never too late

***

      Ханахаки — любовный вирус, в большинстве своём приводящий к летальному исходу. Эта болезнь присутствует у людей, что безмерно влюблены в кого-то и, несмотря на всю холодность внешнего мира, хранят в душе весну. Цветы распускаются непосредственно в сердце, окутывая его, но позволяя нормально функционировать. Однако, если болезнь запустить и ничего не предпринимать, начнется кашель цветками растения, что растет у сердца и в нём. Постепенно дыхательные пути забиваются цветами и человек умирает. Эта болезнь не лечится, но её можно нейтрализовать взаимной любовью и цветы не будут стремиться выйти наружу, а лишь будут цвести и распускаться в сердце.

***

      Этот день настал. Последний день моей никчемной и такой короткой жизни. С каждым часом, с каждой минутой мне становится все хуже. «Терпи, осталось совсем немного…» Я должен вытерпеть эту спасительную боль. Оставаться в сознании все труднее, но я щипал себя, бил по щекам и не давал себе закрывать глаза надолго.       Облокачиваюсь спиной на леденящую поверхность, еле удерживая тело от падения, закрываю глаза и выдыхаю с присвистом, заходясь надрывным кашлем. Чувствую багряную, ненормально горячую кровь, стекающую по подбородку вниз, окрашивающую рубашку в алый, такой порочный цвет.       Я задыхаюсь. Внутри меня уже целый сад цветов, что нежно окутали сердце. С каждой секундой всё труднее дышать — я умираю. Медленно и до ужаса мучительно. Почему я не радуюсь? Мне ведь очень хотелось умереть. Да, хотелось, но уж точно не таким способом. Кашель кровью и чарующими лепестками цветов уже не удивляет — это стало ежедневной нормой.

***

       Я был готов глядеть на него вечность. Наблюдать, как он морально растёт, преодолевает врагов, проигрывает им и неистово радуется. Не то что я. Даже слова сказать не смог и больше не смогу. Несчастный трус.        Он видит меня насквозь, смотрит с испуганным и печальным лицом. Пытается докричаться до меня, но меня уже не спасти. Поистине жалкое зрелище. Растягиваю губы в улыбке, с мизерной надеждой на то, что это хоть немного похоже на улыбку. Я чувствовал как жизнь утекает, словно песок сквозь пальцы. Не остановить. Я не видел ничего, только ощущал тёплые пальцы Ацуши на своих плечах и как он судорожно цепляется за меня, пытаясь одновременно привести в сознание и прижать к себе ещё ближе. Ощущал его слезы на своей шее, смешивающиеся с горячей кровью, рвущуюся наружу толчками. Бинты впитали кровь, ощущения не из лучших, хотя какая уже разница..        Боже, как я рад тому, что умру в руках любимого, тому, что моё последнее увиденное — это ты, моя причина жить, и моя причина смерти.        Сознание уплывает, но я все ещё стараюсь держаться, хоть и становится все сложнее. Остаётся лишь закрыть глаза и надеяться на то, что мучения на этом прекратятся.       В полной тьме, я услышал через оглушающий вакуум тишины, отдаляющееся и становившееся ещё тише с каждым мигом: «Живи, пожалуйста.»        Но нет. Мой милый, милый Ацуши. Вот досада, но я не смогу так же обнять тебя. И в последний момент он услышит, сорвавшееся с почти безжизненных губ, сказанное совсем ослабшим голосом: «Я буду наблюдать за тобой с небес и охранять тебя. Обещаю. Всегда.»        Перед глазами вспыхивают воспоминания моей никчёмной короткой жизни: Дни рождения, первые попытки самоубийства, времена тёмной эры, смерть друга, жизнь с чистого листа и встреча с Ацуши. Конец.

Как жаль, что тем, чем стало для меня твоё существование, не стало моё существованье для тебя.