Mi casa.

Чонгук быстро забежал в кафе, надеясь, что Джин не будет слишком сильно злиться из-за того, что он опоздал на полчаса. Ну кто же знал, что такси попадет в пробку? Явно не Чонгук. — Хён? — позвал Чон, — Хён, прости я попал в пробку, — все еще стараясь отдышаться, произнес младший, — Рассказывай! Джин, слегка усмехнувшись, оглядел младшего с головы до ног, замечая, что тот выглядит намного лучше, чем пару дней назад, когда он забегал к Тэхёну, чтобы проведать его. — Да что рассказывать? — выдохнул Джин, радуясь тому, что наконец можно сделать заказ, — Не знаю, что между нами тогда произошло, но Джун устроил мне изрядно странный концерт… Может, я слишком близко все к сердцу принимаю, но он ведь понял, что нравится мне. — Джин снова посмотрел на младшего, который смотрел на своего хёна, стараясь не упустить из внимания ни одного его слова, так как было действительно непривычно, видеть Джина таким подавленным и растерянным. — Что он устроил? — в голосе младшего послышалось раздражение, ну вот почему нельзя сразу все выложить, как есть. — Ну, в общем…

Flashback.

Джин все же напялил на себя одежду Намджуна, которую он кинул в него пару минут назад. В голове было слишком много мыслей и не одного воспоминания о прошлой ночи. Подойдя к зеркалу, старший не наблюдал на себе никаких отметин или синяков, да и боли в теле тоже не было, он бы все сразу понял. Сверху он быть так или иначе не мог, уж слишком он нежный для этих дел. — Да какого вчера случилось? — прошептал Джин, направляясь в душ, чтобы выполнить просьбу младшего. Быстро ополоснувшись, парень подошел к зеркалу вытирая запотевшее стекло ладонью, думая о том, что придется прям как в детстве чистить зубы пальцем, но не тут то было, Намджун прикрепил яркий стикер на шкафчик у зеркала, где кривым почерком было написано «голубая щетка твоя, я только сегодня ее открыл :)». Джин глупо улыбнулся, опуская взгляд на стаканчик с двумя зубными щетками. В этот момент он подумал, что Намджун не стал бы пользоваться его состоянием, чтобы удовлетворить себя. Закончив с утренними делами, хотя все близилось к послеобеденному времени, Джин проследовал на кухню из которой доносились матюки и какие-то стуки. Старший тихонько прошел к столу, усаживаясь на стул, наблюдая за действиями парня, что сейчас неуклюже взбивал яйца, выплескивая почти все содержимое миски на пол. Ну что за прелесть? Если бы этот апокалипсис происходил у него на кухне, то Джуну бы еще долго пришлось вымаливать прощения у старшего. — Помочь? — разрывая тишину, поинтересовался Джин, напугав этим Джуна, который теперь стоял только с венчиком в одной руке, и с яичным желтком на белой футболке. Увидев эту картину, Джин расхохотался, а Намджун надул губки, смотря на виновника всего происшествия недовольным взглядом. — Да я бы и сам справился. — строго ответил Намджун, снимая грязный предмет одежды, хватая первую попавшуюся тряпку, начиная вытирать пол. — Да ладно тебе, я круто готовлю, ты не пожалеешь. — по доброму ответил Джин, подходя к холодильнику, чтобы все же накормить Джуна и себя завтраком. — Главное, чтобы ты не пожалел. — саркастично кинул младший, выходя из кухни, заставляя Джина задуматься о том, что он имел в виду. Через минут десять, когда все уже было готово, Намджун вернулся на кухню, вытирая голову полотенцем. Спасибо всевышнему, сообразил надеть футболку, а то Джин уж было подумал, что будет ждать момента, когда сможет сбежать из этого ада. — Что ты имел в виду, когда сказал «главное, чтобы ты не пожалел»? — ставя тарелку перед младшим, поинтересовался Джин. — Я? Эм, ну я о вчерашнем… Ты не помнишь? — ковыряясь в тарелке, поинтересовался Джун. — Не помню ЧТО? — Джину не нравились загадки. Да, не помнит, почему бы просто не рассказать, что он такого натворил? — Ты кое-что мне рассказал, я тебе тоже, а потом… — Что потом? — Джин настойчиво смотрел на парня напротив. — Потом мы кое-что сделали… Ты не был против, я даже останавливал тебя. — признался Намджун, не договаривая всей истории до конца. У него были на это свои причины. — Что я сделал, Намджун? — строго спросил Джин, отодвигая от себя тарелку. Джун виновато посмотрел ему в глаза, будто умоляя, чтобы тот вспомнил сам. Ну как такое можно было забыть? Это было так важно для младшего. — Ты должен вспомнить сам, — обиженно ответил Джун, продолжая уминать завтрак, — Очень вкусно, спасибо. Джин непонимающе вглядывался в лицо напротив, стараясь понять, что такого он натворил, что постоянно улыбающийся Джун, сейчас сидел перед ним весь не свой. — Мы не в детсаде. Я не собираюсь играть с тобой. Просто расскажи, что я натворил, разве это так сложно? — в голосе слышалась мольба. Ему было стыдно, хотя он даже не знал за что именно. — Покушал? — кивок, — Собирайся, я отвезу тебя в общагу. Уже поздно, а тебе завтра рано на пары. — сказал Намджун, поднимаясь из-за стола. — Но… — Джин реально не знал, что стоит сказать прямо сейчас. Намджун взял тарелку старшего, ставя ее у раковины. — Джин, просто постарайся вспомнить. Я не злюсь на тебя, честно. — Намджун злился, даже больше, чем должен, но он просто наклонился поближе к старшему, целуя того в лоб, — Просто собирайся. Я отвезу тебя. Можешь не возвращать одежду. Джин остался сидеть на кухне, наблюдая за тем, как младший выходит из кухни.

The end of flashback.

— А потом, он реально отвез меня в общагу, потрепал по волосам и сказал, что будет ждать, — Джин в который раз за вечер нахмурил брови, отпивая очередной бокал вина, — А что я наделал тогда… Да я до сих пор не вспомнил. Самое ужасное… Чонгук смотрел на своего пьяненького хёна, что сейчас выглядел безумно озадачено, чем умилял его. — Самое ужасное, что он ведет себя, как обычно. Постоянно спрашивает, как у меня дела. Пару раз заходил ко мне в аудиторию с ланчбоксами. Кофе приносит, — еще один глоток вина, — Надоел. Чонгук мило ухмыльнулся, оттягивая ворот своей водолазки. — Нихуя себе! — Джин прикрикнул, оглядывая по сторонам, естественно все обернулись на него, а Чонгук широко раскрыл глаза, думая, что его хён наконец вспомнил, что сделал той ночью, — Нихуя себе. — уже тише произнес Джин, подскакивая поближе к младшему. — Что такое? Вспомнил? — протараторил Чонгук. — Что? — Джин посмотрел ему в глаза, — Нет! У тебя какая-то сыпь по всей шее, ужас какой, чего не сказал, что еще плохо себя чувствуешь? — недовольно поинтересовался Джин, уже самостоятельно оттягивая ворот и оглядывая шею младшего на предмет бордовых пятен. Чонгук неудобно поерзал на стуле, смотря на людей, что все еще наблюдали за нами. — Хён, пожалуйста. — отодвигая от себя руки Джина, настоял Чонгук. — Что это? Может в больницу? — глаза забегали по всему младшему. — Тупица. Это засосы. За-со-сы. — проговорил Чонгук, натягивая воротник чуть ли не до ушей. — Тэхён что, озверел совсем? Нам нужно поговорить. — щечки Джина загорелись еще сильнее, а в глазах читалось недоверие. — Во-первых, мы здесь из-за тебя. Во-вторых, я сам этого захотел. — признался младший, опуская взгляд на свою кружку с горячим шоколадом. — Ты уверен? — Джин приподнял брови, не веря словам младшего, так как он еще никому не позволял делать что-то подобное. — Да… Хён, так точно, — Чонгук вздохнул, вспоминая, как все это было приятно, стараясь переключить внимание обратно на Джина, — Так, ну, я понял, что ты что-то сделал с Намджуном, о чем он не жалеет, но это его явно задело. Ты у нас точно не сверху… Прости, хён. Он прихрамывал с утра? — Джин покачал головой, — Ну ничего плохого не было. Вспомнить правда не выходит? — снова отрицательный ответ, — Хм… Я попытаюсь подумать над этим! — Чонгук поднял пальчик вверх, будто у него появился идеальный план. — Да, это бы мне не помешало, а то Хосок с Чимином просто поржали надо мной, говоря, что я изнасиловал Намджуна, а тот так втюхался в меня, что готов все простить. — обиженно пробормотал Джин. Чонгук усмехнулся, думая, что это и впрямь то, что могли сказать его хёны. Поболтав еще около получаса, парни разошлись по домам. Чонгук настаивал на том, что Джин может простецки вписаться к нему, но тот только грустно покачал головой, отказываясь от предложения, потому что хотел снова все обдумать. Может вспомнит… Усадив парня в такси, Чонгук набрал Тэхёну, сообщая, что решил прогуляться до дома пешком, сразу же получая выговор, потому что «Чонгук, ты блять с ума сошел, только поправился! Садись в такси. Я тебя уже заждался». Младший только нежно улыбнулся, скидывая вызов, получая еще тонну сообщений о том, что получит, когда окажется дома. Но, кажется, старший вообще забыл о том, что Чонгук имеет собственную квартиру, которая закрывается на ключ с другой стороны.

***

На часах уже было около двенадцати, когда Чонгук оказался дома. Парень только закрыл дверь, подходя к вешалке, чтобы оставить на ней свое пальто, но в дверь настойчиво постучали. — Тэхён, а звонок зачем вообще нужен? — уворачиваясь от рук старшего, поинтересовался Чонгук. Тэ недовольно оглянул Чонгука, так как он надеялся хотя бы на обнимашки. — Не обнимешь? — надувая губки, поинтересовался Тэ, снова подходя поближе к младшему. — Нет. Ты поцеловал меня, а я говорил не делать этого. Наказан. — строго ответил Чонгук, убегая в спальню. Тэхён проследовал за ним, снова укладываясь на холодные простыни, что не давали ему никакого покоя. — Ну и что он тебе рассказал? — спросил старший, наслаждаясь видом перед собой. Чонгук когда-нибудь поймет, что если Тэхён в его квартире, то он естественно будет бегать за ним как хвостик? Не думаю. Младший снова испуганно вздрогнул, чувствуя дежавю. — Блять! Тэхён, я же говорил, что не нужно так делать. Боже! — пискнул младший, доставая первый попавшийся свитер, чтобы прикрыть свое оголенное тело, поглядывая на своего парня, который довольно перевел взгляд на его бедра. Ну ноги… Ноги то чего скрывать? — Делать как? — послышался непонимающий голос со стороны кровати. Младший все же решил напялить шорты, чтобы чувствовать себя увереннее, хотя это было почти бессмысленно, так как свитер прикрывал их полностью — Не идти за мной в спальню, когда ты уверен в том, что я буду переодеваться. — строго сказал Чон, укладываясь на грудь старшего, который уже сменил позу и начал перебирать мягкие волосы младшего. — Хорошо, я больше так не буду. — лукаво заверил Тэ, думая, что ему слишком сильно нравится растерянный младший, который сразу же хватается за ушки и прикрывает красные щечки, когда того застают врасплох. — Ну, Джин рассказал, что он что-то сделал той ночью, когда мы втроем были в баре. Единственная загвоздка заключается в том, что он упрямо не может вспомнить, что именно. — промурлыкал Чон, наслаждаясь массажем головы. — Мммм… Я знаю, что он сделал, Джун не выдержал и позвонил, мы с ним поболтали, — из-за этой фразы Чонгук быстро соскочил с груди старшего, усаживаясь на его бедра и, о боже, чего он такой резкий? Тэхён гулко вздохнул, приподнимая брови, опуская взгляд на разведенные бедра младшего, — Ты меня убить хочешь, не иначе. Чонгук поерзал задницей, ожидая продолжения речи старшего, так как вся разгадка ситуации лежит прямо под ним. — Ну так что, что он сказал то? — глаза загорелись, а ладошки начали поглаживать грудь Тэхёна, будто это ускорит его умственные процессы. — Чонгук, а ты же снизу обычно? — наклоняя голову вбок поинтересовался старший, впиваясь руками в его талию, чтобы тот уже перестал юлозить своим задом на его члене, который, к слову, еще чуть-чуть и начнет отвечать на все то, что ему даю. Чонгук скептически приподнял брови, говоря тем самым «ты видел эти ноги? ты видел эти мускулы? ты вообще меня видел?». — Тэхён, нет, даже и не надейся. У нас не было ни одного свидания, ты все еще наказан и не получишь никакого поцелуя. — он снова поерзал задом, опускаясь поближе к уху старшего, опаляя его горячим дыханием, — Ты будешь стонать подо мной, малыш, — Тэхён слабо простонал, снова чувствуя давление зада Чона на своем хозяйстве. Ну что он за человек? Возбудим и не дадим? Отлично, — Теперь, будь так добр, расскажи, что тебе там такого сообщил Джуни, принцесса. — ну это конец, Тэхён в этом дерьме навсегда. Он кончено был снизу… Пару раз и не то чтобы ему это понравилось, но Чонгук вообще-то дал понять, что его зад священное местечко. Там, кажется, бывают только избранные, или вообще никого. — Н-намджун… — выдохнул Тэхён, уже ослабляя хватку на талии младшего, слегка поглаживая его бока, — Так. Намджун сказал, что твой пьяненький хён предложил ему встречаться и сказал, что очень давно влюблен в него, а на следующее утро проснулся, будто ни в чем не бывало. Джун сказал, что он очень долго не мог заткнуться насчет того, что именно он любит в моем хёне, говоря, какой он замечательный. А перед тем, как окончательно уснуть, он полез целоваться к нему, Джун даже опешил, так как не знал, что его чувства взаимны. Они так и провалялись до утра. Джин даже просил его что-нибудь сделать с ним, но Наму не такой, он бы никогда не воспользовался положением человека ради этого, хотя признался, что был готов отбросить все сомнения назад. Но… Как видишь, он не зря остановил себя, раз Джин не помнит всего этого. Джун конечно обиделся, но он понимает, что это все из-за алкоголя. Если Джин не вспомнит, то он подождет и сделает первый-второй шаг сам. — быстро сообщил Тэхён, смотря на младшего, чей ротик сейчас был похож на буковку «о», — Мне бы тоже было обидно… — Чонгук приподнял бровь, вспоминая все обстоятельства недознакомства и клубных происшествий, собираясь уже сказать что-то колкое, но… — Да-да, я вел себя, как последнее дерьмо во время нашего первого знакомства, да и потом не лучше, но ты же простил меня, да? — надувая губки, мило протараторил старший. Чонгук усмехнулся, укладываясь сверху на грудь парня под собой, ощущая, как руки того плавно поглаживают его спину. — Так получается, что я могу просто намекнуть Джину обо всем этом и все? — задумчиво пробормотал младший, утыкаясь в шею Тэ. — Думаю, что помочь можно, но лучше, чтобы они сами с этим разобрались. — Тэхён был уверен в том, что Джун сам справится со всем этим, но рвение младшего помочь своим хёнам подзадоривало, так что он в деле. Тэхён почувствовал, как младший расслабляется на нем, начиная посапывать. — Малыш? — ответом послужило невнятное бормотание, — Маленький, укладывайся поудобнее, тебе рано вставать. Я пойду к себе. — после этих слов Тэхён почувствовал ладошки на своих плечах, которые удерживали его на кровати, хотя он вообще-то еще не собирался вставать. — Тэ-тэ? — позвал младший, — Полежим так еще чуть-чуть? — заканючил Чонгук. Тэхён не стал сопротивляться. Ну и какой дурак откажется от такого чуда на своей груди. Он же такой теплый, мягенький и уязвимый. Хочется испортить. Очень сильно хочется. Поиграв с мягкими волосами Гука еще около пятнадцати минут, старший все же заворочался под ним, давая понять, что сейчас он точно сбежит из этой адской спальни. Находиться так близко с предметом своего обожания и понимать, что даже поцеловать его — это уже много, вообще-то не очень просто. Хочется всего и сразу. Но старший дал себе установку добиться его. Правильно и без спешки. Они оба боятся своих чувств, скрывая их за застенчивостью и колкими фразами. Но что поделать? Они неопытны в делах сердечных, так что надо учиться. — Куки, вставай, сладкий, — слегка отталкивая от себя тушку младшего, прошептал Тэ, он обратил внимание на прикроватные часы, которые очевидно показывали два ночи, — Гуки, мне же тоже в универ. — Чон все еще притворялся спящим, не желая отпускать Тэ от себя. — Ммхмхм, останься, — простонал он, целуя старшего в шею, — Останься, пожалуйста. — он приподнял голову, чтобы посмотреть на лицо напротив. Было очень темно, но приблизившись к Тэ, он увидел глупую улыбку на его губах, чувствуя, что у него самого точно такая же. — Пожалуйста? — передразнивая младшего, спросил Тэ. — Иди ты, всю романтику испортил. Вали. — спрыгивая с тела под собой, пробормотал Чонгук. — Глупенький… Если я останусь, то мы не выспимся, я не могу успокоится, когда ты так близко на этих чертовых простынях. — прошептал Тэ в самое ухо младшего, приближаясь ширинкой к его заду, доказывая свое «спокойствие». Младшему стало жарко, он все еще не верил, что вот так вот воздействует на Тэхёна. Он же ничего не делал… Просто обнимал его. — Маньяк! — поворачиваясь лицом к старшему, прикрикнул Чон, — Хорошо, я провожу тебя. — спрыгивая с кровати и подхватывая Тэ за ладошку, тихо сказал парень. Они медленно дошли до входной двери, все еще держась за руки. Обоим было тепло на душе, как никогда раньше. Все это так странно. Тэхён остановился у самой двери, заглядывая в глаза напротив. — Ты же не встанешь завтра… — прошептал Тэ, поглаживая младшего по щеке. — Хён, мне не составляет труда подняться вовремя, а вот про тебя я такого не скажу. — Чонгук приподнялся на носочки, чмокая парня напротив в щечку. Тэхён все думает попросить Чонгука откинуть эти официальные «хён», он чувствует себя папочкой из-за этого, но признается ли он в этом Чону? Возможно… — Этого мало. Можно я? — Тэхён наклонил голову к плечу, из-за чего его сонная мордашка стала только милее. Чонгук лукаво хихикнул, приближаясь к губам старшего, который снова закрыл глаза, ожидая того самого поцелуя, о котором грезил вот уже полторы недели. Чонгук ухмыльнулся, слегка лизнув губки старшего, из-за чего тот нервно выдохнул, покрепче хватаясь за талию младшего, который снова провел язычком по губам напротив, слегка отстраняясь и чмокая старшего в уголки губ. — Пока, хён. — тихо прошептал Чонгук, отстраняясь от надутого личика напротив. — Дьявол. Ты блядский дьявол. — Спи крепко, хён. — Чонгук почти вытолкнул его за двери, потому что тот начал сопротивляться, желая получить то, что должен был, а не вот эти игрушки.

***

Оказавшись в своей кровати, Чонгук почувствовал себя немного одиноко, так как Тэ был таким теплым и ласковым. Хотелось вернуть его на законное место. Сейчас же. Его размышления прервало оповещение о новом сообщении. Взяв телефон в руки, он несдержанно простонал, строя планы по убийству Тэхёна. Мой ебуче придурошный парень?: малыш, сделаешь так еще раз, то я не посмотрю на все твои мышцы и уложу прямо в коридоре. не бойся меня, членовредитель:) вот, иду в душ из-за тебя. спасибо за вечер. спи сладко, Гуки. *прикрепленное фото*