На пути к счастью

Эпилог *** 14 марта *** Я не понимала, что происходит. Все кричали, и никто не слушал друг друга. - Боже, что это такое-то, а? Мамочки... Это стонала Саманта. - Да где же они? Так, это суетился Холдер. - Софи, мать твою! Где ты?! Ой, нет, это Холдер. Да что ж это за ужас?! Включился свет. Как вовремя! Мы тут же оглядели друг друга и уставились на Саманту, у которой отошли воды. Мы стояли в прихожей, когда собирались, на часах было одиннадцать вечера. Но, как ни странно, спать нам не хотелось. Быстро, как только могли, мы сели в машину и добрались до больницы. Там Саманту забрали в родильное, но одна из медсестер спросила: - Кто-нибудь будет присутствовать на родах? Холдер побелел. Саманта, даже корячась от боли, поняла, что могу только я. - Она! И это не оговаривается. Одна я туда не пойду. Оййй, мамочка.... - Тогда пойдем, быстрее, быстрее! И я пошла. Что еще было делать? - У тебя двойня? - Да! - Как будем рожать? - Сама! - Уверена? - Да! Дети, это, несомненно, хорошо. Просто замечательно. Просто великолепно. Но после того помента, как приходит время их рожать. Я лично не знаю, конечно, но судила по Саманте и по тому, как она сжимала мою руку. Так что кричали мы с ней вместе. Я старалась смотреть только на ее лицо, но, право, я не знала, что хуже. Так что мысленно считала секунды, вздохи и выдохи. И где-то минут в 25 четвертого утра, 14 марта, я услышала крики не Саманты и не свои, а своих племянников. Саманта еще тяжело дышала и уже плакала. Она отпустила мою руку, переломанную на сто рядов, и положила голову на подушку. Пока детьми занимались, Саманта посмотрела на меня вымученными глазами, и сказала: - Слушай, это такой ужас. Я едва сдержала улыбку и кивнула. Как хорошо, что Ханс не торопится... - Девушка, снимите кольцо. Я непонимающе уставилась на акушерку. - Что, простите? Она снисходительно улыбнулась. - Ребенка хочешь подержать? До меня дошло. - Да, конечно. Я сняла обручалку и положила его в карман халата. *** Когда меня выпустили, я не пошла, а побежала на ватных ногах к выходу из коридора, где было запрещено сидеть посторонним. Они ждали возле палат, в белых халатах, как раз в тон их лицам. И моему. Я бросилась на шею к Хансу и, чувствуя благодарность за то, что он пока не хочет детей, крикнула: - Я люблю тебя! Он рассмеялся от неожиданности. - Это все, что требовалось тебе, чтобы ты смогла это произнести? Я улыбнулась и пихнула его в живот, чтобы не заговаривался. - Ханс, это такой кошмар... Кстати, Холдер. У тебя сын. Братец посмотрел на меня остекленевшим взглядом. Широко ухмыльнувшись, я добавила: - И дочь. - Что?! Двойня?! Это они воскликнули хором. - Да! Саманта героиня. Она родила сама. Это просто невероятно... Мы можем идти домой, завтра навестим ее. Или это можно только отцу... Я не очень поняла, спешила оттуда убраться. - Завтра. Хорошо. Завтра. Двойня... Ханс скептически оглядел Холдера. - Эй, не парься. Радуйся. Давай лучше детские вещи брать. Он кивнул. - Так вот почему она не торопилась с этим. Она знала! Заметив на моем лице улыбку чеширского кота, он возмутился: - И ты знала! Я встала за спину Ханса, на всякий случай. - Знала, и что? Зато теперь мы все вместе можем купить детские вещи! Для двойни. Радуйся, папаша. И наконец, он улыбнулся. - Я отец. У меня сын и дочь. Я растянула губы в улыбке и сморгнула слезы. Слишком много эмоций. *** - Свертки такие маленькие. Я посмотрела на то, как он прижимает к груди небольшой рулончик. Саманта фыркнула. - Холдер, это пеленки из больницы. Наши дети вот. Он посмотрел на медбрата, который в обеих руках держал два конверта: зеленый и желтый. Саманта не захотела банальщины. Холдер взял дочку, а Саманта сына. Джейн и Джон спали, так что было тихо. Мы боялись даже дышать рядом с ними. Сразу чувствуется авторитет. Мы встали в кучку, я и Ханс, Холдер и Саманта, Эбби и Кристов, Эдвард и Маргарет. Остальные ждали дома, подготавливая все к приему малышей. Элли, держала в руках фотоаппарат. - Давайте я вас всех сфотографирую. Мы синхронно улыбнулись. Эбби, стоявшая рядом, прошептала: - Когда свадьба? Я потерла кольцо. - 25 мая. - Это же день вашего знакомства. Я улыбнулась. - Именно. Все началось в мае, так пусть и будет в мае. Она фыркнула. - И что же, дети у вас тоже в мае будут? Я подмигнула ей и промолчала. Она покачала головой и посмотрела в камеру. Эту фотографию мы потом распечатали и повесили в рамочке в гостинной у Саманты и Холдера. Такое напоминание о том, как все изменилось за эти месяцы. У нас с Хансом в спальне весит фотография, сделанная в этот же день, где мы целуемся. Я даже не знала, что нас снимают. Мы такие счастливые, непритворные, искренние. Неужели это навсегда? Ханс любит обнимать меня сзади, когда я любуюсь этой фотографией. Теперь когда у Холдера свои заботы, я чувствую себя несколько свободной и взрослой. Мне 20 лет и я скоро выхожу замуж за любимого человека. Разве можно желать большего? Рядом всегда нужен тот, кто поможет преодолеть все трудности, кто подарит счастье и заставит чувствовать себя нужной и важной. Поэтому я очень благодарна ему. Я всегда обнимаю его в ответ и с улыбкой, легко и искренне говорю: - Я люблю тебя, Ханс Грэй.