Сыграй со мной, если решишься

— То есть ты хочешь, чтобы я дурила первородных? — удивленно заломила бровь я. Мы сидели в уютном кафе Нового Орлеана. Мама со слезами в карих глазах смотрела на меня, сжимая мою руку под столом, оказывая таким образом поддержку. — Не совсем, — улыбнулся отец. — Детка, я знаю, что у тебя с Элайджей Майклсоном договор, так выполни его и сделай стопроцентно так, чтобы не только он, но и Никлаус Майклсон и его второе отродье сдохло. Приведи их в лабораторию. Мы будем в России. И да, полноценные пули с калифорнием готовы и уже опробованы на других вампирах. И это точно оно. То что убьёт их, Бу. Дочка, мы можем очистить мир от этих поганых тварей. Тебе просто надо принять предложение наше и наконец вернутся туда, где тебе и место. — Его слова были убедительны, если бы не одно «но»… — Но вместе с Элайджей умрёт и Лола, — протянула я, почувствовав как мамина рука дрогнула. Отец нахмурил лоб, из-за чего тут же прорезались морщинки. — Мы можем его погрузить в вампирский летаргический сон и с твоей подругой ничего не случится. Нам надо убить гибрида, — твердо сказал он. — Буан, дочь моя, пожалуйста не упрямься. Мы прощаем твои ошибки. Настало время вернуться в семью…

***

Тремя днями ранее — Это что за сарай? — язвительно спросил Клаус, осматривая огромное заброшенное здание. — И ты хочешь убедить, что именно тут и проживает ведьма одного из самых богатых семейств? Я закатила глаза. За последние полчаса меня четыре раза пытались поймать на «обмане». Но я не врала. И да, в этом «сарае» и проживает ведьма нашего семейства. Так что не обессудьте. Я вышла из машины, и от души хлопнув дверью, оглянувшись увидела в недалеке белую машину… — Ариадна никогда не ездила на машине… - протянула я. - У неё даже прав нет! — воскликнула я, понимая, что мы попали в… Из-за ближайших бараков показались люди с автоматами. А через минуту раздался слаженный звук выстрелов. Я даже испугаться не успела, как меня придавило кем-то к сыроватой земле. Пули прицельно летели в древних вампиров. В Элайджу штук девять точно попало. Тем временем, пока Элайджа пытался меня медленно протащить за машину, так чтобы в меня ничего не попало, Клаус со сверхъестественной скоростью чуть ли не подлетал к стрелкам. Поочередно вырывая им то сердца, то сворачивая шеи, пока никого не оставалось. Отчего-то дрожащий и злой Элайджа, усадил меня позади машины. — Буан, сиди здесь и не высовывайся, — прошипел Элайджа, направляясь к Клаусу, который уже принялся ломать железные ворота. Но этого не потребовалось… Так как двери резко раскрылись, и из помещения вышла одна из могущественных ведьма нашего времени Ариадна Джонс. Черноволосая ведьма, подняв руку, что-то яростно шептала. И Клаус, и Элайджа оба одинаково покачнулись. Тут их обоих скрючило от боли, пока ведьма взяла какой-то странный кинжал в руки и, замахиваясь им, подошла к скрюченному Клаусу, но… чей-то прицельный выстрел и пуля вонзилась в лоб Ариадне. Ведьма, содрогаясь, упала на землю, а я в шоке смотрела на то место, где была Ариадна и… — Это вот такие у тебя дела, зломордушка сволочная?! — раздался чей-то злой звонкий голос. Я обернувшись увидела привлекательную, с черными кудрями волос синеглазую девушку. Одета она была в обтягивающую шотландскую юбку, белоснежную футболку, на которой был принт из зайки с ружьем, целившегося в человечка, с надписью над ним «Муж» и черные длинные сапоги на высоком устойчивом каблуке. В руках она сжимала черный большой пистолет и теперь целилась она в Клауса. — Любимая, — прошипел гибрид, сплевывая кровь, — ты какого чёрта здесь делаешь?! — Куда ты, туда и я, — ехидно отозвалась она, и вдруг раздался новый выстрел. — Я случайно, — пропела она. А затем ещё один выстрел, попавший в грудь Клаусу. Тот уже в бешенстве смотрел на девушку. Я вздрогнула от этого взгляда, почувствовав, что странной девушке не поздоровится. Но ей похоже было все-равно. — Нита, — ласково начал гибрид, а потом ка-а-ак рявкнет: — какого черта?! — Какого чёрта?! — ответно заорала она, выстрелив ещё раз. — Это ты мне скажи, какого чёрта, я вчера рвала черной кровью? И какого чёрта твоя бывшая, строчит мне письма, с ужасными рифмами о моей скорой смерти и то, что ты любишь только её одну всю тысячу лет?! — Ещё один выстрел. Пока я была в шоке, и смотрела на разворачивающуюся картину скандала, Элайджа отряхнувшись подошёл ко мне. И даже помог изумленной мне встать из лужи, в которой я сидела! — Аврора писала тебе?! — рявкнул яростно Клаус подходя ближе к черноволосой девушке. Но ещё один выстрел в грудь остановил его. — Да! — не менее яростно рявкнула она. — По-моему это ей в волосах удаётся удержать запах этих… как их там… — на миловидном личике на секунду отразилось замешательство, — короче каких-то там сорняков! — И нажав на курок ещё раз и поняв, что пули закончились, она не растерявшись кинула пистолет в Клауса. Но тот с легкостью увернулся от него и даже успел поймать его в воздухе. — Откуда у тебя пистолет? — Элайджа подарил, — мило улыбнулась девушка. Элайджа поперхнулся, хотя, как я заметила, тупо ржёт. Я тоже отчего-то хихикнула. А потом, расплывшись в широкой улыбке, девушка заявила:  — Ну, всё ясно с тобой, Никлаус. Удачи тебе в личной жизни с какой-то сентиментальной дурой-вампиршей, а я пойду к нотариусу. Похоже, у меня есть лазейка в брачном контракте и теперь я могу с тобой развестись! — Какая ещё лазейка?! — зло прошипел Клаус, не сводя ненавидящего взгляда с девушки. — Супружеская измена — параграф третий, подпункт второй, — подсказала ехидно она. - Не помнишь? А ведь сам составлял! — Вы женаты?! — кто-то удивленно выдохнул. А потом поняла, что это я. Ссорящаяся парочка мрачно на меня посмотрела. Девушка с интересом рассмотрела меня, а потом посмотрела на стоящего рядом Элайджу. — Это он женат, а я девушка свободная, — хихикнула она. — А вы кто? Элайджа, это что твоя подружка? — Нита, твоя проницательность иногда сдаёт позиции, — хмыкнул Элайджа. — Это Буан Мёрдрик, она… помогает нам в поиске калифорния. — Очень приятно, конечно, но… Элайджа, может она сама ответит-то, а? — протянула она. А затем протянула мне руку, и представилась: — Нита. — Я заметила, что Клаус начал подходить к ней все ближе и ближе, не сводя злого взгляда. А ехидная улыбочка на губах Ниты расплывается все сильнее и сильнее. — Сочувствую, — искренне сказала я. На мгновение Нита удивленно, с легким раздражением на меня посмотрела. — Бу, — коротко представилась я, пожимая руку. — Любопытненько, — хмыкнула она. — Так, ладно. Я в отель, а потом, когда приедет Ребекка, я уеду… расторгать брак! — счастливо улыбнулась девушка. Лицо Клауса скривилось от бешенства, но вот улыбка... была предвкушающей. — Интересно, как ты это сделаешь, когда твой нотариус потенциальный труп? — усмехнулся Клаус. — Точно так же, как ты изменил мне с тысячелетней старушкой, психического типа, — парировала она. — Я тебе не изменял, — прошипел Клаус. — Тем более у нас с тобой кольца одинакового типа. Ты сама знаешь. Хотя мне чертовски льстит, что ты меня ревнуешь, моя злая девочка, — на последнем предложение хихикнул Клаус. И теперь он смотрел на девушку с помесью нежности, злости, восхищения, ненависти и любви и прочего. Это было странно. Как такой, как он, может любить такую, как она? — А я откуда знаю — изменил ты мне или нет? — вскинулась Нита. — Я, Слава тебе Господи, свечку не держала! Я тебя не ревную! Да кому ты нужен?! Ну, кроме психички… А хотя… Да, ревную, но я тебя бросаю! И вообще у меня вечером свидание, а ты меня тут задерживаешь. Короче, прощай, асталависта, адьёс, сеянара, оревуар и… ну, что там обычно говорят, когда мужей бросают? Пока! — весело сказала Нита, поворачиваясь к стоявшему черному гелику. И как мы не заметили, как она приехала? Но через секунду их обоих уже не было. Ни Клауса, ни Ниты… — Это правда была жена Клауса? — пребывая ещё в офигее, спросила я. — Неизгладимое впечатление, верно? — хмыкнул Элайджа, открывая мне дверь машины. — А он не убьет её? — почему-то сорвалось с языка. — Нет, — спокойно сказал Элайджа. — Боюсь, ненависть, что Клаус держит в себе - равняется примерно любви к этой девушке. И она это отлично знает. — То есть она его не любит? — удивлённо спросила я. — Не знаю, — усмехнулся Элайджа. — Вас, женщин, бывает трудновато понять, ведь за словом «люблю» имеются у вас разные подлоги. — Ничего подобного, — заявила я, скрещивая руки на груди. — Когда любишь, то это точно знаешь. И точно знаешь, что ради этого человека не просто умрёшь, но и убьешь. — Возможно, — согласился Элайджа. И вдруг машина резко свернула к какому-то придорожному бару. — Я пока пить не хочу, — открестилась сразу я. — Отлично, потому что пить тебе точно не захочется, — хмыкнул Элайджа, выходя из машины, но, потом вернувшись, достал мне из бардачка пистолет. — Со мной пойдешь, — пояснил Элайджа, на мой недоуменный взгляд. Перехватив покрепче оружие, я вышла из машины. И как только вышла, почувствовала просто удушающий запах гниения, удушения, крови… — Чувствую себя Бонни, — тихо сказала я, подняв пистолет на уровне глаз. Если честно, не ожидала, что меня Элайджа поймет. — Тогда тебе повезло, Бонни, тем, что тебе достался такой Клайд, как я, — саркастично хмыкнул Элайджа. — Вы себе льстите, Клайд, — усмехнулась я, подходя ближе к двери бара. — Наоборот, я себе недольщаю, Бонни, — включился в игру Элайджа. Я, хихикнув, открыла с ноги дверь, а Элайджа первым вошёл в вонючее помещение. Увидев горы трупов и запах загнивающих трупов, который ударил мне в лицо... Я тут же кинулась обратно к выходу… блевать в кусты. Добрая душа, в виде морщившегося Элайджи, держала мои длинные светлые волосы и не преминула иронично высказаться: — А я-то думал, что у вас хватит выдержки не изрыгать свой ужин в ближайшие кусты, Бонни. — Уж извините, что у меня нет тысячи лет за плечами, как у моего многоуважаемого коллеги Клайда, — зло сказала я, вытирая рот салфетками. — Трупы, явно, не мой профиль, — пожаловалась я. — А у тебя есть в этом сомнения ещё, Буан? — ехидно осведомился Элайджа. — В любом случае, убийцы нет здесь. — То есть можно не заходить? — с надеждой спросила я. — Что за глупости? — вскинул темную бровь Элайджа. — Надо осмотреть трупы, так что приготовьтесь к следующему раунду с желудком, мисс Мёрдрик, — решительно сказал он, втаскивая меня обратно в зловонный бар. — Ненавижу вас, мистер Майклсон, — искренне призналась я, когда в нос ударил тухлый запах… Мамочки-и-и-и-и…