Seeker's Days

Рывок. Лезвие отклоняет вражеский клинок. На губах ухмылка, стремительное движение — и противник мешком падает на залитую кровью землю. Кассандра прижимается спиной к спине Инквизитора, раззадоренная внезапным боем и легкой царапиной на щеке, и громко кричит, отклонив очередной удар красного храмовника:  — За тобой должок, Тревельян. И не один, — она довольно ухмыляется, отталкивает чудовище щитом. Подчиняясь воле Искательницы, лириум в теле бывшего храмовника вскипает, заставляя того издать нечеловеческий хрип, прерванный точным движением клинка по горлу. Изуродованное тело лежит на земле, но Пентагаст уже не обращает на него внимания, прикрываясь щитом от разлетевшихся кусков красного рыцаря, замороженного и взорванного Инквизитором. — Прямо сейчас расплачусь, Касс, — мужчина хрипло посмеялся, вскинув голову. Он взмахнул рукой и стремительным движением посоха очертил руну вокруг, накрывая себя барьером. Грубо притянув отошедшую было Искательницу к себе, Тревельян воткнул посох в землю и щёлкнул пальцами для пущего эффекта, ошалело улыбаясь соратнице. Оставшиеся в живых красные храмовники вокруг взорвались фейерверком из человеческих внутренностей и осколков осквернённого лириума. Кассандра фыркнула, отводя взгляд от останков, стекающих по почти прозрачной стенке магического барьера. Слегка затошнило, и ей пришлось спрятать лицо в куртке мужчины, сильно сжав зубы. — Показушник. В следующий раз начинай с этого, — она шутливо толкнула Инквизитора в грудь кулаком, на что тот только тихо хмыкнул, но не отпустил Искательницу из порывистых объятий. — Даже не скажешь мне спасибо? — Может быть, если ты умоешься, — оскалилась Пентагаст, всё же отступая на шаг. Нужно было вернуться к отряду, сообщить, что их временный лагерь, скорее всего, уже обнаружен, и действовать надо быстро. А ещё не забыть найти главаря этой шайки, понять, была ли она разведгруппой или просто отколовшейся бандой, совершенно случайно нашедшей именно посланников Инквизиции. И для этого придётся копаться в карманах… или том, что осталось от карманов этих существ. Тревельян, кажется, снова прочитал её мысли. Как минимум по лицу. — Дойди до привала. Позови всех сюда, а Дориана особенно поторопи. Попробуем вытрясти из этих ребят хоть что-то. Кассандра нахмурилась. Неужели он только что признал, что не справится с магией некромантии сам? Удивительно. Она с неудовольствием вспомнила своё детство, проведённое, по большей части, среди мертвецов, и явно не желала переживать даже малую часть этого снова, хоть и не имела ничего против практикуемых Инквизитором практик. — Касс, — Искательница обернулась на тихий голос, встречаясь с пронзительным взглядом голубых глаз. У неё почему-то перехватило дыхание, совсем как в начале. Казалось бы, уже давно взрослая женщина, пережившая многие испытания и самые разные чувства, считавшая, что после Конклава не будет даже времени на себя… И всё-таки нашла того мужчину, что понял её и заставил вновь ощутить себя неловкой девочкой, едва поступившей на обучение в Церковь и ещё не знающей, как реагировать на знаки внимания. И стоит ли. — Возьми. Она посмотрела на тонкую цепочку, что обычно прятала под своей рубашкой — а сейчас принимала из рук того, кто подарил висящее на ней кольцо. Ей стало так легко и радостно, будто и не они вдвоем с Тревельяном только что прикончили с дюжину искалеченных красным лириумом храмовников, будто она вернулась в Убежище, когда всё только начиналось, когда не было известно, что их ждёт впереди, и Кассандра заставляла себя ненавидеть этого мага с невероятно чистыми голубыми глазами. — Спасибо, Инквизитор, — Искательница коротко улыбнулась другу, крепко сжимая кольцо в ладони. Даже сквозь кожаную перчатку оно жгло, и очередной поток слёз, текущих по щекам сестры, потерявшей брата, не мог успокоить последнее, что осталось в память об Энтони. Простое кольцо, позволившее Кассандре смириться со смертью Энтони и с дружбой Тревельяна. Позволившее ей сделать следующий вздох чуть спокойнее.