Третий лишний

      Люси с радостью согласилась на предложение подруги и за обедом они наконец встретились лицом к лицу и завели неловкую беседу. — Леви, прости меня, правда, из-за Нацу и отца я последнее время вся взвинченная, а ты от этого страдаешь, — сделав виноватое лицо, Хартфилия выразила искренние чувства по этому поводу. — Я понимаю, Люсь, но мне не нравится, что из-за этого наши отношения портятся. Ты мне дорога и важна. Когда наша дружба под вопросом из-за какой-то ерунды, у меня естественным образом формируется вопрос «А важна ли она тебе?», — прямо заглядывая в кофейные глаза возлюбленной, в надежде увидеть в них ответ. — Я ценю тебя так же сильно, как ты — меня, — Хартфилия говорила честно, но не могла и представить, что их чувства не совсем идентичны. Взяв чужие руки в свои, она продолжила. — Но я не могу позволить тебе говорить, что твои чувства «какая-то ерунда». Тот факт, что у меня ничего не получилось с любимым, не значит, что ты должна быть всегда одинока. Даже если тот, кого ты любишь, не ответит тебе взаимностью. Ты должна быть открыта новым возможностям. — Давай договоримся, мы не будем трогать тему отношений и просто оставим все как есть, — слегка опечаленно произнесла Макгарден, нервно сжимая ладони подруги. Надежда на понимание была разрушена почти сразу. — Прости, но для меня это важно. Мой новый друг заинтересован в тебе, — виноватая улыбка застыла на симпатичном лице говорящей. — Это ты про этого Редфокса? Новый друг? Когда вы успели подружиться? — Осознание неизбежности ударило по голове тяжкими мыслями о смене имени и страны проживания. С этих пор все становилось намного сложнее. По крайней мере потому, что свести Жерара и Эрзу пришло в голову именно Хартфилии. И ей это удалось. — Не смей. — О чем ты? — Сделав невинное лицо, Хартфилия быстро-быстро заморгала с немым вопросом в глазах. — Не пытайся нас сводить, он не в моем вкусе. У него нет шансов. Просто ноль. Он худший! — Слегка повысив тон, она судорожно оглянулась, чтобы понять не слышал ли кто их диалога. — Почему так критично? Он же вполне ничего и по общению приятный. Ты же с ним толком не общалась? Я не понимаю твоей реакции, — Вообще-то Люси не планировала их сводить. До недавнего времени. Макгарден своей реакцией только зацепила гордость девушки, возомнившей себя великой сводницей. — Я не знаю, как тебе объяснить, чтобы ты поняла. Меня от него тошнит. Он выглядит как бандит, терпеть не могу янки, — скривив лицо в отвращении, отвела взгляд в сторону и наткнулась им на грудь объекта обсуждения. Подняв голову, заметила вздернутую в немом вопросе бровь. — Приветик. Меня обсуждаете? И чем я уже насолил мисс малявке? — Без спросу усевшись третьим за их круглый столик, он выглядел смешно на таком маленьком стуле и за таким маленьким столом. Слон в посудной лавке наглядно. — Своей невообразимой грубостью и нетактичностью, тебя не приглашали, ретируйся, — хмыкнув, Макгарден наглядно отвернулась, смотря в противоположную сторону от Редфокса. — Леви, ну чего ты? Гажил не плохой парень, хоть и вправду слов не подбирает, — ткнув острым локтем в его бок, она тоже угрожающе зыркнула на него. — Постарайся увидеть в нем что-нибудь хорошее и тогда начнешь замечать и другие положительные качества. — Не хочу, — хмыкнув, она вздернула нос и прикрыла глаза, отворачиваясь от парня всем корпусом и скрещивая руки. — Больно надо, мелочь, — фыркнув, он оскалился в ехидной улыбке.       Люси тяжело вздохнула, сложила вещи в сумку и пересела за другой стол, заметив Фулбастера в компании Леона и Джувии. Редфокс ушел только после того, как Макгарден присоединилась к подруге, высказав ей за то, что оставила ее одну в неприятной компании.       Гажил не был бы собой, если бы честно и открыто признался, что без ума от вредного характера этой девушки, которая навязчивым образом преследует его во снах, проповедуя правила и устав «Хвоста феи». В какой момент это началось он не помнил, но предположил, что это было при переводе, когда он бунтовал против директора и учителей, а Леви ставили за образец подражания. Он так хотел испортить ее праведную правильность, что невольно проникся нежными чувствами. Как стокгольмский синдром, но в обратную сторону. Словно мучитель стал зависим от своей жертвы. Однако, когда он стал задаваться вопросом что же в ней такого особенного и проникновенного, ответ становился очевиден с каждым днем. Миниатюрная, хрупкая внешне и сильная внутри, она каждый раз твердо стояла на своем. С необычным мышлением, на уровне гениальных умов, но с простой душой. Самая прелестная из всех увиденных им женщин. Желание завладеть и уберечь, сломать и защитить. Удивительный баланс ощущений между любовью и одержимостью. Хотя и назвать этот интерес любовью сложно. Но отступать от попыток завести с ней какие-бы то ни было отношения Редфокс не собирался, потому и прибег к помощи Хартфилии.       Встретить в интересном кафе, не далеко от дома, знакомую девушку было слегка неожиданно. Сначала он ее даже не узнал, но потом небольшая беседа расставила все по местам. Договор о защите от подобных идиотов в обмен на информацию показался бы нелепым, если бы его так не мучала жажда схватить Макгарден как добычу. Спустя пару дней она прокомментировала его гениальную игру на гитаре и у них завязалась переписка ни о чем. С некоторой неуверенностью он даже смог бы назвать ее приятельницей, а вот она уверенно называла его другом перед девушкой, в которой он заинтересован. Если Леви была интересна ему в романтическом плане, то Люси интересовала как личность. Бойкая, дерзкая, веселая и слегка сумасшедшая, любящая схитрить и ненавидящая несправедливость. Небольшие ее стороны все чаще открываются ему в повседневных ситуациях. Не пытаясь их сравнивать, ему просто было интересно к чему все это приведет. Сможет ли блондинка убедить свою подругу в том, что ей стоит обратить на него внимание?       Долго размышлять ему об этом не пришлось. Все чаще они собирались втроем на обед, где самой недовольной оказывалась именно Макгарден. Почему она так упорно продолжала ходить вместе с ними и всячески мешала им общаться, если была не заинтересована в нем? Ответ нашелся сам, когда спустя неделю таких обедов на перерыве, Леви позволила себе расслабиться в его компании и даже посмеяться над шутливой перепалкой блондинки и брюнета, завязавшейся на фоне нового видео на страничке парня. — Боже, Редфокс, сколько можно мучить людей своими предсмертными хрипами на камеру? Тебе еще никто скорую на дом не вызвал? Я могу быть первой, если это такой крик о помощи, — Люси нарочно прилюдно открыла его страницу и показывала Леви видео, где он поет.       Одни наушники на двоих, щека к щеке, бедро к бедру. Приятный аромат духов Хартфилии и Макгарден уже млеет, покраснев и прикрыв глаза. Она не смотрит и даже не слушает. Карие глаза с нежностью смотрят на лицо воодушевленно спорящей девушки, положив синюю макушку на девичье плечо, пока она обвила чужую руку своими. Люси едва ли обратила внимание на то, как к ней прилипла девушка. Однако для Редфокса эта сцена вдруг обрела такой очевидный смысл. Нежный взгляд и милая улыбка, направленные не на него, почему-то заставили сердце сжаться. Он даже похмурел, на что Люси обратила внимание и справилась о его самочувствии. Отшутившись, что ее насмешки ранили его в самое сердце, сам парень так и не смог оторвать алых глаз от объекта воздыхания. И тут вдруг как из-под земли выскочил придурочный Драгнил, с которым Редфокс в первую же неделю подрался и отхватил смачных тумаков. И тут уже оживилась Хартфилия. Пока Нацу весело щебетал о том да сем, Люси с упоением и сияющим взглядом следила за его улыбкой и каждым взмахом рук. Однако эта пирамида продолжала падать и резко уперлась в препятствие, когда этот розовый придурок вдруг привел еще какого-то придурка и нежно взял его за ладонь. Для не слишком впечатлительного Редфокса сегодняшний день вдруг окрасился радужной призмой. Он взглянул на все еще держащуюся за Хартфилию Макгарден, потом на пытающуюся скрыть злость блондинку и вернулся взглядом к сцепленным мужским рукам. В этот момент столько вещей просто обрело смысл, что он не смог этого выдержать. Встал, залпом выпил свой протеиновый коктейль и покинул буфет без слов. Просто пошел в сортир, умыться и посмотреть на себя в зеркало.       Через минут десять от новой подруги пришло шутливое сообщение с издевкой о его недержании. Он даже не смог разозлиться или посмеяться. Она, оказывается, была ужасно наивной овечкой, которая не догадывалась о такой очевидной влюбленности Макгарден. Если бы знала, то не стала бы заключать сделку, в которой пришлось бы играть чувствами лучшей подруги. То, как Леви глупо спалилась перед ним, было почти забавно. Взглянув на себя в зеркале, поправил налобную повязку и проверил застежки на пирсинге. У него есть шанс, который он сможет выбить себе шантажом. Если мелкая так боится, что блонди узнает о ее чувствах, то точно согласится на его условия.       Все таки подкараулив низкорослую девушку у библиотеки ближе к вечеру, уломал ее на важный разговор и отвел в школьный сквер чуть дальше от центрального памятника. — Так что ты хочешь? Опять в чувствах признаться? Если да, то не утруждайся, ответ прежний, — фыркнув, она поправила сумку на плече, так и не присев на скамью, на которой уже сидел брюнет. — Леви, тебе стоит меня выслушать. Тогда ты обязательно поменяешь мнение, — улыбнувшись, словно он король в этой стране, пару раз пригласительно похлопал по скамье рядом. — Выкладывай и я пойду, знаешь же, что мне неприятно с тобой общаться, а учитывая, что кто-то может все не так понять, тем более не хочу растягивать эту беседу, — она все так же была холодна к нему, но это вызывало такое извращенное удовольствие. А как она будет выглядеть, если он против воли возьмет ее? Будет плакать? Или смотреть с ненавистью и презрением? Желание обладать притуплялось голосом разума, но то, как часто он фантазировал об этом, просто дурманило. Хотелось бы не сломать и взять силой, а довести ее до ситуации, когда она не сможет ему отказать, даже если будет ненавидеть его всем сердцем. Злорадно ухмыльнувшись, он хищно облизал пересохшие губы. — Ты влюблена в нее. В блонди. Даже не попыталась это скрыть, — улыбка становилась все шире, обнажая белоснежные клыки. Девушка выглядела шокированной и лишь сильнее сжала лямки своей сумки. В ее глазах был настоящий шок, будто такое нельзя было просто взять и заметить спустя неделю общения. — А вот она этого не знает. Учитывая, как она держала злость на придурка Драгнила, то явно терпеть не может эти гейские штучки. Интересно, как отреагирует, когда поймет, что ты такая же? Смотрела на нее и обнимала ее, а сама наверняка представляла как разложишь ее прямо на столе, за которым вы вместе домашку делали. — Да ты!.. Да что ты вообще обо мне знаешь?! Как смеешь?! — На последних фразах она сорвалась и с размаху вдарила брюнету сумкой по голове. Он лишь рукой перехватил весьма увесистое оружие и взглянул в карие глаза, затянутые слезной пеленой. Сейчас он как никогда чувствовал свое превосходство над этой девушкой. Поднявшись, он ласково огладил хрупкой плечо и двумя пальцами за подбородок поднял ее голову. — Убери от меня руки, тупой кусок дерьма! Если ты еще раз подойдешь к Люси и попытаешься ей внушить какую-то тупую идею, то я… — Ты что? Расплачешься и убежишь под мамину юбку? — Улыбнувшись, он склонился почти к ее губам и на выдохе сказал, — встречайся со мной. И тогда я ничего не скажу своей доброй подруге про ее маленькую лучшую подругу-обманщицу. — Да с чего бы я…?! — Задохнувшись от возмущения, она шлепнула его по руке и с ненавистью взглянула в алые глаза, где царила полная уверенность. — Ну, нет так нет, напишу Люси и позову ее на свидание, у тебя-то это не получится, — доставая из кармана брюк мобильный, задумчиво ввел пароль и зашел в соц.сеть. От Хартфилии пришло сообщение с просьбой позвонить. — О, смотри, она как раз хочет созвониться. Так, где же тут в контактах блонди? Напомни-ка ее номер? — Пошел к черту! — Она все еще полным ненависти взглядом смотрела на него и не понимала почему все еще не ушла. Видимо, надеялась, что он не станет выполнять свои угрозы. — Не смей ей звонить, иначе больше никогда со мной не заговоришь! — А зачем мне ты? Люси мне теперь гораздо интереснее, — все так же ощущая себе главным, он пролистнул контакты, попутно удаляя ненужные номера каких-то девушек с других школ. — О, нашлась. Алло? Ты просила позвонить, и вот он — я. Почему не ответил? Да знаешь, узнал такую новость, что даже охренел немного. Рассказать тебе? Кстати, касается знаешь кого? Да, мелкой. Да перестану, не ворчи как сварливая жена, а то нихера не расскажу больше. Так вот, сегодня во время столовки…       Леви не выдержала и выдернула из его рук телефон, сбросив звонок. По ее щекам текли слезы, а в глазах стояла невыносимая печаль, как будто он не пытался разболтать ее секрет, а прямо тут вспорол ей живот и рисовал ее кровью. — Хорошо, я согласна. Просто прекрати! — Сев на корточки, она в голос зарыдала и схватилась за голову. Оказывается, насколько Макгарден боялась сказать правду, настолько же она не готова была ее терять. Одна мысль о том, что станет отвратительна Хартфилии, невыносимо разбивала сердце.       Победная улыбка на лице брюнета скрылась в тени опустившихся сумерек, сам он присел рядом и обнял маленькую девичью фигуру, поглаживая по спине. Не говоря ни слово, он осознал, что победил в этой схватке с непоколебимой самоуверенной зазнайкой. Теперь она была его, и ему даже не пришлось ничего делать. Обстоятельства идеально легли на ситуацию, и вот он тут. Обнимает эту красивую маленькую умную девушку, а она содрогается от горьких несчастных рыданий, став жертвой обстоятельств. Может, если бы Редфокс не стал одержим ей, то она бы и дальше жила в своем манямирке, надеясь на что-то. Гажил просто открыл ей глаза на правду жизнь.       Ничего особенного, просто жизненный урок.