Bad girl will be punished

Навалившиеся отчеты лежат на столах всех сотрудников тяжелыми камнями. Душный воздух давит на легкие, заставляя вдыхать поглубже. Это был один из тех дней, когда Намджун хотел поскорее вернуться домой. Там нет этой духоты, гула постоянно разговаривающих людей и клацанья многочисленных клавиатур. Дома есть мягкая кровать, нетфликс и девушка, что делает ему лучший в мире травяной чай. Хорошо и спокойно. Намджун не замечает мелькающие витрины магазинов — он мчит домой к своей детке, нетерпеливо едет в лифте, а код на замке вводит в мгновение ока. Дома тихо и темно. Он оставляет свои ботинки на полке и надевает пушистые тапочки. Стон незнакомого прежде голоса разрывает эту тишину громким эхом.  В голове проносятся тысячи мыслей о том, кто бы это мог быть: от странного вора, решившего передернуть в экстремальной ситуации, до изменяющей ему девушке. С девушкой. Потому что стон явно принадлежал противоположному полу. Он крадется к спальне, из-под двери которой виднелся тусклый свет прикроватной лампы. Дверь не скрипит, поэтому Намджун остается незамеченным в своем наблюдении. Его малышка расположилась на кровати с плотно сжатыми бедрами, между которыми виднеется корпус вуманайзера. Она гладила свой живот тонкими пальцами. Девушка очень любила обхватывать ими член Намджуна пока облизывала головку, словно чупа-чупс. Надрачивать в неспешном темпе, когда Намджун завязывал галстук, собираясь на работу. Сейчас же ладони плавно скользили от коленок до груди, чуть пощипывая соски.  — Кажется, моя девочка заработала себе наказание сегодня, — тихо произнес Намджун, все еще стоя в дверях.  — Папочка! Девушка вскакивает на постели, захлопывая крышку ноутбука. Краска заливает её щеки, а голова опускается в покорности. Намджун снимает пиджак и аккуратно вешает его в гардероб.  — Значит, ты без меня развлекаешься. Ты же знаешь что тебя ждет наказание за такое поведение? — девушка мычит в ответ и еще ниже склоняет голову — нельзя играть без папочки.  Намджун садиться на кровать, расстегивает пару пуговиц рубашки сверху и говорит:  — Ты знаешь правила, детка. Ко мне на коленки. Приказ звучит, а внутри все ухает. Рука уже чешется от желания шлепнуть по своей попке, выбить из груди девушки воздух. Он знает, что его детке нравится порка. А ему нравилось чувствовать власть над этим хрупким телом в своих руках. Это дико возбуждало. А еще это было приятно, потому что его малышка настолько доверяет ему, знает, что он не причинит боли. Если только чуть-чуть, в рамках дозволенного. Девушка подползает к Намджуну и ложится поперек его коленей. Теперь ее попа, так страстно ищущая приключений, в его руках. Он поглаживает ее нежную кожу, проходится пальцами по мокрой дырочке. Она так возбуждена, что приняла бы Намжунов член без смазки и дополнительных стимуляций. Но сегодня она заслуживает только наказания. Потому тишину комнаты разрезает звонкий шлепок.  — Почему ты не дождалась меня? Тишина в ответ. Девушка знает, что вопрос не требует ответа. Ей нельзя говорить и показывать, что ей приятно. Какое же это будет наказание? Пальцы Намджуна вновь скользят по половинке, на которую только что пришелся удар. Кожа там покраснела и, наверняка, так приятно жжётся. Хочется прикоснуться губами, сцеловать эту красноту, а взамен оставить синеву засосов. Указательный палец раздвигает половые губы, двигаясь от клитора к вагине. Она вся мокрая и он ныряет в неё на секунду. Но этой секунды хватает, чтобы голова малышки склонилась еще ниже. Намджун знает, что она тоже хочет его член в себе, но сдерживается.  — Что мне с тобой делать, детка, м? Ты, наверное, так хотела поиграться со своим вакуумным стимулятором, а тут пришёл я с работы, такой уставший, — ладонь вновь звонко шлёпает. Он чувствует, как под кожей напрягаются ягодицы от удара. — Хорошо, раз ты хотела использовать его, вместо меня, то я позволю тебе это сделать, но… — в этот раз шлепок был сильнее и девушка тихо вздохнула, — ты все равно будешь наказана. Намджун потянулся за вуманайзером, что был отброшен в сторону, когда он пришел.Он взял его в руки и решил не менять режим. Девайс вновь был расположен на головке клитора, а рука занесена для очередного шлепка. Один, второй, третий шлепок были перемешаны с поглаживанием и сминанием половинок. Жужжащие звуки перекрывали вздохи, что доносились из уст девушки. Её хватило меньше, чем на 5 минут. Сначала она стала сжимать простыни в своих маленьких кулаках, потом ее начало потряхивать, словно вместо простыни она держала оголенный провод, через который периодически проводят ток.  — Папочка, — говорить было тяжело, все мысли были сосредоточены только на одной точке ее тела, — можно? Вопрос краток, но совершенно понятен.  — Да, детка. Теперь она может расслабиться. Оргазм накрывает и уже не важна саднящая попа или неудобная поза. Она просто растекается и пытается дышать. Но Намджун грубо берет ее за щеки, поворачивая лицо к себе, и выдыхает на ухо:  — Папочка тоже хочет кончить.