Приручить белый дождь

Не может быть, что Рокудо... Или может? Это так похоже на него - украсть чьё-то сердце, смеясь, сбежать в бесконечность, победить, нет, разгромить с треском нескольких сильных врагов Вонголы, вежливо отпить шампанского прямо на приёме у убитого только что, поклониться эффектно какой-нибудь красотке и сбежать вновь. - Комичная ситуация, не правда ли? Тебя послали убить меня, Скуало, а ты и не знал об этом. Как же это, наверное, неприятно - такой гнусный выбор... Ну так что же? - театрально вздыхая и нарочито независимо поправляя синюю бархатную перчатку и кольца, надетые сверху - кольцо ада с тремя шестёрками, кольцо с зелёным камнем и коробочку на поясе. - Сразимся? Маркурио, иди сюда. Из коробочки вылетает белоснежная сова. Скуала приподнимает брови, делает медленный шаг навстречу и... Быстро колет в сердце противника. Мукуро пошатывается и хватается судорожно за воротник рубашки, холёное лицо бледнеет. - Как ты догадался? - хрипит иллюзия, тая и оплывая. На Ску пялится неприятного вида мужчина с небритой щетиной, заплывшими глазами и тяжёлыми веками. Он говорит достаточно громко, чтобы перекрыть своим голосом все остальные звуки, но Скуала улавливает шевеление в углу и рубит пустоту. Пустота вскрикивает, течёт фиолетовым пламенем на пол. - Думал, уйдёшь, - неприязненно морщится Ску. - Араши! Она подпрыгивает, выставляя меч перед собой, тело делает несколько полных оборотов в воздухе, кончик меча разрывает одежду и кожу противника. Работа ювелирная, но руки марать совсем не хочется. Она называет этот удар вихрем. На шее мужчины обозначается голубоватая алмазная капелька, по которой тонкой гравировкой сбегают руны. Ладно, цепочку они и новую сделают. Скуала лезвием подцепляет кулон, подкидывая его себе в ладонь. Забавная вещица. А сколько крови из-за неё пролилось - хватило бы Ало до конца жизни. Ну что за люди, а ещё туда же - аристократия. - У Мукуро другое кольцо ада, и кольцо Вонголы тоже, - его последним желанием стала информация о Рокудо? Ладно, пожалуйста. - А сову зовут Мукуроу, а не Маркурио. Красный росчерк по шее - как подпись в конце документа, со всем согласен, за себя отвечаю, принимаю договор. "А ещё Мукуро знает мой секрет и никогда не назвал бы женщину, даже самую страшную, синьором". Дорога назад гораздо короче, и Скуала, запуская Ало в коробочку и предварительно выдав щедрую порцию пламени в награду союзнице, радуется простоте задания. Что же, остаётся доложиться боссу, и всё в порядке. Притормаживая перед особняком, Скуала удивляется тишине, царящей в округе. Тишина давит на уши. - Вррои, да вы что все, сдохли? - кричит Ску сердито. И если она только узнает, что какой-то гад опять подчистую доел обед и ничего ей не оставил - покрошит на оливье, или как там это называется, салатик. Скуала в готовке не разбирается. В холле тихо, в коридоре, где находятся комнаты рядовых - тоже. - ... можем согласиться только на сумму в два раза большую... - долетает до неё обрывок фразы. Занзас ведёт переговоры? Странно, у него никогда не получалось, да он и не брался. - Босс, какого хера у нас так тихо? Вы тут все копыта пооткидывали без меня? - пинком открывая дверь кабинета, орёт Ску. Босс сидит, вытянув ноги, в своём кресле и угрюмо хлебает виски. На реплику Скуалы он реагирует только взглядом, в котором читается, куда Скуала может пойти со своими заявлениями. Боссу плевать, но его гость поворачивается к Скуале лицом, не меняя идеальной осанки. Это красивый ухоженный мужчина лет двадцати семи. Он в светло-сером костюме, оттеняющем его глаза и идеального тона гладкую кожу, к которой хочется прикоснуться. На лебединой шее - шёлковый платок с брошью из сапфира. Редкого цвета платины светлые волосы лежат, уложенные в незамысловатую, но модную причёску, синие глаза смотрят внимательно, доброжелательно и дружелюбно, но в то же время - свысока. Он осматривает мечницу с ног до головы и приятно улыбается. Затем пружинисто и легко поднимается со своего места, подходит ближе и берёт Скуалу за руку. Её ноздри щекочет его одеколон - явно дорогой. Его пальцы невесомо пожимают руку мечницы, а она смотрит внимательно, во все глаза, пытаясь уловить угрозу или фальшь, раздумывая над тем, заорать в лицо наглецу коронное "вррооой", или всё же не стоит. - Мы не были представлены, - мягко говорит он, глядя синими глазами-океанами так, будто всю жизнь только и ждал случая взглянуть в глаза именно ей. - Меня зовут Леон Азурати. Мечница жалеет невольно - почти бессознательно - что не переоделась. Такое пристальное внимание льстит ей, но нотка недоверия по-прежнему висит в воздухе между ними. - Суперби Скуало, - грубо разрушает иллюзию сказки голос босса. - Скуало... Какое красивое имя, синьор. Позвольте мне называть Вас так, не откажите в любезности. Он нежно гладит пальцы мечницы, и до неё начинает доходить, что её чуть не раскрыли. Его жест позволяет судить о том, что он не привык себе ни в чём отказывать. А она уже готова была назвать своё настоящее имя. Она резко вырывает свою ладонь из его руки. Спасибо боссу, что не дал выйти из образа. И всё же где-то глубоко царапает разочарование. Жалко, что он не знает, кто она на самом деле. В его глазах могла бы утонуть и более искушённая в делах флирта красавица, а Скуала поддаётся его очарованию мгновенно. Кажется, мама говорила что-то об этом, когда Ску только-только начинала свой путь служения Занзасу. "Однажды ты захочешь стать женщиной ради того, кто поменяет твою жизнь кардинально, девочка моя". Где-то в другом мире звонит телефон, но синьор Леон вынужден поднять трубку в этом. Мобильный у него цвета водной глади в грозу - серебристый и благородный. Тоже, наверное, дорогой. А ещё у него едва заметно прозрачным лаком накрашены ногти. И губы - блеском. Осознание приходит быстро и Скуала закусывает губу. Ей доводилось не раз слышать о мужчинах, любящих других мужчин. Чёрт. Мама ошиблась. Под действием этого наваждения Ску хочется стать парнем, таким, который мог бы понравиться синьору Леону. Парнем быть проще, гораздо... - Да, скоро буду. Конечно, можете быть уверены. Да, поставка должна пройти успешно. Завтра к шести мне понадобится моя любимая машина, - он еле заметно улыбается Ску, - да. Мобильный скользит в карман дизайнерского пиджака. - Срочные дела вынуждают меня откланяться. Благодарю за вежливый приём, приятно было познакомиться, - брови Ску ползут вверх. Вежливый приём? Приятно познакомиться? Это с характером Занзаса? Кажется, у молодого человека отличное воспитание либо замедленная реакция на оскорбления в свой адрес. - У нас осталось достаточно нерешённых моментов, синьор Занзас. Ах да, синьор Занзас... Дон Тимотео обещал, что вы освободите временно от работы любого человека, которого я выберу для проведения переговоров, это указано в седьмом пункте договора Азурати с Вонголой. Документ в моей папке, на нём личная печать Девятого, - как бы невзначай добавляет Леон. - Скуало, - обворожительно улыбаясь девушке, продолжает он, - будьте готовы завтра к шести, я заеду за Вами. Надеюсь, три дня Вашего отсутствия не разорят Варию. В крайнем случае я готов возместить ущерб, причинённый вашей... организации. Сеньор Леон прикладывает руку к груди и склоняет голову, затем разворачивается и уже собирается уходить, когда его останавливает грубый окрик Занзаса: - А ну стоять. Никуда Акула не поедет, этому придурку ещё отчёт по проведённой операции писать. Он пока свою месячную зарплату не отработал, - проговаривает он и отхлёбывает виски из бокала. "Стаканы кончились" - мысленно вяло отмечает Скуала. Так, стоп. Это что же, она месяц просто так ломалась? Ей ещё кредит выплачивать за машину, мать её. И какого чёрта она опять едет на переговоры? Решив, что бокалом получить может и не так больно, как стаканом, Скуала пытается возразить: - Врои, босс, какого хрена? Я свой план за этот месяц перевыполнил, цацку этому лоху притащил, - Ску машет мечом в неопределённом направлении, - что ещё от меня надо? И какие к дьяволу переговоры, синьор... Как Вас там по батюшке... Ливон? - точно, флиртовать Скуала не умеет. Как-то не интересовалась. Бить морды каким-нибудь гопникам всегда было веселее, а вежливость можно приберечь для чего-нибудь особенного. Пусть она и пожалеет потом о том, что сказала сейчас, но сдерживаться и таить в себе обиду она не умела никогда. - Скуало, - умоляюще произносит аристократ, поводя плечом и склоняя голову набок, - Девятый Вонгола поручил эти переговоры Варии, уповая на то, что мы с вами сможем договориться... И каким местом думал Кьюдайме, отправляя этого прилизанного в Варию? Или это был намёк, что ему жить надоело, и пора бы его кончать? Скуала нервно вонзает меч в пол. - Эй, мусор, ковёр новый, сам будешь нытьё мелкого выслушивать, - лениво уточняет Занзас, даже не переживая по поводу того, что он перебивает высокого гостя. - Сеньор Тимотео позволил мне выбрать для переговоров любого, кто... - Придётся тебе по вкусу, мальчик-гей? - выдаёт Занзас. Ску холодеет. Нужно срочно остановить Занзаса. В таких ситуациях, как эта - босс пьян и решил отстрелить кому-то задницу, а задание требует внимания - в игру обычно вступала Ску. Надо было раньше догадаться. Если Девятый подписал писульку о том, что этот извращенец может выбрать себе кого-то для переговоров, значит, Вонголе это очень выгодно. Похоже, он решил испытать терпение Занзаса... или у подрастающего Десятого просто нет времени на этот контракт. - Мы договорились, - бросает Ску резко. Наорать на Девятого, конечно, нельзя, но можно же оторваться на любимом боссе? Сеньор Леон вежливо кивает и покидает комнату, стараясь как можно быстрее оставить этот дурдом за спиной и в прошлом. Скуала скалится. Это ничего, он ещё их на Рождество не видел. Хорошо отметили, надо признать. Правда, Франа пришлось госпитализировать, но это же мелочи жизни. - Лови, босс, - с этими словами Ску кидает ему медальон и, легко вытащив меч из ковра, неторопливо удаляется. О хлопнувшую за её спиной дверь разбивается последний бокал. Это вместо "молодец, Скуало, что бы я без тебя делал, иди отдохни, отчёт потом напишешь". А у нормальных людей наверняка так. Но они же Вария, они же ненормальные.