Я вытащу тебя отсюда

      Еремиас открыл дверь палаты, по пути продумывая дальнейший диалог с "дикарём". Но не успел он шагнуть за порог, как его испугало движение из ближнего угла в дальний. В тусклом свете старой, почти перегоревшей лампы можно было различить, что это был худой человек в разорванной местами смирительной рубахе. Видно одно, его пытались связать нормально, но он не дал, вырвался, может быть даже начал нападать на санитаров.       Человек смотрел на Ера исподлобья своими серыми глазами, горящими некой дикостью. Его непрокрашенные рыжим волосы где-то были желтоватого оттенка. Они торчали в разные стороны, иногда переплетались в маленькие узелки, которые трудно расчесать. Немало будет хлопот с заботой о "человеке-волке". — Привет, Хвойща, — тихо проговорил молодой санитар, закрывая тяжёлую дверь. — Не бойся, я тебе не враг. Не обижу. По взгляду, полному злобы смешанной со страхом, можно было понять, что Хвойща не доверяет ему. — Я слышал, что ты тут в волка превращаешься. Это правда? —Ер начал делать маленькие, аккуратные шаги в сторону пациента. Кивок со стороны психа. — Я думаю, что тебе здесь не место. Нужно на свободу, как и другим волкам... Снова кивок. — Я хочу помочь тебе отсюда выбраться. Ты этого хочешь? На этот раз кивок был через несколько секунд, видимо Хво раздумывал. — Обещаю, я помогу тебе. Я вытащу тебя отсюда.       Хвойща как-то робко приблизился к Еремиасу, стоящему сейчас на середине комнаты, вдохнул воздух, думая, что он имеет такой же острый нюх, как у волков, и задумался, отведя взор и уставившись в одну точку. Потом повернулся к своему новому санитару, прохрипев: — Ты точно поможешь мне? — Конечно. Ты всего лишь должен слушать меня и пить лекарства, которые тебе дают. — Я не болен, чтоб пить лекарства! Не болен! Я не должен здесь находиться! — Послушай, только это поможет тебе уйти из этой больницы. Ты не болен, и лекарства на тебя не подействуют. Я знаю что говорю. — Ты можешь врать! Это всё для того, чтоб я тут сдох! — Ни в коем случае. — Почему я должен верить тебе?! — Потому что... Я — твой единственный способ выбраться. Ты согласен на это? — Да... — неуверенно ответил на вопрос Хвойща.