Друзья не стонут, а скулят

В дружбе прекрасно все, до того момента, пока кто-нибудь не влюбится. И тогда все. Пока дружба - привет страдания и холодная война внутри себя. Черта между дружескими и любовными чувствами настолько тонка и призрачна, что переступив её, первое время даже не замечаешь эту временную точку, из-за которой твоя жизнь превратится в сущий ад. Заезженная тема на самом деле, у каждого в жизни бывало, а если не бывало, то подумайте, не вы ли виноваты, что ваш лучший друг вдруг стал вести себя странно и ограждать вас от себя? --- Тэхен - хороший друг. Даже слишком. С ним приятно общаться, весело проводить время, дурачится, делится новонайденной музыкой, обсуждать новинки кино, в общем, идеально проводить время, а потом что-то ломается и становится приятно целоваться. И Чонгук ломается вместе с этим «что-то». Потому что для Тэхена это лишь забавы ради, а Чонгук каждый раз сжигает нити, что так упорно въедаются в сердце. Больно вообще-то. Тэхен никогда не брал на себя никаких обязательств и не отвечал за последствия, будь то оставленная в раковине грязная чашка, или поцелуй со своим другом. Первый раз это произошло на Дне Рождении Чимина. Этот день стал знаменательным не только из-за праздника их общего друга и согрупника, в этот день покатилась по пизде, вся усеянная цветами, счастливая дорожка личной жизни золотого макне. Чонгук всю свою сознательную жизнь мечтал о том, что как только он станет достаточно взрослым и знаменитым, то все самые красивые девушки будут падать в его ноги штабелями – выбирай не хочу. Так и случилось, но как-то это не то, сколько девушек перепробовал, но ни одна не смогла стать для парня той одной единственной на всю жизнь. Не цепляло. До определенного момента. - Чонгук-а, мне плохо, - пьяный и хриплый голос, трудно не догадаться, кому он принадлежит. Чонгук поворачивает голову и…Тэхен, шатающийся и с потерянным мутным взглядом, всё как обычно, если бы не характерный запах крепкого спиртного. Очевидно, что он изрядно пьян, а это значит, что на хрупкую трезвость брюнета только что положили громадную ответственность. - Тебе нужно отоспаться, хён, - макне обхватывает Тэ за талию и закидывает его руку себе на шею, заставляя опереться на него всем весом. Чонгук тащит его и слышит как его хён бормочет что-то себе под нос на своем космическом. Даже пьяный в жопу Тэхен – милый Тэхен. Они движутся медленно и не очень ровно то и дело ударяясь об острые углы мебели, наконец зайдя в комнату Тэхена и Хосока брюнет выдыхает и кладет хёна на его кровать. - Гуки, скажи, я красивый? – приехали, блять. Чонгук собирался уже выйти и даже развернулся в сторону двери, но видимо уйти с целыми нервами ему сегодня не суждено. Вопрос странный, но зная кто его задает, вся комичность куда-то улетучивается. - Хён, я не знаю, лучше спроси у какой-нибудь девушки, - тяжело вздыхает Гук и скомкано отвечает на поставленный вопрос, желая, чтобы его побыстрее отпустили, - я ведь парень и не могу точно определить. - Нет, мне важно знать мнение именно парня, - протягивает блондин и переворачивается со спины набок, заглядывая, кажется, в самый центр сознания. Вот это уже интересно. Нет, Чонгук конечно догадывался, что его солнышко хён светит голубыми лучами, но вовремя отбрасывал свои сомнительные догадки, так как не находил им должных объяснений. Он знал, что Тэхен нравится многим, он был милым и падким на прикосновения, постоянно лыбился своей коронной квадратной улыбкой. Какому идиоту он может не нравится? Нежный и какой-то по-девичьи привлекательный, каждый мог лишь мечтать о таком друге или…парне? - В каком смысле «именно парня»? – непонимающе смотрит макне, садясь рядом с Тэ на край кровати. - Ну, вот ты бы смог меня поцеловать? – прямо в лоб и абсолютно не стесняясь, толи из-за большого количества спиртного в крови, толи из-за своей природной ебанутости в мозгу. Чонгук широко выпучивает свои и так большие глаза, входя в продолжительный ступор. Чего, блять? Сказать, что Чон в ахуе, равным счётом ошибиться, потому что он в полнейшем и беспросветном ахуе. Но вот Тэ, пользуясь минутным окоченением младшего, приподнимается и медленно приближается к лицу. Брюнет, всё еще нихерашеньки не соображая просто смотрит, как его любимый хён облизывает свои губы и касается его собственный губ. У брюнета система в голове кричит синим экраном смерти, а в живот будто нож воткнули и смачно прокрутили пару раз. Простое прикосновение к губам, без намека на пошлость, еще не поздно отстранится, вместе посмеяться и забыть на следующий день. Чонгуку бы так и сделать, но в голову ударяет адреналин, а в член возбуждение. И эта смесь резко перекочевывает в воспоминания, где хен слишком резко и сексуально двигает бедрами в черных обтягивающих джинсах, трогает его за уши, наверняка даже не зная, что у людей там может быть эрогенная зона, прогибается в пояснице, как похотливая девица, обнимая какого-нибудь Богома или Минхо. Или же стонет своим невъебенно глубоким голосом, закрывшись поздно ночью в ванной, когда все мемберы, как думает его глупый хен, спят. Этот поцелуй формирует новую модель его милашки Тэхена. Порочную, манящую. Запретную. Поэтому Чон поддается вперед, наваливаясь всем весом на Тэхена, прижимая его к твердой кровати. Так даже лучше, Тэхен так еще ближе и как оказалось, старший очень покладист и податлив, это заставляет этим пользоваться. Гук надавливает языком на нижнюю губу хена и просится внутрь, он разгорячен и хочет большего. Он не задумывался раньше о таких вещах, как запах, вкус или маленькая родинка на носу в точь-точь как него. Сейчас он будто ощущает все иначе, не так как раньше. Его влечет это как подростка влечет запретное и яркочувственное. Вкус чужой горькой слюны будоражит волоски на руках, а Тэ скулит как собака побитая, удивительно, что не стонет. Он же не его бывшие, которые слишком наигранно и бесчувственно стонут, будто Чон уже забрался им под юбку, а не просто касается губ. Думают, что могут возбудить его так просто, глупые малышки. - Гук-и, - отрывается старший, - я хочу спать. А у Чонгука стояк и сломанная дружба шепчут на ухо, что он сегодня(и не только), спать еще долго не захочет.