Клубничный сыр

Джеймс Бьюкенен Барнс не думал, что его можно застать врасплох. А уж тем более выбить из равновесия парой слов. Но, как оказалось, и то, и другое было очень даже реально. И виноват в этом был один мальчишка. Питера, казалось, любили все Мстители, его невозможно было не любить — это маленькое солнышко с ослепительной улыбкой, активной жестикуляцией и невероятной скоростью речи. Барнсу парнишка тоже нравился, может даже больше, чем это было бы допустимо, поэтому, когда Питер вдруг признался ему в любви, он растерялся. — Ты хочешь быть со мной? — уточнил он. — Да! — было видно, что Питеру страшно услышать ответ, но он упрямо сжал губы и смотрел почти с вызовом. — Очень хочу. Джеймс втянул воздух сквозь зубы и завис на секунду, подбирая слова. Главное было не обидеть, не ранить своим ответом. — Питер. Ты мне нравишься. Паркер очаровательно зарделся, а его улыбкой, кажется, можно было осветить всю Башню. Вот вам и новый безопасный источник энергии, куда там Старку с его открытиями. — Ты мне правда нравишься, просто, если подумать, если представить нас в отношениях, это будет… как клубничный сыр. Питер потряс головой, улыбка с лица исчезла. — Я не понимаю. — Я к тому, что это звучит притягательно и бредово одновременно. — О. Прости. Ладно. Ладно, я понял. Правда, — во взгляде карих глаз заплескалась тоска, но Питер нашел в себе силы улыбнуться. И от этой улыбки у Джеймса закружилась голова. *** — Я не знаю, что ему ответить. Я, вроде как, отшил его, но не потому что он мне не нравится, — Джеймс расположился в кресле напротив Старка, сидящего прямо на столе. — Так он тебе нравится? — Не знаю. Да. Кажется, да. — И в чем проблема? — Он же совсем малыш, — Барнс взял предложенный бокал с бурбоном и сделал глоток. — Это меня немного пугает. — Он крайне смышленый пацан. Взрослее большинства сверстников. Да, в определенной степени ты будешь нести ответственность, но ты знаешь, любые отношения — это ответственность. А он, как мне кажется, очень многое может тебе дать. Раскрыть мир с другой стороны. Внести в жизнь красок. О Питере Старк говорил с таким теплом, что Джеймсу захотелось его обнять. Обнять и поблагодарить за все. За понимание, за заботу, за умение найти нужные слова. — Он замечательный, это правда. Просто мне кажется, что наши с ним отношения — это как клубничный сыр, — привел он тот же довод, который уже говорил Питеру. Тони, кажется, понял аллегорию без пояснений. Но только улыбнулся в ответ. — Пятница, дорогая, закажи, пожалуйста, клубничного сыра для мистера Барнса. — Уже сделано, мистер Старк, — отозвался искин. — Что? — Что? — Тони улыбнулся снова и пожал плечами. — Если чего-то хочется, то всегда стоит попробовать. А потом уже делать выводы, твое это или не твое. — То есть ты… Ты как будто благословляешь нас. — О да. Благословляю вас, дети мои, — с интонацией священнослужителя подтвердил Старк. — Мне же не надо уточнять, что будет, если ты его обидишь? — И тебя не смущает наша разница в возрасте? — Понимаешь, весь вопрос только в том, насколько вам комфортно друг с другом. А цифры — это просто цифры. Джеймс усмехнулся в свой бокал. — И откуда ты такой умный взялся? — Вообще, оттуда же, откуда и все. Но послан тебе свыше, дабы наставить на путь истинный. — О, благодарю, святой отец. Тони хлопнул его по плечу и на мгновение задержал ладонь. — Не отталкивай его только потому, что он родился не в том же веке, что ты. Если это единственная причина. *** — Питер! Мальчишка подскочил как ужаленный, обернулся, и его глаза вспыхнули радостью. — Д-джеймс. — У меня для тебя небольшой подарок, — Барнс мягко улыбнулся и протянул ему сверток. — Вау, — по-детски восхитился тот и тут же залился краской смущения. — Подарок для меня? Это… я не знаю, что сказать. Спасибо! Я… Мне очень приятно. Он вертел в руках небольшую коробочку, дергал атласную ленточку, не справляясь с легкой дрожью в пальцах, а Джеймс любовался им: открытым, непосредственным, солнечным. — Что это? — Питер наконец сумел снять упаковку и во все глаза уставился на подарок. — Клубничный сыр. — В с-смысле? — В смысле: давай попробуем. Питер поднял на него взгляд, полный надежды, и тут же ринулся вперед, крепко обнимая. Джеймс осторожно прижал его к себе, зарываясь носом в волосы, пахнущие каким-то ягодным шампунем, и подумал о том, что если что-то звучит бредово, еще не означает, что ничего не получится.