Исповедь

Дикая головная боль заставила встрепенуться. - Ты чего? - недоуменно спрашивает одноклассник, прожигая меня взглядом. - Ты какая-то бледная… - Все в порядке, Максим, - мягко улыбаюсь и поворачиваю голову в сторону окна. Нынче снег лег поздновато - начало ноября. Когда я улетала в Таиланд, белые хлопья можно было встретить лишь изредка, а сейчас они полностью укрыли землю, да, причем так, что прогулки были уже затруднительны. Недовольно морщусь и, отведя взгляд от окна, возвращаюсь к работе. Урок русского языка, на столе - кимы ЕГЭ, впереди - экзамены, которых все так боятся, и я не исключение. Русский язык дается мне легко и очень редко вызывает какие-либо затруднения и вопросы. Однако завтра мы пишем пробник, и классная настояла на том, чтобы четвертый и пятый урок мы просидели за решением заданий. - Будто бы это сможет нам как-то помочь, - буркнула моя подруга Настя, сидящая впереди, - а ты чего от Юры отсела? - Он дурак, - отмахиваюсь и продолжаю решать. - А Паша не заревнует? Я посмотрела на своего парня, который в свою очередь устремил взгляд на нас. Отвлеченно пожимаю плечами. - Насть, ты на консультацию идешь? - А куда мне деваться? Посижу урок, подожду, а потом пойду. - Сегодня еще молодежка, - вспоминаю и понимаю, что, видимо, я сегодня останусь без обеда и без таблетки, - слушай, скажи овце, что я не пришла, потому что ничего не знаю и не вижу смысла ходить, хорошо? Подруга кивнула. - Пошли сдавать? - спрашивает сосед по парте. - Пошли. Мы сдали работы одни из первых и уже надевали свои пуховики, чтобы выйти из школы. Холодный воздух обдал еще разгоряченное после отдыха лицо. За четырнадцать дней я уже и забыла, что такое зима в Сибири. Тянусь в рукав за телефоном, но вовремя себя одергиваю, вспомнив, что иду не одна. - У вас с Пашей все нормально? - нарушает тишину одноклассник. - Да, все хорошо, - сдержанно отвечаю, почти на автомате, ведь понимаю, что ему по факту нет никакого дела до того, что происходит между нами. - Знаешь, я рад, что наконец-то он перестал быть каблуком. От возмущения мои брови чуть было не поползли наверх, но я вовремя смогла себя остановить. - Думаешь, я говорю что-то не так? - спрашивает, остановившись у моего подъезда. - Думаю, что людям, которые мало что знают о ситуации, стоит меньше открывать свой рот, - буркнула я. Не уверена, расслышал ли он, - пока, - говорю чуть громче и захожу в подъезд. Тяжело вздыхаю. Поднимаюсь на третий этаж и звоню в звонок. - Привет, - привычно улыбается мама, а папа сидит в зале и смотрит телевизор. Как-то все это нервирует. Однотипная картина, в которой абсолютно ничего не меняется - все статично. Родители в отпуске, поэтому каждый день проводят дома, а я вынуждена ходить в школу. Прохожу в свою комнату и пытаюсь отогреться. На улице -20. Мои щеки уже не выдерживают. В прошлую пятницу, неделю назад, после моего похода к репетитору по физике, который занимает всего 10 минут в одну сторону, я обморозила щеки, и последующие два дня краснота не спадала. Иными словами, акклиматизация у меня вышла паршивой. Наконец, оставшись наедине с собой, могу посмотреть почту. Два новых сообщения - от Давуда и Дэва. Решаю, что прочту их позже, поэтому, оставив телефон на кровати, иду кушать.       - Полин, - обращаюсь к подруге, - мне кажется, я поступаю неправильно. Подруга оторвалась от огромного листа картона, на котором мы сидели и который должен был в итоге выйти фразой «С Днем Матери», и вопросительно взглянула на меня. - Я поступаю неправильно по отношению к Паше. - Ты о чем? - В Таиланде я познакомилась с четырьмя парнями. Три - из Индии, Один - из Туркмении. И мы теперь общаемся. - Они знают, что ты занята? - Только Давуд. - Давай, рассказывай, - у подруги загорелись глаза. Мы оделись и вышли из кабинета. - Что рассказывать? Помнишь, как Паша начал опять вытворять какую-то ерунду, когда я была там? - подруга кивнула, и я продолжила, - Так вот, наверное, чтобы как-то оградить себя от нервов или чтобы не так переживать из-за этого, я начала отвлекаться. С Давудом познакомилась случайно, да и мы просто тогда общались на «привет-пока». А те попросили дать им инсту, теперь пишут. Они спрашивали меня, замужем ли я. Я сказала, что нет… Я понимаю, что это все неправильно. - А он правильно поступил, когда кинул тебя на месяц?! И то, как он себя ведет. Знаешь, мне кажется, это общение пойдет тебе на пользу - ты хоть вернешь себе это ощущение нужности. В том, что сейчас происходит, виноват только Паша. - Не знаю…Пошли зайдем за кофе? - подруга кивнула. - Ты так и не куришь? Отрицательно мотаю головой и отпиваю свой из стакана горячую жидкость. Уже стемнело, похолодало, а я лишь в тонких джинсах. Чувствую, потом об этом пожалею. - Волнуешься перед пробником? - Нет, - сейчас бы покурила. Я зашла домой в смешанных чувствах - не уверена, что могу снова ей полностью открыться. Есть некий страх, что она проболтается. Но когда-то я ей могла полностью доверять, значит, видимо, не зря. Вспоминаю про два непрочитанных сообщения и, ответив на них, закрываю все вкладки. Подхожу к окну и любуюсь падающим снегом. Стараюсь отыскать в нем прежние чувства, прежнюю меня, но ничего не нахожу. Лишь пустота. Стал противен холод. Раньше я любила зиму, любила, как снежинки опускались на землю, покрывая всю одежду, саму меня и прохожих белыми хлопьями. Создавалась такая атмосфера сказки. А теперь все куда-то исчезло. Все, что я хочу - вернуться обратно, в теплую страну, где так прекрасно быть никому не знакомой, никому ничего не должной и свободной. Быть собой, любящей свою жизнь. А этот холод лишь разъединяет меня и мои грезы, поэтому внутри меня поселяется некий гнев и отвращение к когда-то любимому времени года. Проверяю готовность паспорта, двух черных гелевых ручек и иду спать. Завтра ответственный день. - Привет, Маш, все взяла? - подходит классная. Она мне, наверное, по грудь, как впрочем, всем учащимся нашей школы, поэтому я смотрю на нее сверху вниз. - Здравствуйте, Евгения Викторовна, да. Я спокойно стою, облокотившись бедром о парту, и наблюдаю за тем, как суетятся остальные. В данный момент кабинет, который нам предоставили для того, чтобы все положили здесь свои вещи, напоминал улей. Одноклассники жужжали, как пчелы, от чего начинала побаливать голова. Кто-то пытается засунуть шпаргалки, кто-то телефоны, другие же - просто о чем-то говорят. Такое чувство, что они не виделись вечность, и у них накопилось много тем для разговоров. Сзади мне на талию легли тяжелые мужские руки. - Паша, - оборачиваюсь я и, оставив свои ладони на его шее, улыбаюсь. - Волнуешься? - такой уже заезженный вопрос. - Нет, а ты? - Не знаю. С одной стороны это всего лишь пробник. За сочинение боюсь. Ты ведь знаешь, я в них слаб. Ничего не отвечаю, а лишь увлекаю его в поцелуй - хороший способ заставить человека замолчать. Сейчас мне на руку, что в кабинете много людей, и риск быть замеченной учителями снижается почти до нуля. - Я тебя люблю, - шепчет он мне в губы. - Ребята, пора! Все идите за мной! - как же вовремя. Я освободила от цепких лап шею бой-френда и, взяв его за руку, потащила за сопровождающей. Покидаю аудиторию вторая. Очень хочется есть. Понимаю, что напрасно так безалаберно относилась к подготовке по этому предмету. Считаю, что могла бы написать лучше, если бы не пренебрегала зубрежкой. Мне не понравилось мое сочинение… Боюсь, что с проблемой не угадала. Но это уже неважно - что было, то оставлено позади. Захожу домой и наблюдаю все ту же самую картину. Раздраженная собой и вообще всем, плюхаюсь на кровать, не забыв закрыть за собой дверь. «Сейчас бы покурила…» - лишь проносится в голове. Нельзя. Интересно, что Она вчера сказала? Как отреагировала? Наверное, была очень зла… - Ты не видела Овцу Дмитриевну? - спрашиваю у Риммы. Подруга сейчас вместе с Элей шла возле кабинета физики. - Она в столовой. А зачем тебе? - Сочинение отдать надо… Я нахожу ее в столовой в компании других учителей. Наверное, будет слегка нетактично отдавать ей его сейчас, но мало ли. При взгляде на меня, с ее лица быстро сходит улыбка. Вот черт, наверное, я все-таки не вовремя. - Ольга Дмитриевна, извините, что отвлекаю, я сочинение вам сдать хотела.. - Куда я тебе его сейчас засуну? - начала повышать голос она, - потом занесешь, я сейчас занята. Я киваю и молча выхожу из столовой. Не злюсь, ведь понимаю, что сама виновата. Нужно было выгадать другое время. Всю математику сижу, как на иголках. Хорошо, что у нас два урока подряд - не придется мучиться с вечными переходами из кабинета в кабинет. На перемене решаюсь все-таки отдать ей сочинение. Долго искать женщину не пришлось - она дежурила прям в холле. Поскольку стоит спиной ко мне, хочу как-то привлечь ее внимание и на свою же беду, решаюсь взять ее за руку. Мое движение было нежным и невесомым, однако ввело нас обеих в неловкое положение. Протягиваю ей сочинение и уже планирую уходить, как она меня останавливает. - Подожди, -в ее глазах появляется злость, и я понимаю, что живой мне с поля боя, видимо, не уйти. Останавливаюсь, - С какой стати ты решила, что можешь прогуливать мои консультации? Я, конечно, понимаю, что, возможно, они не такие интересные, как какие-нибудь другие вещи, но будь добра посещать их. На консультации ходят все - независимо от уровня знаний. Это ясно? Она стояла близко и по своей привычной манере общения за доли секунд с обычного тона перешла на крик. Я, как остолбеневшая, не зная, что сказать, молча киваю в ответ на ее вопрос. Я не привыкла, что на меня кричат. Это всегда вызывает у меня слезы - не знаю почему, но так получается постоянно. А перед ней я не хочу плакать. Заплакать - значит, показать свою слабость, дать ей понять, что она победила в этой игре. А это не так. Она смотрит на меня и пытается найти хоть какие-то эмоции на лице. Возможно, она заметила, что со мной что-то не так, и поэтому смягчила тон. - Можешь идти. Я снова молча киваю и направляюсь к кабинету математики. Только там я могу выдохнуть. - Можете садиться, - строгим голосом произносить Елена Никитична. Послушно сажусь, поправив юбку. - Маш, что с тобой? - спрашивает Юра, - Ты плачешь? Я и правда не заметила, как по моим щекам градом стекали слезы. С чего бы это? Неужели ее слова на меня так повлияли? Смахиваю с лица соленую жидкость и улыбаюсь, показывая, что со мной все в порядке. Парень лишь пожимает плечами. Люблю Юру за то, что он не задает лишних вопросов. Если я нуждаюсь в поддержке и мне надо высказаться, он всегда готов выслушать, но если у меня нет желания говорить, то насильно он спрашивать не будет. Елена Никитична замечает мое изменение в настроении, но ничего не говорит - лишь задерживает свой взгляд дольше обычного, словно пытаясь что-то понять. После этого она отворачивается к доске и начинает вести урок.