но именно сейчас, почему-то, хотелось забыть об этом и расслабиться. По пути к дому, Ник молча и довольно уплетал пончики, периодически подкармливая ими капитана, когда тот просил. К моменту, когда за ними закрылась дверь квартиры Шона, остались две небольшие коробки пончиков и капля выдержки на двоих, и от всего этого они поспешили избавиться. Стоя друг напротив друга, они молча изучали взглядами, не решаясь прикоснуться руками. Первым шаг навстречу сделал Шон, оперевшись руками на стол по обе стороны от Ника и просунув одно колено между его ног, заставляя сдавленно выдохнуть воздух из легких. — Это у тебя пистолет в штанах? - усмехнувшись спросил Ренард. — Нет, я просто рад вас видеть, - ответил Ник, утягивая своего капитана в напористый горячий поцелуй. Наспех стаскивая одежду, они медленно пробирались в спальню, до последнего дыхания целуя друг друга , прерываясь только чтобы взять еще немного воздуха. По пути они свернули в ванную, спонтанно решив начать именно там. Полностью избавившись от одежды, Шон вжал любовника в холодный кафель, распаляя контрастом температуры стены и тела, прижавшегося к нему, а затем включил душ, сначала обдало до мурашек ледяной водой, но вскоре они страстно изучали тела друг друга, стоя под теплыми струями воды. Выдавив немного геля для душа на руки, Ренард провел ими по телу Ника от низа живота к плечам, при этом, как бы случайно, задевая соски. Ему хотелось Бёркхардта прямо здесь и сейчас, поэтому он максимально быстро вымыл его, одновременно терзая шею губами, а член поддразнивая легкими движениями пальцев. Закончив с водными процедурами, принц подхватил своего гримма на руки и, не вытираясь, понес его прямиком на кровать. Аккуратно расположившись на одеялах, Шон приступил к более активному исследованию тела под ним, одной рукой он завел руки Ника вверх за его голову, а другой принялся легко ласкать член, то буквально кончиками пальцев массируя головку, то широким движением опускаясь к основанию и касаясь яичек. В то же время он провел дорожку из поцелуев от шеи, до груди и принялся играть языком с сосками, когда стоны Бёркхардта стали достаточно громкими, а их возбуждение потребовало еще большего внимания, Ренард достал из прикроватной тумбы смазку и презерватив. Раскатав резинку по своему члену, он принялся за подготовку ануса Ника. Выдавив смазку на пальцы и обильно смазав отверстие любовника, он осторожно протолкнул один палец и, чтобы сгладить ощущения от проникновения, наклонился к его члену, медленно захватывая его в кольцо губ и начиная двигаться в такт пальцу внутри гримма. Вскоре тихое шипение сменилось звучными стонами, а к одному пальцу добавился второй. Когда Шон коснулся пальцами одной точки, от которой Ника вздернуло и из его горла вылетел громкий стон, он добавил третий палец, начал активно массировать именно простату и увеличил амплитуду движений на пенисе, то посасывая головку, то резко заглатывая по самое основание, все чаще втягивая щеки и массируя яички. Почувствовав близкий финал, Ренард оставил член Бёркхардта и заменил пальцы в его анусе на свой член, медленно вводя сначала головку, потом плавно дойдя до середины, отвлекая от боли нежными поцелуями, и резко войдя до основания, выбив хриплый стон. Дав Нику привыкнуть к ощущению наполненности, а себе к тесноте и жару его нутра, Шон начал двигаться. Сначала медленно, все еще ловя новые впечатления, но постепенно все больше и больше ускоряя темп, выдалбливая из гримма всё больше стонов. Ник, жаждущий ещё больше прикосновений, обнял своего капитана за шею, запустил пальцы в его короткие волосы и стонал теперь прямо в ухо Ренарда, уже принявшегося выцеловывать его шею и плечи. Предчувствуя скорую разрядку, они прижались друг к другу настолько сильно, что, казалось, они единый организм. Чувствуя твердый стояк у своего живота, Шон освободил одну руку, чтобы помочь своему гримму достичь финиша вместе с ним. Ник кончил первым, забрызгав их обоих белесой жидкостью, Шон следом за ним, уткнувшись носом в изгиб шеи и рыча от удовольствия. Обоих неимоверно клонило в сон, но они нашли в себе силы встать, точнее, принц нашел силы встать, взять гримма на руки и снова вымыть его, лениво блуждая губами по его губам, щекам и ушам, то целуя, то кусая с нежной улыбкой. В этот раз хорошенько вытеревшись, они легли в кровать, укутавшись в одеяло, прижавшись друг к другу. Ник уткнулся носом куда-то в плечо Шона, а тот крепко обнял Ника, защищая его сон. Первым проснулся, как ни странно, Ник. Почувствовав вокруг себя обилие тепла, он решил, что можно заснуть снова, но потом задумался о природе этого тепла, открыл глаза, увидел мужское плечо и сперва оцепенел от ужаса. Потом сжался от надежды на лучший исход, а в конце концов задолбался думать и просто расслабился в объятиях большого и надежного капитана и снова закрыл глаза. На эти действия он получил короткий смешок откуда-то сверху и задрал подбородок вверх, пытаясь недовольно посмотреть на весельчака, но поза и сильная рука, вернувшая голову в прежнее положение помешали, потому пришлось говорить словами. — Что смешного? - сонно произнес Бёркхардт, зевая и снова пряча лицо в плечо Шона. — Ничего, - как ни в чем не бывало ответил Ренард, поглаживая волосы на затылке гримма. — Правда? А если спросить по другому? - потираясь бедром о пах капитана, игриво спросил Ник. — А если по другому, - нависая над ним на локтях, сказал принц, - нам обоим сейчас на работу, и если я, на правах капитана, могу исчезнуть на один день, то ты, Бёркхардт, обязан присутствовать на рабочем месте. — Эх, и вам доброго утра, капитан, - вздохнув, отозвался детектив и, потерев руками глаза, с непонятной ему самому грустью посмотрел на Ренарда. — Думаю, ты вполне можешь звать меня Шоном, - слегка улыбнувшись, сказал принц и, погладив Ника по щеке ладонью, направился в душ. Всё ещё укутанный в одеяло Бёркхардт смотрел на это красивое, стройное и мощное тело и не понимал, что, чёрт возьми, происходит. Он только что переспал со своим шефом, а у него не то, что чувство вины не заиграло, ему хотелось бы повторить. Пытаясь понять, есть ли у него чувства к Шону, или это просто какая-то внезапная интрижка, он не заметил, как снова погрузился в сон. Проснулся он от того, что его нежно трепали по волосам. Открыв глаза, Ник увидел, уже одетого в один из своих обычных костюмов, шефа, сидящего на краю кровати. — Если не хочешь остаться здесь ждать меня до вечера, иди в душ и одевайся, завтрак на столе, - тоном, не соответствующим мягкой улыбке, блуждающей на губах, сказал Ренард, вставая с кровати и уходя куда-то вглубь квартиры. Ещё раз тяжко вздохнув, Бёркхардт вылез из-под одеяла и первое, на что он, смутившись, обратил внимание - было отсутствие на нем даже нижнего белья. Он прекрасно помнил, куда и почему оно было выброшено, но ему все равно пришлось закрыть руками мгновенно покрасневшее лицо. Войдя в ванную, Ник обнаружил свою одежду, лежащую аккуратной стопкой на полке. Осмотревшись вокруг, перед глазами не то, чтобы, пронеслись флешбэки...но именно так и было. Мыться, не вспоминая прошедшую ночь, оказалось практически невозможно. Даже после продолжительного стояния под холодной водой тело оставалось в легком возбуждении. Быстро одевшись, гримм вышел на кухню. Завтрак действительно был там и состоял из кружки кофе и вчерашних пончиков. Капитан сидел в кресле неподалеку и с интересом наблюдал за ним. Ел Ник в абсолютной тишине, не поднимая взгляда на так напрягающего его шефа. Заговорили они лишь после того, как кружка из-под кофе была вымыта, коробка от пончиков выброшена и причины для столь неловкого молчания кончились. — Тебя подвезти или… — Нет, будет лучше, если я возьму такси, - не давая закончить, отказался от предложения Бёркхардт. Не хватало, чтобы начались "заспинные" обсуждения причины, почему шеф вдруг привез его на работу в своей машине. — Тебя ведь беспокоит не то, что мы переспали, так? - задал Ренард вопрос, прозвучавший слишком утвердительно. — Да, - немного помолчав, ответил Ник, - надо придумать как объяснить моё отсутствие Джульетте... — Трейлер? - подкинул вариант Шон. — Не пойдет, - слегка поморщившись, отмел его гримм, - когда я засыпаю в трейлере, я успеваю заехать домой и объяснить утром. — Дело? — Мимо, обычно о делах знает Монро и, следовательно, Джульетта. — Хэнк? — Спросит у него. — У вас всегда всё так сложно? — В последнее время. Ну, пару лет. — Если выгонит - мои двери всегда открыты для тебя. — Спасибо. — Нам пора. — Да. Собравшись, они вышли из квартиры и, спустившись каждый, куда нужно – Ник в холл, а Шон в подземную парковку – отправились на работу. Сидя в такси, детектив тщетно пытался придумать хоть сколько-нибудь правдоподобное оправдание себе, но ничего толкового не вышло. Уже поднимаясь по лестнице ко входу в департамент, в кармане зазвонил телефон. О да. — Джульетта! - предвкушая полный пиздец, радостно произнес Ник. Но пиздец, как ни странно, не настал. Яростно выговорив в трубку все, что думает о парне и его выходках, девушка пообещала серьёзно поговорить дома и положила трубку. Что ж, теперь не будет проблемы с надумыванием возможных вариантов развития событий. Все и так понятно, готовиться надо к худшему. К сожалению, подготовится не получилось, внезапно на них с Хэнком, как и на весь отдел, навалилась такая гора работы, какой не было последние месяца три. А именно - квартальные отчеты. Мозги начали закипать еще после первой трети всей предстоящей писанины. В такие моменты начинаешь ловить зачатки раздвоения личности, с одной стороны хочется свалить на какой-нибудь вызов подальше от этой бумажной волокиты, а с другой – понимаешь, что это может обернуться дополнительным отчетом, и всякое желание делать хоть что-либо, кроме суицида, отпадает. Благо, преступники сегодня взяли выходной, и не было ни одного вызова. Даже ложного. Казалось бы – сказка, да вот как бы не так. Последние строки отчета Бёркхардт дописывал уже через два часа после конца смены. Осознавая, что сейчас ждёт его дома, хотелось снова скрыться в квартире капитана. Но даже если бы совесть позволила это сделать, Ренард всё ещё сидел в кабинете, дописывая свои бумаги и проверяя бумаги подчиненных. Задушив все внутренние противоречия, детектив поехал домой к девушке. Открыв дверь, он услышал...ничего. Гнетущая тишина заполнила пространство всех комнат разом. Даже холодильник, казалось, перестал гудеть. Пройдя в гостиную, Ник увидел Джульетту, сидящую на диване поджав ноги и обняв подушку, и смотрящую на него таким взглядом, что не передать словами. — В чем дело, Ник, я не видела тебя чуть ли не двое суток, о чём ты не счёл нужным предупредить, до тебя невозможно дозвониться, на смс ты не отвечаешь, и вместо того, чтобы хотя бы для извинений прийти вовремя, ты преспокойно заявляешься уже под ночь и даже "привет" не скажешь?! Что, и ответить нечего? Неудивительно! Сколько можно, я так устала постоянно волноваться за тебя, Ник, ты понимаешь это? Я так больше не могу. — Да скажи ты хоть что нибудь! - после непродолжительной паузы вскричала девушка, в сердцах бросив подушку в направлении недо-жениха. — Я… - начал было Ник, но понял, что сказать ему, действительно, нечего. — Джульетта, я… — Не надо, - покачав головой, сказала она, - Не хочу этих пустых отговорок. Уходи. Пожалуйста. Я не могу это больше терпеть. Я не хочу тебя видеть. Закрыв лицо руками и зарывшись пальцами в длинные рыжие волосы, девушка отвернулась, давая понять, что разговор окончен. Понимая, что смысла объясняться сейчас нет, Бёркхардт молча вышел за дверь и присел на крыльцо, не зная куда себя деть. Мешать Монро с Розали или Хэнку не хотелось, к тому же появится слишком много лишних вопросов. Снова врываться к капитану тоже было слишком неловко. Мысль провести ночь в машине улыбалась как-то больше. Сев за руль, Ник поехал по городу в поисках уединенного и красивого места для сна. Лесные массивы отметались сразу, у патрулей охраны природы появятся вопросы. Примерно прикинув куда могут поехать повеселиться парочки подростков, эти места тоже были вычеркнуты. В заброшенных зданиях могло быть слишком опасно. Особенно для него. Более менее пригодным вариантом казалась пристань, куда гримм и направился. Однако, как только пункт назначения был достигнут, начался дождь. И очень сильный. Спать в холодной машине было бы еще не комфортнее чем просто спать в машине. Пару раз побившись головой о подголовник сиденья, Бёркхардт достал телефон и набрал номер. — Алло, капитан, я вас не разбудил? — Даже если да, трубку ты всё равно не бросишь, так что выкладывай, что случилось, - абсолютно ровным голосом отозвались по ту сторону. — Ничего такого, просто надеюсь, что ваши двери всё ещё открыты для меня? — Конечно, приезжай, жду, квартиру ты знаешь. — Спасибо, - положив трубку, Ник снова завел машину и поехал к Шону. Уже поднимаясь в лифте, в голову закралась мысль о неправильности всего происходящего. Настроение было хуже некуда. Значительно приспустило его и то, что вблизи дома не оказалось парковочных мест и пришлось бежать чуть ли не с полуквартал, от чего одежда промокла до нитки. Мрачный, как небо над Портлендом, Ник постучал в дверь. Открывший ему принц, увидев унылого, промокшего и замерзшего гримма, немедленно отправил его в ванную, переодеваться и греться. Надев футболку, спортивные штаны и даже нижнее белье шефа, за неимением своей одежды, Ник вышел на кухню, где Шон протянул ему кружку горячего чая с лимоном. — Спасибо, - отпив немного сказал гримм. Внутри организма сразу разлилось приятное тепло, от которого потянуло в сон. — Расскажешь, что же произошло? - поинтересовался Ренард, внимательно наблюдая за брюнетом. — Да тут и рассказывать нечего, - вздохнув отозвался он, - задержался из-за отчета. Это ещё сильнее разозлило Джульетту и она, высказав всё, что обо мне думает, выставила меня. — Время без четверти два ночи, с работы ты ушел не недавно, - приподняв бровь сказал Ренард. — Да, пока не начался ливень, я думал переночевать в машине, - отчего-то смутившись ответил Ник, - не хотел беспокоить. — Насколько я помню, я сразу сказал, что ты можешь прийти ко мне, - потрепав Бёркхардта по волосам, Ренард встал и, уходя в спальню, сказал, - Спать будешь со мной. Едва не подавившись чаем, Ник посмотрел вслед шефу, но тот уже скрылся за дверью. Внезапно стало жарко. Надеясь, что это от начавшейся простуды, гримм помыл кружку и, с колотящимся сердцем, тихо прошел в комнату Шона. Зрелище, развернувшееся там, дало детективу понять, что жарко, все же, не от простуды. Спиной к нему стоял и медленно, как будто снимаясь в порнухе, раздевался Ренард, его мышцы плавно перекатывались и выглядели очень эстетично в приглушенном свете светильников. Хотелось смотреть на это вечно, но вот он обернулся, обратив внимание на застывшего в дверях Ника. — Проходи, не стесняйся, - сказал он, а потом заметил что-то, что заставило его лицо приобрести хищные черты. Бёркхардт понял, что заметил капитан, и почти не удивился, когда он с хитрой улыбкой произнес, - Это что, пистолет у тебя в штанах? — Капитан…. — Шон. — Шон, - сладко протянул Ник, также хитро улыбнувшись и подходя к кровати, - ты же знаешь, что я просто рад тебя видеть. В следующую секунду Бёркхардт был утянут в страстный поцелуй, и оказался лежащим под своим принцем который жадно ласкал его тело мягкими, уверенными движениями, постепенно раздевая его, проникнув рукой под резинку штанов, Шон обхватил ладонью окрепший член, и начал медленно, дразня, надрачивать его. Оставив губы гримма, Ренард прошел влажной дорожкой по его шее и груди, принимаясь за соски. Руки Ника блуждали по телу капитана, то оглаживая плечи и крепкую спину, то замирая, вцепившись пальцами в его короткие кудрявые волосы. Тяжело дыша, он толкался в руку, сжимающую его плоть, пытаясь достичь разрядки. Внезапно наслаждение прекратилось, правда только до того момента, как Шон стянул с Ника штаны и белье. От соприкосновения обнаженных тел, желание между ними стало почти осязаемым. В стремлении максимально сократить расстояние, отделяющее их друг от друга, Бёркхардт обвил ногами талию шефа, намеренно коснувшись своим членом члена капитана и, запустив пальцы в его волосы, притянул за новым поцелуем. Ренард же, не отрываясь от него, провел руками по его бокам, расцепил руки и завел их ему за голову, удерживая одной рукой. Другую он поместил между их тел, обхватывая оба сочащихся смазкой органа и медленно проводя от основания к головке и обратно. Вновь начав выцеловывать незримые узоры на шее и плечах грима, оставляя кое-где засосы, Шон постепенно ускорял движения руки, делал их более резкими. Кончили они вместе. Ник, издав громкий стон, изогнулся и, мелко подрагивая, прильнул всем телом к принцу, который прижался к своему гримму в ответ и, заключив в крепкие объятия, упал рядом с ним на кровать. Нужно было смыть с себя сперму, но разрывать объятия настолько не хотелось, что они так и уснули, прижавшись друг к другу. Утро Бёркхардт встретил сидя на руках Ренарда, который, держа его под ягодицы, нес его тело, как оказалось, в душ. — Доброе утро, - сонно, не открывая глаз, произнес он, неожиданно принимая эти действия, как должное. — Проснулся? Кивнув куда-то в шею шефу, Ник сильнее обхватил его руками и ногами, зажимая в объятиях, на которые Шон крепко обнял его в ответ. Простояв так посреди ванной несколько минут, мужчины наконец отлипли друг от друга и, обменявшись нежными улыбками, отправились смывать с себя остатки прошедшей ночи. Стоя под теплой водой Шон, бережно выцеловывая каждый сантиметр кожи Ника, довольно рассматривал засосы, оставленные им на его теле. Ник же, блаженно закрыв глаза, оглаживал разгоряченное тело принца, наслаждаясь его губами. Вышли из душа они не скоро. А когда это все же произошло, выяснилось, что торопиться им особо некуда, до работы оставалось около двух часов. Неспешно позавтракав под странно обычные разговоры и неприемлемо свободные шутки, любовники мирно сидели в объятиях, ловя эти спокойные мгновения в обществе друг друга. Было так хорошо и легко на душе, что не хотелось, чтобы всё это прекращалось. Стук сердца Шона под ухом действовал умиротворяюще, а его жесткие ладони надежно укрывали от этого чёртового мира. Но всё хорошее когда-либо кончается. — Нам пора, Ник, - вырвал его из мыслей голос капитана. Нехотя им пришлось разорвать объятия, и тут Бёркхардт вспомнил одну важную вещь. Его одежда. Вчера ему было совсем не до нее, но оказалось, что Ренард высушил ее и волноваться было не о чем. Уже перед выходом они вновь застыли друг перед другом в безмолвном ожидании чего-то. Первым затянувшуюся тишину прервал Шон. — Если хочешь, переезжай ко мне, как я понял, Джульетта тебе больше не рада, - сказал он абсолютно ровным голосом, как будто это не было чем-то серьёзным. Точно, Джульетта. Ник уже и забыл, почему сегодня ночевал у шефа. Ему очень нравилось это предложение, но уверенности в том, что он действительно имеет на это право, как-то, не было. В любом случае, нужно будет заехать домой. Либо за вещами, либо за прощением. Хотя Ник прекрасно понимал, что они слишком отдалились, внутренняя привязанность всё же не отпускала. Неловко улыбнувшись, он кивнул Шону и направился к выходу. И он, хоть и заметил странную реакцию гримма, не став ничего больше говорить, вышел вслед за ним. Ехать им снова предстояло по отдельности и, когда пришло время, хоть и временно, прощаться, принц, придержав гримма за руку и поцеловав в висок, прошептал на ухо "Не сомневайся", а затем вытолкнул его в холл, и отправился в подземную парковку. Сердце тут же сказало "до свидания, я остаюсь с Шоном" и Ник был с ним согласен. Легкий румянец, появившийся от такого неожиданно нежного поцелуя, спал только, когда детектив сел в свою машину и сосредоточился на дороге до отдела. Но в какой-то момент рядом появилась машина шефа и стало не до сосредоточения. Приехали они, хоть и в разных машинах, но вместе. Большая часть сотрудников была уже на месте, поэтому заметила это, но в основном, не придала значения. Но среди этого большинства были двое, что со скептическим интересом смотрели, как капитан Ренард и детектив Бёркхардт чуть не рука об руку идут по коридору. — Ставлю двадцатку, они ебутся, - будничным тоном сказал сержант Ву своему соседу. — Ты что, издеваешься? - ответил негодуя детектив Гриффин - Мелочишься! Ставлю сотню, что это так!