быть

      Разрывать сердце мертвенной тишиной. Видеть блеск в темных, налитых грязной кровью глазах Темного Лорда. Без imperio подавать ему руку и чувствовать, как кончик палочки упирается в шею. Молча позволять вывести себя из комнаты, словно во сне стучать каблуками и подниматься по лестнице.       Толкать.       Ослеплять. Накладывать звуконепроницаемый полог. Пальцами сжимать горло и поднимать над полом. Слушать сдавленные хрипы и резко отпускать. Не жалеть. Палочкой рассекать воздух и оставлять на левом предплечье глубокий порез. Заклинанием зажигать свет, призывать котел и хватать за локоть. Надавливать на рану, пуская кровь, и считать капли. Отталкивать.       Падать. Царапать ногтями грубую холодную ладонь, открывать и закрывать рот и на ощупь сдерживать льющуюся на паркет кровь.       Вливать в котел воду, наблюдать, как она разводит кровь и становится багряно-красной, добавлять щепотку синего порошка, порубленные кусочки зеленой шкуры, мелко порезанный корень мандрагоры, нашинкованное бурое месиво и перемешивать. Делать более деликатный надрез на руке своей и перемешивать вновь. Улыбаться, призывать из шкатулки переливающийся пламенем свечей философский камень, острейшим ножом снимать с него стружку и снова мешать.       Неподвижно лежать. Чувствовать дыхание невидимых замковых привидений, ощущать под собой склизкие и сырые от прозрачной эктоплазмы камни и медленно кружиться на месте.       Сосредоточенно наблюдать и убавлять в горелке огонь. Трижды мешать волшебной палочкой по часовой стрелке и трижды — против, шептать заклинание и нетерпеливо переливать черпаком зелье из котла в стеклянный фиал. Пить, роняя на воротник капли, и садиться, откидываясь на спинку кресла. Возвращать зрение.       — Если… Когда зелье подействует, ты станешь свидетелем моего вознесения, Грета. Это завораживает, правда? — спрашивать. Кивать на бурлящее фиолетовое зелье и стучать по обтянутому кожей подлокотнику. Смотреть в непроглядный туман в глазах и резко вставать.       Заключать ее в раму огненного круга и, не боясь обжечься, входить в него. Залечивать порез, поднимать ее на ноги и вжимать острие палочки в мгновение назад затянувшуюся кожу.       — Отмечая тебя своей меткой, заклинаю служить мне, жить по моим законам и не знать другого господина, кроме меня. Отмечая тебя своей меткой, принимаю в ряды Пожирателей Смерти, обязуюсь дать тебе все, что ты попросишь, и возвысить тебя вместе с собой. Отмечая тебя своей меткой, я клянусь и дарую тебе подарок, от которого ты не имеешь права отказаться.       Вырываться и затравленно наблюдать. Дергаться и с ужасом смотреть на растекающийся по предплечью черный череп и змею, выползающую из его рта. Плакать и размазывать по щекам беспомощные слезы.       С превосходством улыбаться.       — Ты стала частью чего-то большего, маленькая Грета Поттер. От судьбы не убежишь, сколько не пытайся.       — Нет, — шептать, — нет, нет, нет, нет, нет, нет. Нет!       Бить наотмашь. Толкать к стене и поднимать подбородок. Скалиться.       — Да.       Истерично кричать.       За доли секунду понимать смысл истошного крика и с головой накрываться щитом.       Пламенем магического выброса выжигать темную метку на полу. Превращать в пепел котел с зельем, остатки бесценного камня, портреты в красивых рамах, дорогие ковры, бархатные портьеры и кожаные диваны. Выбивать стекла и плавить золотые подсвечники на стенах.       Бояться. Не уметь, но бояться, потому что щит гораздо слабее адского огня вокруг. Видеть, как огромный костер поглощает прибежавшую на шум хмурую Беллатрикс и недоверчиво осматривающегося Розье. Чувствовать запах обгоревшей плоти, обугленного дерева и запекшейся крови.       Останавливаться.       Аплодировать и удовлетворенно улыбаться. Искренне смеяться и кричать:       — Браво! Потрясающе, моя девочка!       Тяжело дышать. Держаться за горяченные щеки, стоять в окружении алых всполохов и светящихся птиц и заходиться в безудержном кашле. Позволять Темному Лорду притягивать себя к груди, распутывать колтуны волос и держать палочку у лопаток. За удовлетворением видеть его внимательное холодное лицо и понимать, что он не может сгореть.       — Когда придут авроры, — шептать, — и увидят тело их национального достояния, они обратят внимание на мой знак на твоем предплечье. Они поймут, что ошибались, и ты никогда не обретешь покой, потому что тебя будут ненавидеть. О тебе будут говорить.       Молчать.       — А я буду стоять в тени и наблюдать. Потому что я буду жить вечно, моя маленькая глупая девочка. Я буду жить, а ты умрешь, как и говорилось в пророчестве. Я буду жить вместо тебя.       Глухо смеяться над потугами авроров взломать забаррикадированные двери и направлять палочку на ее лицо.       — Avada Kedavra.       Наблюдать за безжизненно падающим телом.       Наблюдать за тем, как идеальный план растворяется в воздухе вместе с волшебной палочкой. И, теряя контроль над ситуацией, позволять ворвавшимся аврорам себя обездвижить.