***
19 августа 2019 г., 12:51
Санса стояла у окна своих покоев, вертя в руках ожерелье, которое подарил ей Донтос, и пыталась не заплакать. Это были её тринадцатые именины, а она стояла и оплакивала шута.
Как могла её жизнь сложиться настолько скверно? Чуть больше года назад она была счастлива, с радостью готовилась стать королевой, а теперь? Её бывший жених превратил её счастье в трагедию. Она перенесла пытки, унижения и горе. Она была невиновна и никогда не думала, что ей придётся пройти через всё это. Это не должно было случиться с ней.
Но теперь её отец был мёртв, мать и все её братья и сёстры были мертвы. А она? Вместо того, чтобы позволить ей присоединиться к ним, боги решили, что она должна жить. Её выдали замуж за Ланнистера, самого уродливого из них. Лорд Тирион, прихрамывающий безносый карлик с разными глазами. Она так много плакала, даже на собственной свадьбе. Она должна была быть счастлива с красивым мужчиной, а не с ним.
Кем бы он ни был, Санса вынуждена была делить с ним постель. Да, он был добр, держал своё обещание и не прикасался к ней, но он был Ланнистером. Ланнистером. Её отец был ранен Ланнистером, брошен в тюрьму и убит одним из них. Им был и Джоффри, несмотря на все его заявления. Арья погибла из-за Ланнистера. Бран и Рикон погибли из-за войны, которую начал Тайвин Ланнистер. Робб и её мать погибли из-за ловушки, устроенной Тайвином Ланнистером. И она была замужем за одним из них, хуже всего, что она не могла понять, чего он хотел.
Донтос был её шансом сбежать от этой жизни, её надеждой вернуться домой. Но этому уже не суждено случиться.
— Плохая примета — убивать кого-нибудь на именины, поэтому я вручу тебе свой подарок на день раньше, — сказал Джоффри вчера, когда вызвал её к себе. Сначала, когда она увидела Донтоса в руках королевских гвардейцев, она испугалась, что он раскрыл её план, но нет, Джоффри всего лишь хотел увидеть её страдания.
Он утопил Донтоса в бочке с вином прямо перед ней. Она умоляла его прекратить, плакала, но ничто не могло остановить короля с сумасшедшей улыбкой. Рот Джоффри скривился в злой усмешке, когда она упала на пол, громко рыдая.
— Почему ты так расстроена? Не понравился мой подарок? — прошептал он ей на ухо, положив руку на плечо. Санса хотела закричать и ударить его, но это только разозлило бы его. Она закрылась глубоко в себе, прячась от него. Она уставилась на труп шута и снова надела маску вежливости.
Санса больше ничего не могла сделать, она не была в безопасности. Иногда она думала, что, если бы она чувствовала себя в безопасности, если бы она была в безопасности, она бы вела себя иначе. В голове у неё были мысли о том, как она бы ответила, защитила бы себя. Но она не могла, по крайней мере, до тех пор, пока на кону стояла её жизнь.
Но теперь все её мысли, все её идеи — ничего больше не имело смысла. Донтос должен был стать её Флорианом, но теперь он мёртв.
Когда её лорд-муж узнал о произошедшем, он пришёл в ярость, но Санса не стала успокаивать его. Ей было также всё равно, что он оставил сира Бронна напротив её покоев, чтобы защитить её. Она была пленницей своего мужа навечно, никто не мог отвести её домой, единственный, кто остался — этот уродливый карлик Ланнистер. Теперь она окончательно зависела от его доброты. И это было навсегда. Она не хотела зависеть от него.
Она ощупала пальцами камни на цепочке. «Волшебство», — с горечью подумала она и, поддавшись порыву гнева, выбросила ожерелье в окно со всей силы, что смогла в себе найти.
«Волшебство. Уж точно не волшебство».
Всхлип сорвался с её губ. Свадьба Джоффри состоится через два дня, в этот день Донтос хотел отвести её домой, лишь два дня отделяли её от свободы.
Дверь позади неё открылась со скрипом, и Санса быстро заметила нарушителя тишины. Она взяла себя в руки, сделала глубокий вдох и обернулась.
Её лорд-муж вошёл в комнату, переваливаясь, выражение его лица должно было быть добрым, но из-за лица и разноцветных глаз получалось у него скверно. Санса вздрогнула при виде его шрама и склонила голову, чтобы он не увидел её красных глаз.
— Миледи, — сказал он мягко, но не спросил, почему она плакала. Санса думала, он прекрасно знал, что у неё было достаточно причин плакать в такой день.
Она подняла голову, когда услышала скрип стула. Он сел и жестом пригласил её сесть на другой стул напротив него. Санса медленно подошла и села на предложенное место.
Она опустила голову, не только чтобы спрятать слёзы, но и затем, чтобы не разозлить его своим отвращением из-за его шрама. Ему это не нравилось, Санса прекрасно видела это, но он никогда не заговаривал об этом.
— Подарок, Санса, — сказал он низким тоном, и Санса услышала, как он подтолкнул по столу что-то ближе к ней. Это же её именины, муж принёс ей подарок, она должна радоваться, но она боялась узнать, что именно он ей подарил. Ланнистеры обычно дарили что-то кровавое, будто коты, которые принесли мёртвых мышей.
Подняв голову, она увидела тёмно-голубую подушечку, и то, что лежало на ней, было покрыто шёлковой тканью. «Хотя бы без крови».
Санса взглянула на него, он выглядел восторженным: руки сложены, пальцы двигались вверх и вниз. Он одарил её улыбкой, одной из своих отвратительных улыбок, и призвал её заглянуть под ткань.
Не зная, чего ожидать, Санса медленно сняла ткань, чувствуя драгоценный шёлк под пальцами. Она приготовилась к чему угодно.
Под тканью лежал медальон. Овальный золотой медальон на золотой филигрированной цепочке. Раньше Сансе он показался бы прекрасным, она бы восхитилась им, но его красота была испорчена выгравированным ланнистерским львом.
Санса уже видела такие медальоны. Королева всегда носила похожий, как и принцесса Мирцелла, скорее всего, каждая женщина дома Ланнистер носила такой. Но она также слышала, что её лорд-муж дарил подобные ожерелья своим шлюхам. От одной мысли об этом её затошнило. Это что получается, она шлюха? Его шлюха? Нет, шлюхам платят, она леди, а леди не платят, их просто насильно выдают замуж.
Она осторожно потянулась к медальону, будто он мог обжечь её, когда он снова заговорил:
— Однажды я сказал Старку, чтобы он никогда не забывал о том, кто он. Я подумал, тебе тоже стоит помнить об этом.
Была ли она Старком? Она задавалась этим вопросом, осматривая выгравированного льва. У неё кружилась голова. Не шлюха, а Ланнистер. Они сделали её Ланнистер. Они сделали её частью семьи, которая убила её собственную. Сансе хотелось накричать на него, но она не могла, в этом не было смысла. Теперь, когда Донтос был мёртв, а все её надежды исчезли, он был прав, она была Ланнистер, она должна была вести себя как Ланнистер, если хотела выжить. Она даже не сомневалась, что его доброта в один день окажется ланнистерской ложью, и она будет проклята.
За своими мыслями она не заметила, что её лорд-муж слез со стула и, подойдя к ней, встал рядом. Санса опустила взгляд, он поднял голову, всё ещё улыбаясь. Он злился? Хотел, чтобы она отблагодарила его?
— Этот медальон сделан специально для тебя, — осторожно пояснил он. Санса поняла, он определённо хотел благодарности. Но Санса не могла, не за это, всей её вежливости будет недостаточно, чтобы оправдать собачий ошейник с гербом её владельца на ней. Она что, питомец или, быть может, трофей? Она не хотела быть трофеем, она не сделана из золота, чтобы он мог владеть ей. Тем не менее, он продолжил, указав на медальон: — Там есть секретный механизм, его можно открыть.
— Милорд? — спросила она, не понимая.
— Взгляни сюда, — он показал ей шарнир и повернул медальон в её руках. Она с трудом сдержалась, чтобы не вздрогнуть от его прикосновения. На задней стороне медальона были выгравированы тонкие линии, на первый взгляд казавшиеся беспорядочными, Санса также заметила какие-то круги. Выглядело всё это как головоломка: круги надо было вращать, чтобы линии встали в ряд, а шарнир открылся. — Давай же, открой его, — он подзадорил её, отходя назад.
Бросив на него ещё один недоумённый взгляд, она подумала, что будет лучше послушаться его. Она ногтём нащупала выемку и медленно повернула круги. Потребовалось некоторое время, прежде чем она услышала щелчок замка.
Передняя часть медальона приподнялась, и Санса медленно открыла его. Она выдохнула, прикрыв рот ладонью.
Внутренняя часть была сделана не из золота, а из серебра. Открывавшаяся сторона была обита серым бархатом, на другой был выгравирован серебряный лютоволк — символ дома Старк, её дома.
Слёзы снова покатились по щекам, когда она увидела аккуратно выгравированного лютоволка. Она восхитилась прекрасным символом, водя пальцами по нему. Неожиданно рука легла поверх её, Санса вздрогнула, чуть не уронив медальон. Она оглянулась и снова увидела своего мужа.
— Как я и говорил, никогда не забывай, кто ты, — его улыбка засияла ещё ярче, в его зелёном глазу читалась доброта.
— Спасибо, милорд, — Санса была искренне благодарна за подарок, но когда она оглядела своего лорда-мужа, то заметила разочарование. Она знала: он хотел, чтобы она называла его по имени, но не сейчас.
Однако именно тогда Санса начала задумываться о том, что в один день она всё же сможет это сделать. Может быть, его доброта не была ложью, может быть, для него она не была игрушкой или трофеем. Иначе зачем ему дарить ей медальон с лютоволком?
Может быть, она сможет жить с Ланнистером. Может быть, когда-нибудь.
Она осторожно закрыла медальон и повернула секретный механизм, прежде чем надеть украшение. Лютоволк был надёжно скрыт внутри, остальные увидят лишь льва.
