Лишь один чертов раз...

Утро вторника такое же ужасное, как и утро понедельника, особенно, когда ты вчера просидела всю ночь за компьютером и пропустила выход новой серии. Ближе к четырем утра я чувствовала, будто что-то вытекает из уха, вполне возможно, что это был мозг. У меня ужасное желание ещё часик полежать в кровати под одеялом, но мой живот с этим решением не согласен. По всей видимости, ему не хватило вчерашних двух пачек печенья. Оно, кстати, было диетическим, так что, можно сказать, что диету я не нарушила. Подняв лишь с третьего раза свою пятую точку с постели, я направляюсь на кухню, откуда уже слышно бои Лии со сковородкой. – Доброе утро, – еле как сев за стол, беру чашку с ароматным кофе и стараюсь сфокусировать взгляд на подруге, чья черная атласная пижама скоро поглотит мою бедную душу. – Доброе, – девушка продолжает готовить завтрак, и делает она это без какого-либо энтузиазма. – Тебе яичницу с сыром или как обычно только с овощами? – Я умираю с голоду, так что со всем и сразу, – Лиа качнула головой и продолжила готовку. Сегодня предстоит тяжёлый день, так что мне нужна энергия. А плотный завтрак – это отличный способ не сожрать Пак Со Джуна. Мне надо до обеда представить редактору несколько работ, из которых выполнена только половина того, что я наметила. Плюс ко всему у меня ещё висит парочка статей, которые я физически не успеваю дописать, но, к сожалению, это мало кого волнует, так как сроки уже горят. Я бы даже сказала – конкретно подгорают, прямо как яичница Лии. – Чтоб тебя, – включив плиту, девушка с серьёзным выражением лица начинает перебирать наш завтрак, прикладывая большие усилия для его перемешивания. – Ну и хрен с ним, – высыпав всё по тарелкам, Лиа накрывает на стол. – Что-то мы зачастили с подгоревшими завтраками, – я скептически рассматриваю сие творение на тарелке. М-да, такой завтрак вряд ли в инстаграм выложишь. – Если не нравится, сиди голодная. Или вон, у тебя есть свежее мясо, – Лиа взглядом указывает на Кая, что тёрся возле полупустой миски, – можешь его запечь. – Не смешно, – наблюдаю за нашим милым комочком шерсти и тихо завидую, ведь его корм Лиа спалить не сможет. Хотя-я-я… – По мне сейчас видно, что я способна на юмор? – Злюка, – Лию утром лучше не злить, а то ещё с квартиры выселит. Подруга приступает к завтраку, периодически поглядывая в какие-то документы и делая в них пометки карандашом. Занятая женщина, что ещё сказать. Уткнувшись в свою тарелку, вспоминаю, сколько дел мне ещё сегодня предстоит сделать. Слава яйцам, что я за ночь дописала и отредактировала статью про компанию Лии. Можно сказать, что я только этим и была занята, хотя вполне могла оставить это на сегодня. Но Со Джун писал мне на протяжении всей ночи и умолял скорее закончить. А если точнее, то он написал: «Айрин, прошу тебя всеми возможными богами этого бренного мира, доделай эту чёртову статью до завтра, ибо я не хочу, чтобы меня вывезли за город в фургоне с повязкой на глазах и кляпом во рту». Интересно, это на него Лия такое яркое впечатление произвела, или все-таки Мин Юн Ги? Волновать, конечно, никого не будет, что я поспала от силы часа три, зато закончила с необходимым материалом. Хотя у меня также есть дополнительная статья про Ким Тэ Хёна, которую я даже не начинала оформлять, и понятие не имею когда начну. В голове сразу всплыли вчерашние кадры того, как Со Хи брала интервью у главного переводчика компании «ВВ». Мне бы у неё уроки пикапа брать, что ли. Честно признаюсь, если бы она мне так глазки строила, то я бы сделала всё, что угодно. Понимаю теперь тех мужчин, которые не могут устоять перед блондинкой. Кроме, конечно, редактора Сон Чэ Бина. Девушка однажды попробовала свои чары на нем, но вместо букета цветов редактор вручил ей швабру с тряпкой и заставил драить весь наш этаж. Вот это я называю непробиваемый. Ему, кстати, в этом не уступает и Ким Тэ Хён. К моему большому удивлению, он отказал Со Хи, когда та пыталась пригласить его на кофе. Повезло же его второй половинке. Другие на его месте, несмотря то, что они состоят в отношениях, не упустили бы возможность познакомиться с очаровательной представительницей женского пола поближе. Такого бы мужчину каждой девушке... Минуточку. Шестерёнки поздно, но работать начали. – Вот он гад! – со всей дури хлопаю по столу вилкой. Забираю все свои слова про обаятельного мужчину обратно. – Скотина! Я ему поверила, а он надурить всех решил. – Ты про что? – Лиа смотрит на меня ошарашенным взглядом, даже столовые приборы отложила в сторону от греха подальше. – Я о Ким Тэ Хёне. Этот говнюк нас обманул, а я его ещё мужчиной мечты считала. У меня злости на него не хватает, что просто словами не передать. Да, он не обязан был говорить нам правду, но это всё равно чертовски злит. Теперь чувствую себя полной дурой. – Айрин, ты ещё не проснулась? Про какого Тэ Хёна говоришь вообще? – Про правую руку твоего злобного начальника и по совместительству моего учителя японского. Девушка с минуту глядит на меня, как на дебила, а затем принимается тщательно осматривать и обнюхивать яичницу. Слежу за её действиями, не понимая, что происходит, и решаю повторить, откровенно пялясь на растекающийся желток. – Странно, яйца вроде не испорчены, – затем она снова посмотрела на меня. – Значит все-таки проблема с головой. – Эй! Я тебе на полном серьёзе говорю! – чего она выдумывает, нет у меня никаких проблем, всего-то один раз в детстве об железяку башкой ударилась. – Ким Тэ Хён мой учитель японского, и вчера, когда ты свалила куда-то после конференции, я предложила ему поехать к нам в офис, где смогла взять у него интервью. – Зачем? – Как это зачем? Редактор мне хорошую прибавку за это даст, а я, между прочим, на новый ноутбук собираю. Надеюсь, она не вспомнит об обогревателе на зиму, который мы уже второй год себе позволить не можем из-за отсутствия средств. Сейчас же лето, у нас как минимум есть четыре месяца накопить, я столько премий успею к тому времени получить, просто закачаешься. Если доживу. – Хорошо, с этим я поняла. Ты мне другое объясни, почему он гад? – Потому что он сказал, что у него есть девушка, а потом выяснилось, что никакой девушки нет! – И что? – Лиа, ты мне вообще подруга или кто? Ты должна быть не моей стороне и назвать его скотиной. Я же тебя поддерживаю, когда ты называешь Мин Юн Ги козлом. – Он козёл по определению, – уточняет девушка, подхватывая со стола нож, чем тут же вызывает у меня микроинфаркт. – Так, всё остальное потом расскажешь, мне на работу надо и тебе, хочу напомнить, тоже. – У меня и так настроения нет, а ты ещё хуже делаешь. Кстати о птичках, где ты вчера исчезла? – В компании произошли некоторые проблемы, пришлось срочно обратно ехать. – А-а-а, – моя ехидная улыбка сразу расползается на лице. – А я уже подумала, что ты со своим директором уединилась где-то. – Тебе жить надоело? – Господи, она может прекратить вертеть этим ножом, мне реально сейчас плохо станет. – Ну а что? Вы оба вспыльчивые и грубые. У вас были бы прекрасные отношения, – строю милое выражение лица, не спуская глаз с острого и режущего предмета в руках моей уже злой подруги. Сама себе могилу рою. – Я тебе жизнь сейчас прекрасную устрою, – по всей видимости Лиа не оценила мою шутку. Самое время для капитуляции и спасения своей пятой точки. Вскочив с места, я бегу в ванную комнату и закрываюсь на защёлку. Хотя от гнева подруги она вряд ли меня убережёт. – Скажи спасибо, что я на работу спешу, а то вынесла бы эту дверь вместе с тобой, – после её угрозы тут же покрепче хватаюсь за дверную ручку и придавливаю её от греха подальше; почему-то мне хочется ей верить, а ещё больше хочется жить. – Я же просто пошутила, зачем сразу угрожать? – она как-то слишком остро реагирует. Неужто он и вправду ей нравится? – У тебя шутки дебильные, – сразу после этого слышится топот удаляющейся от моего укрытия девушки, а минут через десять – и хлопок входной двери. Я ведь говорила, что она злюка. И вообще, какие это у них проблемы в компании? По директору Мину было, конечно, не заметно, но вот некоторые его работники как на иголках сидели. И вряд ли вопрос о жене и внебрачного ребенке мог его настолько вывести из себя, что он и его люди так быстро покинули зал конференции. Хотя, признаюсь честно, меня порадовал факт того, что он заступился за Лию. Так уж и быть, маленький плюсик в карму ему за это. Выйдя из своего убежища, плетусь обратно на кухню доедать остатки неудавшегося завтрака. Эх, как я скучаю по домашней еде моего папы. Он у меня, конечно, мужчина суровый, но готовит отменно. Не то, что мы с мамой. Нас лишний раз к плите нельзя было подпустить, а то мало ли, отправим кого-то ненароком. Из-за нахлынувших воспоминаний о семье, совсем забываю о том, что я, между прочим, тоже работаю, и мне надо было бы уже выходить, а я до сих пор сижу в плюшевой пижаме с единорогами и вилкой во рту. – Чёрт! – быстро забежав в комнату и наспех переодевшись, забираю сумку и вылетаю. – Кай, ты за главного! – Мяу! Выбежав на улицу, сразу здороваюсь с нашими соседками, которые сажали вокруг дома цветы. Милые, интеллигентные, добрые женщины шестидесяти лет. Прямо ангелы воплоти. Ага, ни хрена подобного! Настоящие демоны, которые высасывают все наши нервные клетки. Почему я о них такого хорошего мнения? Потому что на самом деле уход за нашим садом – это отвлекающий манёвр для сбора новостей. А главная тема этих фурий – две девушки из Бостона. И ладно, если бы ещё говорили правду, это было бы не так обидно, но они просто сочиняют о нас всякое получше, чем работники у меня в конторе. Каждый месяц мы узнаем о себе много нового. Почти весь дом уверен, что Лиа неравнодушна к алкоголю, хотя она только один раз пришла домой в стельку пьяная. Ну был у человека плохой месяц, решила она расслабиться с одногруппниками и выпила немного. Коктейлей десять, наверное. Но она все равно уверенно стояла на своих двух, пытаясь открыть нашим ключом дверь соседки, при этом доказывая, что это её квартира и она тут живёт со своей подругой. К счастью, я услышала их перепалку и успела спуститься вниз до того момента, как соседка вызвала полицию. Все мы люди, со всеми бывает. Я вообще на пьяную голову с Паком, с которым я в то время даже не была знакома, в другой город махнула, и ничего. Получила, конечно, потом, но зато какие воспоминания. Меня они тоже не обделили хорошей биографией. Вот только пару дней назад узнала, что я печатаю статьи за деньги и покрываю грешки богатых дядечек. А ещё они решили, что если я прихожу домой под утро или вообще несколько дней не появляюсь, то походу я веду разгульный образ жизни. Секс, наркотики, рок-н-ролл. И хрен же им докажешь, что единственная близость у меня на работе с нашим маленьким диваном. М-да, фантазия у них – это что-то с чем-то. Им вместо меня статьи печатать надо. Редактор бы в них души не чаял. Но с нами живут так же милые и добрые люди. Если, конечно, не брать в расчет то, что иногда сюда полиция приезжает и отлавливает подозрительных личностей, но в целом все здесь очень даже приветливые. Промчавшись мимо наших соседей и крикнув им что-то наподобие приветствия, я со всех сил бегу к метро. Так сказать, утренняя разминка после завтрака. Самое главное, чтобы не стошнило по дороге. Уже всего через каких-то пару минут я спускаюсь по ступенькам и, завидев свой поезд и то, как в него пытаются запихнуться люди, делаю последний рывок и залетаю в вагон. Ехать на работу, прижавшись щекой к двери вагона, – такое себе удовольствие. И «приятное» ощущение после вчерашней поездки всё ещё осталось. До сих пор кажется, что меня пытается кто-то облапать. Может все-таки стоит уломать Лию на покупку машины? Спустя каких-то двадцать минут я уже поднимаюсь по ступенькам в мою вторую обитель. Атмосфера нашего офиса просто шикарна: суета, смех, крики, слёзы. Одним словом – идиллия. У нас в принципе спокойно никогда не бывает, и это мне определенно нравится. – Айрин, чего застыла? – неодобрительно глядя на наручные часы, выкрикивает Бо Хо со своего рабочего места, если, конечно срач на столе можно назвать таковы. – Сон Чэ Бин тебя уже заждался. – Чёрт, я же ещё ничего не сделала. Подойдя к своему столу, достаю из сумки все блокноты с заметками и ноутбук. Начало рабочего дня надо начинать с гармонии с миром, поэтому я всё красиво расставляю, чтобы начать день вторника в чистоте и порядке. Это, безусловно, ещё тот бред, но какая-то женщина в интернете утверждала, что это помогает быть на одной волне с вселенной. – Что значит «не сделала»? – возмущается Пак, в мешки под глазами которого скоро поместиться всё моего барахло из сумки. – Женщина, имей совесть, я не собираюсь из-за тебя умирать. – Да кому ты нужен, – Бо Хо скептически обводит молодого парня взглядом, заостряя внимание на огромных ярко-красных очках в цвет нашего пуфика. Мода – убийственная сила. – Что значит «кому»? Посмотри на мое личико. Правая сторона рабочая, левая – лучшая, – поглаживая тыльной стороной ладони щеки, эта самодовольная сволочь улыбается. – Всё вместе можете называть идеалом красоты. – Не хочу тебя огорчать, –к нам подходит Со Хи и усаживается своей пятой точкой, обтянутой в кожаные штаны, на мой стол. Спасибо подруга, моя гармония разрушена, – но титул «идеал красоты» носит наш вчерашний гость и по совместительству знакомый Айрин. – И зовут этого идеала Ким Тэ Хён, – облокотившись на спинку стула, Бо Хо томно вздыхает, вспоминая образ парня. О чём они вообще? Какой идеал? Идеал не будет обманывать всех, что у него есть девушка. И да, меня это чертовски злит. Злость необоснованная, но я девушка и имею на это полное право! – Ким Тэ Хён – это тот помощник директора компании «ВВ»? – Пак ошарашенно пялится на меня. – Он что, согласился прийти сюда и лично дать интервью? – Да, именно он. И чего они так удивляются? Ладно, если бы это был кто-то из знаменитостей или тот же директор Мин. Хотя нет, у нас уже Пак носит почетное звание истерички, ещё одного я не вывезу. – Айрин, – парень присел на корточки возле моего стула, – скажи честно, ты его связала и силой заставила прийти, да? Или, может, у тебя есть на него какой-то компромат и ты его шантажировала? – Какого же ты все-таки хорошего обо мне мнения. Нет, ну серьезно, я же добрая и милая девушка. Неужели я могу произвести впечатление человека, который может кого-то связать? Я это делаю исключительно в своих фантазиях. – Я лишь обворожительно улыбнулась, а он в свою очередь просто не мог сопротивляться моим чарам. – Значит, привела его силой, – вот же зараза двухметровая, ещё и лыбу тянет. Не поможет, твоя смерить будет мучительна. – Нет, Айрин, правда, как ты его уломала? – Ин Бо Хо загадочно заигрывает бровями, вместе с Паком вступая в игру. В игру под названием «довести Айрин». Я вам серьезно говорю, в этой миловидной девушке ещё те черти бегают. – Наш журнал не особо популярный, и нам редко когда удаётся поймать большую рыбку. – Вы серьезно думаете, что я не могла его просто очаровать? Что он не подался моей природной красоте? – Айрин, ты конечно симпатичная девушка, – Бо Хо, ты сейчас меня успокоить пытаешься? Что-то плохо получается, – но даже когда Со Хи пыталась всунуть ему свою визитку, он отказался. – Признаюсь честно, я была просто поражена, – блондинка нервно дёргает рукав кремовой блузки. – Он первый мужчина на моей памяти, который мне отказал. А я, между прочим, все женские приемы на нём использовала: и волосы поправила, и к руке невзначай прикоснулась, даже вперёд наклонилась, а он после всего просто ушёл. Как я уже говорила, она имеет толк в соблазнении. Бедные парни слюной давились и готовы были отдать всё своё имущество, лишь бы сама Лин Со Хи согласилась на повторное свидание. Но с Тэ Хёном весь план пошёл под откос. Он с удовольствием смотрел на все попытки девушки его очаровать. В конце интервью Со Хи уже была готова его сожрать, но он всего лишь мило улыбнулся и свалил. После этого девушка ещё долго крыла его трёхэтажным матом. – Может, ему мужчины нравятся? – Со Джун все так же сидит на корточках возле моего стула и хитро улыбается. – Между нами девочками, я, как только увидел его, сразу начал сомневаться в своей мужской силе. – Это просто твой внутренний гей проснулся, – Бо Хо еле сдерживает смех, по-дружески похлопывая парня по плечу. Вчера не только Джун голову потерял. У всех наших слюни потекли. Но Тэ это никак не смущало. Он плавной походкой последовал за мной, не забывая при этом всем приветливо улыбнуться. Ну да, он уже привык к всеобщему вниманию, но если бы я была на его месте, моё лицо просто перекосилось и было бы ощущение, что я шишка на районе и иду бить кому-то морду. – Отлично, теперь у нас две повестки дня на сегодня, – я недовольно сверлю взглядом Пака. – Первая – это непонятная ориентация помощника компании «ВВ», а вторая – моя недопривлекательность. И чего я такая нервная сегодня? Неужели красная армия на подходе? – Айрин, ты что, обиделась? – Бо Хо придвигается ближе ко мне, обхватывая лицо двумя руками. Нет, вы что, я не обиделась на то, что вы назвали меня недостаточно привлекательной. Вообще всё равно. – Айрин, – Со Хи начинает дёргать меня за руку. – Ну Айри-и-ин, мы не это имели в виду. Ага, не это, конечно! На их лицах уже всё написано. Не друзья они мне больше, всё. – Так, Кроссман, а ну хватит дуться, – Со Джун резко вскакивает на ноги. – Ты шикарная девушка, и любой мужчина захочет разделить с тобой жизнь Взглянув полными от слёз глазами на брюнета, я вдруг осознала, что вот мой билет в счастливую жизнь. Вот он мой шанс избавиться от вечных претензий моих родственников, что мне уже двадцать три, а я все ещё одна. – Со Джун, по старой дружбе, женись на мне, а? – Ну уж нет, ищи другого, кто согласиться с такой проблемой жить. – Так ты же сказал, что любой мужчина захочет разделить со мной жизнь! – Я хотел поддержать тебя, а не женится, – всё, теперь и этот шанс упущен. – К тому же, нам с тобой ещё статью редактору показывать, а мне не выгодно, если ты на меня будешь обижаться. – А ну брысь от сюда!

* * *

– Здравствуйте, мне, пожалуйста, два кофе с молоком, – приветливо обращаюсь к молодой особе за стойкой, порой поглядывая на витрину с разными сладостями у неё за спиной. Разнообразие кондитерских изделий кружит голову, а манящий запах только-только испеченной вкусной выпечки так и норовит поддаться соблазну и совершить маленький грешок, однако я стараюсь твёрдо стоять на своём и упрямо игнорировать манящий аромат сдобного теста и сахарных кремов, разносящийся по всему кафе. Раз решили с Айрин сесть на диету, нужно держаться до конца. Поблагодарив девушку за проделанную работу и забрав со стойки свежезаваренные напитки, я торопливо покидаю пределы небольшой кофейни и со всех ног несусь от неё подальше, всё ещё ощущая благоухание пряностей, шлейфом тянущееся аж до самого входа в компанию господина Мина. Сеул уже давно бодрствует. С первыми утренними лучами яркого, палящего солнца просыпаются и местные жители, вяло и как-то неохотно покидающие родную обитель. Царящую ещё несколько часов назад тишину на слегка влажных после недлительного летного дождика дорогах большой столицы теперь заглушает рёв автомобильных двигателей. Свежесть последних июльских дней очень кстати спасает от пекущего с самой рани светила и невероятно бодрит, перед работой позволяя немного расслабиться и на мгновение забыть о грядущей суете. С самого утра настроение ни к черту, а всё из-за вчерашней суматохи, поднявшейся на почве волнения Джека. Подобное дерзкое объявление директору войны слегка ошарашило весь наш отдел, намеренно загоняя всех в тупик. Различные предложения отступить и ненадолго скрыться в тени или же наоборот принять вызов и вступить в неравный бой с неизвестным нам врагом летели чередой во всё ещё сжимающего от злости кулаки Юн Ги, мысли которого были далеко за пределами офиса. – И что это значит? Мы теперь у них на крючке? Компании грозит опасность? – в одно мгновение вываливает испуганный сложившейся ситуацией Джек, резко вскочив со стула и принявшись застёгивать небольшие блестящие пуговицы на своём идеально выглаженном пиджаке. – Каковы наши дальнейшие действия? Стоит ли что-нибудь предпринять? – подхватив тревожность господина Ли, обращается к директору Дон Вон. – Я могу подключить одного знакомого, из него куда лучший хакер, разберётся в два счёта. – Не разводите панику раньше времени! – слышится усталый вздох, а после Мин, сурово сверкнув своими тёмными кошачьими глазами и хмуро сведя брови, решается вмешаться в общий переполох. – Мы пока не знаем, что происходит. Не хватало ещё ввязаться в какое-то дерьмо. ¬– Мы разве уже не в нём? – выпаливает Дон Вон и мгновенно ловит на себе наши озадаченные взгляды. – Чего так смотрите, это же правда. Думаете, каждый второй сейчас страдает из-за неполадок? Кому попало этого жука не подбрасывают. – Что нам тогда делать? – доставая из нагрудного кармана сложенный платок, спрашивает вновь запаниковавший Джек, протирая выступившие мелкие капли пота на лице. – Ничего. Холод в голосе директора Мина немного пугает, а неясность всей сложившейся ситуации ещё больше усугубляет положение. – Как это ничего?! – в унисон верещат мужчины, удивлённо вытаращившись на Юна. – А что у нас есть? Мы знаем, кто наш враг? Или может, чего он от нас хочет? – Но это же не значит, что мы должны сидеть сложа руки и ждать чуда! – господин Ли в очередной раз подрывается со стула, в тот час же задевая локтём лежащие на столе папки. – Верно! Директор Мин, у вас же есть связи в органах, мы можем подключить людей или хотя бы переговорить с другими фирмами и узнать, как обстоят дела у них. – Как насчёт подключить прессу и заявить на весь город о покушении? – встреваю в разговор и предлагаю одну из пришедших в голову идей. Двое мужчин сразу же поддерживают меня и продолжают накидывать всё больше новых вариантов противостояния злодеям в надежде, что Юнги придётся по нраву хотя бы один из них. Однако со стороны последнего за эти несколько минут не прозвучало ни единого звука, отчего мы в итоге прекращаем мнимые попытки и лишь изредка переглядываемся. – Всё, хватит. Поговорим об этом позже. Сейчас наша главная цель – конференция. Чтобы к вечеру отчёт по каждой компании был у меня на столе, – окончательно ставит точку в разговоре и направляется в сторону своего кабинета. Больше эту тему никто не поднимал. Стало ясно, что у директора по поводу произошедшего были свои мысли, делиться которыми он не собирался. Перечить парню и выказывать тому недовольство означало бы показать наше недоверие или, что ещё хуже, пренебрежение его указаниями. И даже если это не так, у Мина сложится совершенно иное представление на этот счёт. Оставив в покое директора и все попытки переубедить его, я принялась сама копаться во всём, хотя бы лично для себя рисуя в голове картинку разворачивающихся событий. И что на данный момент имеется: некто, точащий свои острые клыки не только на компанию Юн Ги, но и на другие крупные фирмы, сейчас, похоже, одной из своих жертв выбрал нас, направив своих компьютерных крыс портить нашу базу. Обежав вчера несколько этажей в здании, заодно заглянув на огонёк к отделу разработок и в отдел маркетинга, мне удалось немного пообщаться с работниками и узнать, что ранее известные крупные бренды также были подверженные натиску со стороны злоумышленников, об этом даже сообщали в новостях. Некоторые сумели избежать огромных потерь, понеся лишь слабый ущерб, однако остальные не пережили удара и в итоге обанкротились. От этого стало немного жутко. Мысли по этому поводу не отпускают до сих пор. Как давно это происходит. Месяц, полгода, год? «Уже некоторое время по главным телевизионным каналам не прекращают передавать новости о разорении какой-то бизнес-компании, – слова тётушки Айрин тот час же врезаются в голову, – всех подробностей не знаю, я в этом особо не разбираюсь, но факт остается фактом – в случившемся точно кто-то замешан». Неужели всё началось именно тогда? Получается, вся эта неразбериха, что царит в столице уже как четыре года, дело рук одних и тех же преступников? От всех этих предположений прямо мурашки по телу бегают. Но почему тогда мошенников спустя столько времени все ещё не поймали? Они проворачивают свои злодеяния прямо под носом у всей столицы, однако до сих пор остаются безнаказанными и свободными в действиях. Означает ли это, что за ними стоит кто-то весомый? Какая-нибудь серьезная шишка, пускающая пыль в глаза правоохранительным органам, подкупая их явно не трехзначными цифрами на банковских счетах. Или еще хуже, вдруг мошенники – и есть богачи?! «Какой ужас, Лиа, ты начинаешь превращаться в Айрин. Стыд и позор», – резко осекаюсь, вспоминая моменты, когда подруга, находясь под впечатлением от очередного сериала с элементами триллера, стала подозревать директора их конторы Сон Чэ Бина в сговоре с американской мафией. Даже готова была набить тату-знак якудзы, лишь бы втереться ему в доверие. Не пойму, как с таким крошечным мозгом она всё ещё остается жива и почти невредима? Слишком возбуждённая своими догадками, я настолько глубоко погружаюсь в мысли, вообразив себя детективом какого-нибудь криминального чтива, что даже не замечаю прямо напротив гордо украшающее перекрёсток здание с огромным логотипом «BrandBand». Входные двери – вертящаяся стеклянная катушка – прокручиваются на сто восемьдесят градусов, и уже через секунду я входу в просторный и прохладный холл – десяток работающих в такую жару кондиционеров способствует этому сполна. Следующий пункт назначения – стойка проверки. – Доброе утро, – максимально мило лепечу, направляясь к охране. – Это вам, – протягиваю двум мужчинам ещё не успевший остыть кофе и строю самое ангельское лицо, на которое только способна. – С чего вдруг такая щедрость? – Джу Хёк, старший из них, недоверчиво хмурится и открывает пластиковую крышку стаканчика, разглядывая его содержимое. – Ты туда что-то подсыпала? – Думаю, Лиа так хочет извиниться за то, что подставила нас, – куда веселее, нежели его напарник, отвечает второй охранник – молодой брюнет до тридцати лет, слегка пригубив кофейное приготовление и резко одёрнувшись от него. – Но как? Мне сказали, что информация не просочится дальше нашего офиса, – стыдливо опускаю глаза в пол, не представляя, насколько длинные у сотрудников компании языки, а у стен – большие уши. – Ты работаешь в одном офисе с О Мин Хой, – констатирует старший, более уверенно делая глоток горячего напитка и блаженно выдыхая образовавшийся из-за разности температур пар. – Это уже как одно сплошное наказание. Кто бы сомневался. Белобрысая секретарша в самого первого моего появления в главном офисе не даёт прохода. И если обычное перешептывание и злые взгляды в первые дни казались обычным ребячеством, то сейчас она перешла на новый уровень, подсыпая мне невесть что в еду, портя принесенные на подпись директору документы и даже подставляя подножки, в исходе которых сама же и падает. Кто вообще меня окружает… – Но ничего, скоро привыкнешь, – насмешливо отвечает младший, переводя взгляд обратно к монитору. – Мне кажется, к этому невозможно привыкнуть, – констатирую я, вспоминая недавнюю перепалку с секретаршей директора Мина. – Если бы ты не плела интрижки с господином Юн Ги, Мин Ха была бы куда сговорчивее, – не отрываясь от экрана, парирует младший блюститель закона, в перерывах между словами громко сёрбая уже немного остывший кофе. Да это просто смехотворно! Прошло чуть больше недели с момента моего официального утверждения в качестве помощника господина Ли, но даже за этот короткий промежуток времени я успела прослыть вертихвосткой и гулёной, а всё из-за необоснованной ревности писклявой девицы и её слишком бурной фантазии. Ей не секретарём нужно было стать, а писательницей. Выплёскивала бы весь гнев и всю фантазию на бумагу, а не ко мне в сумочку. – Какие ещё интрижки?! Между мной и директором ничего нет! – Да? Мы вот слышали совершенно другое, – лукаво ухмыляется, продолжая вслух хлебать напиток. – Это всё слухи! Не удивлюсь, что распустила их секретарь О. Она даже к воздуху господина Мина ревнует, о чём с ней ещё можно разговаривать? – Ладно-ладно, верим мы тебе, верим, – встревает в нашу перепалку старший, оставляя на дне картонного стакана недопитую гущу. Работников, заполняющих зал, становится все больше. На часах без десяти восемь. Это означает, что мне поскорее нужно бежать наверх, пока в очередной раз не нарвалась на неприятности. – Мне уже всё равно пора, – не решаюсь перечить и перед тем, как уйти, низко кланяюсь, – ещё раз извините за причинённые неудобства. – Только предупреждаю, – теперь голос Нама звучит довольно грозно, – если в следующий раз вздумаешь учудить что-нибудь эдакое, одним кофе точно не отделаешь. – Вот именно, могла бы захватить чего-нибудь сладкого, раз в кофейню зашла. Тортика, например, – вновь вставляет свои пять копеек малец и показательно хмурит брови. – Паршивец, – произносит Джу Хёк и одаривает парня смачным подзатыльником, – торты ему ещё приноси. За работу давай! – Ну сонбэ-э-э! Оставив их спорить между собой и дальше, я плетусь в сторону лифтового холла и нажимаю на кнопку одной из свободных кабин. Радость за искуплённый грех перед двумя охранниками не знает границ. В следующий раз буду лучше думать перед тем, как позволять Айрин проделывать что-то незаконное, а то гляди – сегодня страдают охранники, а завтра – уже сам президент. Как только створки лифта с характерным скрежетом плавно разъезжаются, я спешу зайти внутрь, надеясь скоротать минуты подъёма вверх в одиночестве, однако шум шагов, с каждой секундой двукратно усиливающийся, привлекает внимание, вынуждая развернуться и встретиться взглядом с раздражающими медово-карими радужками. Сегодня удача явно не на моей стороне. Проходя рядом, парень слегка кивает и, издевательски улыбаясь, становится позади меня. Так, Лиа, успокойся, Юн Ги же ты как-то терпишь, значит, и с этим провокатором уж точно справишься. Похоже, настал момент испробовать свои навыки, полученные во время прохождения бессмысленного курса успокаивающей терапии, на который нас записала Айрин. Мне пришлось лишь покорно согласиться, ведь оплату абонементов она взяла на себя. Кто же не любит халяву? Проигнорировав его «любезность», я нажимаю кнопку двадцать пятого этажа. Механизм срабатывает моментально, и уже через секунду мы трогаемся. Стараясь вести себя непринуждённо, я немного расслабляюсь и молча изучаю цифры на панели лифта, про себя подмечая, что излучающая враждебность аура парня не на шутку пугает, а исходящий от него терпкий запах цитрусовых вызывает ещё больше отвращение. – А ты ещё та штучка, – Хан Бэ Ин решается нарушить воцарившуюся в кабине тишину, украдкой наблюдая за моей реакцией. – Сначала Ким Тэ Хён, затем директор Мин, а сегодня два жалких охранника. Мне казалось, что ты идёшь по нарастающей, но в итоге тебе всё равно, перед кем прогибаться. Знаешь, я разочарован. Видимо, терапия не работает. Кроссман зря тогда потратила единственную премию, а Хан – открыл свой поганый рот. А ведь на эти деньги мы, между прочим, могли купить больше еды или же старенький, но хотя бы какой-нибудь обогреватель на зиму. Надоело уже мёрзнуть каждый год. – Ты совсем страх потерял? Что этот самодур возомнил о себе? Кто он вообще такой, чтобы отзываться обо мне подобным образом? Стараясь утихомирить резко подступивший приступ гнева, прожигающий не на шутку разгорячившуюся плоть изнутри, я быстро беру себя в руки, выпуская всю злость на коротком ремешке небольшой сумочки, слегка треская и портя искусственный материал, и оборачиваюсь к рядом стоящему нахалу. – А что такое? Я же правду говорю. Серьёзный тон парня и уверенность в словах гоняют по позвоночнику целый табун мурашек, рассыпающихся где-то в районе шеи и плечей. Лениво опершись о стену, Хан не сводит укоризненного взгляда, будто я и правда провинилась, но своего наказания так и не получила. Отвратительное чувство. – Что с тобой не так? Чего вообще пристал ко мне? Держаться уверенно с каждым новым заявлением Бэ Ина становиться сложнее. Оказывается, не особо приятно слышать в свой адрес обвинения, даже если присутствует понимание полной их беспочвенности и неоправданности. Однако рядом стоящему индивидууму на это, видимо, абсолютно плевать. Опираясь локтем на поручень, я пытаюсь унять лёгкую дрожь в коленках и нервное подергивание пальцев рук. Застрявший ком в горле не позволяет сильно разглагольствовать, потому приходится обходиться лишь парой-тройкой предложений. Только бы не разреветься, как последней дуре, прямо на глазах у этого придурка. – Слишком много на себя берешь, девчонка. На таких, – парень брезгливо тычет в меня указательным пальцем, недовольно оглядывая с ног до головы, – я уж точно не поведусь. Понятие не имею, что в тебе нашли директор и его переводчик, но ты для них явно на один раз, не больше. Просто нет слов. Мне же не послышалось? Хан только что намекнул на мою разгульность? Что уж там, он же в открытую назвал меня дешёвкой, не стесняясь подбирать выражения. Смешно, особенно учитывая тот факт, что даже за время учёбы в университете единственными моими «любовниками» были библиотечные книжки и исписанные мелким почерком тетради. Да и отношений у меня толком не было, ведь дальше прогулок в парке и держаний за руки ничего не доходило. Не могу я так быстро подпускать к себе людей. Они слишком часто предают и заставляют сожалеть о потраченном на них времени. – Тогда в чем твоя проблема? – Никакой проблемы, если лишь мелкая, но такая раздражающая заноза, загнанная глубоко под кожу, и как жаль, что Мин Юн Ги так не вовремя лишился здравого смысла для её искоренения. – Я не понимаю. И это правда. Серьёзно не понимаю, чего этот парень вообще пристал ко мне. Почему именно на меня пала роль его жертвы, пререкаться с которой скоро войдет в привычку? Над которой можно издеваться и втаптывать в грязь? С первого же рабочего дня в отделе планирования Сонь Чжи предупреждала меня о слегка специфическом молодом человеке, настроение которого менялось со скоростью света, а хамоватое поведение порой выходило за рамки дозволенного. Высокий, темноволосый, мужчина немного за тридцать – таким она описывала четвёртого члена их команды, пока я не познакомилась с ним лично. Хотя не думаю, что издевки и нескрываемое презрение можно назвать идеальным знакомством. Что есть, то есть, как говорится. – Ну конечно, кто бы сомневался, – произносит надменно, издевательски посмеиваясь, – пришла на всё готовенькое, строишь из себя невесть что, смеешь перечить старшим по должности и даже врать не краснея. Нравится портить остальным жизнь, угождая лишь собственным желаниям? Повышать голос на начальство и знать, что ничего за это не будет? Или занимать место, тебе не принадлежащее? Не в бровь, а в глаз, правда, Лиа? Как виртуозно этот наглец сумел напомнить обо всех грехах, обойдясь лишь парой предложений. Да, я не подумала о последствиях, подделывая пропуск для Айрин и Пак Со Джуна, тем самым подставляя многих работников компании, но для извинений тоже нужна была смелость. Да, я позволила себе некоторую фривольность в общении с директором Мином, но наказание не заставило себя долго ждать. Да, мой куратор знаком с не последними людьми в «BB», но ведь если бы мои навыки в работе и знания, полученные тяжким трудом, были бы ничтожны, со мной никто бы не стал возиться. Я здесь не случайно, не по блату и уж тем более не занимаю чужое место; оно является моим по праву. И вообще, какое ему к черту дело, что и как я себе устроила? Если только... – Неужели всему причиной зависть, а, Хан Бэ Ин? – издевательский тон уже с моей стороны оказывается парню явно не по нраву. Сдерживая вырывающееся изнутри негодование, он решается не прыскать как обычно желчью, мысленно убивая меня своим дьявольским взглядом, а после, пристально следя за плавно расходящимися створками лифта, выдаёт тихое: – Твоё пребывание здесь – лишь вопрос времени, Морган, и очень скоро все это поймут. Не добавляя больше ни слова, парень покидает приделы кабины и следует по направлению к главному офису. Еле поспевая за ним, я только и делаю, что ускоряюсь, перебирая быстрыми шагами позади Хана. – А ну повтори! Вздрогнув от неожиданности, врезаюсь в резко остановившегося Бэ Ина, как и я не понимающего, что вообще происходит. Переглянувшись с ним, слегка выглядываю из-за его спины, высматривая, насколько опасно сейчас в рабочей комнате и какое придётся понести наказание за прогул по уважительной причине – спасение своей жизни. – Директор Мин, вы лучше сначала присядьте... – мямлит Дон Вон, убегая от рассвирепелого Юн Ги. И чем он только не угодил ему? Рабочий день ведь ещё даже не начался. – Ты меня плохо расслышал? Повтори, я сказал! – хватая со стола первую попавшуюся кипу бумаг, директор плотно сворачивает ее и как обезумивший гоняется за Юн Дон Воном, хлестая того по плечам. – Только не бейте! – чуть ли не хныча, выкрикивает мой коллега, почти в целости добежав до заместителя Ли, используя его в качестве щита. – Я понимаю, что вам нужны результаты, но они ещё не готовы. – Верно, директор, вам стоит успокоиться и немного подождать, отчеты действительно будут чуть позже, – Джек старается привести в чувство буйный нрав Мина, выставляя руки в примирительном жесте. Что-то мне уже реально не хочется сегодня работать. Подойдя чуть ближе к входу, я наконец-то замечаю остальных ребят – Чже Сонь Чжи и Ми Юн Хи, – прячущихся за громоздким принтером. Вот, что значит «командная работа». – Я вам бабушкой клянусь, ещё ничего нет, правда, – сминая длинными пальцами ярко-розовый пиджак заместителя, Дон Вон готов уже плакать от безысходности. Кто бы мог подумать, что этого высокого и с первого взгляда пугающего парня кто-то может заставить труситься как осиновый лист. – Господи, как вы все меня достали, – раздраженно выдыхает, потирая переносицу. Отлично, сейчас он уйдёт и можно будет зайти. Самое главное, чтобы он меня не заметил. – О, какие люди! Морган и Хан, может, вы мне объясните, почему опаздываете? – Здравствуйте, директор, – парень аж голосок свой поменял; теперь даже не скажешь, что он мне гадости в лифте наговорил, вот же двуличный говнюк. – Рабочий день ещё не начался, и мы уже... – Та мне насрать! – что-то директор сегодня уж чересчур бешеный. – Вы должны приходить раньше минимум на пятнадцать минут. Здесь вообще кто-то собирается работать? За что я вам деньги плачу? За то, что вы свой помойный кофе пьете целыми днями? Думаю, не стоит ему напоминать, что он его тоже пьет. – Директор Мин, перестаньте сейчас же! Вот сейчас точно офигели все, даже сам Мин, ведь раньше Джек не позволял себе выказывание Юн Ги возражений на глазах у остальных работников. Несмотря на это, заместитель ни в коем случае не забывал про субординацию. – Вы неуважительно относитесь к своим сотрудникам! Вам же ясно дали понять, что документы еще не готовы, так будьте добры пройти в свой кабинет и, ради всего святого, успокойтесь уже! В помещении повисла тишина. Я еле удержалась, чтобы не захлопать. Плюс сто к уважению к заместителю. Если кто-нибудь посмеет сказать, что это мужик не крут, я лично проведу с ним профилактическую беседу и вправлю этому невменяемому мозги. Не будь Джеку сейчас немного за пятьдесят, я бы его расцеловала. Своей решительностью заместитель поразил не только меня с коллегами, но и директора Мина. Похоже, парень настолько увлёкся, что и не заметил, как пересёк черту дозволенного. – Кхм, – блондин обводит взглядом всех сотрудников, подмечая, что они всё также стоят на расстоянии, не решаясь вернуться на свои места, а я продолжаю стоять с Хан Бэ Ином и боюсь даже пошевелится. – Хорошо, Дон Вон, когда ты со всем разберёшься, сразу сообщи мне, – ответом на его слова становится неуверенный кивок и искорка надежды на спасение в глазах. В последний раз посмотрев на всех, директор проходит мимо и направляется к себе в кабинет. – Продолжайте работать, – пытаясь разгладить помятый пиджак, улыбается господин Ли и направляется в след за Мином. Как только дверь за Джеком закрылась, мы все выдохнули. Кто-то из них двоих в грядущей схватке явно не выживет. Из сложившейся ситуации могу сказать с уверенностью, что ни один кофе в мире так не бодрит, как очередной псих директора. – И что этот только что было? — обращаюсь к Сонь Чжи; по выражению её лица сразу становится ясно, что ничего не ясно, поэтому она только пожимает плечами и утыкается в монитор. – Ещё пару таких дней, и я уйду на пенсию, – Дон Вон обречённо скулит, в нервном тике начиная биться об стол. – И как мне ему отчёт показать, если только из-за его отсутствия он чуть душу из меня не выпил. – Вы про отчёт с конференции? – наконец-то начинаю понимать, из-за чего был затеян весь этот сыр-бор. – Именно про него, – парень включает свой компьютер, пару раз клацает мышкой по папкам и выводит на экран несколько таблиц. – Только взгляните на это. Мы с Чже внимательно вглядываемся в написанное. Осознание того, на что мы смотрим, приходит не сразу, поскольку множество цифр и графиков просто путает сознание. Но понимания того, что нам всем конец, приходит моментально в ту секунду, когда Юн переключает очередной файл, показывая нам таблицу рейтинга всех вчерашних компаний. И мы в ней занимаем пятое место. – Почему ты ему не показал? — Сонь Чжи хватает всё тот же свёрток документов и принимается бить парня по спине. – Ты же бабушкой поклялся, что его ещё нет. – Бабушка ушла в мир иной ещё два года назад, а мне туда ещё рано, – парень показательно морщится от боли и прикрывает голову руками. – Он сказал сообщить, когда закончится подсчет голосов и будет готов рейтинг. А у него и так настроения ни к чёрту, и после этого он от меня мокрого места не оставит. – У него в принципе никогда настроения нет, я даже не помню, когда он был последний раз в хорошем расположении духа, – ненадолго задумываюсь, пытаясь вспомнить хотя бы подобие улыбки директора, однако единственное, что приходит на ум, – это его крики и хмурое лицо. – Не-а, ты не поняла, – Дон Вон медленно отрывает голову от стола, настороженно поглядывая на кипу бумаг в руках блондинки, – в прошлый раз он такой злой был, когда поругался с... – Тише ты! – парень не успевает договорить, как Сонь Чжи закрывает ему рот рукой, в очередной раз ударяя каким-то уже негодным договором. Я вопросительно гляжу на обоих, поочередно переводя взгляд. В ответ девушка лишь подозрительно широко улыбается, не оставляя Дон Вона в покое. – Не бери в голову, – выпуская волосы парня из своей цепкой хватки, она садится за рабочее место, – надо думать, как директору рейтинг показать. Если не сделаем это в ближайшие часы, то он точно что-то заподозрит. Поэтому лучше сделать это сейчас. – Нет проблем, если хочешь пасть смертью храбрых, то можешь сама ему его и занести, – брюнет указал на дверь директора. – Почему не ты? – Потому что я ещё хочу жить, а ты девушка, тебя он не тронет. Появившийся в следующие секунды в офисе Джек максимально кратко, избегая всех эпитетов и междометий, используемых директором, и информативно излагает нам, что если в течение нескольких минут на столе Юн Ги не окажется необходимых документов, случится что-то очень плохое. Настолько, что даже у заместителя трусятся ножки. Готовясь в худшему, мужчина обговаривает дальнейший план действий с Чже, ожидая, пока Дон Вон напечатает нужные бумаги. Вот, что означает настоящий мужчина. Он готов к тому, что Мин на него может сорваться, но все равно идёт к нему с плохими новостями, чтобы защитить нас. Уважаю. Буквально сразу после того, как за заместителем закрывается дверь, все ребята начинают забирать свои вещи: Дон Вон открывает ящик стола и быстро засовывает в карманы брюк конфеты, Сонь Чжи хватает телефон и кошелёк, Юн Хи захватывает даже канцелярию, не глядя заталкивая в рюкзак, а минуту спустя из кабинета Мина выбегает Джек и со всех ног бежит в сторону лифтового холла. – Что такое? – спрашиваю, но быстро оказываюсь перебитой. – Бегите, глупцы! – это было последнее, что мы услышим от заместителя перед тем, как он скрывается в коридоре. – Почему он... Эй, вы куда? – все, как один, мчатся за господином Ли к выходу, даже не оглядываясь. Не понимая, что вообще здесь происходит, я лишь оглядываюсь по сторонам и делаю несколько неуверенных шагов вглубь помещения, надеясь пересечься взглядом хотя бы с секретарем О, однако громкий удар по двери, а следом и разъяренный Юн Ги, швыряющий – о боги, это что, стул? – из кабинета, сразу проясняет ситуацию. – Вашу мать! – раздаётся на весь этаж. Теперь понятно, в чём дело. Как же он всё-таки быстро читает документы, а ведь Дон Вон запрятал злополучный рейтинг где-то в середине достаточно толстой стопки. Вот же! Схватив свою сумку и телефон, тот час же бегу за остальными, молясь успеть заскочить с ними в одну кабину. – Меня подождите!

* * *

– Айрин, ты можешь идти быстрее? – Я сейчас сдохну, – сегодняшний день ещё не закончился, но он меня уже отымел. – Бо Ра, брось меня, я не смогу идти дальше. – Та Господи! Тут один квартал до школы остался, шевели копытами. Я очень надеюсь, что этот день скоро закончится. Кто вообще придумал после работы ходить ещё куда-то? На дворе почти восемь вечера, а я плетусь непонятно куда. Единственное хорошее событие для меня – это то, что мы с Паком успели дописать статью. Это было тяжело, и у меня руки чесались придушить Джуна после каждого его визга о том, что мы не успеваем. Но наши старания и труд окупились. Сон Чэ Бин, наш главный редактор, был доволен написанным и даже похвалил нас за проделанную работу. Так что на сегодня мой запас энергии на нуле. Хочу просто спать и в туалет. Зря я выпила четыре чашки кофе за сегодня. Уже подходя к школе, мы слышим крики со стороны стадиона. Неужели потасовка? Переглянувшись с Бо Рой, мы решаем пойти на разведку. М-да, если там какая-то гопота и они решат докопаться ещё и к нам, то я даже убежать не смогу. Просто пошлю в одно место и сяду на асфальт. Может они подумают, что я не в себе и пройдут мимо? Завернув за школу, мы видим массовое сборище людей, которые стоят и размахивают какими-то цветными тряпками. Что тут происходит? Я точно вижу среди них моих одноклассников, а особенно хорошо видно О Ён Джина. Его рыжие волосы и высокий рост тяжело не заметить. – Чего они там столпились? – Не имею ни малейшего понятия. У нас общий урок на улице, что ли? Мы будем сидеть на траве в позе лотоса и рассказывать о своих переживаниях? Схватив Бо Ру за руку, я тащу её прямо к толпе. Интересно, они в курсе, что их крики вся округа слышит. Мне прямо интересно, что они там такого интересного нашли. Остановившись возле ребят, решаю действовать решительно, а точнее нырнуть прямо в гущу этой толпы. Самое главное, чтобы локтем в глаз никто не заехал, а то тут есть парочку дылд, которые уж очень сильно жестикулируют руками. Так один раз зашибёт, и поминай, как звали. – А ну, расступитесь все! – вот же наглые, пройти не дают. Где их воспитание? – Та дайте же пройти! – ещё парочку толчков, и я в самом центре. И угадайте, что я вижу? Правильно, рыжую самодовольную морду Ён Джина. Хотя на данный момент меня больше удивляет пачка денег в его руках. Они грабанули кого-то и сейчас делят прибыль? – Айрин, привет, – здесь и так тесно, а он ещё обниматься лезет. Ну ладно, объятия я люблю. – О, Бо Ра, и ты тут, – повернувшись к подруге, я еле сдерживаю смех. Видимо она из всех сил пыталась догнать меня, когда проходила через толпу. Красиво уложенные волосы теперь похожи на гнездо, а в руках одна из тех цветных тряпок, которыми все остальные размахивают. Тряпки, кстати, похожи на те, которыми мы школьные доски вытираем. Откуда только они их столько достали? – Что за... – девушка поднимает кусок ткани и, сморщившись, выкидывает её обратно в толпу, где она сразу кем-то подхватывается. – Отвратительно. – Вы как раз вовремя, – у парня аж глаза загораются каким-то странным игривым огоньком. – Вовремя? – у нас сейчас ужин будет? Я не против перекусить чего-то. Ён Джин улыбается и вручает мне в руки помятый листик, где было написано «Нам Джу Сон VS Ли Ши Хён». И что это значит? Я только с работы недавно вышла, мои мозги отказываются соображать. – Айрин, смотри, – Бо Ра дёргает меня за руку и указывает на противоположную часть стадиона, где стоят ранее упомянутые парни. Возле них находятся ещё парочка людей с нашего класса, которые, по всей видимости, стараются подбодрить парней. – Мы решили устроить забег, – гордо произносит Ён Джин. Парень с надеждой смотрит на меня, но после тяжело вздыхает. Видимо, до него дошло, что соображаю я сегодня туго, поэтому он продолжает: – У нас сегодня разговор зашёл про недавние соревнования, которые проходили в Корее. И парни начали рассказывать, кто каким спортом занимался. Вот я, например, очень люблю водный спорт, но плавать не умею. У меня просто собака утонула, когда я маленький был, и после этого глубины до усрачки боюсь. А ещё... – Ён Джун, ближе к делу, – как бы между делом произносит Бо Ра. Да, когда этот парень открывает рот, разговор может зайти в другое направление. – А, ну в общем, те двое, – он указывает на Джу Сона и Ши Хёна, – начали пипирками меряться, мол, кто в чём лучше. Вот они и решили проверить это забегом. А чтобы спор был интереснее, я предложил забег на деньги, – кто бы сомневался, что это предложил именно Ён Джин. – Они будут бежать наперегонки три круга. Кто прибежит к финишу первым, тот и получает денежный приз. Но мы решили, что каждый сможет поставить, на кого хочет. А потом разделим выигрыш между теми, чей бегун выиграл. Затея, конечно, так себе. И если они ещё и ставки ставят, то это можно считать за азартную игру, но... – И какая сумма уже крутится? – если есть возможность заработать без усилий, то я всегда согласна. – Посмотри в самый низ, – рыжик весело играет бровями и тычет пальцем на две уже собранные пачки. Ну, если их приплюсовать и поделить между теми, кто делал ставки, выходит хорошая сумма. За эти деньги можно пару шоколадных пончиков купить и кофе ещё. Для счастья мне достаточно. – Если хотите, то можете внести свою долю. – Я пас, – Бо Ра неодобрительно вертит головой. – У меня налички нет, а зарплата только на следующей неделе. – А вот я, пожалуй, сыграю, – гулять так гулять. Если продую, то буду делить ужин с Каем, у него как раз сегодня на ужин мокрый корм со вкусом курицы. – Уже даже знаю, на кого поставлю. Думаю, Ён Джин сразу понял, какую лошадку я выбрала. И судя по его довольному выражению лица, он одобряет мой выбор. Уже через пару минут все стоят чуть поодаль от стадиона, чтобы не мешать участникам забега. Все ставки были сделаны, и теперь начинается самое интересное. На противоположную сторону, где находятся парни, подходит Ли Юн Хо. Сегодня она берёт на себя роль грид-герлз. Девушка грациозно поднимает тряпку красного цвета вверх и быстрым движением руки кидает её вниз, давая понять, что забег начинается. Оба парня стартуют одновременно и сейчас бегут на одной скорости. У меня аж от волнения руки потеют. Я так не нервничала со времен школьного диктанта по английскому. Такой же адреналин получаю сейчас. Абсолютно каждый орёт имя того, на кого поставил свои кровные деньги. Атмосфера чем-то напоминает футбол: ты сидишь на большом стадионе и болеешь за свою команду, потому что хочешь, чтобы они получили победу любой ценой. То же самое и здесь. Первый круг парни пробежали одинаково, но вот на втором Джу Сон начинает вырываться вперёд. Со всех сторон слышны «Беги, братан», «Быстрее», «Жми на газ, придурок», «Не тормози». У меня такое ощущение, будто я сама учувствую в забеге. Джу Сон всё ещё впереди, но Ши Хён не отстаёт. Он, можно сказать, почти дышит в спину своему противнику. Мы с Ён Джином начинаем тоже орать. Сейчас наша судьба зависит только от одного человека. Он должен выиграть. Или он прибежит первым, или я его тут же и закапаю. Другого варианта у него нет. И вот, остался последний круг. Джу Сон всё ещё лидирует. Он действительно очень быстрый. Не зря же он хвастался, что бегает каждый день по утрам. Со стороны слышно девичьи крики «Джу Сон-оппа, ты сможешь!» Если он выиграет этот забег, то девочки от него ещё долго отходить не будут. Вот и долгожданный момент. Последний поворот, и мы узнаем, кто победит в этой схватке. В какой-то момент все вокруг затихают, слышно лишь то, как два парня со всей скорости бегут к финишу. – Ну же, давай, не подведи меня, – Ён Джин скрещивает пальцы и будто перестаёт дышать. – Господи, мне нужны мои денежки. И вот они уже оба на финишной черте. Джу Сон делает последний рывок вперёд, иии... падает лицом об асфальт. Ши Хён выигрывает гонку. Всего лишь на пару мгновений все замирают и не сводят глаз с лежавшего на животе Джу Сона, который, похоже, решил притвориться мёртвым. Но тишина длится не долго, потому я, Ён Джин и ещё несколько людей принимаемся орать от радости. – Мы богаты! Да-а-а! – Ён Джин от счастья подхватывает меня на руки и принимается кружить в воздухе. Прижимая голову парня к себе, я смеюсь и ликую. – Боже, я всегда знал, что ты есть. – Вы чего радуетесь? – Джу Сон уже поднимается на ноги, но все ещё тяжело дышит. – Я же продул. – Мы знаем! – О всё также держит меня на руках, даже не думая отпускать. Он, видимо, не знает, что у меня плохой вестибулярный аппарат, так что его куртка может быть атакована моим подгоревшим завтраком. – Мы поставили на Ши Хёна! – я довольно улыбаюсь нашему победителю. – Что тут происходит? – знакомый голос заставляет всех присутствующих на стадионе быстро замолчать. Недолгим было наше счастье. – Почему вы не в школе? – Учитель Ким? – рыжик резко разворачивается к учителю. Да уж, картина ещё та: красный, как рак, Джу Сон, я на руках у Ён Джина, взлохмаченная Бо Ра и ещё несколько офигевших студентов. Мне просто интересно, нам всем пиздец? – Мой вопрос вы не услышали? Не скажу, что Тэ Хён зол, но точно не в очень хорошем расположении духа. О быстро ставит меня обратно на землю и подбегает к учителю. – Учитель Ким, вы, возможно, удивлены, почему это во время урока ваши ученики, да и не только ваши, прохлаждаются на улице. – Какой догадливый, – без злости отвечает Тэ. – Ну так вот, вы же понимаете, что мы молодые люди, и нам надо больше активности в жизни. Вы же сами когда-то молодым были, горячая кровь и всё такое, – если нас не накажут за отсутствие на уроке, то за длинный язык Ён Джина уж точно получим. Пока рыжик пытается объяснить Киму, что мы забыли на стадионе, я позволяю себе немного поглазеть на учителя. Выглядит он сегодня как обычно с иголочки, и одежда подчёркивает всё, что надо: тёмные брюки и такого же цвета чёрное обтягивающее поло. Как я люблю, когда видно каждую мышцу на теле мужчины. Ладно, сейчас не об этом. Вроде он выглядит как обычно, но глаза уставшие. Видимо, у них там и правда что-то серьёзное случилось. Теперь уже и злиться на него не хочется. Хотя и не понятно, с чем была моя агрессия связана. Ну нет у него девушки, ну работает он в популярной компании, мне то что? В последнее время я принимаю всё близко к сердцу, и постоянный стресс на работе ещё, вот и решила весь гнев на него вылить. Отлично, теперь можно сказать, что я опасна для общества. Не подходите к ней, а то из-за своих личных проблем она вам вырванные годы сделает. Класс, именно к этому я и стремилась. – Поэтому регулярные занятия спортом поддерживают гармонию в развитии человека, а наиболее важную роль это играет в юном возрасте, – Ён Джин уже успел раскрыть всю тему здорового образа жизни, а Тэ Хён просто стоит и иногда покачивает головой. Ему реально интересно или он просто понимает, что словесный поток, который выливается изо рта парня, уже не остановить? В какой-то момент я чувствую на себе взгляд Тэ Хёна. И конечно я не нашла ничего лучшего, как быстро отвести взгляд на дерево. Правильно Айрин, это же вообще беспаливно. Ты же так обожаешь смотреть на деревья и записывать интересные факты о них в свой блокнотик по ботанике. – П-р-е-д-а-т-е-л-и, – слышу непонятный шёпот позади и, развернувшись, вижу стоящего возле себя Джу Сона. Парень пристально смотрит на меня и в его глазах читается обида. – Ты всё ещё дуешься? – не думала, что его так сильно заденет факт, что мы поставили на Ши Хёна. Это же было логично. Нам Джу Сон без колебаний сделал бы так же на нашем месте. – Ну не обижайся, – на мои слова он просто отворачивается, показательно надувая губы. Вот ребёнок. – Ну хочешь, мы тебя завтра ужином угостим? – Ужин? – так, рыбка клюнула. – Рис с жареной курочкой? – Что пожелаешь, только не обижайся больше, – еда это отличный способ сгладить вину. – Эх, ну ладно, – так, что-то он слишком быстро согласился. – Тогда завтра вечером в кафе напротив школы? – Ты же не обижался на самом деле, я права? – Мне, конечно, было очень больно, но я бы и сам на вас никогда не поставил, – ну вот, что и следовало доказать, а я о чём говорила. – Ах ты ж зараза светловолосая – Хочешь жить, умей вертеться, – и ведь не поспоришь даже. После того, как Ён Джун закончил рассказывать Тэ Хёну про невероятно вкусные пельмени его бабушки, как, кстати, он перешёл на эту тему, так никто и не понял, мы все отправились обратно по классам. Ну, настроение у меня однозначно стало лучше, и к тому же буквально через час я уже буду свободна и пойду домой к своей кровати. Как же я за ней соскучилась. Почти переступив порог нашего кабинета, мой мочевой пузырь решает напомнить о себе. Мне срочно надо в уборную, иначе сейчас случиться прорыв плотины. Отдав свою сумку Бо Ре я, я со скоростью света мчусь в противоположном направлении. Если бы я так сегодня бежала наперегонки с ребятами, то Ши Хёну пришлось бы отдать мне первое место. Почти доходя до заветной двери, я вдруг слышу недовольный голос Тэ Хёна. Заглянув за угол, обнаруживаю и самого мужчину. Он стоит ко мне задом, так что его выражение лица мне не видно. – Я же сказал, всё под моим контролем, так что можешь не переживать. Он присланяется спиной к стене, и нервно взъерошивает копну тёмных густых волос. Голос грубый, видимо, причиной странного поведения Кима на стадионе является как раз таки его собеседник. – Да, завтра отдам тебе их при встрече. Юн Ги об этом знать будет необязательно. Упоминание директора компании Лии слегка вводит меня в ступор. Почему обычный переводчик с кем-то обсуждает своё начальство, в открытую заявляя, что это должно остаться тайной? – Конечно, до скорого. Как только Тэ кладёт трубку, я мигом забегаю в женский туалет. Тараканы в голове начинают суетиться. Что он имел в виду, когда говорил про какие-то документы и что Юн Ги об этом лучше не знать? Это каким-то боком касается их компании? На вчерашней конференции с командой Мина было что-то не так. И когда мы с Кимом вышли из зала, он говорил с Чи Мином, они как раз должны были что-то обсудить. Если это только не касается их обоих. Ещё Лиа сегодня упомянула, что у них кое-какие проблемы, поэтому они так быстро уехали. Возможно ли, что в «ВВ» происходит что-то странное? А что странного у них может быть? Боже, Айрин, тебе мочевой пузырь в голову даёт походу. Это всего лишь телефонный разговор и всё. С сегодняшнего дня не смотрю дорамы на ночь, они плохо на меня влияют.

* * *

Настенные часы отбили восемь вечера. Столица за стенами помещения до звона в ушах шумит голосами людей и звуками автомобильных моторов. Летом солнце садится поздно, медленно окрашивая безграничное небо в лилово-рыжий. Его горячие лучи беспрекословно продолжают согревать улицы даже наступившим немного душным вечером, просачиваясь сквозь панорамные окна личного кабинета, предусмотрительно занавешенные ещё с полудня. Разразившая мёртвую тишину тёмной комнаты мелодия звонка вызывает лёгкую ухмылку и некоторое спокойствие, в ожидании которого прошёл весь сегодняшний день. — Тебе лучше за всем проследить, иначе следующий раз может оказаться последним. Выслушав очередную тираду собеседника, мужчина откидывается на спинку кожаного кресла, умостившись в нём поудобнее, и закидывает ногу на ногу, не сводя глаз с лакированной дорогой обуви. Соответствующие указания для выполнения задания были отправлены ещё на прошлой неделе, однако исполнение отложилось на пару дней. Он ненавидел ждать. Достаточно уже и того, сколько лет пришлось работать для наступления сегодняшнего дня. — Ты же знаешь, я должен быть уверен в том, что всё идёт по плану. Документы, о которых ты говорил, они у тебя? Поправляя стягивающий шею галстук, он избавляется от запонок, закатывая рукава белоснежной рубашки по локти, и надеется скорее закончить с работой. В пепельнице дотлевает последняя сигарета из пачки, а во рту уже оказывается мятная жвачка. Чувство победы крутится на кончике языка, вперемешку с ментолом создавая палитру приятного блаженства, струйкой растекающегося по телу. Всё идёт точно по плану. Игра началась, и победитель в ней только один. — Само собой. Я доверяю тебе, так что не подведи меня. Компания Мина уже получила первый удар, в скором времени и все остальные увидят, на что мы способны.