Выживут только мечтатели

Тем временем в подвале Кашина:

— Слушай, тебе не стоит так волноваться. Никто Мишу не узнает. А если и случится чего — с ним Данила, — в комнату зашла Лиза, держа в руках две банки с пивом. — Этого и боюсь, — холодно ответил Даня, пожимая плечами. — Зря ты так. Данила хороший парень. Он никому не позволит обидеть Мишу, — Неред протянула одну из банок Корнилову. — Я понимаю, что вы все тут давно знакомы и знаете друг о друге много чего, а я — новый человек и не внушаю доверия, но... Я действительно люблю Мишу. И я не позволю ему увести его, — Даниил открыл банку и сделал пару глотков. — Могу я присесть? — Лиза ненадолго задумалась и, дождавшись кивка парня, плюхнулась на кровать, выдыхая. — Думаешь, что у Данилы есть преимущество, потому что он знает о Мише больше? Могу помочь уравнять ваши возможности. Спрашивай что хочешь, — девушка улыбнулась, отпивая пивную пенку. — Всё что хочу? Кто этот мужчина к которому они пошли? Миша сказал, что он спал с ним за еду, а потом тот шантажировал его, но... Между ними ведь что-то было? — Корнилов решил начать с самого волнующего его вопроса. — Что ж... Может, это будет долгая история, поэтому, я принесу ещё пива, — Лиза быстро встала и вернулась с целым пакетом. Она уселась поудобнее и начала повествование. — Познакомились они навряд ли так, как рассказал Миша. Насколько я помню, ему тогда было лет... шестнадцать, но я не уверена, около того короче. Тогда он впервые решился свалить со школы. Разумеется, чтобы затусить со мной и Данилой. Как ты уже наверное догадался, до нас он не дошёл. По его рассказу, дело было так: Миша по дороге столкнулся с одним из смотрящих, но вдруг, откуда ни возьмись, появился тот самый Никита. Он сообщил смотрящему, что провожает парня домой, так как в школе тому стало плохо. Ахинея, конечно, ведь Миша никогда не умел нормально притворяться больным, но смотрящий проверил и отпустил их двоих дальше. Как тебе известно, Миша у нас чистой души человек, а потому не мог отпустить своего спасителя без благодарности. А что могло быть у подростка, прячущего сигареты за подкладом рюкзака? Только его свободное время. Дальше я подробностей не знаю, но с этим Никитой они часто тусили ещё до того случая. Однажды Миша завалился в подвал и признался мне, что влюбился. Сначала я подумала, что это такая шутка, но лишь потом осознала как ошибалась. Он влюбился по уши и от этой влюблённости ослеп напрочь. Стал чаще прогуливать, гуляя с этим мужчиной, а следовательно, его родители стали чаще его наказывать: бить, лишать еды... Ну, ты в курсе, наверное. Как-то раз его избили настолько сильно, что он впервые прогулял школу по причине. Ну, а затем случилась та ситуация, о которой ты уже слышал, — под конец истории Лиза допивала уже третью бутылку, в то время как Даня допил только первую. — Почему он не рассказывал мне? — Корнилов слегка прикрыл глаза, пытаясь представить разгневанных родителей Миши, которые всегда ему казались идеальными. — Ты о его отношениях? Скорее всего он просто не хотел тебя волновать. Он считает, что прошлое должно оставаться в прошлом. Миша живёт сегодняшним днём, не думая ни о "завтра", ни о "вчера", — Неред открыла следующую бутылку и протянула её Дане. — Рассказываю всё только при условии, что ты пьёшь. Миша же сказал, что хочет увидеть тебя пьяным. Устроим ему подарок. — Я не о Никите. Я о родителях. Не знал, что его бьют, — Даня сделал пару глотков и скривился в лице. — Пей, пей, — Лиза задрала бутылку, заставляя Корнилова делать частые и большие глотки. — Ты никогда не замечал, что он вечно скрывает свои проблемы? Миша считает, что если он не разберётся сам, то он станет ничтожным в глазах того, кто ему помог. Родители били его часто. Он постоянно ходил в толстых рубашках с длинными рукавами и джинсах, скрывающих синяки на лодыжках, коленях и выше. Помнится, он даже пытался уйти из жизни... — Что? — Даня поперхнулся очередным глотком пива и слегка закашлялся. — Я не замечал за ним ничего такого... Как я мог это упустить? — Миша умело врёт. Он не распространяется о подобном, а что касается его поведения... Он, хоть и бунтарь, но контролировать его может. Знает, как убедить человека в том, что он что-то понял, знает как обмануть даже себя самого, — Лиза ухмыльнулась, допивая очередную банку. — Я всегда этому завидовала. Твоей вины в этом нет. Он просто такой человек. — Я называю себя его парнем, но при этом абсолютно ничего о нём не знаю. Я даже не могу понять, когда ему плохо, не знаю что ему нравится, а что нет. Я абсолютно бесполезен, — Корнилов вдруг осознал, что не может ничем помочь своей второй половинке, а точнее, что он никогда этого не мог. — Успокойся. Не неси ахинею. Миша бы не хотел слышать подобное. А что касается того, что ему нравится... тут могу рассказать только то, что заметила. Мише нравится, когда трогают его волосы: будь то поглаживание или взъерошивание, он сразу же становится...— Неред слегка задумалась. — Добрее? Ещё он тащится от того, что его держат за руку. Если мы убегали от кого-то, либо я, либо Данила хватали его за руку, чтобы он не отставал. Миша всегда начинал улыбаться. — Данила правда влюблён в него? — Корнилов вдруг перевёл тему, услышав о Кашине. — Да, не буду юлить, это и дураку понятно. Но волноваться тебе не о чем. Пока Миша счастлив, Данила никогда не влезет. Кашин хоть и создаёт впечатление бугая, но на самом деле он тот ещё добряк. Навряд ли он влезет в ваши отношения, пока они существуют...

В квартире Никиты:

      Как только вся информация была изъята, путём парламентёрских переговоров Миши и крепких ударов Кашина, парни покинули квартиру, предварительно пригрозив мужчине. Лестничная площадка была абсолютно пуста. Цыркунов, поправив волосы и юбку, двинулся в сторону выхода, но был схвачен за запястье. — Да... — начал было парень, но его прервал поцелуй.       Кашин крепко прижал Мишу к стенке и нежно проник языком в полость рта младшего. Данила положил руку на шею парня и медленно пробежался по ней пальцами, будто заигрывая, что заставила Цыркунова непроизвольно простонать. — Ня, — закончил Миша, когда поцелуй был разорван. — Прости, не удержался. Давай просто забудем об этом, хорошо?