Спрашивают только в первый раз

- Дима, мне нужны эти выходные, - вздохнул Владимир, убеждая Разумкова, что никак не может запихнуть в них деловую встречу. - Я тебе ещё месяц назад сказал, что мне нужно поговорить с женой. И это не телефонный разговор. Я закончил все наши внутренние поездки, - в голосе Зеленского время от времени стала появляться сталь и даже раздражённость. Ему самому это не нравилось, но общее напряжение сказывалось. - Я молчал! - возмутил политтехнолог, который пришёл к президенту на вполне обычное совещание и не просил жертвовать выходными ради встречи и уж тем более никак того ни в чём не обвинял. Он изучающе посмотрел на мужчину напротив себя. Владимир как будто бы защищался. - Я же понимаю, что ты думаешь, что можно и не ездить во Францию ради... – начал оправдываться Зеленский. - Вова, - одёрнул того Дмитрий, ненадолго отпуская рабочую версию себя и обращаясь к Зеленскому, как к другу. - Не надо за меня думать, у тебя ребёнок там и жена, о чём тут может идти речь, ты имеешь право на выходные. Владимир устало посмотрел на того, как будто бы сканируя на признаки лжи в глазах напротив. Не нашёл и облегчённо выдохнул, - Дима... я... не знаю, Олена... всё летит куда-то к чёрту, - признался мужчина, потирая виски и отворачиваясь в сторону окна. - Не торопись, - почти перебил того Дима, наклоняясь к тому чуть ближе. - Слышишь? Я понимаю, что вам обоим нелегко, судя по всему. Делай, как считаешь нужным, я не буду лезть к вам, из меня плохой советчик в этом плане, - передёрнул плечами. - Просто помни, что политика - это временно, а вот семья навсегда. - Да, - отвис Вова и повернулся обратно, смотря в глаза другу, - ты прав. Мне поэтому и нужно к ней, либо я себе всё напридумывал, - тяжело вздохнул, - либо у нас действительно есть серьёзные проблемы, - Зеленский одновременно корил себя за то, что действительно мог бы ещё больше времени посвящать работе и за то, что сидит тут, позволяя в этот момент разваливаться своей семье. - Тем более езжай и ни о чём нее думай. Ты уже попросил секретаря всё сделать? – уточнил Дима, проверяя в телефоне наличие рейсов, потому что знал, что Зеленский не станет использовать служебный самолёт ради личной цели. - Нет ещё, - признался Владимир, потому что из-за давления до сих пор не мог принять внятного решения. - Так а чего тянешь? – Разумков повернул телефон экраном к президенту и продемонстрировал наличие рейсов на вечер пятницы и утро субботы. - Ну, вот у нас совещание кончится и... – пробормотал Владимир, опуская глаза и пытаясь понять, на чём они остановились. Разумков же принёс какие-то документы и данные. - Да мы уже закончили, - уверенно сказал Дима, - я знаю, что делать, - забрал документы, лежащие у Владимира перед носом, - без тебя справлюсь, - хмыкнул. - Правда? – удивился президент. - А что ты такой удивлённый? – изобразил его эмоцию мужчина. - Нет, ничего, - рассмеялся Владимир. - Спасибо тебе, Дим. Я что-то немного... потерялся, - криво сформулировал он. – Если можешь делать что-то без моего ведома, делай, я тебе доверяю. В пределах разумного, да? - Естественно, - сложив все бумаги в портфель и поправив галстук, Дима обошёл стол, обнял Зеленского и ушёл из его кабинета. *** Лето пролетало почти незаметно. Олег давно не чувствовал подобной лёгкости и спокойствия, ежедневно ходя на работу, частенько выбираясь в «свой» дом к «жене» и имея вполне конкретную цель. Как же он любил собак – единственные создания, которые любят тебя просто так, ни за что и навсегда. Возиться со щенками было одно удовольствие. Олегу разве что не хватало Зеленского рядом, потому что видеться они стали всё реже. Президент уже открыл «тур» по миру, посещая самые разные мероприятия на самых высоких уровнях, при этом не менее часто приходилось летать и в пределах Украины, не говоря уже о «домашних» заседаниях, собраниях и отчётах. Ситуация с Олегом стала более менее понятной, все действовали по плану и лишней надобности во встречах больше не было. Ляшко же скучал по хорошему другу, которого так неожиданно для себя приобрёл, и которого у него не было уже очень давно, а потому тосковал из-за редких встреч. Владимир иногда ему звонил, интересуясь о делах, и тогда они могли проболтать пару часов, но это не меняло того, что графики сильно не совпадали. Отвлекать и звонить Зеленскому самому Ляшко не решался, ему хватало и того, что у них было. Этим утром Ляшко был в хорошем настроении и к своему кабинету шёл достаточно бодрым шагом. Ночная прохлада постепенно сменялась духотой, но он успел добраться до работы до этого момента. Олег вот уже несколько месяцев методично готовился к провалу на выборах. Все остальные носились, как в жопу укушенные с этим, и только он чувствовал себя настолько спокойно, насколько ему давно не было. Для себя он поставил одну задачу - подчистить все концы. Потому что когда он уйдёт, от него и всей партии останутся документы, не хотелось лишний раз подставляться. - Олег Валерьевич, доброе утро! - несколько громче обычного поприветствовала его Оля - его новая помощница. Она заняла место его бывшего зама, и Ляшко ясно дал девушке понять, что от неё требуются только навыки помощника. Все дела он всё равно вёл сам, на это и уходило почти всё рабочее время, доверяя девушке лишь практическую часть вроде договорённостей о встречах, дозвонах юристам и тому прочее. Возможно, он просто не мог перестроиться после своего бывшего во всех смыслах зама, но то, что он снова взял все свои дела в свои руки, было однозначным плюсом. - Привет, Оль, - Олег снял солнцезащитные очки, рассматривая девушку. - Что-то случилось? - вопросительно посмотрел на её немного взволнованное лицо. - Да нет... Ну, вы слышали уже, что наш президент разводится? – закусив от интереса губу, девушка бегала глазами по монитору, выискивая упущенную информацию. - Что? - усмехнулся радикал, не особо воспринимая эту новость. Это прозвучало немного абсурдно. - Владимир Зеленский разводится с Оленой Зеленской, - зачитала она с экрана компьютера и ещё раз посмотрела на реакцию начальника. Тот уже не казался таким самоуверенным и, бросив свой портфель на кресло, обошёл её стол, заглядывая за плечо в монитор. - Точнее уже развёлся, сегодня истек их трёхмесячный срок с момента подачи заявления и... о, вот, - она включила запись утреннего эфира, где журналисты поймали Владимира на выходе из суда и попросили о комментарии. Сзади уже бывшая жена Зеленского немного попала в кадр, но достаточно быстро села в иномарку и уехала. Сам Владимир достаточно открыто заявил о том, что они приняли обоюдное решение ещё три месяца назад, за прошедший срок их мнения не поменялись и с этого дня они больше не являются мужем и женой. - Что? - всё ещё непонимающе Олег смотрел на Владимира через экран, который продолжал говорить о том, что они оба будут поддерживать дочь, и они в любом случае остаются хорошими друзьями с Оленой. Он говорил о том, что в жизни так случается и не нужно мучать друг друга, если то, что было между вами, исчезло, а пустота только мучает вас обоих. Зеленский призвал всех граждан быть честными друг с другом и поддерживать своих вторых половин, даже если они уже стали для кого-то бывшими. Речь выходила искренней, тёплой, впрочем, как и все у него. Ляшко зашёл в свой кабинет и после нескольких минут колебаний всё-таки набрал Владимира. Он если честно, даже не думал, что ему ответят. - Алло, - чуть хриплый голос Владимира спокойно поприветствовал Олега. - Привет. Я не отвлекаю? – сразу же решил уточнить радикал. - Для тебя у меня есть время. Мне кажется, я даже знаю повод… - Зачем ты это сделал? – перебил его Олег. – Можно же было попытаться всё наладить, договорить о встречах, ответственности, праздниках, на который ты бы приезжал. Наобещать чего-нибудь и… - Ляшко не знал, что скажет Владимиру, когда набирал номер, а теперь не мог остановиться. - Стой-стой-стой, Олег… - одёрнул того Владимир. – Почему вы все считаете, что это плохо? - Потому что вы такие замечательные, я может быть не знал лично Олену, но ты рассказывал и потом ты сам такой прекрасный человек и я уверен… - Ты переживаешь за меня, мне очень приятно. Как и все остальные друзья тоже переживают за нас с ней. И только мы с Оленой кажется довольны и больше не нервничаем. - Политика, пост президента… Всё это ни черта не стоит в сравнении с семьёй! - Олег, я и без тебя это знаю, - Владимир тяжело вздохнул. – Все думают, что это из-за политики и моего отсутствия в семье по большей части. - А это не так? – удивился Олег, потому что кажется ещё недавно причина была именно в этом, он так запомнил, по крайней мере. - Я тоже так думал. А потом понял, что запутался и нужно разбираться. Я очень долго откладывал проблему, прикрываясь работой, но по факту… В конце весны я слетал к ним во Францию и мы всё обсудили с Оленой. - И? Почему ты ничего не говорил? – Олег облокотился бедром о подоконник, смотря на площадь. - Потому что я сам не знал, что происходит, а все начали бы давать советы, не в укор тебе или другим друзьям, мне нужно было разобраться самому. Так вот… Я готов был на всё, что ты перечислил, я приехал с раскаянием и таким же предложением. Олена объяснила, что всё не так просто, даже сам факт моего физического отсутствия был не главным, - Зеленский сделал паузу. - Так что тогда? - Понимаешь, если говорить на чистоту, то мы с ней были очень долго вместе к тому моменту. Нам казалось, что мы единое целое, потому что нам нравилось одно и то же и мы занимались практически одной работой, всегда одним делом. Мы похожи по характеру и не заметили того, что сошлись мы не из-за того, что нашли что-то в друг друге, а скорее нашли партнёра, самого себя в другом и думали, что наши интересы будут совпадать всегда. Политика не стала проблемой, она стала показателем того, что мы не единое целое, когда исчезла общая деятельность, работа… оказалось, что мы не понимаем, зачем мы вместе. Я не знаю, как ещё тебе описать это чувство, - Владимир явно пересказывал это уже не в первый раз, проговаривал для себя, - Олег, я тебе чаще звонил, чем ей, понимаешь? – усмехнулся. - Ну ты же занят и , - пробормотал Ляшко, смущённый подобным фактом. - Я с Разумковым проводил те крохи свободного времени, когда мог вместо того, чтобы позвонить ей. Я даже в Квартал съездил как-то повидаться со всеми. Почему так получалось? Не знаю, просто мы когда разъехались… так, как будто бы и должно было быть, как будто бы каждый пошёл своей дорогой. Я не был в обиде, не злился, просто не чувствовал ничего. И как выяснилось, она тоже. - Ого, это… я даже не знаю, что сказать, - поражённо прокомментировал депутат. - Все наши друзья так говорят, а ещё никто не верит, - фыркнул Владимир. - А знаешь, если ты просишь, то я за тебя порадуюсь, если тебе стало легче, - подумав, сказал Олег. - Да, мне бы этого хотелось. Правда стало легче. - Владимир, давай встретимся? – предложил Олег, потому что понимал, что ему хочется увидеть Зеленского и поговорить нормально. Они давно не виделись, и ему казалось, что Владимир не откажет, но Зеленский неожиданно молчал и не давал ответ. - Извини, нет, не получится. Вся эта неделя расписана, а вечером я стараюсь ложиться спать раньше, чтобы как-то функционировать, только режим наладил, - наконец ответил президент. - Ну… не вопрос, давай на следующей или через, - Олег не совсем понимал, это нежелание или действительно невозможность. - На следующей недели ты уезжаешь во Францию. - Что, прости? – не понял шутки Ляшко. - В прямом смысле, в день объявления результатов голосования ты будешь уже в Париже. Я подписал приказ о твоём переводе в наше посольство там. Должность скорее абстрактная, вроде помощника, - аккуратно стал объяснять Зеленский. - Подожди, но зачем? К чему это? Я же сказал, что не хочу оставаться в правительстве и… Франция? Серьёзно? – Олег ослабил узел красного галстука, не понимая, каким образом разговор так свёлся к нему самому. - Я прекрасно помню. Это временно. Считай это моей личной просьбой, - Владимир на том конце вздохнул. – Я просто хочу тебя защитить. Я прекрасно помню, что всё затихло, но ничего ничем не кончилось, а когда ты проиграешь… Я не хочу быть свидетелем расправы, да чего бы то ни было! – Зеленский повысил голос, но злился он не на Олега. - И что? Ты думаешь, им что-то помешает немного подождать и отомстить мне чуть позже? – Олег не шибко верил в подобный вариант. - Я не настолько наивен, Олег. Как только твоя партия проиграет, я намерен разобраться со всеми, кто хоть как-то имеет к этому отношения. Всё уже приготовлено, юристы наготове, да и я нашёл другие рычаги давления. - О… Я даже не знаю, что сказать, - Ляшко совсем растерялся, пытаясь переварить всё это. Он думал, что Зеленский уже и думать об этом забыл. Когда решился вопрос с партией, ему казалось, что теперь он снова сам в ответе за всё. - Поэтому ты едешь в Париж на месяц точно, а там посмотрим. Может тебе понравится, а может, всё-таки захочешь остаться в команде, - подытожил Владимир. – Если твоё мнение не изменится, то ты волен делать, что захочешь. - Чёрт, я даже не знаю, как тебя благодарить. Ты не обязан… - Обязан! Я тебе пообещал, - непримиримо оборвал того Владимир. – Я тебе пообещал в нашу первую встречу. Теперь я могу сдержать обещание. Олег лишь шумно выдохнул в трубку, потому что слов у него не было, а ничего другого через телефон передать было нельзя. - Ты уверен, что тебе в ближайшее время не надо во Францию? – рассмеялся после долгого молчания радикал. - Прости, я обещаю тебя навестить там, договорились? – с теплотой в голосе ответил Владимир. - Буду с нетерпением тебя ждать, - искренне сказал Олег, даже не задумываясь о том, как это звучит. - Тогда до встречи? - До встречи. Зеленский повесил трубку и устало потёр лоб. Олег поймал его по пути на деловую встречу и он уже опаздывал на двадцать минут. Он уже давно подъехал к месту встречи, но этот разговор был важнее. Потихоньку, но Владимир учился расставлять баланс между работой и личными отношениями. Водитель стоял около машины и курил, не нарушая приватность. Главное, Зеленский ведь даже не просил его. Он был рад, что Олег позвонил. Отчего-то радикал никогда не звонил ему первым, и это немного коробило Владимира. Он даже пиджак снял, потому что ему стало душно от того, что он разом сказал Олегу почти всё, что хотел сказать. Ему на самом деле, очень хотелось рассказать про жену ещё в тот момент, когда он вернулся тогда от неё. Останавливало его только то, что Зеленский вспомнил полностью содержание того вечера с Ляшко. Он только разобрался с одним и пока не был готов разбираться с другим, но он точно не собирался окончательно это забывать. Три месяца казались достаточно символической цифрой и он зарёкся ничего не предпринимать до тех пор пока всё не будет сделано официально, он не хотел смешивать развод с чем-то абсолютно непонятным, что было между ним и радикалом. Всё это время Владимиру нужен был скорее друг в лице Олега, так оно и было. Теперь, когда всё оформлено официально, он свободен, Зеленский был готов решать следующую проблему. Не то чтобы Ляшко был проблемой, просто он хотел понять, что между ними тогда было. Пьяный поцелуй – это механика, весь вопрос касался того, что Владимир чувствовал взаимное притяжение и интерес внутри себя. Он не разобрался, что конкретно это было, может и простое любопытство. Тем не менее, помимо всего этого нужно было окончательно уже разобраться с прошлым Ляшко. Теперь Владимир чувствовал непоколебимую уверенность внутри себя, которой ему не хватало в самом начале, чтобы заняться этим вопросом и решить его уже окончательно. Это было вопросом обещания, а не каких-то чувств между ними. Предпочитая не смешивать разные проблемы, Владимир именно поэтому не захотел встречаться с Олегом до выборов. Он сначала всё закончит, а потом поедет во Францию, чтобы с открытым сердцем понять, пидор он или нет. За это лето он уже научился иронично относиться к этой мысли и даже мысленно подкалывать себя. Всё потихоньку налаживалось.