Чувство долга

Драко POV Почему Гермиона в больничном крыле? Что произошло в тот рождественский вечер? Я ведь сразу подумал, что это очередное нападение монстра, даже собрался подробно отцу писать. Но потом решил проверить. Головная боль неплохой повод, да никто и не говорил, что у аристократов голова болеть не может. Поттер и Уизли были у нее. Когда я глотал совершенно не нужное мне зелье, я слышал приглушенные голоса за ширмой. Хотелось стукнуть кулаком в нос этому рыжему недоразумению за его явное торжество по поводу того, что Гермиона в оборотное зелье кошачий волос добавила. Да он бы это зелье вообще сварить не сумел! Но, по крайней мере, теперь я знаю причину происходящего, жаль только, не могу прийти к девочке, посидеть, поговорить. Мадам Помфри и так на меня волком смотрит, так что туда, за ширму, она меня точно не пустит. Как будто бы я смог причинить Гермионе какой-то вред! Но ведь все вокруг уверены, что могу. Что я ее злейший враг. А чего я хотел? Если бы ко мне кто-то относился так, как я к этой девочке, я бы тоже такого человека врагом считал. Пусть так. Пусть я не смогу с ней поговорить. Пусть меня не пропустят к ней ни эти ее так называемые друзья, ни наша медсестра. Но никто не помешает мне наведываться в лазарет, хотя бы для того, чтобы узнать, что с Гермионой все в порядке. А сейчас я больше не могу здесь находиться, вон уже мадам Помфри бросает в мою сторону подозрительные взгляды. Да и обдумать надо, как о произошедшем отцу написать, чтобы это его совершенно не заинтересовало. Незачем ему уделять столь пристальное внимание этой девочке. Если вначале я был уверен, что она интересует отца только потому, что постоянно находится рядом с Поттером, то сейчас я начал в этом сомневаться. Уж слишком подробные вопросы именно о ней. Такое впечатление, что отец хочет знать все ее сильные и слабые стороны. *** Гарри POV Чтоб я еще в кого превращался! Зелье на вкус – гадость редкостная, да и само превращение приятным трудно назвать. А при мысли, что пришлось вовнутрь частицу малфоевского прихвостня принять… Как вспомню – тошнить начинает. Я вообще до сих пор поверить не могу, что этот безумный план сработал. В нем было столько деталей, которые могли подвести в любой момент, но Гермиона при разработке действий учла, кажется, все, что возможно. Единственный прокол вышел в том, что девочка перепутала человечий и кошачий волосы, что дало Рону прекрасный повод для насмешек. Это меня довольно сильно удивляет – почему ему так важно, когда Гермиона в чем-то ошибется? И почему он настолько счастлив и постоянно вспоминает об этом? Ведь все ее достижения и победы он забывает через несколько секунд. А уж то, что она выигрывает у него в шахматы, так это, по мнению Рона, вообще какая-то глупая ошибка и было-то пару раз в жизни. Иногда я думаю, что он на дух не переносит нашу подругу. Вот и сейчас. Гермиона лежит в больничном крыле, и мне ее общества, как ни странно, не хватает, а Рон старается как можно больше времени провести вдали от нее и меня старается удержать от посещений лазарета. Или это мне только кажется? Ведь в замке сейчас находится его младшая сестра, да еще и три брата. В конце концов, ему, может быть, приятно находиться в компании родственников, а я уже себе чего-то напридумывал. А Гермиона довольно легко переносит заточение в больничном крыле. Я почему-то думал, что она будет сильно переживать из-за того, что сейчас больше на гигантскую черную кошку похожа, но нет, нашей подруге практически нет до этого дела – она все так же наслаждается обществом книг. Иногда даже кажется, что если мы забудем прийти к ней вечером, то она даже не обратит на это внимания. Но это только иногда. Потому что желтые кошачьи глаза радостно блестят, когда я и Рон заходим к ней, а расспросы о том, как мы проводим свободное время, все такие же подробные. И каждый раз Гермиона старается расспросить нас о Джинни, чем доводит Рона до белого каления. *** Джинни POV Я поняла, что со мной что-то не так, в тот момент, когда ощутила сумасшедшую радость при мысли о том, что Грейнджер оказалась в больничном крыле. Да, она мне не нравится, но не настолько же, чтобы желать ей всего самого худшего. Это были какие-то чужие, не принадлежавшие мне эмоции. Но я успокоила себя тем, что просто радуюсь тому, что эта девочка не будет постоянно находиться возле моего Гарри. И возможно, тогда он станет больше внимания уделять мне. Впрочем, это глупые детские мечты – я для него всего лишь маленькая девочка, младшая сестренка его друга. Он лишний раз и не взглянет в мою сторону. А вот к этой зануде в лазарет спешит постоянно. И вновь на меня накатила какая-то несвойственная мне ярость… Такое ощущение, что кто-то помимо моей воли будил в моем сердце все самое худшее, а я даже и не думала сопротивляться. Но кому, а главное, зачем на меня так влиять? В гриффиндорской башне кроме меня, моих братьев и Гарри никого нет, а с другими учениками я практически не общаюсь. Неужели Том? Нет, нужно отбросить подобные глупые мысли, ведь Том единственный, с кем я смогла спокойно и нормально общаться в нашей школе. Он единственный никогда не высмеивал меня и внимательно выслушивал все мои переживания. Да он мой единственный друг, а я посмела думать о нем плохо. Нет на меня никакого постороннего влияния, просто я не люблю Гермиону Грейнджер. А что, я ведь не обязана любить всех, а эта девочка обладает прямо-таки несносным характером. Лезет постоянно туда, куда ее не просят, и не дает проходу Гарри и моему брату. Конечно, на Гарри Поттера всегда направлено всеобщее внимание, а если она постоянно отирается возле него, то и себя чувствует значительной персоной. Обычная маглорожденная выскочка, которая готова на все что угодно, лишь бы получить свой кусок славы. Так что моя нелюбовь к ней вполне оправдана. *** Гермиона POV А мой кошачий вид совершенно меня не расстраивает. Конечно, вначале я очень переживала, что добавила в оборотное зелье частицу животного, подобная глупость обычно мне не свойственна. Но все, что ни делается, делается к лучшему. В результате досадного казуса у меня появилась возможность помириться с Северусом, и я бы была не я, если бы не воспользовалась ею. Вначале, когда я сообразила, что натворила, на меня накатил приступ паники. Мальчишки будут надо мной смеяться, в школе все о случившемся узнают, противоядия от моего зелья не существует, и я всю жизнь буду вынуждена провести в подобном облике… Мало ли страхов у тринадцатилетней девчонки. Но увидев свой новый облик в зеркале, начала давиться от смеха, и единственной мыслью было то, что Живоглот точно бы влюбился. Хорошо, что Гарри и Рон не слышали моего хохота, а то бы точно решили, что я от отчаяния свихнулась. Зато услышала Миртл. Вынырнув из какой-то своей водопроводной нирваны, полупрозрачное привидение школьницы начало рассматривать меня со всех сторон, светясь от мрачного торжества. Похоже, ее ничто не сможет сделать счастливой больше, чем зрелище несчастья или унижения кого-то из учеников. Миртл в красках расписывала все те насмешки и издевательства, которые выпадут на мою долю, до тех пор пока к нам не присоединились мои друзья, уже начавшие превращаться обратно. Хорошо, что у мадам Помфри крепкие нервы и за годы работы школьной медсестрой она всякого насмотрелась, иначе мы имели бы дело с сердечным приступом. Однако увидев непонятное существо из семейства кошачьих, эта храбрая женщина лишь обреченно вздохнула и первым делом объяснила мне, что в подобном состоянии мне придется провести не одну неделю. После чего велела ложиться в постель и выгнала из лазарета Гарри и Рона. Мальчишки пытались протестовать, но тут уж я была на стороне мадам Помфри. Как они могли помочь мне своим присутствием? О результатах их проникновения в слизеринскую гостиную они вкратце рассказали мне по дороге, а подробнее мы могли поговорить и завтра. В конце концов, успокоительное и сон в моем тогдашнем положении были самыми лучшим средством. Но я была рада, что не получила действительно сильное снотворное, иначе могла бы пропустить приход Северуса, а вылавливать его потом по всему замку было бы проблематично. Что-что, а избегать нежелательных встреч он умел просто виртуозно. Только вот разговор с ним оказался неожиданно тяжелым. Не потому, что мы не смогли помириться, ведь и я и он этого хотели, просто я даже не подозревала до этого, насколько Северусу важно наше с ним общение. Зато теперь я каждый вечер слышу его ворчание, когда пытаюсь вмешиваться в процесс приготовления зелий или тяну руки к очередному древнему фолианту. Ворчание абсолютно беззлобное, хотя большинство учеников убежали бы от ехидных насмешек декана Слизерина. Да и вообще возле камина с чашечкой ароматного чая в руках на какое-то время абсолютно забывалось о нападениях, происходящих в Хогвартсе, и о двух парализованных учениках, лежащих в больничном крыле. Так, словно выпадаешь из реальности в уютное домашнее тепло. Но реальность не забывала напомнить о себе. Гарри и Рон все-таки рассказали мне о результатах своей вылазки. Мне даже на какой-то момент стало не по себе от охватившей меня радости, что Драко не имеет отношения ко всему происходящему. Да, я для него пустое место и человек, которого можно только презирать, но к нападениям он непричастен и не знает, кто за этим стоит. То, что его отец что-то знает, не стало для меня неожиданностью. Я всего два раза в жизни встречалась с Люциусом Малфоем, но и этого хватило для того, чтобы понять, что от этого человека нужно держаться как можно дальше. Еще одной реальностью были лежащие на соседних кроватях неподвижные ученики, которые одним своим видом напоминали о том, что нападения можно ждать в любой момент и любому человеку. Ну не верю я в то, что чудовище может отличать, у кого и насколько кровь чистая, так что повинуется оно только указам своего нынешнего хозяина. И хорошо бы узнать, кто им является. Можно, конечно, подумать на кого-то из слизеринцев, но между собой они об этом не говорят. Я думаю, что если бы кто-то признался, то ученики змеиного факультета не выдали бы нарушителя, в конце концов, он не делает ничего, что противоречит их жизненной позиции. Но не восхищаться его поступком между собой они бы не смогли. Так что это либо слишком скрытный слизеринец, либо к факультету Салазара он не имеет никакого отношения. Знать бы еще, кто открыл комнату в прошлый раз и кого за это наказали. Потому как я совсем не уверена, что это был один и тот же человек. Впрочем, узнать было не у кого. Северус признался, что он не знает никаких подробностей, просто когда-то услышал часть разговора Волдеморта с Люциусом Малфоем, но это мало что давало. А хогвартские привидения наотрез отказывались говорить на эту тему, опасаясь повторить судьбу Почти Безголового Ника. Скорее всего, подробности знал директор Дамблдор, но я не горела желанием общаться с этим человеком – правды он все равно не скажет, а вот мое, с его точки зрения, нездоровое любопытство обязательно возьмет на заметку. А пристальное внимание искусного легилимента мне было ни к чему, может, мои секреты и не могут повлиять на судьбу мира, но я бы предпочла, чтобы они не стали достоянием общественности. В старых газетах тоже не было практически никакой информации – создавалось впечатление, что о произошедшем решили никого не ставить в известность, опасаясь скандала, могущего нанести вред как репутации Хогвартса, так и престижу Министерства Магии. Конечно, в политических играх подобная скрытность была в порядке вещей, но она создавала достаточно проблем людям, желающим разобраться в ситуации. И мне начинало казаться, что я никогда не смогу раскрыть эту тайну. Я надкусила лежащее на тумбочке яблоко, впервые подумав о том, кто же проявляет ко мне подобное внимание. Гарри и Рон отпадают, не уверена, что они вообще знают о том, что я люблю яблоки. Северус обычно приходит после отбоя и ему не обязательно скрывать то, что он хочет чем-то меня угостить. Тогда кто? Кто посещает меня днем, когда я сплю, и оставляет свидетельство своего посещения? Мысль о Драко я прогнала сразу, это невозможно себе даже представить. Когда я поделилась сомнениями с мадам Помфри, она предположила, что это может быть кто-то из домовых эльфов. Иногда те проявляют заботу об учениках, но очень стесняются, если это заметят. *** Люциус POV На рождественских каникулах в Хогвартсе не было нападений, но это и не удивительно, ведь там осталось слишком мало учеников. Гораздо удивительнее то, что Дамблдор не предпринимает никаких шагов для того, чтобы урегулировать происходящее. Такое впечатление, что он решил все оставить на самотек. Заманчиво, но зная его хитрость, на подобный исход дела лучше не рассчитывать. Поттер тоже ведет себя довольно тихо, и единственная новость, полученная от Драко, которая заслуживает внимания, та, что его грязнокровная подруга оказалась в больничном крыле. Как сообщил мой сын, в результате какого-то неудачного эксперимента. Ну, то, что магла не могла не завалить дело, это даже сомнения не вызывает, несмотря на то, насколько у нее хорошие оценки. А вот то, что ей хватило решимости взяться за что-то опасное - слегка удивляет. Возможно, из-за того, что она так похожа на Джин, я невольно ищу сходство в их поведении. И что самое странное – нахожу. Джин тоже была предана своим друзьям и готова была пойти за них в огонь и в воду. И ее не волновало общественное мнение. Моя книжная девочка, не терпящая несправедливости и обладающая такой добротой, что рядом с ней становилось просто тепло… Похоже, эта нечистокровная мисс обладает похожими качествами, ведь иначе весьма недалекая мисс Паркинсон в своих письмах отцу не оттачивала бы остроумие по поводу Поттера, пляшущего под дудку какой-то маглорожденной. Она постаралась бы найти для своих насмешек более достойный объект. *** Нарцисса POV Так непривычно. Мой сын остался на каникулы в школе, и дом кажется каким-то пустым. Это несмотря на то, что Драко никогда не был особо шумным. Он с раннего детства усвоил правила поведения и никогда не нарушал их. Вот и сейчас, будь он дома, сидел бы в своей комнате или прогуливался в саду. В любом случае, я видела бы сына только на совместных трапезах, ну и еще, может быть, в библиотеке. Не слишком часто. Да он бы и не старался показаться мне на глаза или требовать моего внимания. Но все равно без Драко дом пуст. Его короткие письма позволяют ненадолго забыться, но потом снова возвращаются тревожные мысли о том, как ему одному в практически пустой школе. Да, Грегори и Винсент остались с ним, и о безопасности сына я могу не беспокоиться. Но, Мерлин великий, эти два мальчика поразительно глупы! Да, мы общаемся с их родителями, и аристократическое воспитание не позволяет говорить правду об их сыновьях, но… Ничто ведь не мешает мне эту правду замечать. А то, что Грегори и Винсент по своему развитию с трудом дотягивают до семилетних детей, видно невооруженным взглядом. Впрочем, мисс Паркинсон недалеко от них отошла, и я была в легком шоке, когда мой муж заговорил о помолвке Драко с этой девочкой. Лучше бы он обратил внимание на семью Грингас, на двух замечательных девочек – Дафну и Асторию. И если старшая сестра немного амбициозна, что не слишком приветствуется в нашем кругу, то к младшей никаких претензий – милая, покладистая девочка, которая на следующий год поступит в Хогвартс. И хотя объявлять официальную помолвку еще немного рано, но с любой стороны породниться с этим семейством намного лучше, чем с Паркинсонами. *** Северус POV Сегодня удалось выспаться впервые за очень долгое время. Без зелий, без кошмаров, без того тревожного чувства, которое даже во сне преследует меня. Причина всего этого заснула прямо на полу, обложившись проверенными эссе первокурсников. Надо же, она все-таки это сделала, зря я сомневался. Смешно, но я не чувствовал никакой неловкости от того, что Гермиона спит в моей комнате. Несмотря на то, что я никого не впускаю в свое личное пространство, у меня даже и мысли не возникло, что эта девочка здесь чужая. Рядом с ней я ощущал себя легко и свободно. Хуже было, когда она возвращалась в больничное крыло – мне становилось почти невыносимо находиться опустевших неуютных комнатах, словно бы только Гермиона приносила в них жизнь. Всего какие-то три недели общения, и я привык к ее ежедневному присутствию настолько, что даже не представляю себе, что буду делать, когда кошачья шерсть полностью сойдет с этой девочки и она вернется к своей обычной школьной жизни. И видеть я ее тогда смогу только на уроках, а эти два гриффиндорских недоразумения - постоянно. Я постарался задушить поднявшееся чувство раздражения. В самом деле, какое я имею право лишать девочку ее друзей, что бы я об этих самых друзьях ни думал… Просто если мне будет не хватать наших ежевечерних чаепитий, то это совершенно не значит, что ее мир стоит ограничивать мрачными комнатами в подземелье. Мне еще повезло, что Гермиона бросила неправильный ингредиент в зелье, иначе сколько бы еще мне пришлось изводить себя, не решаясь откровенно поговорить с девочкой. Ведь я, наученный предыдущим опытом и прекрасно знающий, что не являюсь любимчиком Фортуны, никогда бы не рискнул первым подойти к ней. Из страха, наверное. Страха показаться смешным. Страха, что она будет смотреть на меня с презрением и злостью. Страха, что ей будет неуютно в моем обществе. Сколько же страхов во мне накопилось. Вот только тогда, в лазарете, Гермиона сама захотела со мной поговорить. В первый момент я даже подумал, что мне послышались те ее слова. *** В глазах Северуса мелькнуло удивление, он явно не ожидал, что девочка еще не спит, а уж того, что она захочет с ним поговорить, даже не мог себе представить. - Я не собираюсь убегать, - произнес он тихо, чтобы не услышала мадам Помфри, которая оберегала покой своих пациентов не хуже огнедышащего дракона или трехглавого пса Хагрида. - Это хорошо, - Гермиона тоже говорила тихо, - потому что отпускать тебя я не собираюсь. Ты не считаешь, Северус, что нам давно пора поговорить? - Мне кажется, что больничное крыло не самое лучшее место для задушевных разговоров. - Мне тоже так кажется. И что тебе мешает пригласить меня в гости? Северус внимательно смотрел в желтые кошачьи глаза, думая о том, что же лучше ответить. Хотя нет, решение он принял моментально, просто просчитывал, каким образом незаметно провести девочку в свои комнаты. Неважно, что отбой был уже давно и студентов в школе не так уж и много – в честь праздника они могут почти до утра прогуливаться по коридорам. Да и Поппи вполне могла посреди ночи проверить, как себя чувствует новая пациентка. Но – пара заклинаний, и все эти препятствия можно будет легко обойти. - Пойдем, - пробормотал он, с трудом пытаясь скрыть смех при виде того, как Гермиона пытается справиться с черным пушистым хвостом. – Я так понимаю, от хвоста лучше избавляться в первую очередь? - Угу. Мешает, зараза, спасу нет, - девочка тихонько рассмеялась, - зато какой роскошный. Медлить было нельзя – слух у Поппи всегда отличался остротой, а сон чуткостью. Так что поверить в то, что через несколько минут после тихого разговора медсестра не проверит, что творится в ее владениях, было нелегко. - Держи меня за руку и попытайся не произносить ни звука, - Северус быстро трансфигурировал из одеяла копию девочки и уложил ее в постель. Вторым было заклинание отвлечения, теперь любой припозднившийся ученик или преподаватель мог увидеть лишь как всегда раздраженного преподавателя зельеварения. Всю дорогу до подземелий Гермиона молчала, хотя она с трудом приноравливалась к летящей походке Снейпа, путаясь в собственном хвосте. Но ругалась исключительно про себя. Мысленные воззвания зельевара к Мерлину и всем четырем основателям принесли свои плоды – по дороге им никто не встретился. - Проходи, - тихо сказал Северус, снимая запирающее заклятие со своих комнат и разводя огонь в камине. - Заклинанию обучишь? – получившая возможность говорить девочка то ли спрашивала, то ли утверждала. Глаза ее при этом с любопытством рассматривали обстановку в кабинете и восторженно вспыхнули при виде книг. Северуса слегка позабавила, но совершенно не удивила такая реакция. Впрочем, требование обучить ее заклинанию тоже не стало чем-то необычным, что-что, а узнавать все новое было у девчонки в крови. Если он чему-то не захочет ее учить, она будет тренироваться самостоятельно. - О чем ты хотела поговорить? – Северус пытался говорить спокойно, мысленно благодаря Дамблдора за все годы практики, научившие его хранить маску. - О том, что ты великовозрастный дурак! – Гермиона оторвалась от созерцания книг и встала напротив него. – Я прекрасно понимаю, что вспылила тогда. Но согласись, моя злость была оправдана. И вот с начала года пытаюсь с тобой поговорить, а ты как маленький ребенок постоянно убегаешь. - О чем мне было говорить с такой малолетней нахалкой? - О квантовой физике, - раздраженно буркнула девочка и уселась в кресло возле камина. – Ты меня чаем поить собираешься? Северус подумал о привычке Гермионы перескакивать с одного на другое и вставлять в разговор магловские понятия, но эта мысль была мимолетной. На душе стало тепло от осознания того, что девочка в своей неповторимой манере собиралась помириться. Значит, он еще нужен, несмотря на свой далеко не сахарный характер и неумение извиняться. Он неторопливо разлил заваренный чай в чашки и уселся в соседнее кресло. Давно уже он не чувствовал себя таким спокойным. - Знаешь, Северус, - отхлебнув чая, Гермиона продолжила говорить, глядя на ярко потрескивающие язычки магического пламени, - я тогда была очень сердита, что ты посчитал меня маленьким ребенком, недостойным владеть информацией. Когда приехала домой – остыла. Вот только сову мы не держим, поэтому и не смогла сразу тебе написать. А лично поговорить вышло только сейчас. - Ну, не такой уж я неуловимый. - Ага. Я именно так и подумала. - Я просто боялся, что ты не захочешь больше со мной общаться. Вот и не хотел тебя в неловкое положение ставить. - Ладно, проехали. Просто не утаивай больше от меня ничего важного. Даже если и считаешь, что это для моего блага. - Могу поклясться чем угодно. Могу Непреложный обет дать. Гермиона вскочила, выронив чашку из рук и даже не заметив этого. Она несколько секунд пораженно смотрела на сидевшего в кресле Северуса, а затем, резко подскочив к нему, изо всех сил ударила кулаком в плечо. Удар получился так себе, но мужчину удивила эта вспышка ярости. - Тебе что, никто не верит на слово? Северус слегка пожал плечами, всем своим спокойно-пренебрежительным видом показывая, что такое отношение к своей персоне для него привычно. - Запомни, - голос Гермионы дрожал от едва сдерживаемого бешенства, и она выговаривала каждое слово четко и отрывисто. – Я. Тебе. Верю. Просто так. Мне. Не нужны. Клятвы. - Ты сейчас выглядишь очень грозно, - Северус позволил себе слегка улыбнуться. – Давай лучше чай пить. А заодно расскажи мне, для чего тебе понадобилось оборотное зелье. - Да мы хотели с Гарри и Роном в слизеринскую гостиную проникнуть. - Эксперимент, я так понимаю, провалился? - Обижаешь, Северус, - девочка напустила на себя возмущенный вид. - Из мальчишек замечательные Кребб и Гойл получились. Никто и не засомневался. - Не каждому удается на втором курсе с первой попытки удачное оборотное сварить. У вас, мисс, задатки хорошего зельевара. - Так у кого учусь! – Гермиона тихонько засмеялась. - Ты только на уроке меня случайно не похвали, а то половина школы с сердечным приступом сляжет. - Я не настолько жестокий. И для чего этот маскарад так понадобился, что Поттер рискнул из моего хранилища ингредиенты стащить? - Опять обижаешь. Гарри и Рон внимание отвлекали, а в хранилище я пробиралась. - Малолетняя нахалка. - Может быть. Вот только все у нас получилось, и мы смогли выяснить, что слизеринцы к нападениям не причастны. - Понятно. - А вот Люциус Малфой что-то об этом деле знает. - Знает. Ему когда-то Темный Лорд рассказал, - это были не самые приятные воспоминания. - Волдеморт? А что именно? - Я только часть разговора тогда услышал, - Северус попытался почти дословно пересказать тот давний разговор, чувствуя себя немного неуютно под внимательным взглядом девочки. Давно ли он таким чувствительным стал? - Не густо, - Гермиона вздохнула. – Никто ничего не знает, а нападения продолжаются. - Ты ведь вне опасности? - А ты в самом деле думаешь, что этот монстр, чем бы он ни являлся, вот так запросто может статус крови по виду ученика определить? Я почти уверена, что команды ему отдает хозяин и только у него в голове весь этот снобизм: чистокровный – грязнокровка… - Уверена? - Нет, конечно. Просто мне этот вариант кажется более логичным. Уж получше того, чтобы верить во всемогущее и всезнающее тысячелетнее чудовище. *** Драко POV Уже началась учеба, а Гермиона все еще в больничном крыле. Я заглядываю к ней почти ежедневно, благо отец все так же интересуется ее состоянием и у меня есть прекрасный повод для визитов. Сейчас, когда ученики вернулись в школу, на фоне всеобщего любопытства стало даже проще там появляться. И хотя мадам Помфри оберегает покой своих пациентов, мне все-таки иногда удается проскользнуть незамеченным. А из нее получилась милая кошка, когда спит, так и хочется за ушами погладить. Но я рад, что наша медсестра не пускает к девочке посетителей. Если бы Гермиону увидели в таком виде, то покоя в школе точно бы не дали. Наши слизеринцы первые насмешками изошли бы, да и шутники других факультетов недалеко отстали бы. Я приношу Гермионе яблоки. Может, это и не самые изысканные фрукты на земле, но она их любит. За столько времени я успел это заметить, в отличие от Поттера и Уизли – те кроме себя вообще ничего не замечают. И я только диву даюсь, как Гермиона могла с ними подружиться. Чем они могли заслужить подобное? Впрочем, такими вопросами можно задаваться до бесконечности, но от этого все равно ничего не изменится. *** Джинни POV Я злюсь, практически не переставая. Может быть, просто потому, что чувствую постоянную слабость и плохо сплю ночью, а может, меня раздражают вернувшиеся с каникул гриффиндорцы. Без них в нашей гостиной было все-таки поспокойнее. Я, конечно, привыкла к большой и шумной семье, но сейчас время от времени начинаю всех ненавидеть. Много болтовни о том, кто и как провел каникулы, шумные розыгрыши Фреда и Джорджа… Да и Гарри с Роном после уроков постоянно к своей ненаглядной Грейнджер мчатся, словно она без них ни дня прожить не может. Чем, интересно, она таким больна, что мадам Помфри никого, кроме этих двоих, к ней не пускает? Скорее всего, не слишком серьезно, если постоянно домашние задания выполняет. Притворяется, наверное, грязнокровка… Нет, это точно подумала не я! Злость – да. Раздражение – возможно. Но не такая ненависть к маглорожденным. Я на такое не способна! Но ведь откуда-то подобная мысль взялась в моей голове? В мозгах словно что-то прояснилось. Сразу вспомнились все наставления родителей о том, какими коварными могут быть зачарованные предметы. Чем же я раньше думала?! Ведь уже не первый день чувствую себя странно, даже окружающие заметили, одна я слепая была и никого слушать не желала. Нужно немедленно от этого дневника избавиться. И только когда взяла старую тетрадь в руки, чуть не вскрикнула от еще одной страшной догадки – тогда, на Хэллоуин, моя одежда была перепачкана светящейся краской. Выходит, это я миссис Норрис за хвост подвесила и ту страшную надпись сделала. Захотелось все немедленно рассказать профессору МакГонагл, но в памяти звучали слова Рона об исключении. Ведь если наш декан мне не поверит – меня исключат! И маме с папой неприятности обеспечены. А им и так несладко приходится после выходки Рона с машиной. Теперь еще и я отличилась. Хорошо хоть Колину и Джастину повезло, они остались живы. Уже скоро созреют мандрагоры, и профессор Спраут уверена, что настойка из них поставит ребят на ноги. Значит, еще не все так страшно. Главное – избавиться от дневника, чтобы этот Том еще кому мозги не запудрил. *** Рон POV Насколько же спокойней стала наша жизнь, когда Гермиона попала в больничное крыло. Никто не стоит над душой и не заставляет учиться. Никто не зудит об экзаменах. Никто не требует правила соблюдать. Красота! Не понимаю, почему Гарри не радуется? Я иногда думаю, что он по этой девчонке скучает. Ну, ничего, вот ее выпишут, я посмотрю, через сколько времени он взвоет. Хотя я и Гермиону не понимаю – вот лежит она в лазарете, зачем ей надо все домашние задания выполнять? И так первая на курсе. Она, конечно, твердит, что от класса отстанет и экзамены не сдаст. Да кому сейчас нужны эти экзамены, если в расчет берутся только СОВЫ и ЖАБА? Но доказывать что-то нашей зануде – себе дороже. Но что самое смешное, без нее наши приключения какими-то блеклыми получаются. Вот сейчас могли бы под мантией-нивидимкой откалывать номера не хуже Фреда с Джорджем, а что получилось? Кроме того, что нашли никому не нужный старый пустой дневник Тома Ридла, ничего интересного не сотворили. Хотя Гермиона не была бы Гермионой, если бы не начала выстраивать теорию о том, что владельца дневника наградили именно за то, что он в прошлом хозяина этого монстра разоблачил. Да с чего она это вообразила, может, этот парень был таким же занудным зубрилой как Перси, учителям такие нравятся – вот и получил почетную табличку в Зале Наград. Так нет же, эта девчонка прицепилась к совпадению дат. Но даже если ее размышления и в самом деле правда, то где мы сейчас этого Тома искать будем? Может быть, его уже давно в живых нет или он в другой стране живет. Так что эта находка нам ничего не даст. Нет, ну неужели Гермиона думает, что пустой дневник, купленный в магловском магазине давным-давно, может что-то прояснить? Надо Гарри поскорее из больничного крыла уводить, а то он может и проникнуться глупыми идеями этой девчонки. *** Дамблдор POV По какой-то неясной причине нападения прекратились. Я уверен, что чуть позже они продолжатся, но рад временной передышке. Пусть пока Хагрид поживет спокойно, да и у детишек будет больше времени, чтобы в ситуации разобраться. Жаль, конечно, что мисс Грейнджер временно выведена из игры, но надеюсь, она успеет вовремя поправиться. Северус при каждом моем вопросе о состоянии этой девочки шипит не хуже разъяренной гадюки. Он, конечно, не задерживает нужные для лечения зелья, но и не старается особо ускорить процесс. Для него очень тяжелое бремя помогать любому гриффиндорцу, представители этого факультета немало постарались, чтобы вызвать у Снейпа стойкую неприязнь. И даже его безответные чувства к Лили Эванс никак не повлияли на ситуацию. Но для моих планов подобное отношение профессора Снейпа к моим подопечным не составляет проблемы. Если знать причины неприязни, то человеком легко управлять. А Северус, кроме всего прочего, еще и считает себя моим должником. И каким бы человеком он ни был, все-таки предпочитает отдавать долги и выполнять обещания. Часто ловлю себя на мысли, что мне несказанно повезло, что угрюмый слизеринский мальчишка воспылал столь сильными чувствами к маглорожденной гриффиндорке. А что еще более удобно, так это то, что в силу гордости Северус ни при каких обстоятельствах не расскажет об этом Гарри. Объединение Гарри Поттера и Северуса Снейпа могло бы нанести серьезный урон моим планам. Ведь если я не ошибаюсь, то мальчик может оказаться крестражем. А значит, жить ему суждено не долго. К сожалению. Я действительно об этом сожалею, но судьба магического мира в любом случае ценится выше, чем жизнь одного человека. Даже очень хорошего человека. Мне жаль, что пришлось принять решение готовить Гарри к серьезным сражениям и самопожертвованию, но я пока не вижу другого выхода. Впрочем, возможно, ситуация изменится. *** Панси POV Грязнокровная зубрила загремела в больничное крыло! Давно я не испытывала такой радости, жаль только, что она не парализована, как остальные грязнокровки. Без ее всезнайства на уроках намного спокойнее, теперь гриффиндорцам в два раза труднее баллы набирать, так что кубок будет наш. Он принадлежал бы нашему факультету еще в прошлом году, если бы наш маразматик директор в последний момент этой во все дыры нос сующей троице баллов не прибавил. Узнать бы еще, что с Грейнджер случилось, но пробиться сквозь надзор лазаретного цербера нет никакой возможности. Обидно, конечно, что наследник Салазара не избрал это лохматое чучело очередной жертвой, но и так неплохо. *** Гермиона POV Никогда не думала, что с такой неохотой буду покидать больничное крыло. Нет, конечно, я не буду скучать по гостеприимству мадам Помфри, но вот ежевечерних посиделок с Северусом мне будет явно не хватать. За эти недели я привыкла к тому, что в мрачном подземелье меня ждет уютное кресло возле камина и чашка горячего чая. И еще разговоры с очень умным человеком. Но пора возвращаться к обычной школьной жизни. Проводить вечера в гриффиндорской гостиной и самой делать оценку всех новостей. Да и за Джинни присмотреть надо. Хоть эта девочка и не скрывает своей нелюбви ко мне, я не испытываю к ней никакой враждебности. Когда я вошла в гостиную, меня сразу же окружила толпа учеников, желающая во всех подробностях узнать, что же со мной произошло. Их явно не устраивали фразы о неудачном заклинании, так что я была жутко благодарна своим друзьям, которые вытащили меня из этого бедлама. А то я уже не знала, что говорить в эти лица, полные яростного любопытства. Другие эмоции присутствовали только у двух человек – облегчение у Перси Уизли и искренняя радость – у Невилла. *** Рон POV Нападения на учеников прекратились. Локхарт объявил это своей заслугой и всем и каждому начал рассказывать о себе великолепном. В два раза больше, чем обычно. Уши вянут слушать, а девчонкам нравится. До сих пор не устаю поражаться тому, что они этого шарлатана никак раскусить не могут. Интересно, а мозги у них есть или все в восхищение ушли? А ведь большая часть учеников и все профессора при виде преподавателя ЗОТИ стараются в сторону отойти и ругаться потише. Но сегодня Локхарт переплюнул сам себя. Войдя в Большой Зал на завтрак, я попервах решил, что у меня крыша поехала. Но глядя на ошеломленные лица всех остальных, понял, что с головой и зрением у меня полный порядок. Просто этот клоун решил на свой манер день святого Валентина отпраздновать. Хотел бы я на того смельчака посмотреть, который у Снейпа рискнет амортенцию просить или у профессора Флитвика о приворотных чарах расспрашивать… Но женской половине хогвартских учеников сама идея понравилась. Я так понимаю, работы сегодня у гномов-почтальонов будет хоть отбавляй. *** Драко POV Идиотская идея Локхарта, к моему удивлению, нашла отклик не только в сердцах влюбленных девушек. На какую-то секунду я тоже подумал о том, что неплохо было бы воспользоваться предоставленной возможностью и передать свои извинения Гермионе. Со стороны это бы выглядело ужасно глупо, но я бы все-таки рискнул, если бы не пристальное внимание Панси. С тех пор как закончились каникулы, эта девочка не спускает с меня глаз, так что мечту утаить что-либо от нее можно похоронить в зародыше. От мысли о невозможности поступать так, как я хочу, возникло желание крушить все, что под руку попадется. Останавливала врожденная осторожность. Да и если посмотреть, преподаватели наши от царящего вокруг оживления тоже не в восторге. Вон у нашего декана лицо так перекосило, как будто ему самые редкие зелья перепортили. Так что мое безразлично-кислое лицо на этом фоне не слишком-то и выделяется. *** Дафна POV Похоже, у нашего Драко появились секреты. Я же видела, как его лицо на какое-то мгновение озарилось радостью, вот только не могу даже представить, какой именно девице он хотел валентинку послать. В том, что не пошлет, можно даже не сомневаться – Малфои, они такие, скрытные до невозможности. Но меня удивил сам факт того, что этот холодный избалованный мальчишка может к кому-то проявлять интерес. Это явно не Панси. По моим наблюдениям, он почти перестал с ней общаться, и только такая глупышка, как Паркинсон, может ожидать от Драко знака внимания. Самый безумный вариант – грязнокровная подружка Поттера. Если не знать о том, что Малфою-старшему зачем-то нужны сведения об этих троих, то глядя на то, как Драко постоянно наблюдает за Грейнджер, можно подумать все что угодно. Любопытно, конечно, узнать в чем дело, но не у самого же Драко спрашивать? Он-то точно ничего не расскажет, а я не настолько глупа, чтобы выдавать свое повышенное внимание. В конце концов, все самые удачные дела в тишине и тайне делаются. А удачным ведением дел наша семья славится. Так стоит ли обращать внимание на наследника семьи Малфоев? Кто бы там что ни думал, а он связан условностями по рукам и ногам. Мнение Драко в решениях важных вопросов не учитывается, а против воли семьи он никогда не пойдет, что бы там ни творилось у него в голове. Не тот человек. Не та семья. И в нынешней ситуации лучше поступить по главному правилу нашей семьи: пока меня это не касается – меня это не касается. *** Джинни POV Избавившись от дневника, я почувствовала невероятное облегчение. Такое, словно с плеч сняли невидимый, но от того не менее тяжелый груз. Как оказалось, я до сих пор и не подозревала, насколько это хорошо – спать по ночам. Вначале еще накатывало непонятное раздражение, но с каждым днем все реже и реже. Даже возвращение из больничного крыла Гермионы Грейнджер не вызвало во мне волны неприязни. Кажется, я впервые спокойно присмотрелась к этой девочке. Кроме того, что она проводит с Гарри намного больше времени, чем я, в ней не было совершенно ничего раздражающего. Обычная девочка, которая любит книги и старается хорошо учиться. Да и одноклассники мои оказались не такими плохими, как я о них думала. Мне даже понравилось общаться с ребятами, и я со страхом вспоминала те времена, когда добровольно изолировала себя от всех остальных. Сегодня день святого Валентина и у меня, благодаря профессору Локхарту, появилась возможность поведать о своих чувствах Гарри. Конечно, я не буду в послании называть свое имя, но надеюсь, мои стихи ему понравятся. Отловить гнома в праздничной суматохе оказалось довольно просто. Конечно, будь моя воля, я бы никогда не выбрала подобное существо на роль купидона, но за неимением лучшего приходилось довольствоваться тем, что оказалось под рукой. Но я даже не могла себе представить, насколько Гарри будет против подобного проявления чувств. Он отбивался от гнома-почтальона так, словно это был огнедышащий дракон, и затравленно оглядывался по сторонам. Как назло, еще и этот противный слизеринец Малфой так не вовремя появился. Но все это мгновенно вылетело у меня из головы, когда я увидела выпавшие из разорванной сумки Гарри книги. К моему ужасу, среди учебников лежал дневник Тома. Этого не может быть! Я же лично его в унитаз смыла, как он мог попасть кому-то в руки? Но глазам пришлось поверить. Это был именно тот дневник. Кто, кроме меня, мог узнать его с первого взгляда? В этот момент мне по настоящему стало страшно, ведь если то сознание, которое было скрыто в старой тетради, овладело мной и заставило делать жуткие вещи, то что ему помешает овладеть Гарри? Я не могла этого допустить. Ни в коем случае. То, что дневник нужно забрать, я поняла сразу. И сделать это можно будет, только украв его из вещей Гарри. *** Гарри POV Этот шизанутый профессор Локхарт со своими чокнутыми гномами! Ну мало мне было того, что все пялились на мой шрам. Мало, что меня наследником Слизерина считают. Теперь еще и это позорище! И главное, как назло, Малфоя принесло. Уж он-то без своих издевок никак не может. А еще на первом курсе дружить предлагал. Представляю, какая бы это была дружба, если бы я сдуру согласился. Еще и сумка порвалась, и все учебники чернилами залило. В этот момент я позавидовал Гермионе. То, с какой легкостью она починила повреждение, просто поражает. У меня бы так точно не получилось, а чувствовать себя беспомощным как младенец совершенно не хотелось. Так что надо меньше Рона слушать и учить заклинания. Чтобы больше не было так стыдно. Вернувшись в свою комнату, я обратил внимание на то, что все книги и пергаменты, кроме дневника Тома Ридла, были залиты чернилами. Но ведь он был залит не меньше всего остального, а сейчас сиял чистотой. Такое впечатление, что он просто впитал в себя все лишнее. Если бы сейчас рядом со мной были Рон или Гермиона, они бы точно отговорили меня от моего намерения, но в тот момент я не думал об опасности. Мне просто надоело бродить в потемках, не имея никакой информации. Поэтому я решил рискнуть. Когда я вынырнул наружу из чужого воспоминания, меня просто трясло. Рон был в комнате, и я, еще не до конца придя в себя, выдал ему, что в прошлый раз монстра из Тайной Комнаты выпустил не кто иной как Хагрид. Рон тоже был потрясен, и поэтому мы отправились искать Гермиону, так как сейчас только она могла остудить наши головы. Она внимательно выслушала наш взволнованный рассказ, как всегда потребовав от меня максимальных подробностей, и на некоторое время задумалась. Естественно она не поверила в виновность Хагрида, и у меня на душе полегчало. Да, школьный лесничий любит всяких чудовищ, вспомнить только, как он считал милым детенышем дракона, но в этот раз речь шла о смерти человека. А представить добродушного Хагрида, виновного хоть в чьей-то смерти, я не мог. Рон напомнил мне о встрече с нашим лесничим в Лютном переулке. Да, то место не самая лучшая рекомендация для человека, но неужели мой рыжий друг и в самом деле считает Хагрида виноватым? Или он настаивает на своем только из чувства противоречия? *** Гермиона POV Интересно, почему этот Том Ридл, кто бы он ни был, показал Гарри именно это свое воспоминание? В том, что оно правдиво, я не сомневаюсь, так же как и в том, что тринадцатилетний Хагрид не намного отличался от себя нынешнего и вполне мог пронести в школу какого-то опасного питомца. Только я сильно сомневаюсь, что он смог бы подчинить себе чудовище из Тайной Комнаты. Он бы, конечно, постарался, только подчинился ли бы монстр полувеликану? Учитывая, что его первый хозяин был чистокровный фанатик Салазар Слизерин. Что-то мне слабо в это верится. Значит, будем смотреть с другой стороны. Ридл не хотел возвращаться в магловский приют и не скрывал этого. А школу собирались закрывать. Выходит, этот подросток мог с легкостью обвинить кого угодно, лишь бы Министерство Магии не планировало никаких санкций в отношении Хогвартса. И тут был очень удобен Хагрид, с его нескрываемой любовью к различным чудовищам. Он был идеальной кандидатурой на роль виноватого. Вот только, если я правильно все поняла, сразу после ареста Хагрида нападения на маглорожденных учеников прекратились. Было ли это совпадением или Том Ридл знал, кто на самом деле стоит за смертью ученика? Если знал, то должен был иметь влияние на этого человека. Но ведь он был полукровкой на факультете Слизерин. Да еще пятьдесят лет назад! Если Северус стеснялся своего происхождения и старался не афишировать его (а это было всего двадцать лет назад), то я сомневаюсь, чтобы Ридл на каждом углу кричал о своем отце-магле и о том, что он воспитывается в приюте. И к чему я в итоге пришла? Что полукровка Ридл не мог иметь никакого видимого влияния на отца Люциуса Малфоя. Как и любого другого чистокровного слизеринца. То есть выходит, что чудовище Салазара могло подчиняться именно ему. А почему бы и нет? Ведь о своей матери он ничего не рассказал, кроме того, что она была ведьмой. А если она была в родстве со Слизерином? Я не думаю, что у кого-то есть достоверное тысячелетнее генеалогическое древо. Но ведь могло иметь место и совпадение, тогда мои выводы не имеют никакого веса. В любом случае, не помешает узнать, кто же этот таинственный Том Ридл и почему его дневник именно сейчас появился в Хогвартсе. Северусу это имя ничего не сказало, но рассказ о дневнике, могущем показывать воспоминания создавшего его человека, не на шутку встревожил моего друга. И я была с ним согласна, что таких экспериментов лучше больше не проводить. К счастью, Гарри был настолько подавлен вероятностью вины Хагрида, что больше не желал общаться с Ридлом, закинув дневник на самое дно своего рюкзака. *** Люциус POV Прошло столько времени, а в Хогвартсе ни одного нападения. Неужели эта рыжая мартышка догадалась о влиянии на свое сознание дневника Темного Лорда? Да нет, одиннадцатилетняя представительница семейства Уизли не способна на такие глубокие размышления. Похоже, этот хитрый старикашка директор о чем-то все-таки догадался и принял меры. Жаль, если такой замечательный план пойдет насмарку. Впрочем, ничто еще не потеряно, а терпения мне не занимать. Так что при малейшем признаке волнений в Хогвартсе Попечительский Совет отстранит Дамблдора от должности. Правда, этого мне удалось добиться не совсем законными методами, но кого это волнует. Победителей не судят, а эти слабаки должны молчать – у самих рыльце в пушку. *** Джинни POV Я никогда не думала, что пробраться в комнату Гарри и выкрасть у него этот злополучный дневник окажется так сложно. У меня создавалось впечатление, что остаться незамеченной у меня не получится никогда. Именно поэтому я тянула столько времени. Поэтому, а не из страха вновь оказаться во власти чужого сознания. Хотя мне было страшно. Интересно, кто выдумал эту глупую сказку, что гриффиндорцы никогда и ничего не боятся? Еще как боятся. Или я не истинная представительница своего факультета. В какой-то мере эта мысль меня подстегнула, а может быть, мне наконец-то повезло. М-да, а беспорядок у мальчишек в крови. Мои братья, кроме Перси, тоже не отличаются любовью к аккуратности, так что состояние вещей Гарри меня не удивляло. Я, скорее, испугалась, что не сумею найти дневник. Ума не могла приложить, куда его можно спрятать, поэтому выкидывала на пол все подряд, смутно надеясь, что у меня хватит времени прибраться и уйти незамеченной. Когда я наконец-то взяла в руки старую тетрадь, счастью моему не было предела – теперь Гарри в безопасности. *** Рон POV Это, конечно, очень умное высказывание – похититель кто-то из гриффиндорцев. Ну не слизеринцы же под оборотным зельем! Ничего другого от Гермионы я и не ожидал. А что можно ждать от человека, который для дальнейшего обучения выбрал абсолютно все предметы. Даже магловедение, хотя сама родилась в семье маглов. Нет, она у нас не занудная зубрила – она маньячка! Нужно держаться от этой девочки подальше, а то вдруг такое отношение к учебе заразно. Но факт того, что в вещах Гарри рылись и украли дневник Тома Ридла, никто не отменял. Значит, там хранились важные тайны. Вот мы с Гарри идиоты! Испугались о Хагриде плохо думать и старую тетрадку подальше закинули. А надо было еще воспоминания посмотреть, ведь обязательно пригодились бы. А вот теперь стало понятно, что больше точно ничего не узнаем. Не знаю как остальные, а я после матча по квиддитчу намерен вычислить вора. Если он крадет такое важное доказательство, значит, точно что-то знает о происходящем. Но даже если это просто дурацкая шутка, все равно я этого так не оставлю. *** Гермиона POV Когда Гарри по дороге на квиддитчное поле сказал, что опять слышит голос, у меня в голове словно щелкнуло и все пазлы наконец-то встали на свое место. Как я могла забыть о том, что Гарри – змееуст! В этом разгадка того, что этот таинственный голос кроме него никто не слышит. Нужно немедленно проверить свою догадку в библиотеке, я надеюсь, там есть книги на эту тему. Неужели это и в самом деле василиск? Тогда ничего удивительного, что ученики парализованы – гораздо удивительнее, что они вообще живы остались. Ведь эта тварь убивает взглядом. Да, все данные из старинной книги полностью подтверждали мою догадку. Даже удирающие из замка пауки и убитые петухи Хагрида вписывались в эту картинку. Для пауков василиск главнейший враг, а петухов он боится сам. Где раньше была моя наблюдательность? Расслабилась, понадеялась, что все обойдется… И вот дождусь-таки очередного нападения. Ведь если Гарри слышал голос, значит, монстр уже вылез из своего логова и, повинуясь воле своего хозяина, уже ищет очередную жертву. Теперь понятно, почему столько времени все было спокойно – ведь дневник был у нас и мы не общались с ним настолько, чтобы чужое сознание могло кем-то из нас овладеть. Слава Мерлину, у мальчишек хватило на это ума. Ну ведь догадывалась же раньше, что именно Том Ридл виноват в произошедшем пятьдесят лет назад, а я все сомневалась, догадками боялась поделиться. А ведь довольно просто было вычислить, как по-другому этого Тома зовут и откуда Волдеморт о том давнем происшествии знает. Значит, дневник действительно у Малфоев хранился. Вот только в Хогвартс его не Драко привез, нет, Малфой-старший ни за что бы так не подставился. В голове всплыли обрывки той давней встречи в Косом переулке – нелепая драка на пустом месте и высмеивание старых учебников Джинни. И настораживающее меня поведение девочки теперь тоже находило объяснение – если она постоянно общалась со столь темной сущностью, то неудивительно, что в конце концов стала подчиняться ее приказам. Но об этом можно подумать и позже, сейчас главное - мальчишкам все рассказать. Скопированная страница книги их убедит больше, чем мои путаные объяснения. Написав на ней «трубы», на тот гадский случай, если все-таки нападут на меня, я побежала к выходу из библиотеки, чуть не сбив с ног Пенелопу Кристл. Так, а она ведь тоже маглорожденная и вполне может пополнить список жертв василиска, так что бросать ее одну я не собиралась. Я ведь, похоже, разгадала, почему все пострадавшие живы остались – они не смотрели в глаза монстра напрямую, даже миссис Норрис увидела отражение в воде на полу. Так что я, приняв самый перепуганный вид, предложила старосте заглянуть за угол с помощью карманного зеркальца. А потом наступила темнота.