Fake love

Чонгук вколачивал Чжоу в стену, наматывая её волосы на кулак, пока та закидывала голову и протяжно стонала с гортанным рыком. И такой блядской мерзости он не ощущал никогда... Тело слишком привыкло к Лисе.. Душа слишком привязалась к её.. такой кристально чистой. А оказывается не стоило.. Он снова предан. В который раз, сложно сосчитать.. Но он же не виноват, да? Не причина такого отношения к себе, да?! Скажите кто-то — да, скажите, ему нужно это услышать.. — Чонгу-ук.. — это громкое завывание и Чон хочет ударить её головой об стену. Ведь точно также, три года назад, с её губ слетало кричащее «Тэхён». Он помнит, как испуганно посмотрел на него Ким. Помнит этот ублюдский испуг в его глазах. Бляди было же все равно, она даже предложила присоединится.. Через неделю Чонгук прикончил его.. Потому что не мог наблюдать, как тот бесстыдно обнимает её и даже позволяет себе целовать.. Простого незначительного прикосновения.. Он и этого не заслуживал. Ким Тэхён заслуживал пулю в лоб и подыхать в адских муках. А Лисе не сказал. Молчал. Не хотел добивать её этой грязью, хоть сам чувствовал, как тонет в ней. Захлёбывается.. Оказывается всё в пустую. Оказывается, что не нужно было её жалеть? Стараться, меняться ради неё? И вообще не надо было всё это начинать, да? Так какого хрена, Чонгук, ты сейчас представляешь её, хотя бы для того, чтобы просто кончить?! Ты понимаешь, что болен? Что она вцепилась в твоё сердце, как клещ, и тебя уже не отпустит.. Ты же подохнешь без неё, признайся Чонгук.. И он сжимает челюсть, сквозь крепко сжатые зубы рычит, потому что, да, блядь, он признает. Признает то что уже не сможет.. как бы не хотел, больная голова и сердце не могут отпустить её. Он все равно будет возвращаться к ней и биться в страданиях.. Чжоу обессилено скатилась по стенке, широко разводя ноги в сторону и устало выдыхая. Шокировано присвистнула, усмехаясь. — Ты настоящий зверь, дорогой.. Я уже успела позабыть каков секс с тобой. Чон буквально сдержался, чтобы не блевануть от этой картины. — Как твоя жена ещё способна ходить после тебя? — смеялась Цзыюй, насмешливо вглядываясь в его глаза. — Тебе не идёт так много говорить. Просто закрой свой рот и не заставляй меня испытывать к тебе ещё большое отвращение. Чонгук поправил ремень и кинул уничтожающий взгляд на девушку. — Так, чего ж трахал меня, а не свою святошу? Ах, да, я же забыла у тебя большая любовь к ней. Не можешь себе позволить вот так иметь её у стены, да, Чон?! — Тебе заплатят, подойдешь к Субину. Скажешь и тебе выпишут необходимую сумму. От тебя требуется только одно, больше не появляться в Кореe и не трепать своим языком, уяснила? — А что будет если я ослушаюсь? — То, что с Ким Тэхёном.. *** — Лиса!! — Пак дёргается от нечеловеческого крика, а потом ужасается..ведь это её собственный. Бежит к чертовой лестнице, задевая Минатозаки плечом. Перескакивает через одну ступеньку и сама чуть не летит вниз к чертям собачьим. — Лиса! — падает на колени перед подругой. Трясущимися руками аккуратно кладет её голову на свои колени. Глаза той приоткрыты, дыхание еле слышное.. и бледная кожа, почти, как мел.. — Ч-чеён.. р..р-ребёнок.. спас..его.. И глаза закрываются.. — Нет! Лиса, вы будете жить, слышишь меня?! Лиса, ты только дыши, пожалуйста, Лиса! Поднимает взгляд на вверх. Минатозаки и след простыл. Но чувство страха и паники притупляет бушующую злость. Пак лишь чувствует как слезами заплывают глаза и как бешено бьется её сердце... Это же не может быть правдой, да? Это же не может случиться с Лисой?! — Кто-нибудь.. — жалобный писк, постепенно превращающийся в истеричный крик, — Здесь есть кто-нибудь??! Господи, Лиса, пожалуйста держись, солнышко держись.. Здесь есть кто-то?! — Чеён..? — удивлённо, слишком взволновано и из груди вырывается судорожный вздох, но точно не облегчения.. Чанёль. — Чанёль, я здесь! Громкий топот и Пак застывает на месте от увиденного. — Твою мать.. — выругался тот, быстро спускаясь по лестнице. — Чанёль, помоги, пожалуйста.. Чеён плачет. Громко, надрывно, продолжая обнимать Лису и гладить её по волосам, а саму трясёт.. Чан забирает Чон у Пак, аккуратно подняв ту на руки. — Чанёль, всё же будет хорошо?! Скажи, что всё будет хорошо! — поднявшись с колен, кричит она, стараясь догонять его. — Всё будет хорошо, Чеён, успокойся.. это сейчас Лисе нужнее.  — а у самого ни хрена не спокойствие. Что здесь произошло?! В коридоре царит тишина, лишь музыка с первого этажа безумно нагнетает. Это всё страшный сон.. Кошмар.. Нет, ну не может же быть всё настолько плохо.. Сейчас она проснётся и пойдёт на встречу с Лисой. Они погуляют по парку, зайдут в их любимое кафе и закажут по чашке ароматного капучино.. Они улыбнутся друг другу, грустно улыбнутся, но всё же.. Чеён вздрагивает, когда одна из дверей открываются и замечает выходящего Чонгука.. Пак заходиться в слезах. Ярость, злость и паника берут вверх.. Чон останавливается на месте, сначала совсем не понимая, что происходит, а потом глаза находят её.. Без сознания, бледную на руках у Пак Чанёля.. Хочет кричать, а изо рта не может вырваться даже писк.. — Звоните в больницу! Чего, блядь, смотрите?! — звучит крик Пака словно через толщу воды.                                   *** Запах хлорки и медикаментов сжигал легкие. Вокруг крики, истеричный плач Пак Чеён и.. её тряпичное тело которое скрывается за дверью операционной.. — Дальше вам нельзя! — и двери закрываются прямо перед его носом. Чонгука трясет. Так сильно и слезы.. Слезы обжигают глаза.. Это же не может происходить с его Лисой?! Ну, не может же, да?! И даже факт измены с ебучим О Сехуном испаряется где-то в воздухе..потому что перед глазами её ели дышащее, хрупкое тельце.. Чонгук поворачивается и не сразу понимает, как на него набрасывается Чеён с криком.. — Если ты не спасешь их, я убью тебя Чонгук!! — бьет его по лицу, голове. Куда попадет.. — Ты её спасешь! Ты всё сделаешь для того, чтобы спасти её и ребенка, понял меня?! Её оттаскивают крепкие руки Пак Чанёля. Но она продолжает брыкаться и кричать. Чон скатывается по стене вниз и зарывается в волосах с силой их оттягивая у корней. И слезы..соленые, жгучие слезы. Он не может контролировать их.. Его рывком поднимают на ноги за воротник. Перед глазами размытое лицо Пак Чимина.. — Успокойся. Возьми себя в руки, Чонгук! — рычит Пак, тряся его, стараясь привести в чувство. Но тот лишь обречённо наблюдает за злым Чимином и слезы.. гребанные слезы. Снова и снова. Неконтролируемо. — Блять, Чонгук, соберись! Мужчины не ревут, черт возьми! — и сильный удар проходится прямо по челюсти Чона. Глаза Чимина чернеют от вида крови и слез друга. Но он чувствует, как его оттаскивают. Конченый Пак Чанёль. — Успокоились! — громко рычит Чеён, когда мужчины набрасываются друг на друга с кулаками. — Вы мужики или кто?! Чанёль крепко держит в захвате Чимина, пока тот через мутную плену наблюдает за подходящей к нему Чеён. Она зла и в ярости, точно также, как и он.. И едкая ухмылка трогает его губы, которую она резко стирает пощёчиной. — Вместо того, чтобы махать кулаками, пошел и ищешь свою шлюху Сану! Из под земли мне её достань, понятно?!                                   *** Прошло три часа.. Чонгук уснул прямо там на полу, пока его не разбудила доктор Ким. Она выглядела слишком усталой, с потухшим взглядом и губами поджатыми в тонкую полоску. К ним сразу же подбежала Чеён и взволнованно-ожидающе посмотрела на Чха Ён красными из-за слез глазами. Сзади неё, как скала, возвышался Чанёль. Он положил руки на её подрагивающие плечи и слегка сжал их, тихо прошептав на ухо, что всё будет хорошо.. — С ребёнком.. и Лисой всё в порядке.. Чон сорвался с пола, послышался облегчённый выдох Пак и её тихий всхлип. — Ребеночек сильный.. он отчаянно боролся за жизнь.. — Ким грустно улыбнулась краешком губ. — Боролся за жизнь свою и мамы. Чонгук, Лиса не хотела жить.. мы почти вытащили её из того света.. А Чонгука разрывает. Рвет на части. Хочется биться головой об стенку, волосы и кожу на себе рвать.. Причинить любую возможную боль, вот только не чувствовать вот эту.. Боже, как же больно.. Господи, пожалуйста, перестань причинять ему такую боль.. — Можете зайти к ней, но не надолго.. — и Ким уходит, устало снимая из себя медицинскую шапку. — Иди. Я подожду тут. — прозвучал усталый, хриплый голос Чанёля и он подтолкнул Чеён к Чонгуку.                                    *** Какие-то аппараты, Чонгук совсем не разбирался какие, пикали тихонечко. Освещение в палате тусклое и она.. хрупкая такая с трубкой идущей от её синеватой вены к капельнице. Цвет её кожи и губ сливался с цветом одеяла и подушки.. Пшеничные волосы разметались по подушке, а выражение лица было спокойным с легкой улыбкой на пухлых губах.. Чонгук сел на стул около её кровати.. Чеён же осталась у дверей, опираясь на стену, прикрывая глаза, вздохнув. — Чеён.. — шепотом начал Чон, подавляя подступающий к горлу ком. — Ребёнок.. Сехуна? Пак вздрогнула и метнула испуганный взгляд на напряженную спину Чонгука. — А ты как думаешь?.. Сглотнула, сжав руки в кулаки. — Пожалуйста, можешь выйти..  — он посмотрел на неё через плечо, хватая руку жены в свою. Чеён не ответила, лишь тихо вышла из палаты, аккуратно прикрывая за собой двери. — Лиса.. Лисочка.. Любимая, проснись! — лихорадочно шептал Чонгук, не в силах сдерживать соленую влагу. — Ручка у тебя такая холодная..ты замерзла? — он нежно растирал её бледную руку, изредка прижимаясь к ней дрожащими губами. — Любимая.. я скучаю, вернись.. Её спокойная улыбка не успокаивала.. А нагоняла лишь бешеный, сжигающий его спокойствие, страх.. — Люби кого хочешь, люби сколько хочешь, только дыши! Дыши, Лиса.. живи, мне же это нужно.. чертовски нужно. Пожалуйста..