Зазеркалье

С поиском подходящей лодки провозились целый день. Нашлась одна, когда-то, видимо, была рыбацкой, даже капитан попался «правильный» — забулдыга, каких поискать. Брок даже удивился, как он по пьяни раньше не утоп, всё-таки море дураков не любит. Лео поспрашивал и выяснил, что Ясон обычно на одном месте не задерживался, пропивал деньги, одалживал у всех, кого только мог, и пропадал на полгода-год, пока заёмщики не успокаивались, да и пассажиров нередко брал. — Не ходил бы ты с ним, мужик, — попытался отговорить Лео один из капитанов. — Мало кого из его попутчиков потом живыми видели. Может, это и стечение обстоятельств, но чутьё подсказывает не связываться с ним. Баки, услышав эти речи, только усмехнулся. Если грамотно все расставить, то и убивать никого будет не нужно, чувак просто сопьется сам, дай ему время и деньги. А лодка его была в таком состоянии, что непонятно, как еще держалась на воде. Но, по-хорошему, если этот капитан пропадет навсегда, о нем вообще забудут и никогда не вспомнят, даже если придут и будут спрашивать. Разговоров на тему отношений Баки больше не заводил, а страдал молча, превозмогая. Он был не нужен ни Броку, ни Лео, кроме как друг и запасной гранатомет. Что ж, если так, то пусть хотя бы эти двое будут рядом. Втроем, если что, отбиваться проще. Ясон оказался именно таким, каким его рисовало Лео его воображение: загорелый дочерна, с выгоревшими напрочь на солнце волосами, он даже на суше ходил чуть раскачиваясь из стороны в сторону, хотя, если верить его словам, не пил уже второй день. Не на что было банально. — Довезу, — тут же согласился Ясон, даже не задав вопросов о направлении. Ему было, похоже, все равно куда плыть, суша его не держала, лишь бы деньги капали. Брок не стал обещать заоблачных сумм, скорее, наоборот, торговался до хрипоты, зажимая каждый цент, но пачкой денег успел посветить не только перед их капитаном, но и на пирсе, чтобы кто-то да видел, что они при деньгах. Все же не зря о Ясоне ходила дурная слава. — Когда господа хорошие планируют отправиться? — щербато улыбнулся он. — Сегодня, ближе к закату. Хотим с воды посмотреть, — ответил за всех Лео, стараясь выглядеть абсолютно беззаботно, чему способствовали купленные для него с утра белые шорты, яркая гавайская рубашка и белая же шляпа. — Молодожены, что ли? — почему-то решил Ясон. — Чего только не происходит. Возил бабу и двух мужиков, мужика и несколько баб, а так чтобы близнецы да с одним мужиком… — Какие-то проблемы? — нахмурился Брок, задвигая и Баки, и Лео себе за спину. — Да нет, я не из этих. Да и чужая жизнь меня не дёргает, только лодку сильно ночью не качайте. — И чего он принял нас за тройничок? — спросил Баки, когда они распрощались с Ясоном до вечера. Баки пытался понять некоторые умозаключения обычных людей, но терялся, поэтому спросить у своих было проще. — Близнецы, достаточно близко контактирующие для простых братских отношений, и красивый мужик с ними, — пояснил Лео, устроившись на скамейке, подставил лицо солнцу. — Вот и сделан вывод. Да не заморачивайся ты, ну поспим в одной каюте, Ясон траходром обещал, никто же к тебе приставать против воли не будет, а так отпадёт вопрос о троих мужиках, не пойми зачем отправившихся в море. На ЛГБТ-молодоженов не принято обращать внимания. Это мне Брок сказал. — Интересно, а где все те люди, которых он увозил с собой? — медленно, будто размышляя на ходу, сказал Баки. — Я понимаю, что нас он не укатает, но может попытаться отравить. Мутный он какой-то, хотя такого нам и надо. — Океан большой, — пояснил подошедший Брок, вручил обоим по огромному стакану молочного коктейля. — В нем больше могил, чем ты себе можешь представить. До вечера они гуляли, побывали на пляже, где Лео накупался так, что мог зубами национальный гимн отстучать. Баки завидовал Броку и Лео, они могли купаться, загорать, а он со своей рукой мог только сидеть в футболке с длинными рукавами под зонтиком и смотреть на них. А на что посмотреть было, и Баки готов был грызть ногти на своей живой руке и захлебываться слюнями, как он хотел их обоих. Статус… Ебаный статус. Ведь можно было спросить, нравится ли он Броку, но нет, ему статус подавай. Больной, калечный идиот. В итоге Баки сидел на пляже и читал тот самый роман из машины, где главная героиня со своим мужем, который стал таковым из-за разового секса, едут к его матери, чтобы выяснить, был ли у этого мужа брат-близнец. Баки даже показалось, что эта книга снижает его и так не очень высокий IQ. Вечер подкрался незаметно, вспыхнул яркими неоновыми огнями, пестрыми костюмами туристов, зазвучал на все голоса из открытых террас. Ясон к назначенному времени худо-бедно подготовил свою лодку, продуктов закупил, правда готовить отказался напрочь, он капитан, и пусть любовнички кормят себя сами. — Я даже бельё в каюте перестелил, — по секрету шепнул он почему-то именно Баки. — Ага, молодец, — кивнул Баки, вообще не понимая, к чему ему эта информация. Лодка, утробно урча мотором, отбыла от причала и, выбравшись в открытое море, отправилась к темному горизонту, над которым утром взойдет солнце, знаменуя новый день. А пока нужно было пережить остаток этого, чем Баки и занимался, стоя на носу и глядя, как форштевень рассекает водную гладь. Лодка светилась габаритным огнями и настольной лампой на капитанском мостике, где Ясон уверенно держал штурвал ничуть не дрожащими руками. В девять вечера совсем стемнело и Лео утащил Брока обследовать каюту, хотя осматривать там особо и нечего было. — А мужик-то не соврал, — восхитился Брок разглядывая кровать просто монструозных размеров, занимающую все свободное пространство. На ней не то что втроём, впятером можно было спать и особо не мешать друг другу. — И бельё свежее, — заржал Лео, рассматривая ярко-красное убранство. Баки тоже спустился посмотреть, на монстрокровать и хмыкнул. — Не волнуйтесь, я вам мешать не буду, — сказал он и ушел к Ясону, который тусовался в рубке. Баки хотел проверить, что их капитан не заснет. — Можно? — постучался он, прежде чем войти. — Заходи, — махнул рукой Ясон. — Ходил уже на лодке? Мужья-то твои сразу видно, что нет, осматриваются, ступить не так боятся, а ты смелый. — Приходилось, — пропустил про мужей Баки. — Хочешь, порулю за тебя до утра? Мы, как бы… поссорились немного, и они меня в постель не ждут. А заняться мне нечем. — Бывает, оно дело молодое. — Ясон зевнул, чесанул живот, задрав такую же выцветшую как и его волосы майку. — Рули. Все равно в океане ничего нам не сделается. И ушёл, оставив Баки в одиночестве. Баки встал к штурвалу, принимая управление лодкой на себя, глянул на приборы, проверяя, правильным ли курсом они идут и больше не заморачивался, правя вперед, иной раз прикидывая по звездам, сильно ли течение и ветер сбили его с курса. Ближе к двенадцати на нос лодки вышли двое. Если бы Лео знал, что ему будет так на воде хреново, попробовал бы настоять на Канаде, но сделанного не воротишь. Лодка споро шла вперёд, скручивая внутренности Лео в один большой клубок. — Вдохни хорошенько, — сказал Брок, встав позади него, обнял поперёк груди, устроив голову на плече. — И медленно выдыхай. Вдох-выдох, вдох-выдох. — Прекращай, — рассмеялся Лео, прижавшись к нему теснее. — А то я буду блевать и дрочить одновременно. — Про дрочить — это мысль интересная, — ухмыльнулся Брок, коснулся губами шеи, поцеловал за ухом, ласково поглаживая твёрдый живот. — Ты и оделся в тему. Мелкие пуговки легко выскочили из петель. Ветер обласкал обнаженную грудь Лео, распахнув полы рубашки словно разноцветные паруса. Ладонь Брока прошлась вдоль края шорт, сжала сквозь ткань напряженный член. Лео застонал, подался назад, притёрся задницей к Броку. — Сколько я на тебя дрочил, — выдохнул он. — Вставало, как только зеркало видел. Думал, совсем крышей поехал, раз сам себя хочу, а когда сюда попал, думал с ума сойду, так хотел коснуться и чтобы ты касался меня. Брок широко лизнул его шею, стиснул в объятиях и поддался давнему желанию. Лео был тоньше его в кости, не таким раскаченным, да и моложе на несколько лет, но всё равно похож. Вот только цеплял так, что у Брока всякие связные мысли из головы пропадали, когда он видел его в зеркале полуобнаженным. Руки жили своей жизнью. Они гладили, мяли, изучали желанное тело. Левая гладила по груди, пощипывала острые вершинки сосков, срывая с губ пока ещё робкие первые стоны, а правая нырнула за пояс шорт, накрыла ладонью твёрдый член, сжала его. — Господи, Брок, — едва слышно заскулил Лео, ещё не до конца верящий в происходящее. Выцеловывая узоры на шее Лео, Брок быстро дрочил ему, обхватив член ладонью, сжимая тяжёлые яйца, шепча на ухо обещания не только повторить, но и показать все, на что способен, как только они окажутся на твёрдой земле. У него самого цветные круги плавали перед глазами, от стонов Лео хотелось кричать, вторя ему, а уж когда сильное тело забилось в оргазме, плеснув ему на ладонь горячей спермой, Брок и вовсе кончил, так к себе ни разу и не прикоснувшись. Баки было хорошо видно, что творилось на носу лодки, слишком хорошо, но отвести взгляд он не мог, так хотелось ему смотреть на них, ведь только так теперь он мог быть рядом, видеть то интимное, что оставалось за дверями спальни. Он представил себе, как превращается в сталкера, и чертыхнулся, отгоняя от себя подобные мысли. Он должен был успокоиться и принять все, как есть. Брок с Лео ещё немного постояли наслаждаясь тёплым ветром и солеными брызгами и ушли в каюту. В этот раз Брок не пошёл искать Баки, звать его в постель. Не маленький. Сколько можно водить за ручку, если сам идти не хочет? Баки продолжал рулить, сверяясь с курсом, даже когда солнце уже давно поднялось над горизонтом. Ясон, наверное, крепко спал в пьяном угаре, да это было им даже на руку, у Баки хоть было занятие, а не только сидеть с Лео и Броком, глядя на их счастливые лица. Баки думал, что он будет рулить до обеда, но Ясон сменил его поздним утром, обдав перегаром. — Иди мирись. Надо уметь первым смирить гордость и искать правильные слова. Вали давай, нечего здесь отсиживаться, — велел он, отпихивая Баки плечом в сторону от штурвала. Баки спустился в жилую зону лодки, которая, как ему казалось, была похожа на бывший буксир, и нашел Лео на кухне, готовящего завтрак. — Доброе утро, — поприветствовал он, забираясь на скамейку в самый угол. — Брок спит еще? — Спит, — отозвался Лео и поставил перед Баки тарелку с горой из омлета с помидорами. — Полночи просидел рядом, пока меня рвало вчерашней жратвой, вот и отсыпается. — Он присел рядом, устроив голову на скрещённых руках. — Я же сдохну блевать все четыре дня. — Советую просто не жрать, — хмыкнул Баки и принялся за еду. Лео показал ему средний палец и с чашкой кофе в руках уполз медитировать на палубу. Нравился ему Баки и чисто по-человечески, и мужик он был очень красивый. Одна его металлическая рука приводила Лео в дичайший восторг, что уж говорить о литых мускулах, широченной спине. Но самым привлекательным оказалась улыбка, хоть и была редкой гостьей на его бомбически сексуальных губах. Лео прекрасно понимал Брока. У него самого стояло на Баки так, что не отогнуть от живота. В одиночестве сидеть не хотелось, и Баки прямо с тарелкой вышел на палубу, устроившись рядом с Лео. Оперся поясницей о борт и стал его рассматривать, ничуть не скрывая своего интереса. Пусть он Броку всего лишь друг, товарищ и запасной гранатомет, на Лео ему смотреть никто не запрещал. — Дыру протрешь, — булькнул Лео и откинул голову назад. Его снова мутило. Ясон, конечно, посоветовал зачерпнуть за бортом соленой воды и выпить пару глотков, мол, старый морской способ, но Лео пока воздерживался от настолько радикальных методов. Отставив тарелку на палубу, уверенный, что никуда она не денется, Баки, повинуясь какому-то странному порыву и тому, что по роже он точно не получит, встал за спиной у Лео и положил его голову себе на бионическое плечо, обнял, поглаживая по груди и животу прохладной металлической рукой. Лео чуть не заурчал от удовольствия, впервые за утро чувствуя себя более-менее живым. От металлического плеча и ладони по всему телу расходилась приятная прохлада, качка потихоньку убаюкивала измученный за ночь и утро организм. Лео и сам не заметил, как стал потихоньку засыпать. Баки дурел от ощущения вседозволенности, от того, что можно было трогать человека, который тебе нравится. Да, это был не Брок, но.. Но было уже не важно, Лео стал ему таким же близким. Лео расслаблялся в его руках, и Баки не хотелось его выпускать, да и на руках не пронесешь в каюту, слишком узкими были проходы. Проблему решила здоровенная бухта каната, лежащая буквально в паре шагов от них. Баки подхватил Лео на руки и плюхнулся в эту бухту как в кресло, укладывая Лео на себя, чтобы тому было удобно. Лео завозился в его объятиях, на мгновение открыл сонные глаза, светло улыбнулся и уснул моментом, едва его голова коснулась плеча Баки. Через полчаса на палубе показался помятый со сна Брок, он осмотрелся и тут же оказался рядом, с тревогой заглядывая в лицо Лео. — Так плохо? — отрывисто спросил он у Баки. — Не думаю, — Баки погладил живой рукой Лео по волосам, тот фыркнул, но не проснулся — Или ему со мной должно быть плохо? — Дурнина ты, принцесса, — с улыбкой выдохнул Брок, и, потянувшись вперед, погладил сначала самого Баки, а потом тихо сопящего Лео, отстранился с нежностью на них глядя. Вот такая картина действительно радовала сердце, отогревала что-то важное внутри. Брок сходил в каюту, сдернул с постели тяжелое покрывало и укрыл им Баки с Лео. Покрывало было тяжелым, но прохладным, хотя на воде температура ощущалась совершенно иначе, а вот сгореть Лео мог запросто. — Посидишь с нами? — негромко спросил Баки, хотя на палубе было довольно шумно от работы двигателя. — Дай я кофе выпью, — ответил Брок, потянулся всем телом, широко зевнул. — А то рядом спать завалюсь. Знаешь же, что по утрам я без кофе не человек. — Слышал, — сказал Баки. — От других. Ты ко мне уже выпив кофе приходил. Всегда. — Не хотел пугать помятой, невыспатой рожей, — бросил напоследок Брок и скрылся из виду. На кухне вкусно пахло омлетом и свежими персиками. Подняв крышку сковороды, Брок не мог не улыбнуться. Заботливый Лео, блюющий от самого запаха продуктов, наготовил им завтрака, даже для Баки, а это о многом говорило. Они с ним не разговаривали на тему возможного тройничка, на суше не до этого было, да и наедине они не оставались практически, а сейчас просто ещё не успели. Никто же не знал, что Лео так плохо переносит качку. Сжевав свою порцию омлета и залив его сверху кофе, Брок снова вышел на палубу. Баки сидел, под покрывалом поглаживая Лео, чутко следя за его сном. Ему было хорошо, невероятно хорошо, настолько, что он не хотел, чтобы все это заканчивалось. Пока никто не видит, а Лео не узнает, он поцеловал его в висок, едва-едва коснувшись губами кожи. Брок присел на бухту спиной к Баки и Лео, подставил лицо соленым брызгам. — Хорошо здесь, свободно и не страшно, что выскочат люди с автоматами. Океан, солнце и ветер, Бак, и ничего больше. — Он ненадолго замолчал, подбирая слова. — Мы же все трое — мертвецы. Ты умер в сороковых и умирал на каждом обнулении, чтобы родиться заново. Я под Трискелионом, а Лео в своём мире от чужой пули. Мы умерли и заслужили хоть немного покоя. — Что ты имеешь ввиду? — не совсем понимал его Баки. — Мы сейчас вместе, и, если вы захотите, я останусь с вами. Не как друг. Не хочу быть просто другом и слюной захлебнуться от вашего счастья. — Что мы наконец все трое свободны выбирать себе жизнь. — Брок глянул на него через плечо. — У нас ещё есть три дня пути, обдумай хорошенько, чего ты сам хочешь, без нашего мнения или желания, а только ты, хорошо обдумай и скажешь на островах, как ты хотел бы жить дальше, как и, главное, с кем. Не торопись с решением. И снова замолчал, вглядываясь в качающуюся линию горизонта. — А если я уже знаю, как и с кем я хотел бы жить? — спросил Баки, чуть прижав к себе Лео, который продолжал спать, все-таки убаюканный качкой и прохладой бионической руки. — Так что тебя сдерживает? — поинтересовался Брок. — Брок, я не Зимний Солдат. Я могу бояться, — как мог тихо, чтобы не разбудить Лео, ответил Баки. — И я даже не представляю, какие отношения возможны в этом, таком далеком от моей жизни, году. Брок ничего не ответил, коснулся ладонью щиколотки Баки, погладил и, поднявшись, ушёл в рубку капитана. Лео проснулся, когда солнце уже жарило вовсю. Он потянулся и только тогда понял, что лежит не в постели и даже не просто где-то на полотенце, а в объятиях Баки. Последнее, что Лео помнил — это благословенную прохладу и отступающую дурноту. — Баки? — приподнявшись на локте, смутился он. — Как я здесь… вот же черт. Уснул тогда, да? Чего же не растолкал? — Ты спал, а я… Я не хотел тебя отпускать, — решился Баки, как в ледяную прорубь ухнул. — А Брок приходил и ушел. Ну, мы с ним, поговорили, или что-то вроде… Забей. Окончательно смутился Баки, понимая, что вообще не представляет, что происходит, но Лео из своей железной хватки выпустил. — М-м, — протянул Лео, зажмурился от яркого отражающегося от воды солнца и улёгся обратно Баки на плечо. — Если ты против, уйду, а нет… — он широко зевнул и натянул покрывало до самого подбородка, снова закрыл глаза, не собираясь никуда двигаться, раз ему позволяют. Морская качка убаюкивала, но Лео отоспался, казалось на несколько дней вперёд, а потому просто наслаждался близостью Баки, возможностью вдыхать его запах, касаться невзначай груди и плеч кончиками пальцев, ладонью. Просто быть рядом. Баки чуть передвинулся, чтобы им обоим было удобно, и тоже прикрыл глаза. Раз Лео не мутит в таком положении, то пусть себе лежит, ведь Баки не сложно посидеть с ним так. Тем более, что чувствовать Лео так близко было приятно. Еще бы Брок вернулся посидеть с ними, и можно было бы забыть вообще об окружающем мире. Но Брок заболтался с Ясоном и совершенно забыл о времени, да и вообще обо всём на свете, опомнившись, только когда время к обеду подошло. Спохватившись он вышел на палубу и улыбнулся, глядя на мирно спящих в обнимку Баки и Лео. Всё-таки правильно они направление выбрали. С обедом особенно заморачиваться не стал. Зажарил им с Баки стейков, а Лео настругал легкий салат, даже кофе готовить не стал на всякий случай. Все равно на кнопку нажать немного времени требуется, а так свежий будет и не остынет. — Эй, птенчики, — хохотнув крикнул он. — Жрать пора. — Ага, — отозвался, зевнув, Баки, не ожидавший от себя, что уснет, но так было уютно. — Лео, вставай. Я с тобой из этого положения не встану. Баки был так рад, что он больше не третий лишний, что может пощупать Брока, как ему предлагал Лео, хотя и другими словами, но все равно. Наконец-то у Баки были люди, отношения с которыми не надо было скрывать. Потеревшись щекой о плечо Баки, Лео поднялся, сел, осмотрелся вокруг совершенно сонным взглядом и расплылся в улыбке. — Привет. Давно я на тебе сплю? — Давно, детка. Несколько часов дрыхнете в обнимку, — пыхнул сигаретой Брок. — Может, сюда кровать перетащить? — Ты как? — спросил Баки, выбираясь из-под Лео. Самому ему было немного сковано, так как подушкой он ещё не работал, но это совершенно не имело значения. Лео сел на край бухты, прислушался к самому себе. Вроде бы не тошнило, да и тело отлично отдохнуло. Хотя и было странновато столько времени провести в достаточно интимной близкой обстановке с другим мужиком, пусть и очень красивым, и не услышать претензий от того же Брока. Да и ревности на его лице заметно не было. Все же одно дело самому предлагать тройнички, а другое — выслушивать по этому поводу от несогласных. — Нормально, — ответил он Баки. — Только есть хочу… наверное. — Тогда поднимайся и пошли, я не смогу тебя на руках донести, тут узко очень, — Баки улыбнулся, поднялся сам и дернул Лео за руку на себя, прижал к себе за талию, заглядывая в глаза, безмолвно спрашивая, что будет дальше, как? Насмешливо изогнув брови, Лео фыркнул и таки поцеловал Баки, пробуя на вкус его мягкие губы, обхватил за шею, вжимаясь сильнее и тихо застонал. Наконец-то и второй самый охрененный мужик этого мира принадлежал ему. — Хорош сосаться, птенчики, — качнул головой Брок. — Еда стынет. Все остальное — после обеда. — Тебе завидно, что ли? — рассмеялся Баки весело и счастливо. Жизнь налаживалась не по дням, а по часам, и вот уже Баки был не грустный и всеми брошенный, а обнимал двух офигенных мужиков. Брока он тоже поймал и прижал к себе, положил голову ему на плечо, и издал звук, похожий на урчание. Он был человеком, снова человеком, который нужен, которого ценят и, наверное, даже полюбят. Как и он полюбит их, таких похожих, но совершенно разных. После обеда Лео, поцеловав обоих своих любовников, натаскал себе на палубу подушек и устроил себе из бухты некое подобие гнезда, куда и завалился вместе с книжкой. Только так его почему-то не укачивало. Даже вроде бы прижился съеденный с огромной охоткой салат, хотя Лео думал, что и он уйдёт на корм рыбам.